Записки эмигрантки 2

•      Ника, успокойся. Машина в полном порядке. Ничего не дергает, не заклинивает. Просто ты не научилась еще ездить на «автомате».

Так и проходили мои будни. До обеда я спала. Затем, неспешно потягивая кофе у себя на балконе, общалась с подругами из Москвы – у них был вечер и они уже приходили домой после работы. Если мы не встречались с Мишей, обедать шла к моей безработной подруге. Вечером часто заходила к Эдику, поболтать. Мне было интересно с ним. В нем сочетались мудрость и юмор, уверенность в себе и умение слушать и дать нужный совет. Иногда выезжала на «авто» – чтобы не застаивалось. Особых маршрутов не имелось: магазин – и обратно. Ну, а учитывая, что мои финансы хоть и не «пели романсы», но все же были очень ограниченными, то и это мне стало скоро неинтересным. Смысл глазеть, если ничего не можешь купить?

Позвонила Маша:

•      Ну что, я договорилась, в субботу идем!

•      Там будет еще кто-то? – поинтересовалась я.

•      Да, Тимур – так зовут моего знакомого – придет с друзьями.

•      Хорошо. Пойдем, – согласилась я.

Подъехали к ночному клубу. Маша только недавно научилась водить и за рулем чувствовала себя очень неуверенно. Она не ехала расслабленно, как водители со стажем, а пригнувшись к рулю, держала его мертвой хваткой. Мне было и смешно и грустно, глядя на нее. Она не чувствовала машину и тогда, когда парковалась. Но мою помощь отвергала. Пытаясь найти ночной клуб в темноте, само собой, мы заблудились, петляя в поисках нужной дороги, и приехали намного позже назначенного времени. Ребята уже находились в клубе. Мы направились к ним под изучающими взглядами присутствующих.

Я долго думала, что одеть. Ведь ребята намного моложе. Значит, надо соответствовать хотя бы в одежде. Сейчас на мне было темно-синее короткое вязанное платье на бретельках и оранжевые босоножки, кожаные веревочки которых сексуально обвивали ногу почти до колена. Распущенные волосы добавляли сексуальности.

Увидев компанию ожидающих нас молодых людей, я немного растерялась. Знала, что они моложе, но не настолько! Самому старшему не было и двадцати пяти. Ну, Маша! Однако, молодые люди не сконфузились. Отнюдь!

•      Ренат! – представился мне один из компании, выглядящий солидней, чем остальные. Он мне сразу очень поравился.

Высокий, атлетического телосложения, очень короткая стрижка и немного прищуренные, внимательные глаза. Чувственный, в меру, рот и красивые длинные пальцы. Почему-то я всегда, почти сразу, обращаю внимание на руки мужчины…

•      Ника!

•      Как? – переспросил он. Из-за громкой музыки ничего нельзя было расслышать.

•      Ника, Вероника! – повторила я.

•      Красивое имя! Что тебе заказать выпить?

•      Джин-тоник, – попросила я.

Было приятно танцевать с молодым парнем и чувствовать его сильное тело. Танцевал он очень неплохо и, выпив несколько напитков, мы вытворяли на танцевальной площадке нечто несусветное. Мне это нравилось. Я хотела забыть, кто я, что я здесь делаю. Просто вот так танцевать, крепко держа его ногу между своих ног, раскачиваясь в такт латинской музыки. И столько было сексуальности и животной страсти в этом танце, что окружающие засматривались на нас. Маша, находящаяся здесь же, тоже периодически бросала на нас взгляды, хитро улыбаясь.

•      Ничего себе! – говорила ее улыбочка. – Скромница!

В отличие от нас с Ренатом, она не испытывала того же удовольствия с Тимуром, который тусовался со своими друзьями. Маша топталась без партнера, в группе танцующих одиноких женщин.

•      Мне так нравится с тобой танцевать! – заметил Ренат.

•      Мне тоже, – ответила я.

•      Давай встретимся как-нибудь еще. Ты мне очень понравилась. Можно твой телефон?

Я всем своим естеством желала продолжения с этим молодым человеком. Почему нет? Ну и что, что молод? Я же не замуж за него собираюсь! После всех унижений, которыми сопровождались наши отношения со старым маразматиком, сейчас я могу себе позволить все, что угодно. Более того, я должна себе это позволить. Хотя бы, чтобы опять поставить себя на ту ступень, с которой Джозеф так проворно пытался столкнуть меня все эти девять месяцев. Своими унижениями и оскорблениями.

Отправившись нас провожать, Ренат записал мой номер телефона.

•      А, Хонда Цивик! Хорошая машинка, – похвалил он Машин автомобиль.

•      А какая у тебя?-поинтересовалась я.

•      А вот моя! – указал он на двухдверную машину спортивного типа с сильно затонированными окнами.

Я бы очень удивилась, если бы он показал нам что-то другое. Эта машина так соответствовала ему, его сущности!

•      Она на «стике»! – сказал Ренат. – Знаешь, что это такое?

•      Знаю ли я? Да я всю свою жизнь только и ездила на такой коробке передач. Вот Америка меня разбаловала – первый «автомат»!

•      Серьезно? То есть ты умеешь ездить на «стике»? – искренне удивился Ренат. – Ты – первая женщина, которую я встречаю, умеющая управлять такой машиной. Хочешь попробовать?

•      Запросто!

Сев в машину, я повернула ключ зажигания в замке и стала лихо разъезжать по паркингу, переключая скорости. Благо, паркинг был полупустой.

•       Ну ты даешь! – удивился Ренат. Видно было, что я поднялась в его глазах еще больше, чем после танцев.

•      Ладно, ребята, нам пора! – я отдала ему ключи от машины.

•      До встречи! – напомнил мне Ренат.

•      Спокойной ночи!

Встреча состоялась очень скоро. Он позвонил мне через несколько дней.

•      Ника, привет! Как дела?

•      Да неплохо!

•      Ты не хотела бы поехать куда-нибудь на озеро, искупаться?

•      Можно, – ответила я.

•      Тогда я заеду через часок! Какой твой адрес? – поинтересовался Ренат.

Через час, дождавшись его звонка снизу, я спустилась. Предполагая, что впечатление может быть абсолютно противоположным тому, какое осталось в моей памяти после той ночи. Часто так бывает. Имело значение возбужденное настроение из-за выпитого, приглушенный свет ( обычный спутник всех ночных заведений), громкая музыка. То же самое можно было сказать и о нем. Огромное значение имеет свет, освещение. Особенно для женщин. Иногда смотришь на себя в одном из зеркал супермаркетов, в которых горят лампы дневного света, – ну просто ужас, вышедший из ночи. А иногда, при другом освещении, вроде еще ничего! Сев в машину, я поймала на себе изучающий взгляд Рената. « Зачем я вообще согласилась встретиться с ним?» – спросила я сама себя. Ведь и так все понятно. Он молод, мне почти сорок. Зачем мне это надо?

•      Привет! – сказал он. – Ну что, поехали, искупаемся?

•      С удовольствием! – ответила я.

Ренат по натуре очень сдержан и немногословен. Я это поняла еще тогда, в баре. Мы ехали практически молча. Только иногда я ловила на себе его взгляды. На себе и на своих загорелых ногах, открытых из-под смелой мини-юбки.

Мы подъехали к одному из озер, входящих в знаменитую Нью джерсийскую «семерку озер». Припарковались, Ренат стал вынимать из багажника какие-то пакеты.

•      Я тут взял с собой перекусить! Ты не голодна?

•      Какой ты предусмотрительный! – похвалила я. – Пока не очень!

«Купание в озере только для проживающих здесь» – увидели мы табличку.

•      Не судьба! – сказала я.

•      Ничего, пойдем просто погуляем!

Мы прошли немного и вышли на живописную поляну, прилегающую к озеру. Возле воды стоял стол со скамейкой, где мы и расположились. Я даже не могу вспомнить, о чем мы говорили. Слова были абсолютно не нужны. Кто я? Кто он? Это не имело никакого значения. Вместо мыслей в голове витала одна похоть. Мне было неинтересно, о чем он говорит. Я смотрела на его мужественный и, вместе с тем, такой чувственный рот, глаза с прищуром, руки, тело и чувствовала, как у меня все внутри наливается жаром.

«Да сделай же уже первый шаг! Поцелуй меня! – мысленно потребовала я.– К чему эти великосветские разговоры? Итак ясно, зачем мы здесь! Как будто еще во время танцев не было высказано то, о чем мы сейчас молчим!»

Наконец, он неторопливо дотронулся до моей руки, затем, как бы став смелее, прикоснулся своими сухими губами к моим губам. Медленно проведя языком сначала по моей нижней губе, он перешел к верхней и стал сосать ее. Это был как танец – неторопливый и томительный. Я почувствовала кончик его языка у себя во рту и мелодия нашего поцелуя прошла все этапы: от менуэта плавно к танго, перейдя в рок-н-ролл. Оставив рот в покое, он опустился на колени и стал ласкать языком мои ноги, медленно поднимаясь от щиколоток выше, выше и дойдя почти до бедер. Я давно так не хотела мужчину, как я хотела сейчас Рената.

•      Давай уедем отсюда, – хрипло сказал он. – Поедем куда-нибудь в другое место.

Я вызвалась повести машину. Пока ехали, у меня пропел телефон. Миша! О, черт! Он уже звонил мне, когда мы были на берегу озера и я не взяла трубку. Знает, когда звонить, как чувствует!

•      Привет, красавица! Где пропадаешь, трубку не берешь? Ты где сейчас? – врать я не умела и Миша все понял.

•      Да так, еду кое-куда, – врать я не умела и Миша все понял.

Ситуация идиотская. Мой голос выдавал меня Мише, а Ренат понимал, что мне звонит мужчина и по разговору понятно, что это не просто друг. Но разве кто-то кому-то что-то обещал? Миша замечательно проводит выходные со своей законной женой и я не обязана одевать на себя «пояс верности». Мы доехали до более-менее приличного мотеля, попавшегося на нашем пути. Номер был как будто создан для занятия любовью. Или сексом. В зависимости от ситуации. Практически весь номер занимала огромная кровать. Потолок и стены выполнены из зеркальных плит. Из любой точки можно увидеть себя в разнообразных ракурсах.

Ренат быстро сбросил с себя всю одежду. Как же он хорош! Молодое загорелое тело. Ничего лишнего, перекачанного – именно так, как и должно быть. Он мог запросто составить конкуренцию мальчикам-моделям. Правда, лицо его было не столь слащавым. Я сидела на громадной кровати в трусиках и майке-топике. Ренат подошел ко мне и, аккуратно сняв топик, стал целовать мои груди. Возбуждать меня уже не было никакой необходимости – я вся являлась одним натянутым возбужденным нервом, который желал только одного. Разрядки. Мои трусики были сняты намного быстрее и вот, наконец оно… В нашем случае любви не наблюдалось – была только похоть, звериная страсть и неудержимое желание овладеть друг другом. Секс! Как еще можно назвать это?

Я давно не испытывала таких ощущений. Мне очень нравился партнер, его сексуальное тело, его сила, его запах и то, как он овладевал мной. Не было ничего необычного в наших движениях. Но совокупность всего перечисленного давала превосходный результат. Он очень хорошо чувствовал меня и то, что мы делали сейчас отчасти напоминало наши танцы там, в баре. Не договариваясь ни о чем заранее, мы знали, что будет следующим движением. Все было настолько слажено, как будто мы неоднократно репетировали заранее. Периодически невольно бросая взгляд в одно из зеркал, я рассматривала слияние наших тел, видела его сильные руки, обхватывающие мои бедра, и с удовольствием отмечала, что моя фигура в прекрасной форме и у нас здесь нет возрастного диссонанса. Кондиционер в номере не работал (мы не нашли время включить его) и наши мокрые тела были еще более сексуальны и притягательны друг к другу. Как там в физике, «закон скольжения» и «закон трения». В данном случае было скольжение.

•      Ты такая классная! – прохрипел он, когда все было закончено.

•      Это было замечательно! – выдохнула я.

Нет, мы не лежали долго в постели, гладя друг друга и смотря влюбленно в глаза. Мы встали, оделись и вышли из номера. Это был просто очень хороший секс. Ничего более. И мне нравился этот факт. Даже если он никогда и не повторится… Тем он и хорош, что, возможно, это был первый и последний раз. Это как выпить бокал отличного дорогого вина или съесть деликатес, который не был доступен ранее. В следующий раз уже будет не так вкусно, а потом и вовсе войдет в привычку, как что-то обыденное и само собой разумеющееся. Ренат был моим деликатесом – мальчик с модельной внешностью, лет на пятнадцать моложе. Но у меня не было ни малейших угрызений совести – я знала, что такой шанс может не выпасть мне никогда в жизни и хотела почувствовать: а как это будет? И получила это. Иметь его в качестве своего бойфренда я не хотела. Поигралась и хватит!

•      Пока! – сказала я, выйдя из машины возле моего дома.

•      Можно я тебе еще позвоню? – спросил Ренат.

•      Конечно, звони! – ответила я, пожав плечами, сомневаясь, что мы когда-нибудь еще увидимся.

Праздные будни

Приближался сентябрь и с ним новый учебный год. На днях должен прилететь Даник из Москвы. Сказать, что я соскучилась – ничего не сказать. Мне безумно не хватало его – хотелось многим поделиться… Ведь за это время столько всего произошло! Да просто прижать к себе и посмотреть в его глаза.

Как-то вечером позвонил Ренат:

•      Как дела? Чем занимаешься?

•      Ничем особенным…

•      Можно я заеду к тебе?

•      Заезжай!

Если честно, я уже не испытывала того подъема, который чувствовала до предыдущей встречи с ним. Да и настроила я себя на то, что встреч больше не будет. Вечер был прекрасный – мы сидели на балконе, что-то пили, о чем-то беседовали, потом перешли в спальню и занялись любовью. Все было так же, но уже совсем не так. Я была права: Ренат – мальчик-деликатес и частить с этим не стоило. Да мне это просто не надо было – я удовлетворила свое любопытство единожды, а привыкать к нему не собиралась: слишком больно будет потом расставаться. А расставание неизбежно. Ко всему прочему, он остался ночевать у меня, а это совсем не входило в мои планы. Спать я любила одна. Всегда. И просыпаться одна тоже. Я не из тех, кто будет вскакивать с постели за час до пробуждения любимого и встречать его при полном параде с дымящимся кофе на подносе. Ну уж нет, увольте! Никогда этого не делала. Но одно дело, когда ты просыпаешься с мужчиной твоего возраста и вы, оба немного помятенькие после ночи, улыбаетесь и говорите друг другу какие-то глупости. Другое дело, когда рядом с тобой спит мальчик и вскакивает с постели, как будто он вовсе и не спал, а ты чувствуешь себя уже не на пятнадцать лет старше, а на двадцать пять. Надо заметить, что в это утро я выглядела отлично – наверное, сказалась ночь любви. «Это был первый и последний раз», – сказала я сама себе. Говорят, «мой дом – моя крепость!» Я бы перефразировала : «Моя кровать – моя крепость!» Мне было достаточно Джозефа, который беспардонно вторгся на мою территорию. Больше я впускать туда никого не собиралась.

Забегая вперед, скажу, что Ренат попытался переночевать у меня еще один раз, позвонив чуть ли не в час ночи. Это было, когда Даник уже вернулся из Москвы.

•      Ника, можно я к тебе приеду?

•      Ты знаешь, сколько сейчас время? – спросила я сонно.

•      У меня такая ситуация – мы должны были переехать, квартиру отдали, а в новую пока въехать не можем.

•      Извини, ничем не могу тебе помочь, я не одна. У меня ребенок в соседней комнате спит, – ответила я.

•      Я тихонько войду, а утром очень рано уйду, – предложил Ренат.

•      Нет, это исключено, – категорично ответила я.

Вот этого еще только не хватало! Априори я знала, к чему приводят такие отношения. Мальчики сначала просят переночевать, потом одолжить денег, а потом еще чего-нибудь. Ведь он дает мне так много: свое молодое тело! Так расплачивайся! Нет, дружочек! Такой номер не пройдет со мной! Аривидерчи!

Даника поехали встречать вместе с Машей. Я не очень хорошо знала дорогу в аэропорт Кеннеди, который размещался в Нью Йорке, и попросила ее поехать со мной.

•      Я поеду с тобой, если ты мне составишь компанию в ночной клуб, – то ли в шутку, то ли всерьез поставила условие Маша.

•      Хорошо, считай договорились, – ответила я.

Мой ребенок приехал отдохнувший, загорелый.

•      Данька, это наша первая машина здесь, в Америке! – подвела я его к своей «ласточке».

•      Точно, как у Алика! – без особого энтузиазма произнес он.

Конечно, после нашей последней машины в Москве особую гордость Хонда не вызывала. Дома Даник стал выкладывать сувениры, привезенные из Москвы: какие-то картинки из янтаря, матрешки, российские флаги, шарфы с надписями «Спартак-Динамо».

•      Данька, зачем ты так много понавез всего? – удивилась я.

•      Надо, в библиотеке буду дарить. Директрису надо задабривать, да и вообще – пусть будет, – по-деловому распорядился мой сын.

Потом из чемодана стали выкладываться кипы дисков с советскими фильмами-классикой «Бриллиантовая рука», «Операция Ы», «Иван Васильевич меняет профессию» и тому подобное, а также диски с русской эстрадной музыкой.

•      Данька, да ты у меня продолжаешь оставаться патриотом! – смеялась я.

•      Да, я патриот. А что? – задиристо спросил он у меня.