Пестрая бабочка

– Не знаю…

– Ладно, – вздохнула я, – будешь Ричард. Дик. Пойдет?

– Ага!

  Я дала ему монетку «на пряники» и пошла к дому пешком, пока кареты свернули в сторону хозяйственных построек, где должна была быть конюшня.

  В холле меня встретил дворецкий. Пожилой седой мужчина с шикарными бакенбардами, худощавый и совершенно невозмутимый. Его спина была настолько прямая, будто он еще в детстве проглотил длинную жердь и теперь прилагал все усилия, чтобы жить абсолютно перпендикулярно земле. Мне ужасно захотелось вытащить из готовальни с чертежными принадлежностями транспортир и померить углы. В дополнение темно-синий камзол, старомодного покроя, выглаженный до идеального состояния с огромными подплечниками придавал мужчине вид доски, на которой кто-то решил посушить одежду. Когда я была чуть младше, я ужасно робела перед такими дворецкими. Они выглядят важнее принцев крови и держатся невероятными снобами. Но сейчас во мне сидело слишком много вина, чтобы обращать внимания на такие мелочи.

– Добро пожаловать, мэтресса, – голос был низкий и тихий – под стать внешности, – мое имя – Бэрри. Я покажу вам ваши комнаты, а потом представлю слуг, прошу за мной.

  Мы прошли через широкий холл, взгляд сам цеплялся за яркие картины с изображениями цветов на стенах, и поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Везде было красиво и чисто, как в музее. Ни пылинки. В окна второго этажа лился теплый свет закатного солнца. По правую руку были двери в мои комнаты – спальня, маленькая гардеробная, ванная.

– Вам наверняка потребуется кабинет, он находится в башенке, лестница в нее перед вами. В подвале располагается лаборатория предыдущего хозяина. Я покажу ее вам позже.

  Мы вернулись на первый этаж, там уже стояли мои старые и новые домочадцы. Кроме кучера Рика и Аделаиды была еще невысокая пухлая женщина в переднике с очень светлой кожей и добрыми глазами, вся сдобная, как булочка. Когда она увидела меня, на лице ее появилось жалостливое выражение: какая худенькая! Эту мысль не нужно было даже читать с помощью эмпатии. Дворецкий представил ее как матушку Марту, повариху. Я познакомила их с вошедшим Ником, и все захлопотали: матушка пошла накрывать на стол, Бэрри, так и не изменивший ни на миг своего угла наклона во время всей короткой экскурсии, распоряжался разгрузкой вещей, новоиспеченный Дик и кучер – подчинялись. Аделаида двинулась наверх – развешивать в шкафы одежду. Ник пошел обойти поместье, и я увязалась следом.

 Оказалось, мы поселились на небольшом участке прямоугольной формы – просто отгороженная часть леса, облагороженного внутри периметра. От ворот к подъезду с четырьмя колоннами вела насыпная песчаная дорожка, огибая маленький декоративный пруд с цветными камешками. Само здание было выкрашено в светло-желтый цвет, кроме зеленой башенки. Слева от здания благоухал ухоженный сад с вишнями и яблонями, посреди которого стоял небольшой столик с плетеными креслами для трапез на природе. За домом зеленым ковром вытянулась ровная поляна, засеянная особым видом ярко-изумрудной травы, видимо, для каких-то подвижных игр на воздухе. Однако судя по ее состоянию – спортом тут никто не увлекался. Дальше между двумя холмами вниз вела дорожка, по краям которой лежали белые камни. Заканчивалась она небольшим пляжем с мягким золотистым песком, справа и слева в море выступали скалы, скрывая пляж со всех сторон. Я разулась, приподняла мантию и немного побродила в полосе прибоя, любуясь заходящим солнцем. Светлые боги. Это все было – мое! Только мое! И я могла оставаться тут, сколько захочу. Ник остался доволен. Полагаю, ему хотелось искупаться, но мешало скинуть одежду мое присутствие. Мешать ему не хотелось, поэтому я под предлогом «сменить платье» оставила папиного телохранителя одного.

  К ужину я переоделась в легкое домашнее платье серо-серебристого цвета и спустилась в столовую, отделанную темно-зелеными и кремовыми панелями. Пол был из темного дерева и оказался начищен до блеска. Несколько декоративных буфетов с фарфоровой и серебряной посудой. Стол рассчитан на двенадцать человек и накрыт белоснежной скатертью. Стулья были по столичному модными, изогнутыми и очень удобными. Вообще все поместье казалось уютным и обставленным с большим вкусом. Кто бы ни был предыдущий хозяин, он понимал в этом толк.

  После ужина я принялась за первоочередные дела: установила в башенке шар для магической связи и спустилась в подвал – в лабораторию и полистать местные книги. Богатая библиотека. Не из тех, где книги подбирают по цвету корешков. Много всего по общей теории магии. Кое-что редкое по элементалям. История. Немного узко специализированной литературы по некромантии. Я листала облюбованные фолианты, забравшись с ногами в кресло, и только глубоко за полночь улеглась в уютную теплую постель. Кот пришел обновить территорию и улегся спать на соседнюю подушку.

  Я подумала, где сейчас мог быть Дэвлин? Тоже ложится спать? Один, интересно?

  Потом вздохнула, свернулась в клубок и уснула.

 Когда солнечные лучи разогнали остатки сна, я открыла глаза, и сама того не зная впервые провела ритуал, который в последствие станет для меня привычным и обыденным, как чистка зубов: попыталась опознать потолок. Он был абсолютно незнакомым, как, впрочем, и окружающая обстановка. Я так привыкла ночевать в придорожных трактирах, что мягкая постель и уютное просторное помещение показались мне продолжением сна. Приятного и радостного. Ну да – ну да. Дай-Пивка, чудесный приморский городок. За миг я вспомнила события вчерашнего дня: уехавшего непонятно куда Дэвлина, громоподобного бургомистра и секретаря непонятной видовой принадлежности. Нет ничего приятнее вставать именно так: потянуться сладко и рывком вскочить с кровати, когда сила и жажда деятельности переполняют отдохнувшее тело. При нормальном дневном освещении комната произвела еще лучшее впечатлении – стены обиты нежно-зеленой тканью, аккуратные пуфики и изящные столики, ну и, конечно, огромное старинное трюмо, на которое Аделаида уж успела расставить всю мою косметику. Видимо, бургомистр постарался с мебелью? Больше некому. Раньше же ведь здесь жил мужчина. В любом случае, было тут хорошо.

  Завтракала я снова одна – нарушения этикета Барри не потерпел бы, а шокировать его сразу мне не хотелось. Он аккуратно присутствовал рядом, в таком же отглаженном камзоле, но черного цвета, коротко отвечая на мои вопросы, а они касались, в основном, бывшего хозяина поместья.

– Мэтр Дариус был исключительным человеком, – заметил дворецкий, рассматривая что-то, видимо, крайне любопытное, на стене в метре над моей головой, – исключительный, мэтресса. Аккуратный во всем, ответственный, но, сами понимаете, маг… Очень могущественный маг…

– И что? – полюбопытствовала я, поедая кусочек аппетитно зажаренной куропатки.

– Я никогда не интересовался его экспериментами, но… иногда они были… странными.

– Что вы имеете в виду?

– Он исчезал на много дней, иногда в башне начинали светиться какие-то огни… Сами понимаете, подробностей я не знаю, но во всем, что касалось дома, он был отличным хозяином.

– Понятно. А что на счет Дика?

– Простите?.. Ах, да, Дика, а что вас интересует?

– Мэтр Дариус не пытался как-то помочь ему?

– Он с помощью чар обучил его читать и считать, – Бэрри задумался, – и писать немного. Надо сказать, что определенных успехов он достиг, однако, что можно поделать с природой?

– Есть у меня одна идея, – проговорила я задумчиво, и дворецкий посмотрел на меня немного настороженно. Это была первая тень эмоции, которую я увидела на его лице. В остальном он был безупречен.

– Вам виднее, мэтресса.

  На десерт было нечто воздушное, сливочное и фруктовое. Казалось, взяли облако засахарили, накидали в него клубники и слегка подрумянили в печи, чтоб появилась нежная хрустящая корочка. Зато под ней – сочетание нежной сладости и сочности ягод. Изумительно. Никогда не пробовала ничего подобного даже в лучших ресторанах Дайсара. Разумеется, после завтрака я отправилась на кухню – благодарить матушку Марту.

  Матушка хлопотала с печью. Она аккуратно кидала в печное отверстие дрова, кости, и прочий, оставшийся от готовки мусор.

– Матушка, это непостижимо. Вы просто виртуоз.

  Она просияла всем добрым круглым лицом, на щеках немедленно появились очаровательные ямочки.

– Спасибо на добром слове, мэтресса, стараюсь…

– Я никогда не ела ничего вкуснее.

– Весь секрет в этой животине, – кухарка ткнула пухлым пальчиком в печь, – если б не мэтр Дариус, мне бы никогда такие рецепты не осилить.

Комментарий поставил меня в тупик, и я задумалась: не ослышалась ли я вообще?

– Какой животине?

– А вы сами поглядите, – она лукаво улыбнулась, отходя от печного отверстия.

  Я с любопытством заглянула внутрь, и запищала от восторга. В печке сидела небольшая саламандра! Эти элементали огня напоминают ящериц, багрово красного цвета, когда спят, и ярко-оранжевого, в сполохах пламени, когда бодрствуют. Она была очаровательна. Я сунула ей какую-то деревяшку, явно предназначавшуюся для сжигания. Саламандра аккуратно обхватила ее цепкими лапками и съела. А потом посмотрела на меня. Взгляд у этого существа невероятно выразителен. Черные глазки-бусинки рассматривали меня с явным любопытством. Животина была ужасно умильная.

«Забавно… – протянул внутренний голос, прерывая мои восторги. – Ты хоть представляешь, какая это редкость?»

– Какая прелесть! – не могла сдержать я восхищения. – Как ее зовут?

– Да никак, – пожала плечами матушка, возвращаясь к рабочему столу, сделанному в виде верстака, и вооружаясь здоровенным ножом.

– Тогда ты будешь Искра.

  Зверюга снова умильно посмотрела. Я скормила ей еще одно полено, снова восхитилась мастерством Марты и пошла собираться. На сей раз, я взяла с собой Ника, желая познакомить его с моим новым коллегой по управлению этим захолустьем. Плестись в карете не хотелось, поэтому выдвинулись мы верхом.

  Дорога до Дай-Пивка была уже вполне знакомой: через полчаса я слезала с лошади возле ратуши. Местный конюх взял в оборот скакунов и увел их куда-то в сторону хозяйственных построек, с великодушным обещанием накормить, расчесать хвосты и вернуть.

  Пока мы ждали в приемной, из кабинета Идальго, будто сказочный герой из пещеры людоеда, выскочил какой-то мужик в расшитом перламутром горчичного цвета камзоле, толстый и с залысинами, купец по виду. Он выглядел, как встрепанная курица, которой только что отвесили хорошего пинка. Хлопнувшая дверь, едва не прищемила ему полу верхней одежды. Разве что перья не летели.

– Да разве так можно вести дела?! – завопил он, обращаясь к потолку и потрясая какими-то бумагами. – Я этого так не оставлю! Не оставлю!

Потолок проигнорировал его. Я пожала про себя плечами и пошла к двери в кабинет, а разъяренный посетитель, матерясь в полголоса, шустро двинулся к выходу. Ник остался подождать, развалившись в мягком кресле.

– Как жить… Как жить? – повторял он, пока не скрылся на лестнице.

  В кабинете обнаружился и сам людоед. Встопорщенный, не меньше ушедшего, и рвущий содержимое какой-то папки.

– Я те чё сказал, сукин кот?! – заревел он, вскидывая нехилых размеров револьвер. – Еще одна жалоба – пристрелю на…

И тут он обнаружил жмущуюся к дверям меня – звуковая волна просто не давала сделать ни шагу дальше. Идальго мгновенно просиял и явно привычным ему жестом отправил револьвер в поясную кобуру.

– Мэтресса! – ревом приветствовал меня бургомистр. – Как обживаетесь?

– Спасибо, все просто прекрасно.

– Вина? И обед? Беседа у нас как раз – на поесть.

– Да, благодарю… – я не успела закончить фразу, как этот потрясающий дядька проорал в сторону приемной:

– Секретарь! Красного и белого! И пожрать!!

  Неожиданно мне пришло в голову, что я опять пью. Надо было с этой традицией завязывать. Вообще, с алкоголем все было достаточно просто: несколько стандартных заклинаний Школы Тела были способны нейтрализовать вред от вина, табака и даже легких наркотиков. В моем недавнем окружении было нормальным выпить пару бокалов за обедом, потом коктейль ближе к сумеркам, а уж за ужином – сколько угодно душе, в зависимости от настроения. Но я-то была уже не дома. Находясь несколько навесле, сложновато решать серьезные вопросы. Как интересно такой образ жизни и деловые вопросы сочетает Идальго? Но спросить я постеснялась.

  Пока безымянный секретарь расставлял снедь и разливал вино, я наконец-то рассмотрела кабинет, вчера же все мое внимание было поглощено только его хозяином. Кое-где виднелись остатки былой роскоши, видимо от прошлого владельца – панели на стенах из красного дерева, резные рамы на окнах. Однако, новый владелец избавлялся от атрибутов красивой жизни безжалостно. «В казне ни серебрушки мелкой, а у этого тут!..» Серебряные стенные канделябры были сняты со стен и свалены в углу, а кое-где остались еще следы от висевших когда-то картин. Рядом лежал позолоченный карниз и груда бархатных штор. «Еще б будуар тут был, алебарду мне в… !!» За широким столом был грубый деревянный стул вместо уместного тут мягкого кресла. Это тоже говорило о хозяине кабинета немало. «Я чё вам, мадам в борделе – в красном бархатном кресле посетителей встречать?!» Колоритный персонаж, я уже говорила?

Вокруг двери в стене было уже два пулевых отверстия, вчера их еще не наблюдалось. Н-да, политесов тут не разводят.

Возник, как из воздуха, невозмутимый секретарь с подносом, полным всякой снеди – добротной, хоть и без изысков. Трюфелям под соусом пикан тут явно предпочитали хороший кусок жареного кабана.

  Я пригубила золотистую жидкость и откинулась в кресле, оставленном тут, судя по всему, персонально для меня. Теперь будем слушать. Это правильный подход к приему посетителей: кормить и грузит делами одновременно. Сытый человек куда благодушнее, и договориться с ним проще.

– Собственно, у меня к вам три темы, – начал Идальго, опрокинув в себя чуть ли не пол-литровый кубок, – общие дела, конкретное дело, и, извините, ваш спутник, с какой начать?

  Под спутником он мог понимать только Дэвлина, так что я, подобно породистой охотничьей собаке при виде кролика, мгновенно сделала стойку.

– Давайте с третьей.

– Э. Г-хм… Вы хорошо знаете вашего друга? – полюбопытствовал полковник, деловито раскуривая трубку.

Запах крепкого табака защекотал ноздри, хотя сам дым утягивало в распахнутое окно.

– Мы вместе ехали сюда, до этого учились в Академии, – пожала я плечами,– вот собственно и вся история знакомства.

– Мертвячья кость! Так баронет тоже маг, вот бы никогда не подумал.

– Вас это удивляет?

– Ну, – кольцо ароматного дыма поднялось к потолку, и мне немедленно тоже захотелось курить, – он выглядит как наемник, ведет себя, как аристократ в хрен знает каком поколении, если он еще и мэтр…

– Баронет Купер крайне неординарный человек, – согласилась я.

  Он наклонился над столом, уставившись мне прямо в глаза, перестав улыбаться и понизив голос до глухого рыка:

– Тогда, может, вы мне поясните, на кой мертвячий ляд ему вздумалось селиться на голой скале, стоящей в море недалеко от побережья?

– Где? – я как раз раскуривала собственную трубку и поперхнулась дымом.

– В ста метрах от берега, сразу за портом стоит Скала Утопленника – необитаемое место, там даже птицы не гнездятся. Потому что негде, собственно, алебарду мне в…

– И он…?

– Зашел вчера вечером, заплатил хорошо и купил эту скалу. Нет, я не в претензии, деньги сейчас нужны. Но я терпеть не могу, когда не понимаю чего-то. А сейчас я вообще не понимаю нихрена мертвячьего.

– Ничего об этом не знаю, – покачала я головой с сожалением.

– Н-да?

– Честное слово.

  Он снова откинулся на спинку, сделал недоуменную физиономию и почесал бородищу.

– Не палатку ж он поставит на вершине, а?

– Не думаю, – пожала я плечами, – он обещал мне показать сегодня, где поселится. Потом расскажу.

– Вот и здорово, а то мне просто неприлично любопытно.

Ха! Не ему одному…

– Знаете, все, что касается Дэвлина мне тоже до неприличия интересно, – пожаловалась я, – но как-то ничего узнать не получатся.

  Он прищурил один глаз, посмотрел хитро, и рожа у него стала совершенно разбойничья.

– Вам тоже? А вы разве не… вместе?…

  Я рассмеялась и покачала головой.

– Да нет! Что вы. Он не совсем в моем вкусе. И вообще, я знаю о нем не намного больше вашего.

– Скрытный?

– Сдержанный.

– Как вы деликатны, мэтресса, мне он показался просто ходячим айсбергом! Мертвячья кость, вы уверены, что он живой вообще?

– Если бы что-то с ним было не так, мой куратор бы предупредил меня.

«Наверное».

  Полковник налил еще, и задумчиво посмотрел куда-то в стену за моим плечом:

– Хотя, вы знаете, тут у нас оригиналов хватает.

  Я внимательно уставилась на него, ожидая продолжения.

– Например, Мастер Шварц…