Любовь к трём снегирям

Приход весны впервые стал для Лили безрадостным. Вернувшись с предпраздничной линейки, Лиля заметила подозрительную тишину. Она заглянула в комнату. Снегири пропали! Девушка посмотрела на полку – пусто, проверила за занавеской – пусто, на шкафу, в других комнатах тоже никого не было. В кухне девушка обнаружила открытую форточку. Как молния пронеслась у нее в голове мысль: улетели! Дрожь пробежала по телу Лили, глаза заболели, и девушка стремглав бросилась в комнату, где, не раздеваясь, упала на кровать, орошая ее слезами.

Лиля плакала так долго, что не заметила, как заснула. Проснувшись, девушка решила, что все произошедшее – просто тревожный сон, и кинулась к полке, в надежде увидеть там снегирей. Но там по–прежнему было пусто. Девушка просто места себе не находила. Ничего не ела, ночью не спала, стала хуже учиться. Ее родители, видя такую перемену в дочке, предлагали ей разные замены: мягкие игрушки в виде снегирей, брелоки для ключей, броши. Девушку ничего не радовало.

– Даже если бы вы могли купить мне живых снегирей, вы все равно не смогли бы найти точно таких же, какие были у меня. Снегири – они же как снежинки, одинаковых не бывает.

Тоскуя по снегирям, Лиля задумала немыслимое: она нашла их совместную фотографию, распечатала ее на принтере и расклеила повсюду следующие объявления:

«Пропали ручные снегири. Рыжик – задорный снегирь с ярко–оранжевой грудкой, Крепыш – снегирь–богатырь с темно–красной грудкой и Певчик – молоденький снегирек с ярко–красной грудкой и звонким голоском. Нашедшего прошу звонить или вернуть по указанному адресу.»

Кто-то из прохожих, при виде таких объявлений, смеялся. Кто-то задумывался. Кто-то отправлялся искать, но разве можно отыскать снегирей в городе, откуда эти птицы улетели еще раньше?

Лиля уже потеряла надежду, как однажды вечером, лежа на кровати и горько плача, она сквозь слезы услышала стук в окно. Девушка удивилась – третий этаж же, кто может стучать? Потом подумала, может, какие-нибудь птички увидели на окне муху и, схватив ее, стукнули клювом по стеклу, и снова уткнулась в подушку. Внезапно девушка вскочила:

– Птички? – и резко бросилась к окну.

Дрожащими руками распахнула она занавеску, и к величайшей радости увидела, что в окно действительно стучали клювиками три птички. Три снегиря. Три ее любимых сердцу снегиря, которых она спасла и выходила.

Девушка резко дернула ручку, открыла окно, и снегири с веселым щебетом ринулись к ней, ласково тыкаясь клювиками в ее лицо, руки и лоб.

– Дорогие мои, маленькие мои, вернулись, простили! – сбивчиво и плача, теперь уже от счастья, говорила девушка. – Вы же меня простили, верно? Я совсем, совсем не хотела вас обидеть.

Вместо ответа снегири сели ей на плечи и легонько тюкнули в щеки.

– Юная леди! – раздалось вдруг с улицы.

Лиля вздрогнула и выглянула в окно, чтобы узнать, кто ее окликнул. Внизу стоял врач из ветклиники, и улыбаясь, махал рукой.

– Может, Вы хоть чаем меня напоите, в благодарность, что я нашел Ваших снегирей? – с мнимым недовольством спросил он.

– Ой, разумеется, доктор, поднимайтесь, конечно же!

Лиля сообщила врачу номер квартиры, после чего закрыла окно. В этот самый момент в домофон позвонили.

Девушка впустила врача в подъезд, и отправилась на кухню ставить чайник. Снегири неотлучно следовали за ней.

Уже через некоторое время Лиля наливала гостю чай и слушала его рассказ о неожиданном визите к нему снегирей.

– Заканчиваю я, значит, рабочий день, открыл окно, дабы проветрить, сам пошел переодеваться. Возвращаюсь в кабинет, и вижу: сидят на моем столе три снегиря! Я, признаться, сначала удивился, откуда в городе снегири, да к тому же весной, а потом посмотрел на них повнимательней, и вспомнил. «Это же те самые снегири, – думаю, – которых мне та девушка приносила на лечение.». Решил я, значит, отнести их тебе, а адреса-то не помню, да и вышел я уже из клиники. Неохота была возвращаться. Стою, значит, на улице, думаю. Снегирей, правда, пришлось в коробку с просверленными дырочками положить, чтоб, значит, не улетели. А то ведь они, ты сама знаешь, улетят – и не поймаешь. Так вот, стою я на улице, смотрю по сторонам, и вдруг вижу: еще снегири! Только на фото. Подошел поближе: так и есть – объявление. Ну, думаю, чудная ты девица, раз даже объявление написала. Читаю и думаю: «Рыжик, Крепыш и Певчик. Она еще и имена им дала!». И вот я хочу спросить тебя: зачем ты имена-то им дала? Их же неделю назад надо было выпустить. Почему они так долго находились у тебя?

Врач не кричал, а совершенно спокойно спрашивал. Но тем не менее, Лиля стыдливо опустила глаза, и сбивчиво произнесла:

– Я… понимаете, я… я привязалась к ним!

– Понимаю. – к удивлению девушки, ответил врач. – Я и сам в детстве мечтал о живом снегире. Со временем я понял, что животные и птицы, которых не приручил человек, уникальны тем, что – свободны. Они не могут в неволе вести себя так, как на воле. А смотреть на то, что они делают на воле гораздо интересней, чем то, как они сидят, нахохлившись, в тесной квартире. Тебе не кажется?

– Если честно, то в один момент снегири вообще перестали себя как-то либо вести. Разве что друг с другом продолжали играть. Это было прекрасно слышно по их веселому щебету. Но стоило мне войти в комнату, как они сразу затихали и смотрели на меня, нахохлившись.

– Хм… – нахмурился врач. – А почему это они так на тебя обозлились?

– Обидела я их. – смущенно ответила девушка. – Певчик мертвую петлю сделал, и я ляпнула, что Рыжик и Крепыш никогда такого не делали, чем очень огорчила их. Певчик это почувствовал, и тоже на меня обозлился.

– Конечно, он же снегирь, а ты его собратьев обидела. Вот он и заступился за них. Но все-таки, – вдруг добавил врач, – ты не думала их отпустить?

Лиля сжала губы, не зная, что ответить. Наконец она произнесла:

– Мне очень тяжело будет с ними расстаться. Особенно сейчас, когда я наконец обрела их, хотя считала, что потеряла навсегда.

– Даю тебе время до завтрашнего вечера. – ответил врач. – Если хочешь, мы можем выпустить их вместе.

Лиля чуть заметно кивнула.

– Вот мой номер, позвони, как будешь готова. – и врач протянул девушке визитку. Там был номер, фамилия и инициалы.

– А как мне к Вам обращаться? – спросила девушка. – Не по фамилии же!

– Ни в коем случае! – отрезал мужчина. – Зови меня Яшей, и этого будет достаточно.

– Яшей? Но Вы же мне в отцы годитесь!

– Серьезно?! – усмехнулся врач. – Я думал, максимум, в старшие братья. Но Яшей меня все друзья зовут, а раз ты мой друг, то я разрешаю так ко мне обращаться.

Уже уходя из квартиры он напомнил:

– Так не забудь же, завтра отпускаем снегирей.

– Спасибо Вам, … – произнесла Лиля и осеклась.

– Яша. – улыбнулся мужчина.

– Да, спасибо Вам, Яша.

И девушка без тени смущения улыбнулась.

Глава

V

. Снегири улетают

Лиля проснулась рано. Родители уже ушли на работу. Снегири еще спали, тесно прижавшись друг к другу. Осторожно, чтобы не разбудить птиц, девушка выглянула в окно. Солнце светило уже совсем по–весеннему, разве что на кучках прошлогодних листьев еще лежал снег.

«– Сегодня вроде бы выходной день, – подумала девушка. – но его сделали рабочим в связи с праздником. Хорошо хоть, в колледже все смягчились после концерта, и решили позволить ученикам отдохнуть еще денек. А вот Яков не учится, он работает. Видимо, поэтому и предложил отпустить снегирей вечером.».

Лиля считала, что звать врача, да даже просто малознакомого человека, Яшей, будет выглядеть как симпатия, поэтому она решила про себя называть его полным именем.

Девушка отошла от окна, и взяла в руки телефон. Конечно, она знала, что в такую рань никто не пишет, да и звонить сама тоже никому не собиралась. Ей просто было скучно.

Среди входящих сообщений было одно от мамы. «Гречка на плите» – сообщалось в нем. Девушка мысленно поблагодарила маму, но есть пока не хотелось. Она просмотрела все социальные сети, где была зарегистрирована, что-то лайкнула, что-то прокомментила, кого-то поздравила. Посмотрела новостную ленту, и не найдя ничего интересного, покинула браузер. Игр на телефоне было мало, все больше творческие, но сегодня что-то совсем не хотелось творить.

Тогда Лиля решила немного порисовать. Стараясь двигаться как можно тише, девушка достала с полки альбом, кисти и краски, и пошла набрать воду в стакан-непроливайку. Дверь девушка закрывать не стала. Бесшумно, как ниндзя, Лиля вышла из комнаты, прошелестела в ванную, и уже там закрыла за собой дверь.

Вернувшись, девушка обнаружила, что снегири еще спят, что очень обрадовало ее.

«– Вот и отлично! Как раз самый удачный момент, чтобы их нарисовать. – решила Лиля. – Фотография, конечно, хорошее дело, но рисунок – это творчество души, в него я вкладываю часть себя.»

Сначала Лиля наметила на листе карандашный контур полки. Потом на нем медленно стали появляться очертания спящих птиц. Девушка рисовала не торопясь, да и куда ей было спешить, если за окном стояло раннее утро? Закончив с контуром, девушка приступила к заливке. Сначала Лиля раскрасила коричневой краской полку и дала ей время подсохнуть, после чего очень тоненькой кисточкой «добавила» на полку недоеденные снегирями зернышки. Пришел черед самого главного – покраска птиц. Лиля взяла красную краску, и раскрасила грудку птички, находившейся слева.

«– Это Певчик. – сказала сама себе Лиля. – Надеюсь, Крепыш и Рыжик не обидятся, что я раскрасила его первым.

Она посмеялась, так же, про себя, и продолжила покраску. Смешав в палитре красную краску с небольшим количеством черной, девушка получила как раз такой цвет, какого была грудка Крепыша, и раскрасила птичку справа.

Чтобы получить цвет грудки, как у Рыжика, пришлось сначала смешать красную с желтой, а потом добавить еще немного красной.

«– Рыжик ведь не такой уж оранжевый, как апельсин, например, – продолжала беседу сама с собой Лиля, – у него грудка цвета, среднего между красным и оранжевым.».

После того, как грудки снегирей были раскрашены, Лиля отправилась в ванную сменить воду и помыть кисточки. При этом она допустила явную оплошность: решив, что к моменту ее возвращения снегири еще будут спать, девушка оставила открытыми баночки с краской.

А зря!

Сразу после ее ухода проснулся Рыжик. На самом деле этот озорник уже давно не спал, и умело притворялся спящим, когда Лиля смотрела в их сторону. Дождавшись, когда девушка уйдет, он вспорхнул с полки и направился прямо к столу с красками. Нет, Рыжик совсем не хотел проказничать, ему просто было интересно, что это такое яркое поблескивает в баночках?

Поскольку Рыжик спал посередине, то, слетев с полки, он случайно толкнул Певчика и Крепыша. Сонные и сердитые, они рванули вслед за нарушителем их сна, и нагнав его, сильно толкнули вперед. От удара Рыжик потерял направление и вместо стола приземлился лапами прямо в баночку с краской.

Снегирь, как известно, не большая, но и не маленькая птичка. По крайней мере, если снегирь встанет лапками в стандартную баночку для гуаши, то не сможет в ней устоять. Так и случилось с Рыжиком.

Почувствовав, что банка падает, Рыжик поспешил вылететь из нее, но он не мог предотвратить последующий разлив краски. Крепыш и Певчик не успели отлететь, и краска, брызнув во все стороны, попала и на них.

Как раз в эту самую минуту Лиля вошла в комнату.

– Ну дела! – выговорила она с досадой. – Простите, ребята, мне не надо было оставлять краски открытыми. Рыжик, стой, не садись пока на полку! – остановила девушка снегиря, который решил подкрепиться после приключения. – Ты же весь в краске! Кто же ест с немытыми лапками?

Девушка подошла к снегирю, еще порхавшему в воздухе, и подставила ему ладошку. Рыжик поставил на нее запачканные лапки, и Лиля понесла его в ванную.

Певчика и Крепыша тоже следовало почистить. Лиля посадила их себе на плечи, благо лапки у них не запачкались, и вся компания отправилась умываться.

У Лили была привычка стирать вручную и вешать на батарею носовые платочки. Сейчас она была рада такой привычке, потому что один из таких платочков, уже постиранный и высохший, висел на батарее как раз кстати. Девушка смочила его водой, и аккуратно, но тщательно обтерла Рыжику лапки. Смочив платочек еще раз, она, с не меньшей аккуратностью, почистила перья Певчику и Крепышу. После чего, посадив чистых снегирей, одного на голову, других – на плечи, Лиля сама вымыла руки, не забыв параллельно простирнуть платочек.

Вернувшись в комнату и посадив снегирей на полочку, Лиля плотно закрыла баночки с краской и убрала их на место. Теперь надо было насыпать птицам свежего корма, но Лиля почувствовала, что сама явно проголодалась.

– Подождите меня немного, ладно? – попросила она птичек. – Я быстренько положу себе каши, и мы позавтракаем вместе.

Снегири не возражали, к тому же у них оставалось еще несколько зернышек, которые они честно разделили между собой.

Лиля вернулась довольно быстро. Поставив на стол тарелку с гречей, девушка насыпала птицам свежего корма, и пожелав им приятного аппетита, начала есть.

Снегири поклевали немного зернышек и, явно заинтересованные тем, что ест Лиля, спикировали вниз и приземлились прямо перед ее тарелкой.

– Что такое? – удивилась девушка столь необычному поступку. – Вы тоже хотите каши? – догадалась она.

Снегири промолчали, и только моргнули черными бусинами глаз, будто подтверждая ее догадку.

Тогда Лиля, не говоря ни слова, зачерпнула полную ложку каши, не спеша подула на нее, чуть-чуть попробовала, и убедившись, что каша теплая, протянула ложку птицам. Снегири недоверчиво посмотрели на ложку. Любопытный Рыжик клюнул первым. После него кашу рискнули попробовать остальные. В одно мгновение ложка опустела, и сытые снегири, почистив перья, лениво взлетели обратно на полку.

– Кажется, кто-то немного переел! – ласково произнесла Лиля им вслед.

Девушка вынула из углубления в полочке чашу, вылила из нее остатки воды, и заменила свежей. Снегири охотно попили и устроились на небольшой отдых. Впереди целый день, думали они, надо как следует отдохнуть.

Птицы и знать не знали о том, что скоро им придется проститься с Лилей.

Увидев, что снегири устроили себе тихий час, Лиля решила последовать их примеру и тоже легла поспать. Проснулась девушка от громкого шелеста крыльев и недовольного щебета. Лиля открыла глаза, и оробела, увидев перед собой разъяренных снегирей.

– Вы что же, проснулись раньше меня и уже съели весь корм? – сонно спросила девушка, но услышав в ответ более возмущенное чириканье, поспешила подняться: – Ладно-ладно, я все поняла, сейчас положу вам новую порцию.

Лиля положила на полку несколько кусочков яблока, поставила блюдечко с кашей, насыпала немного травинок овса, и даже сменила воду. Снегири успокоились и метнулись к угощению.

– А который час? – вдруг спросила Лиля как бы себя и взяв в руки телефон, посмотрела на экран.

– Два часа! – воскликнула девушка. – Неудивительно, – обратилась она к снегирям, – что вы так взбунтовались. Я проспала больше вашего на целый час. Чуть не оставила вас без обеда. Какая беспечность!

Тут ее внимание привлекла цифра «1» на значке «Сообщения».

– О, новое сообщение! Интересно, от кого?

Лиля перешла в «Сообщения». Незнакомый номер писал: «Через час на пустыре. Не опаздывай.»

«– Интересно, кто бы это мог быть? – подумала девушка. – А может, номером ошиблись?

Лиля еще раз посмотрела на номер. Где–то она эти цифры уже видела…

– Куда же я ее задевала? – девушка внезапно начала просматривать полки шкафа, явно пытаясь что-то найти. Но поиски не увенчались успехом, и Лиля метнулась в коридор.

Снегири, уже перекусив, с интересом ожидали, что будет дальше.

– Ага! Вот она! – послышалось из коридора, и Лиля вбежала в комнату, размахивая какой–то тоненькой карточкой. После этого девушка еще раз взглянула на номер в телефоне и сверила его с номером на карточке.

– Я была права, это действительно его номер. – произнесла Лиля, и в ее голосе послышались печальные нотки.

Девушка положила визитку на стол, и взяв телефон, напечатала сообщение:

«Я проспала. Вы уже на месте?»

Ответ пришел довольно быстро: