Детектив в пути

- Да? И давно у тебя такая странная привычка?

- Отвянь, Переверзев. - Я вырвала руку из его ладони и пошла вперед, не желая объяснять, что, когда ты живешь с карточным шулером, тебе волей-неволей приходится оглядываться по сторонам и в каждом встречном подозревать что-то нехорошее. Такова плата за легко приходящие большие деньги.

Мы гуляли по крепости, дошли до «Двенадцати стульев», и вдруг Ванька, как охотничий пес, сделал стойку и резким жестом повернул меня так, что я оказалась перед ним и машинально подняла руки, становясь в пару.

- И-и-и… раз! - Иван легко толкнул меня корпусом назад, и мы заскользили по брусчатке в танго. Музыка раздавалась совсем рядом, мы легко вошли в ритм и танцевали, довольно быстро собрав вокруг себя толпу зрителей. Внезапно пошел дождь, но мы так и не остановились, пока не закончилась музыка. Ванька прижал меня к себе, погладил по намокшим волосам и улыбнулся:

- Ты не представляешь, какая сейчас красивая, Мария.

- Руки убери, - негромко посоветовала я, чувствуя, как его ладони подрагивают на моей спине, осторожно двигаясь по мокрой майке вниз.

- А если не уберу? - так же негромко спросил он.

- Тогда я подниму колено, - пообещала я, и Ванька, опустив глаза вниз, понял, что я имею в виду - моя правая нога все еще была между его, стоявших во второй позиции, и коленом я могла ощутимо огорчить распалившегося вдруг партнера.

Он захохотал, но руки убрал:

- Все, я понял.

- Вот и продвигайся соответственно.

Никогда прежде Переверзев не позволял себе ничего подобного, хотя видел меня в разных видах, состояниях и даже спал в одной кровати. Мы были как брат и сестра и никаких намеков на романтику себе не позволяли, потому что обоим это казалось кощунством.

- Ну что, надо куда-то прятаться? - предложил Иван, потому что дождь снова разошелся.

- Надо.

Мы побежали по направлению к тюрьме Трубецкого бастиона - самое ближайшее место, до которого мы уже добрались, хотя Ванька и сказал на бегу, что я выбрала его специально, чтобы еще раз запугать несчастного мальчика:

- Мало мне твоего супруга и его обезьян, так ты еще и сама успеваешь!

- Прекрати!

Но оказалось, что нужно купить билеты, и Иван, оставив меня у входа, побежал к кассам. Я же отошла немного в сторону, чтобы не мешать людям входить и выходить, и едва сделала пару шагов, как в бок мне уперлось что-то, а тихий мужской голос сказал:

- Орать не советую. Тихо и спокойно иди со мной, делай вид, что тебе все нравится, и останешься живой и целой. Ну! - В боку кольнуло, и я поняла, что лучше делать так, как говорят.

Человек крепко обхватил меня за талию свободной рукой и повел в противоположную сторону.

- Вы меня с кем-то перепутали, - пробормотала я, очень надеясь, что это так и есть, но в душе уже понимая, что вряд ли.

- Ты молча иди, а то я нервничаю, - процедил мужик.

Мы добрались до выхода из крепости, там нас встретил какой-то высокий мужик в сером костюме. Они окружили меня уже с двух сторон, быстро запихнули в небольшой прогулочный катер и отчалили от берега. Я сидела в салоне на диване и озиралась по сторонам. Кроме этих двух, был еще кто-то, управлявший катером. На меня не обращали больше никакого внимания, словно понимали, что отсюда, как с подводной лодки, я уже вряд ли куда-то денусь.

- А телка у Кости и правда ничего, - хмыкнул вдруг тот, что в сером.

- Финн сказал - не трогать.

- Да я ж только посмотрю.

- Сказал - не трогать! - повысил голос тот, что увел меня из крепости. - Остынь, она нам для другого нужна.

Ну, в общем, я так примерно и думала - дело в Косте. Не надо было лететь на этот чертов турнир… И даже позвонить кому-то я не могу - моя сумка перекочевала к похитителям, и телефон они отключили сразу же. А если Марго приедет? Она перепугается насмерть, когда Ванька расскажет ей, как вернулся к Трубецкому бастиону и не нашел меня там. Может, у него хватит ума позвонить Косте?

Черт - куда он позвонит, у него же нет номера… и о том, что Костя тоже в Питере, Ванька не знает.

Ситуация стала совсем безвыходной, я запаниковала, затряслись руки, но потом я внутренне немного собралась и подумала, что паника - самый непродуктивный метод решения вопроса. Надо успокоиться и все обдумать. Если меня умыкнули из-за Кости, то рано или поздно он об этом узнает.

А Костя Кавалерьянц не из тех, кто легко расстается с тем, что принадлежит ему. Вопрос в другом - насколько влиятелен его нынешний партнер по игре, потому что от этого зависит очень многое. И вот это мне нужно как-то аккуратно вытянуть у моих, так сказать, охранников.

- Мужики, а попить нет у вас? - хрипло спросила я, и тот, что в сером, обернулся:

- Тебе попить или выпить?

- А есть варианты? - Граммов пятьдесят коньяка мне бы сейчас пригодились, я очень замерзла в мокрой майке.

- Варианты, детка, есть всегда, до тех пор, пока ты не в гробу. Коньячку?

- Было бы отлично.

Он встал и прошел к небольшому бару, вынул бутылку и показал мне. Я скривилась - дешевое пойло из супермаркета, я давно отвыкла от такого. Костя прекрасно разбирался в коньяке и меня тоже научил.

- Ого, - оценил второй. - А жена Кости дерьма-то не пьет. Давай, Квас, растряси мошну у хозяина, налей ей нормального чего.

Квас ухмыльнулся:

- Ну, и мы заодно приличного хлебнем, да, красавица? - Из недр бара появилась другая бутылка - хороший армянский коньяк большого срока выдержки, от него гарантированно не станет дурно, я-то знала.

- Мне немножко, согреться просто, - попросила я, и Квас налил мне в стакан на два пальца, а себе и напарнику - почти по рубчик. Отлично…

Пить коньяк из граненого стакана, конечно, удовольствие так себе, но тут уж не до эстетики, мне нужно, чтобы перестало трясти, а мысли пришли в норму, тогда я смогу что-то придумать. Хотя что тут придумаешь?

Пришвартуемся - будет видно, а пока, похоже, катер вышел в залив, не нырять же мне с борта…

- Слушай, а твой приятель к правоохранителям не кинется? - спросил Квас, осушив стакан залпом.

- Понятия не имею.

- Вот это плохо.

- А скажите, мужики, а вы чего от мужа моего хотите? - осторожно поинтересовалась я, не надеясь, правда, на честный ответ.

- А муж твой, красавица, немного зарвался. Вот Финн и решил, так сказать, заиметь страховку на случай, если за столом что-то не по-его пойдет, - вальяжно развалившись на диване, сказал Квас. - Костя вообще как - любит тебя, а?

- А что?

- А то. Если ты ему очень уж нужна, то он будет вести себя правильно. В противном случае…

Так, вот об этом случае я думать не хотела. Я не знаю, любил ли меня Костя по-настоящему, но то, что отдавать меня кому-то он вряд ли захочет - просто не позволит гордость и самолюбие, - вот в этом я была уверена. Проблема заключалась в другом. Костя очень любит деньги. Настолько, что в какой-то момент, почувствовав, что может потерять ощутимую сумму, он потеряет разум и забудет, кто я ему и для чего. И вот этого мне хотелось меньше всего по разным причинам.

Тем временем катер причалил, и сверху раздался голос:

- Все, мужики, приехали. Машина ждет.

Квас вынул из кармана темный шарф, свернул его в узкую ленту и подошел ко мне:

- Уж извини, но глаза я тебе завяжу на всякий случай. Хотя ты и не местная. Но, сама понимаешь, осторожность не помешает.

Они вывели меня из каюты, довели до сходней, и кто-то из них взял меня на руки. В машине я оказалась тоже между двух тел, плотно зажавших меня с двух сторон. Ехали не очень долго, я, разумеется, вообще не представляла, в какую сторону и откуда, так что даже отдаленно прикинуть, где оказалась, не могла. Но мне повезло на выходе из машины. Шарф немного сполз, и я буквально на секунду увидела синюю табличку с названием улицы - Лиговский проспект.

Заметивший неполадки в технике безопасности, Квас мгновенно вернул шарф на место, но я уже немного успокоилась - этот район мне был знаком, неподалеку находился Московский вокзал и гостиница, где мы с Иваном остановились. Если удастся вывернуться, у меня хотя бы будет ориентир.

Мы вошли в какое-то помещение - судя по гулкому эху шагов, с высокими потолками и почти пустое.

Что это может быть? Склад? Ангар? Вроде бы в центре города подобных мест не расположено. Потом, повернув налево, я вдруг отчетливо услышала звук веника - да-да, обычного банного веника, опускающегося на тело. Баня, что ли? И запах… какой-то специфический запах, почти больничный…

Меня втолкнули в какое-то помещение, дверь сразу закрылась, и Квас произнес:

- Можешь снимать.

Я сдернула шарф и огляделась - обычная комната с большим угловым диваном, столом и тремя креслами, в углу - пальма в кадке, окно плотно зашторено ролл-шторой, и плотные портьеры тоже задернуты. На потолке - большая люстра с длинными сосульками из стекла, на полу - мягкий ковер. Господи, где я?

- Ты присаживайся, в ногах-то, сама знаешь… - предложил Квас. - Проголодалась?

Есть я не хотела, а вот в горле пересохло. Квас кому-то позвонил, и через десять минут пришла девушка в униформе горничной, принесла поднос, на котором стояли два пакета сока и две чашки кофе.

- И надолго мы здесь? - поинтересовалась я, забираясь на диван с ногами.

- Как пойдет. Игра завтра.

- А, то есть ночевать мы тут будем?

- Угадала.

- Отличная перспектива.

- Ты б не дергалась, - посоветовал Квас, протягивая мне стакан с соком. - А то у меня нервишки слабые, не могу я с бабой в одном помещении спокойно находиться. А уж если она еще и дерзит… - Он многозначительно посмотрел на меня, и я сочла за благо умолкнуть и не дразнить его.

В тягостном молчании прошло часа три. Никогда не думала, что это так тяжело - находиться в закрытом помещении и вообще не разговаривать. Квас сломался первым:

- Слушай, подруга, а ты в картишки, часом, не мечешь?

Я подняла правую бровь, давая ему понять всю нелепость вопроса - жена карточного каталы, я уже успела научиться кое-каким трюкам, хотя Костя был категорически против. Но имелся еще и его родной брат Артур, с которым мы и забавлялись иногда.

Правда, Арик предупредил, чтобы я никогда, ни при каких условиях не пыталась играть с Костей. Но передо мной сидел какой-то Квас, так почему бы и не скоротать время, чтобы с ума не сойти?

- Так, может, того? Партеечку? - обрадованно предложил он. - На интерес.

- Сразу видно, что ты тут на побегушках, - фыркнула я, спуская ноги с дивана. - Настоящий игрок на интерес не мечет.

- А на что с тобой играть? На фантики?

Пришлось признать его правоту - денег не было, сумка осталась, кажется, на катере.

- Ладно, - вздохнула я. - Давай на интерес.

После пяти партий в «очко» я поняла, что передо мной «лох непуганый», по определению моего супруга. Играть Квас почти не умел, за моими руками не следил, и я, научившись у Арика передергивать и считать карты, довольно быстро убедилась в полной непригодности Кваса к какой бы то ни было игре.

- Н-да, тебе действительно лучше на фантики играть, - насмешливо сказала я и вдруг заметила огорченное выражение на его лице. - Что такое?

- Да говорили мне, что я неспособный… но чтоб баба меня обула…

- Ты не расстраивайся, мы ж не всерьез. А хочешь, я тебя научу кое-чему? - предложила я.

Квас напрягся:

- Чудится мне подвох в твоих словах.

- И какой же?

- Сейчас попросишь что-нибудь.

Я пожала плечами:

- А что мне у тебя просить? Ты ведь меня все равно не выпустишь.

- Верно.

- А давай с другой стороны зайдем. Твой хозяин ведь сообщит Косте, что я у вас, так? Как думаешь, что будет?

- Твой Костя будет аккуратнее руками работать.

- Это вряд ли. Для Кости деньги - бог.

- А ты?

- А что - я? Баб может быть много.

- Ну, вот и проверим.

- А если его люди начнут меня искать? Я не позвонила ему, а была должна, - я блефовала, как умела, но вдруг увидела, что попала в точку - Квас напрягся.

- И что?

- А ничего. У Кости и здесь есть свои люди, как думаешь, если нас тут обнаружат - что будет с тобой?

- Да кто тебя станет в бассейне на Лиговке искать? - искренне изумился Квас, а я обрадовалась - теперь я вообще отлично знаю, где я и как выбраться отсюда, если повезет из комнаты этой выскользнуть.