Кара Джеврие

– Извини, мне нужно отойти.

– Конечно, конечно.

Бегюм отошла, чтобы ответить на звонок, а Али улыбался, глядя на неё.

– Говори, Ферхат.

– Госпожа, мы нашли его по одному из адресов, что вы выслали.

– Отлично. Сделайте, что нужно. Но, Ферхат! Так, чтобы полиция зашла в тупик. Через пару часов я сообщу отделу, что нашла адрес. К этому времени всё должно быть решено.

– Как прикажете, госпожа Джеврие.

2014 год. Стамбул. Особняк Юсуфа Окайя

– Брат Юсуф, ты уж помоги, иначе все мы пострадаем.

– Не переживай, Каан. Твоё имя не засветится в сводках полиции. Но тот парень…Как его там?

– Мете.

– Мете, да. Вот он должен ответить за свои ошибки. Это его первый проступок. Я понимаю, он ещё молод. И лишь поэтому я на этот раз не убью его. Ферхат, сынок, позови нашу дочь.

– Но Юсуф..

– Позволь ей ещё раз в качестве извинения помочь тебе. Зови , сынок, – обратился он к чернявому парню у дверей, который ждал приказа.

– Как прикажешь, отец.

– О, брат Каан? С добром ли пожаловал?

Мужчина ничего не ответил, даже слегка отвёл презрительный взгляд

– Дочка, один из новеньких в нашем деле допустил ошибку. На месте убийства он оставил гильзы. Доберись до них первее своих сослуживцев.

– Вы как себе это представляете? Я что, по ночам, как бандит, должна обыскивать место преступления и скрыть улики?

– Репутация "Кара Джеврие" не должна пострадать, дочка. Если случится обратное, мы все будем платить за это. И ты в первых числах тех, кто поплатится.

Девушка знала, что полиция ни за что не должна добраться до них прежде, чем она исполнит свой план.

– Ладно, отец, я решу это дело.

2017 год. Стамбул

– Вот чёрт, всё напрасно! – пиная стул кричит Али.

Бегюм входит в ворота и видит как собирают тела охранников Эркана, тело которого выносят последним.

– Что происходит, Али? Это наши сделали?

– Нет. Когда мы пришли, уже всех положили. А сам Каган болтался на люстре, как пиньята! – Али не мог сдерживаться. – Мы были вот на столько от поимки кара Джеврие, вот на столько, – сузив два пальца, утрировал Али.

– Ладно, успокойся. Следы какие-нибудь остались? Пусть снимут отпечатки с верёвки, стула. И проверьте кабинет. Вдруг есть записная книжка, или что-то вроде того. Он был деловым человеком, такие люди не могут после себя ничего не оставить. Всё, что найдёте, везите в участок. Давай, Али, едем. Тут нам больше нечего делать.

– Кара Джеврие снова доделали своё грязное дело. И именно тогда, когда мы вышли на след Эркана!

– Ты исключаешь самоубийство?

– Ты видела эти трупы на улице? Зачем человеку, если он хочет убить себя, убирать охрану? Он возьмёт и повесится.

– Может он спятил, перебил охранников, осознал содеянное и повесился с горя.

– Как у тебя настроения хватает шутить, Бегюм?

– Да ладно тебе. Расследование продолжается, а значит наши мозги не закиснут. Мы что, настолько плохие полицейские, что после одной неудачи обречённо смотреть на всё дело?

– Ты права. Это не единственный способ найти Кара Джеврие. Есть ещё этот Джеласун Кара. Мы обязательно найдём его.

– Конечно, – с самоуверенной улыбкой Бегюм смотрела на плывущие над городом облака.

2000 год. Стамбул. Особняк Юсуфа Окайя

– Юсуф, ты уверен, что эти дети не доставят тебе проблем?

– Ты знаешь, Джихангир, что я из всего могу получить выгоду. Эти дети станут нашим щитом. Больше мы не будем бегать от полиции, скрываясь под чужими именами. Эта девочка, Джеврие, вот увидите – она нам очень пригодится. Но больше мы не Юсуф, Каан, Джихангир и Адем, – мужчина посмотрел на каждого, кого назвал. – Теперь мы – "Кара Джеврие".

– "Кара Джеврие"? Что это?

– Мы спрячемся за этим именем. И что символично, спрячемся за именем дочери моего врага. Теперь всё, что будем делать мы, будет вести полицию к ней.

– Но она совсем ребёнок. Что будет, когда она вырастет?

– Ах, Адем! Тогда Джеврие Кара Йылмаз ответит за все преступления, что совершила её группировка "Кара Джеврие".

–А что будет с мальчиком, Юсуф?

– Он напоминает мне моего сына. Я воспитаю из него настоящего мужчину.

– Эйвалла, Юсуф, Эйвалла! – прозвучало от всех, сидящих в зале.

2017 год. Стамбул

Молодые люди заходят в клуб. Там на удивление приятно пахнет – свежо и сладко. В это позднее время людей тут почти нет. Бармен протирает бокалы. На сцене сидит молодой человек, свесив ноги, что-то напевая под гитару, но его еле слышно.

– Что будешь, чай или кофе?

– Я от кофе не откажусь. День был просто бесконечным. Надо взбодриться.

– Брат, -обращаясь к официанту прокричал Али, – принеси нам 2 кофе. Я говорил, что это не обычный клуб?

– Да, здесь всё совсем по-другому. Что тут играют?

– Тут не играют, тут читают. Скоро уже 11, сюда придут любители почитать и послушать стихи. Я отношусь ко второй категории. Это расслабляет.

– Я не ослышалась? Стихи? Ха-ха, -улыбалась девушка, не скрывая удивления. – Вот уж не думала что ты таким интересуешься.

– На самом деле я прихожу сюда поесть, – прошептал Али, приблизившись к девушке. – Иногда меня тут бесплатно угощают.

Через десяток минут людей стало больше. Публики было не много, а исполнителей ещё меньше. Но за вечер Бегюм услышала больше 20 стихотворений, которые люди читали под звуки гитары или пианино.

– Это было просто прекрасно! – застёгивая куртку, Бегюм сияла и выглядела посвежевшей.

– Да. Теперь ты знаешь, где можно отдохнуть по-настоящему.

– Это точно. На самом деле – это лучший вечер в моей жизни.

– У тебя была настолько плохая жизнь, что вечер со мной стал лучшим из всех? – ох и любил же Али подшутить.

– Мне было бы весело от твоей шутки, если бы не было так грустно.

Повисло минутное молчание. Али понял, что задел частичку души Бегюм, и не знал, как это исправить.

– Я голодный, как волк!

– Мм, я тоже поела бы. Утром перехватила пару кусочков яблока, а остально время заправлялась кофеином.

– Да ты что? Тогда, нам нужно где-то перекусить.

– Заведения с нормальной едой уже закрыты. Ну вот…Честное слово, ты как о еде заговорил, у меня даже голова закружилась!

– Я не знаю, что ты подразумеваешь под "нормальной едой", но может тебе подойдёт лучший менемен в Стамбуле? Его правда разогреть нужно будет.

–Лучший менемен Стамбула? А почему не всей Турции?

– Ээ, мы пока не имели возможности пригласить к себе всю Турцию, -парень в ожидании смотрел на Бегюм. После нескольких секунд она сдалась.

– Ладно, лучший менемен Стамбула. Далеко тут нам идти? А то ноги меня скоро совсем слушаться не будут!

– Нет, тут близко. Поймаем такси и минут через 15 будем на месте.

Так они и сделали. Въезжая в район, где жил Али, Бегюм стала пристально смотреть по окнам. Когда они вышли из машины и встали перед порогом дома, девушка продолжала осматривать улицу.

– Прости, эти места не для таких, как ты.

Бегюм не смотрела на него. Она продолжала рассматривать дома.

– Бегюм? Ну же, идём.

Тёплый менемен был съеден, и молодые люди решили запить его чаем.

– Почему тебя поселили в этом районе?

– Меня не селили, я сам его выбрал.

– Разве ты не получил жильё от работы?

– Нет, я решил снять то, что понравится мне. За меня в этой жизни никогда не решали. Тут я тоже не стал никого вмешивать. Конечно, для тебя это место может показаться мрачным и страшным, но здесь тихо и вполне уютно.

– Но и очень опасно.

– Да, иногда тут случаются заварухи, но я всегда пропускаю такие интересные моменты.

– Ты не боишься, что однажды придя домой ты ничего не найдёшь?

– Ну не до такой же степени, Бегюм! Да, тут могут побить окна и …

–Я знаю.

Парень в недоумении покачал головой.

1996 год. Стамбул. Район Балат

На полу дома разбросаны осколки, женщина с поцарапанным лицом и синими от побоев руками и ногами держит на коленях маленькую девочку.

– Зачем они сделали это, мама? Мы сделали этим людям что-то плохое? Они опять придут нас бить?

– Нет, дорогая, нас больше никто не тронет. А, Джеласун! Где же ты ходишь?! – оставив девочку, женщина побежала к только вошедшему в дом мужу.

– Что тут случилось, Сара? Вы в порядке? Джеврие, как она? – мужчина стал искать глазами дочку.

– В порядке? Да ты хоть знаешь, что тут произошло?!

– Что это? Почему окна выбиты?

– Какие-то люди ночью, пока тебя не было, разнесли наш дом. Чёрт с этими стёклами, но они ворвались к нам в дом и избили нас! Да покарает тебя Аллах, Джеласун Кара, это всё из-за тебя! Нет сил уже терпеть это, понимаешь? Нет сил. Ладно я, я своё прожила, но Джеврие…Маленькую девочку, ребёнка избили! По твоей вине, по твоей. Но с меня хватит.

Женщина стала бегать по дому и собирать вещи. Мужчина с ошеломлённым видом стоял, не зная как смотреть в глаза жене и дочери. Он подошёл к малышке и стал целовать её маленькие ручки, которые были покрыты синяками.