Помоги проекту - поделись книгой:
Третьим же моим приказом, было изменение устава «РАИК», в соответствии с которым она приобретала черты американской корпорации – как форма организации бизнеса, основанная на долевой собственности и раздельной функции собственника и управления. Также, в изменённом уставе «РАИК», было введено согласованное с Красиным (ставшим вместо Льва Троцкого Председателем «Главного концессионного комитета при Совете Народных Комиссаров СССР») положение, по которому - она теперь обладает правом заниматься любым видом коммерческой деятельности, а не только швейной промышленностью.
Леонид Борисович умрёт в декабре этого года от белокровия и его место займёт мой лоббист Александр Серебровский.
***
Подыхающая «РАИК» – вынос тела и похороны которой уже состоялись в конце декабря 1925-го года, всё же напряглась напоследок и за лето, для АО «Красная игла» - построила «под ключ» в Ульяновске швейную фабрику на пятьсот швейных машинок и обувной цех - для фабрики АО «Красный лабутен», в которую преобразовалась сапожная артель моего бывшего сослуживца Чеботарёва.
Производственная артель «Красная игла», трансформировавшись в АО Ульяновская фабрика готового платья «Красная игла», не вошла ни в «РАИК», ни во «Всероссийский швейный синдикат» – в который та ранее входила на правах треста.
Это было самостоятельное предприятие – поднадзорное в части фиска краевым и губернским органам власти.
Не раз повторялся и ещё раз повторюсь: дикое нагромождение советских бюрократических структур (при известной «ловкости рук» конечно) – позволяло ещё и не такие «кренделя» выписывать!
Высокая стоимость конечной продукции – являлась «визитной карточкой» российской промышленности всю эпоху НЭПа. Она же, была основным сдерживающим фактором наращивания производства. Конечно, советские правители это прекрасно понимали и принимали кое-какие меры – в частности добиваясь снижения цены на сырьё… Но это были всего лишь полумеры – к тому же в основном бившие по крестьянам, по поставщикам этого самого сырья.
Получался какой-то «заколдованный круг» - как «Гордиев узел», решительно разрубленный товарищем Сталиным в ходе коллективизации и первых пятилеток.
Однако, в своих «промышленных образованиях» я пытаюсь идти своим путём – снижая цены на выпускаемую продукцию.
Но…
К великому моему прискорбию - пока это приводит лишь к увеличению спекулятивных структур в самом Ульяновске и вокруг него: до 75-ти процентов всей нашей продукции до потребителя доходит через перекупщиков – через «левые» торговые кооперативы и оптовиков-частников, «накручиваясь» ценой в разы. Я беспрестанно бьюсь над этой проблемой: в частности пытаясь настолько нарастить выпуск товаров – что спекулировать ими потеряет всякий смысл. Однако, до этого пока бесконечно далеко и самым приемлемым решением на данном этапе является прямые поставки.
И я замутил…
Эдакий, «Али Экспресс» в стиле «стимпанк»!
Выбрав в рассылаемом бесплатно по почте каталоге требуемый товар, потребитель в ближайшем отделении «Красного экспресса» заключает договор, платит четверть суммы и вскоре получает вещь - за которую может расплатиться в кредит на срок от трёх до шести месяцев.
Конечно, «сразу» только прыщ выскакивает – а такая система продаж развивалась достаточно медленно и, в полную силу заработала лишь к знаковому 1927-му году - принося в бюджет Общества взаимного кредита «Красная взаимопомощь» - (сперва, общая касса частных и кооперативно-артельных кредитных учреждений Ульяновска, затем всего Нижегородского края) порядком полутора миллиона рублей в год.
Не всё было гладко да ровно, конечно.
Так или иначе, но и в тот раз «Пролетарка» - не была введена полевой военной формой для РККА.
Зато, ею заинтересовались в Наркомхозе в качестве рабочей спецодежды – обязательной для всех государственных и частных предприятий.
Из обмундирования, в разгар Советско-маньчжурской войны первыми была официально принята шапка-ушанка – вместо «богатырки-будёновки», над которой я вдоволь поизгалялся на страницах прессы – сравнивая её с германским «пикельхельмом» периода Первой мировой войны.
Тогда же были отменены «разговоры» на груди – в виде поперечных полос на груди, красные звёзды на рукавах и, прочая похабень военный формы РККА 20-х годов - над которой втихушку смеялись даже братские зулусы в Африке, а небратские народы - откровенно ржали.
Следующей, была разгрузка со вставными стальными пластинами – изобретение, официально принадлежащее Кузьме Рубцову, нашему Домовёнку стало быть. Правда государство, воспользовавшись соответствующей оговоркой в законе о «правообладании» и изрядной лоховатостью самого изобретателя – кинуло его через вполне определённый «болт»…
Но, он ни капли не обижается – всё ж родное, сцуко, государство.
На швейной фабрике АО «Красная игла», кроме «пролетарок», «камчаток» и всего такого прочего «элитного» - шьётся недорогая рабочая одежда. В том числе зимняя - на основе бушлатов и утеплённых штанов послевоенной Советской Армии.
Хотя нашу одежду, пока официально не приняли как обмундирование для РККА – не беда!
Она полуофициально, через Осипа Фёдоровича Всеволодова из «Отдела снабжения РККА и РККФ» - покупается для снабжения войск на Дальнем Востоке, ведущих необъявленную Советско-маньчжурскую войну.
Туда же просто влёт уходила и первая продукция нескольких трикотажных артелей, оснащённых оборудованием - приобретённым мной прошлым летом во Франции. Они вязали носки, свитера и так называемые «шарф-трубы» - в зимнее время входящие в снаряжении немецкого солдата наряду с шинелью и каской. Это короткая шерстяная вязаная фабричным методом труба, легко растягивающаяся и одеваемая на шею или голову. Будучи натянутой на шею - защищает от холодного ветра горло, не сползает, не мешает.
У нас, этот девайс чаще именуют «Балаклава».
Примерно такая же история как и вышеописанная, была и с обувной фабрикой «Красный лабутен» - тачающую эксклюзивные «берцы» и «дутоши», а в смелых планах – дешёвую кирзовую обувь массового спроса. Чисто в технологическом плане, с кирзой пока проблема, но мы с Чеботарёвым над ней работаем.
***
Зимой 1926 года, промышленно-торговый кооператив «Красный рассвет» начал распространяться на всю Нижегородскую губернию и, даже дальше – на вновь образованный Нижегородский край, состоящий из округов, те в свою очередь из районов.
Если очень кратко, то сам процесс расширения происходил так:
Сперва в каждом округе, затем в каждом районе - первым делом появляется корреспондентский пункт газеты «Красный глас», который разведывал обстановку, знакомился с местными кадрами и оценивал перспективы развития здесь кооперативного движения, если оно здесь уже существовало, или его создания в противном случае.
Затем, если на совещании Совета председателей артелей и руководства промышленно-торгового кооператива «Красный рассвет», давалось добро – здесь появилось отделение «Красной взаимопомощи» - кредитно-кооперативного учреждения, вошедшего в свою очередь капиталами в общую кассу Нижегородского «Общества взаимного кредита» (ОВК).
Вслед за ним, свой «Красный маркет» - отдел сбыта, «Красный лабаз» - отдел снабжения со складами, «Красный путь» - транспорт и логистика…
Наконец, для создания артелей, их организации и помощи в технологическом плане – местное отделение «Отдела главного технического консультанта».
В дальнесрочных перспективах распространить такой порядок вещей на весь так называемый Торговый «путь из варяг в персы» – от Архангельска и, аж до самой Астрахани - есть такой торгово-логистический проектик, ну а там посмотрим.
После того, как я занял вполне определённое положение в губернии, а затем в крае и, обзавёлся точно таким же влиянием - был создан «Нижегородский акционерный трест советских хозяйств» (СВТСХ) – призванный увязать деятельность частников и кооператоров с деятельностью крупных государственных предприятий в свете «трёхлетнего плана развития Нижегородского края».
***
Но всего этого мне бесконечно мало!
Осенью 1925 года, разорвав все виды межгосударственных отношений с Советским Союзом – в том числе торговые, западные страны тем не менее - как и в годы Военного коммунизма, оставили малюсенькую «отдушину-лазейку» - разрешив своим фирмачам торговать с советскими предприятиями частной и кооперативной формой собственности.
Парадоксально звучит, но это пошло на пользу советской промышленности!
Почему, спросите?
Среди большевиков «технаря-заклёпочника» - ещё днём с огнём поискать надо, даже если у него имеется дореволюционный диплом технического ВУЗа. Ибо, чем они там занимались, как учились – «чему-нибудь, да кое-как», какие «университеты» проходили - известно даже жертвам ЕГЭ.
Пользуясь этим, фирмачи втридорога сбагривали через «Внешторг» своё промышленное оборудование – зачастую, уже морально устаревшее или даже бракованное.
Но даже, если и не надуют… На одно и тоже советское предприятии, могли прийти разнотипные станки производства разных фирм - к друг другу не адаптируемое и, мало того – оборудование из разных стран с разными мерами измерения и стандартами.
Теперь же от полной и безоговорочной безнадёги, предприятия (кроме питерских и донбасских - где была своя политика, о которой позже) были объявлены акционерными обществами и пройдя процесс сертификации - получили возможность самим выбирать себе нужное оборудование, расплачиваясь взятой в кредит у государства валютой, если самим продать нечего.
И хотя злоупотребления никуда не делись, их стало на порядок меньше.
И я этим обстоятельством тоже воспользовался на все сто процентов!
Ведь, промышленно-торговый кооператив «Красный рассвет» и являлся таким предприятием – не попадающим под санкции. Имелись и, уже хорошо налаженные связи между ним и «Межрабпомом».
Поэтому, первым же делом мы хорошо стали зарабатывать на посредничестве, а вторым - в «РАИК» была создана отдельная структура. Всего в эпоху НЭПа, в СССР насчитывалось свыше трёхсот пятидесяти промышленных и торговых иностранных концессий и, наша среди них - просто затерялось, как «золотая карта Виза» (Visa Gold) - среди опавших листьев в осеннем лесу.
Официальной целью создания «Red Fannie Mae» было строительство предприятий - так в соглашении с «Главным концессионным комитетом при Совете Народных Комиссаров СССР» было записано. Поэтому, в отличии от других концессий-«однодневок» - она имеет все шансы просуществовать достаточно долго, строя небольшие предприятия (не более сотни-полторы работников) сперва в Ульяновске и Нижегородской губернии, затем вдоль Волги, вдоль торгового пути «Из варяг в персы», а потом…
А, потом посмотрим!
Глядишь и до гигантов индустрии – вроде Магнитки или Байконура допрогрессируемся.
По заключённому контракту большая часть денег фирмачам выплачивалась лишь после того, как обученные советские специалисты дадут на вновь построенном или реконструированном предприятии первую продукцию.
Так называемое «строительство под ключ»!
Конечно, выходило на первый взгляд дороже, но в конечном итоге - это себя всецело оправдывало и окупало.
Первым делом, изрядно потренировались «на кошечках».
То бишь, занялись тем что попроще - производством канцелярщины, в частности: копировальной бумаги, скоросшивателей, дыроколов, анилиновых чернил, стальных перьев, скрепок, кнопок и так далее…
Грех над убогими смеяться, но со времён Рюрика и прочих монголо-болгаров, в славной своей раздутой бюрократией России - такое добро не производилось, а импортировалось на сумму в пять миллионов(!) золотых рублей в год. И я имею наглость покуситься на значительную часть этого «пирога».
Этой же зимой, в Нижнем Новгороде нашлась заброшенная кондитерская фабрика - со времён Военного коммунизма, заселённая лишь бандами беспризорниками да полчищами крыс. Сотня бывших безработных комсомольцев, под наблюдением троих специалистов из Штатов - выловили первых, разогнали вторых, отремонтировали помещение и установили в нем современное импортное оборудование.
Буквально три месяца и, фабрика «Красный планктон» стала выпускать - канцелярские кнопки, скрепки, дыроколы и стальные перья, во всё возрастающих количествах и качеством немногим хуже импортных.
Чуть позже, примерно так же была открыта фабрика «Красный копирайтер» по производству скоросшивателей, копировальной бумаги и ленты для пишущих машинок…
Правда, сперва были небольшие проблемы со сбытом…
Некоторые товарищи «не понимали», что отечественного производителя надо поддерживать.
А на хрена нам тогда кремлёвское лобби?
Хм, гкхм…
Оказывается и, оно не всесильно!
Ладно, тогда мы зайдём с другой стороны – с заднего, так сказать - прохода…
Когда разговоры «кулуарах» не помогли, мной была организована шумная компания в прессе против продавшихся западным капиталистам советских чиновников, несколько демонстраций и митингов… Группы решительно настроенных ребят из «Ударных комсомольских отрядов по борьбе с хулиганством» (УКО), каждый день провожающих от дома до работы и в обратном порядке встречающих товарищей - принимающих решения и, не прошло и полгода как…
«Таможня дала добро»!
***
Да, да – именно пуговиц!
А вы думаете, маленькая пуговица – это маленькая проблема?
Ошибаетесь!
Ладно, я понимаю – прецизионные станки, паровозы, грузовики, пушки, танки, самолёты, высокооктановый бензин… Но грёбанный стыд: время Великой Отечественной Войны, из САСШ по Ленд-лизу экспортировали даже…
Рисунок 2. Солдатские пуговицы изготовляемые фирмой «Waterbury Button Co» в Чикаго.
Пуговицы для красноармейских шинелей, гимнастёрок, шаровар и кальсон!
Всего в Советский Союз было поставлено свыше двухсот миллионов солдатских пуговиц. В этот раз, в новой реальности я надеюсь - мы обойдёмся без этого национального позора.
С анилиновыми чернилами дело было несколько посложней, думаю - про них придётся рассказать как-нибудь отдельно.
Следующим шагом было производство туалетной бумаги – ибо вытирать вечно обосранную пролетарскую задницу газетами с портретами классиков марксизма, иль ныне здравствующих вождей «первого в мире» - есть подрыв моральных устоев общества и государственной безопасности.
Думаете, я о них пекусь-забочусь? О классиках и вождях?
Поделиться книгой: