Искра

Мокша, ничего не отвечает, открывает глаза и внимательно изучает человека, который с ним заговорил. Мокша столько лет не слышал человеческого голоса и сам проводил время в молчании, при общении с духами, ему не нужно было говорить вслух, чтобы его слышали.

– Слава создателю! Мокша! Это и правда ты! – мужчина припал на колени и обнимает за ноги повзрослевшего юношу.

– Я… – Мокша, изрек первый звук за столько лет и у него закружилась голова, – Я помню тебя…

Путник все так же обнимал ноги Мокши и ревел.

– Я заблудился, в городе оставаться было опасно, а я как трусливый пес убежал.

Мокше было не посебе от того, что его ровесник сейчас плачет как ребенок еще и “валяется” в ногах. Да, местные духи часто развлекаются таким образом, что люди начинают блуждать и теряются. Но они впервые допустили встречу с их любимцем, с Мокшей.

– Что стряслось в городе? почему там опасно? – Мокша выбирается из объятий потерянного человека.

– Северный Хан Ашин, ведет с собой большое войско… – захлебываясь слезами, запинаясь почти на каждом слове мужчина не мог продолжать.

Мокша садится перед путником на корточки и правой рукой берет его за подбородок, направляя его глаза к себе.

– Успокойся и говори… -произнес любимец духов, низким голосом не отводя своих темных глаз.

– Трезор, покинул город две недели назад, вместе с делегацией переговорщиков, обратно к нам вернулась одна из наших лошадей, запряженная в телегу, наполненную обезглавленными трупами делегации… Я стоял в дозоре, я испугался и  теперь блуждаю несколько лун по степи. Лучше умереть от голода или дикого животного, чем попасть в руки людей хана.

Из-за дерева вышел дух в обличии девушки.

– Мокша, отдай его мне, – змеиный язык облизал губы и потрогал воздух, – Он принес тебе новости, которые я хотела, чтобы ты знал. Больше этот трус тебе не нужен.

Мокша выпрямился, отпуская руку от лица путника, – Какая выгода тебе, дух?

– Сладкий мой, почему сразу же выгода?

– Я знаю твои повадки, коварство и хитросплетение различных интриг. Однажды, когда я у тебя спрашивал, почему вы оставили меня в живых, ты сказала, что я ваш козырь. Объясни мне или я сам заберу его жизнь, – из под рукава одежды Мокши, появилось лезвие которое уже холодом пронзило кожу путника от прикосновения. Трус сжался и заскулил как собака, моля о прощение и милости.

Девушка зашипела голосом кошки и за спины показался длинный, гибкий хвост заканчивающийся острым жалом, – Как ты смеешь со мной так разговаривать! Именно я тебя приютила на своей земле! Открыла тебе наш мир, кормила тебя – пока ты не мог прокормить себя сам и теперь, ты угрожаешь мне? Мальчишка! – глаза духа горели ненавистью.

– Мне нужны ответы. Ки, ты же знаешь, что я не отступлю, – Мокша встал за спину сидящего на коленях труса и левой рукой держит голову заложника, а правой, ловко делает небольшой надрез на шеи, откуда начинает сочиться человеческая кровь.

– Не смей называть меня по имени при смертных! – глаза еще раз пыхнули огнем и чащу пронзил стрекочущий звук.

– Дай мне ответ!

– С начало отпусти пленника, и я тебе отвечу, – Ки, перешла на диалог, спрятав хвост, и вновь змеиный язык попробовал воздух. Аромат крови ее соблазнял. Нет, это не было ее постоянным рационном, но ей очень нравился вкус человеческой жизни, которая покидает тело.

– Нет, дух. Я не отпущу его, сначала ответь мне на вопрос, – Мокша, столько лет наблюдал за жизнью Ки и знал, насколько она зависима от крови и увядающей жизни людей и наконец-то появилась возможность узнать правду. Очень рискованно конечно идти напролом, но иначе он никогда не узнает правды.

– Хитрец… – прошипела новым голос девушка, – Твоя взяла, – Ки, стала ходить из стороны в сторону, не спуская глаз с руки Мокши и крови на шеи у пленного, – У каждого духа, есть своя территория в вашем мире и мы привязаны к ней, пока нас не призовут в другое место. Ты мне нужен был, чтобы я попала в ваш город, – ее язык рептилии вновь облизнул воздух, —Столько человеческих пороков и возможностей..

– Людские пороки тебе не важны, ты не создатель чтобы судить, – Мокша пытался разобраться, насколько откровенно Ки, делилась информацией.

– А мне они нужны не для суда, глупый мальчишшшка… Люди, их кровь, их души. Вот что меня интересует. В городе найдется один или два фанатика, которые начнут убивать с моим именем на устах, ради меня и для меня, начнут восхвалять мое имя на уровне с создателем, – Ки меняет направление и медленно идет в направлении Мокши, – Мне будут поклоняться как богине и мое имя отразится в вечности. А пока я здесь, существую в этих болотах уже более тысячи лет и у меня появился шанс выйти погулять. Я очень долго искала такого как ты, чародея по крови. Юного и не испорченного людскими пороками.

Мокша не верил своим ушам, получается все это время им пользовался дух воспитывал и учил его, для того чтобы выйти за свои рамки. Чародей глубоко ушел в свое подсознание и не заметил, как Ки уже наслаждалась плотью и кровью соплеменника.

– Уже слишком поздно малыш, – Ки поцеловала Мокшу в лоб и тот, повалился на землю, – Тебе следует отдохнуть, перед большой дорогой.

***

Анна кое-как нашла профессора в коридорах университета, пробираясь через поток людей, она раздавала свои извинения студентам на которых наступала или сталкивалась.

-Профессор! Подождите! – уже догоняя мужчину в темно сером пиджаке.

Профессор не был удивлен, он ждал понедельника и ждал этой встречи с Анной. “Она загорелась и что-то нашла”. Он ей приветливо улыбается и приглашает пройти с ним в его кабинет.

—Я так понимаю, вы что-то нашли?  – уже подойдя к двери кабинета, учитель смог задать первый вопрос, чтобы не перекрикивать людскую суету.

– Я ничего не понимаю, профессор! Как и куда делись практически две тысячи людей? По данным археологов, город был предан огню, но не во время войны, потому что нет следов оружия того времени. На слое раскопок, отсутствуют следы борьбы и противостояния. Не найдено ни одного наконечника стрелы или копья. Но подобных вещей много найдено в четырех точках города, и это скорей всего просто оружейные в прошлом. А отсутствие бытовых приборов – говорит о том, что люди просто встали, собрали все личные вещи и ушли, но перед уходом сожгли город дотла? Я не понимаю, – Анна возбужденная своими догадками и информацией которую ей удалось почерпнуть, говорила без умолку.

– Может быть кофе? – Профессор вежливо пытался охладить пыл и параллельно включил кофе машину. Студентка согласилась и присаживается в кожаное кресло.

– А вы что думаете по этому поводу? И можно ли взглянуть на работу вашего студента?

– Я лишь восхищаюсь вашим азартом в данный момент, но могу сказать, что, к сожалению, копия его дипломной работы была утеряна при пожаре в архиве. Пару лет назад, там произошло замыкание и часть документов была утеряна навсегда, – профессор уже несет две кружки горячего кофе к столу где разместилась студентка, – Но знаете, я кое-что помню из этой работы и на некоторые вопросы я возможно смогу вам ответить, – мужчина подает Анне чашку и сам садиться на соседнее кресло.

– И что вы можете рассказать?

-То, что это странная история в первую очередь, но одна из легенд все же сохранилась. Это больше сказание о жизни чародея, некогда изгнанным из города, но который вернулся по зову народа, – профессор замолчал, как будто бы вспоминал, что было в сказаниях, но в глазах читалась некая боль утраты. “О чем же он думает?” – Промелькнуло в голове у девушки.

***

Чародей открыл глаза, солнце слепило с чистого и голубого неба, голова кружилась. Поднялся, опираясь на руки, смотрит по сторонам и пытается сориентироваться. Тропа, та самая тропа, по которой много лет назад он покинул город. Шелестящий голос Ки отозвался в голове: “Мальчик пора вставать и идти, твой город тебя ждет. Ты знаешь дорогу” – шепот замолчал. Все еще не в себе Мокша начинает движение к родному городу.

Дорога представляла собой пересечение полей ранее засажаными шипованными кустарниками, теперь о их жизни тут, говорила лишь пожухлая трава и сухие остатки растений. Из долины, в которой находился город, словно выпили жизнь. Там где пробегали звонкие ручейки, вода либо вяло текла, либо остались лишь небольшие русла как напоминания о предыдущей жизни. “Мооокшаа… Хан Ашин, такой же как и ты. Он может говорить с духами…” – голос мистической девушки вновь прошелестел листьями в сознании.

На воротах города стояла вооруженная стража.

– Стой! Кто ты такой? – Крикнул дозорный, когда Мокша уже был перед рвом с западных ворот.

– Я Мокша, приемный сын Трезора, который много лет назад покинул родный город, – громко продекларировал путешественник.

Охрана стала перешептываться друг с другом и Мокша увидел, как один из молодых солдат скрылся за укреплениями. Ждать пришлось недолго, на стенах появился глава города.

– Не верю своим глазам… – пробормотал старец и старший караульный отдал приказ открыть ворота. Мокша вошел в город.

***

—Так вот, когда некий блудный сын вернулся в город. Ему рассказали последние события, – профессор не успел сделать маленькую паузу, как Анна ее сразу же перехватила.

– Какие события? Я нигде подобного не читала.

– Терпение коллега, – мужчина поставил чашку на стол и продолжил, – За время отсутствия приемного сына, отчим стал стареть и увядать, на его лице все чаще читалась усталость, но он гордо вел народ и поддерживал жизнь селения. Разведчики с севера вернулись с плохими новостями о том, что на снежных землях, некий Хан, захватил власть своего племени путем обмана и союза с одним из духов. Несколько лет, разведчики возвращались, лишь принося одни и те же новости. Хан с племенем построили город и теперь они уже не кочевники, а оседлые жители северных земель, – профессор сделал глоток из чашки.

«Он назвал меня коллегой! Ого!» Не убирая взгляда от мужчины Анна, повторяет его действие и делает глоток кофе

.

– Так продолжалось до того года, как сын колдуна вернулся в город. Когда на севере, зимой погодные условия стали невыносимыми, хан приказал идти на юг. С тех пор, как северяне двинулись в теплые края, в город который обнаружили в прошлом веке, город ремесленников и мастеров, принял очень много сбежавших селян и каждый из них приносил новости страшнее других. Трезор – если я не ошибаюсь, духовный наставник города и отчим беглеца, решил действовать. Но вместо войны, он решил предложить мир. Воевать с Ханом не было смысла, его многотысячное войско бы легко разбило войска города, единственная надежда была на силы природы и географическое местоположение. Запасов хватило бы держать осаду долгие годы. Но как только Трезора обезглавили, всё вокруг города стало увядать и тот непроходимый кустарник поник, реки измельчали, ров оказался почти пустым.

Анна слушала голос профессора с открытым ртом от изумления: “Где он откопал эту информацию?”

***

– Как ты понял, Мокша – сын Трезора. Мы в плачевном положении. Войска Хана Ашина, уже на подходе. Буквально еще два, может три дня и его войско уже будет здесь, – глава города, сидит на скамье рядом с чародеем в пустующем помещении некогда бывшей школы Мокши, – А нам нечем с ним сражаться, те воины которые у нас есть, я не сомневаюсь в их отваге и доблести. И каждый из них будет биться до последней капли крови, но нам не выстоять такого натиска.

Мокша обводит глазами помещение, воспоминания хлынули сами по себе. Вот он впервые читает заклинание, а вот он учится выкладывать печь для плавки бронзы. А потом последние слова его учителя: “Наш город существует уже более двухсот лет и не разу такого не было. Чтобы сын учителя, избегал своих обязанностей возложенных на него родом и духами. Ты уже взрослый и на этом все”

– Как ты можешь нам помочь? Ты вернулся для этого? – Глава кладет свою руку на плечо чародея, – Трезор говорил, что ты придешь. А если он верил в тебя, в тот момент, когда ты был на чужбине, то и я верю в тебя.

Мокша не был умным или опытным стратегом как Хан, или как его отчим. Он не знал, что делать. Все чему учила его Ки – это хитрости, общение с низкими по рангу духами и заклинания. Отвары, зелья, метаморфозы физических объектов, но ничего про войну или тактику.

“Заклинание призыва” – всплыло в голове у чародея. “Духи, которые познали силу человеческой души, делят территорию…”