Жаворонки. Часть первая

– Не очень близко ты и попал. Надо сказать совсем далеко ты был и скорее всего жить будешь, если со страху не умрёшь. – подбодрил его полковник, – Один японец, вообще под оба американских взрыва попал. Сначала в командировке в Хиросиме был, а потом с ожогами вернулся домой в Нагасаки и там ещё раз попал, и ничего, дожил до 93 лет и помер в 2010 году.

– На тебе же нет ожогов? – капитан вставил свой вопрос и получив отрицательный ответ добавил, – Ну, вот, до 95 доживёшь!

Немного помолчали, обдумывая случившееся.

Водитель газели закурил:

– А там, дальше, ещё падали бомбы? – спросил он обращаясь к капитану и указывая рукой в противоположную от города сторону. Все вопросительно повернулись к капитану.

– Нет, слушайте, не заметили ничего. И сообщений не было. Пока. – на последнем слове у капитана проскочила тревога в голосе.

– А, Агил как? – спросил полковник, – По идее и его должны были накрыть.

– Нет. Агил точно в порядке, телефонная связь была и начальство связывалось, да и вояки, что-то говорили, у них там тоже связь была. Перед отъездом до нас доводили.

Беспокойство, проскочившее в голосе капитана, перекинулось на остальных. Уверенности в том, что бомбардировка закончилась, ни у кого не было, а следовательно тревога за судьбу близких и свою собственную давала себя почувствовать. Даже полковник нахмурился. Терять ему было нечего, но повторные удары могли затруднить реализацию его плана, а этого ему не хотелось. Водитель газели засобирался, тепло прощаясь с компанией и скоро машина исчезла за поворотом, и собравшиеся остались на по прежнему пустой дороге.

– А, вы, что планируете делать? – поинтересовался капитан.

Сергей с товарищем и полковник переглянулись. Первые подвисли в неопределённости, а полковник медленно выговорил:

– Я в часть поеду. – он указал рукой в сторону расположенной километрах в двадцати воинской части, – Там с ориентируюсь, у них наверняка связь будет, информацию поднакопим, а дальше видно будет. Вы, кстати, заедте через пару дней, информацией собранной обменяемся. – добавил он обращаясь к полицейским.

– Давайте. А мы проскочим дальше, до Онетки наверное, дальше уже и страшно, да и нет там ничего до самого города.

Попрощавшись, полицейские двинулись дальше, в сторону города. Оставшись в одиночестве, молодёжь загудела. Послышались возгласы:

– Город разрушен!? Война!? Наши мамы!? – и эти и прочие возгласы, слились в один общий гомон, местами показались слёзы. Взрослые переглянулись между собой, надо было что-то делать. Полковник подобрался:

– Так, юноши, обратите на меня внимание. – гвалт продолжался, продолжал и полковник укрепив голос, – Сегодня, мы все, понесли тяжёлые утраты. Наш город был разрушен множественными ядерными ударами. Наши близкие оставшиеся в городе – погибли. – гомон стих, все слушали.

– Да, это очень плохо. И мы с вами, всегда будем хранить светлую память и о наших близких, и о нашем городе. Будет время и мы поставим им памятники, и посадим в их честь аллеи. Сейчас, мы остались живы и мы должны жить. Жить и сражаться если потребуется, так, что крепитесь все, и будьте готовы ко всему.

Замолчав, полковник ещё некоторое время стоял перед малышами, гомон стих, местами раздавались всхлипы.

– Так! Вы двое, езжайте на место лагеря, жгите костёр, готовьте шашлык и чаю ещё заварите. – полковник уверенно распорядился Сергеем и товарищем, затем указал на молодёжь, – Мы выдвигаемся пешим порядком. По прибытии в лагерь решим, что делать.

– Всё, пошли. Все вопросы по дороге. – полковник увлёк за собой юношей и первым двинулся в сторону лесной дороги задавая скорый темп.

Юноши гурьбой двинулись за ним. Сергей с товарищем постояв несколько мгновений, провожая взглядом удаляющуюся группу, сели в машину и двинулись ей в след. Обогнав пешеходов и въехав под кроны деревьев, товарищ спросил:

– Что дальше будем делать? К тебе на дачу нельзя. Близко к городу и на карте полковник нарисовал там границу заражения. Ко мне на дачу можно, она заметно дальше и под накрытие осадками не попадает, судя по карте. У меня там отец с матерью и племяшка, я их ещё в пятницу отвез. Угу-у?

– Да, ты, что! – изумился Сергей. – Вот хорошо-то как вышло. Реально повезло. Я своих тоже звал на выходные, на дачу, да куда там… – тяжело вздохнул Сергей тускнея.

– Поедем ко мне. Надо только маршрут выбрать с большим объездом, чтобы под облако с осадками не попасть, но за пол дня полюбому доберёмся. Так?

–Да. Тема. – вздохнул Сергей и молча уставился в окно.

«Три километра, не велик путь, можно темп держать пободрей.» – думал полковник бодро вышагивая впереди группы молодёжи, которая галдя поспевала за ним. Постепенно гвалт утих, скорый темп движения давал себя почувствовать и через километр юноши уже заметно запыхались. Полковник сбросил темп движения до комфортного. Юноши подтянулись. Немного отдышавшись, они начали задавать полковнику вопросы и первым был:

– А те, кто в городе был, они точно погибли?

– Без сомнений. Город наш очень компактный, всю свою историю был зажат землями горной промышленности и не очень раскинулся в ширь. Какие размеры у него? Грубо говоря, пятнадцать на двадцать километров. При таких размерах пришедшиеся пять-шесть, или сколько там, зарядов, а прилететь к нам мог только Трайдент 2, американская баллистическая ракета морского базирования, это когда ракета находится в корпусе подводной лодки. В нашем случае, это наверняка была подводная лодка типа «Огайо», – полковник умышленно загружал мозг юным попутчикам множеством подробностей, гоня, не допуская в него тяжёлые мысли, – а внутри у неё размещаются 8 боеголовок мощностью под 500 килотонн каждая или 14 боеголовок мощностью 100 килотонн. Эти боеголовки имеют очень точную систему наведения, попадают в круг радиусом сто метров. – продолжал полковник в такт шагам. – Судя по количеству вспышек, прилетели к нам более мощные боеголовки, при их подрыве, на небольшой высоте над землёй, в радиусе два-три километра происходят тотальные разрушения. Всё живое гибнет мгновенно. Вот, теперь, прикидывая сколько на наш город упало, мы с вами поймём, что врядли кто-то мог остаться в живых.

– А у Вас, в городе кто-то остался? – не унималась молодёжь.

– Да, жена и две дочки. – внешне спокойно ответил полковник, а про себя добавил, – «И целая жизнь!»

Юноши притихли, понимая, что затронули больную тему. Воцарилась тишина нарушаемая пыхтением и полковник ускорил темп движения. Только подходя к расположению их лесного лагеря, кто-то спросил, что же делать дальше.

– Сейчас, в лагере отдохнём и обдумаем наше положение, а потом примем решение. – спокойно сказал полковник.

Когда вышли на поляну, на которой располагался лагерь, костёр ярко пылал кипятя воду для чая, на мангале поджаривались куски мяса, а вокруг хлопотали Сергей с товарищем. Пешеходы устали и с удовольствием расселись вокруг костра на скамеечки. Отдышавшись малыши потихоньку начали болтать, обсуждая всё случившееся за сегодня и боясь даже произнести это в полный голос. Вскоре поспел шашлык и чай завариваясь в котелке, ждал своей очереди. Шашлык был съеден молодёжью с аппетитом, а полковник съел несколько кусочков исключительно заставив себя, так сказать – про запас, когда в следующий раз ему придётся поесть он не знал. А вот чай, все пили с удовольствием. Чуть сдвинувшись, за чаем начали обсуждать возможные варианты действия:

– Товарищ предлагает поехать к нему на дачу, она за Ысертью и наверняка сохранилась. У него там семья. – Сергей вздохнул при слове семья. – А, Вы, что думаете делать? – спросил он обращаясь к полковнику.

– Поеду в часть …, там люди, связь, за пару дней ситуация прояснится, а там и видно будет. И помнишь, мы, на ты, договаривались общаться?

– Полагаешь война и разрушением городов дело не ограничится? – товарищ спросил у полковника волновавший его, уже некоторое время, вопрос.

– Даже представить не могу, – ответил тот, – к нам прилетел один Трайдент, а их на лодке больше двух десятков и таких лодок у сша больше десяти. Ну, ещё один, пусть на Челябинск ушёл, плюс в сторону центральной России пошло сколько-то. Но, что-то мало их получается и пуски были зафиксированы только с акватории Баренцева моря. Но, мало ракет, очень мало. Очень ограниченный удар получается. Даже не скажу, что за этим может последовать. – не спешно рассуждал полковник, тщательно обдумывая слова.

– Нет мыслей, кроме как, если нанесён ядерный удар, то это часть большого плана нападения, первая его часть. И у этого плана, наверняка, есть вторая, третья и последующие части. Но, мне они не известны и их суть, пока, даже предположить не могу.

Полковник вздохнул:

– А вы, когда трогаетесь?

– Думаю, товарищ один поедет к семье. – Сергей покивал в подтверждение своих слов, в ответ на немой вопрос товарища.

– Что у тебя делать будем? И всю еду у тебя в доме выедем за неделю, ну за две, ну за три. А потом, что? Да и заниматься у тебя пятерым мужикам по сути нечем. – и обращаясь к полковнику сказал. – Я бы с тобой пошёл, пока вместе были-бы, а там положение прояснится и будет видно, что дальше делать. Возьмёшь? Только я с отрядом. – доля шутки проскочила в голосе. – Если не возьмешь, тут в посёлке дача у моего товарища, сам он ехать на эти выходные не собирался, – опять вздох – мы там пока обоснуемся. А к тебе через пару дней подъедем узнать новости? Как ты?

– Я за. – ответил полковник просто и сразу поинтересовался. – Ты, кем раньше был?

– Административно-коммерческим специалистом, заместитель директора на визитке написано было.

– У-у, – хмыкнул полковник, – нормально.

Затем обсудили вопрос выбора маршрута засобиравшегося товарища. Ехать ему надо было на другую сторону города, что в существующих условиях было не просто. Два маршрута объезда прорисовались сразу: с запада, через горы и с востока, большим кругом, протяжённостью свыше 300 километров, объезжая радиоактивное облако. Оставалось выбрать.

– Если поедешь через горы, там одна дорога и чтобы на неё выехать, тебе придётся Аватуй объехать по грунтовке, там километров 15, с большим количеством развилок. Очень легко заблудиться. – приводил Сергей свои доводы.

– У меня навигатор, он выведет. – парировал товарищ.

Все пристально посмотрели на него. Тот понял смысл обращённых на него взглядов и метнувшись к машине извлёк китайскую коробочку. Включил её, повертел, поднял повыше… Коробочка работала, но спутников не показывала категорически.

– Ну, логично. Если американские ракеты прилетели, не стоит ожидать нормальной работы американских технологий. – Сергей констатировал факт до сих пор никем не замеченный.

Все повернулись к нему. Посмотрев на вопросительные лица товарищей, Сергей продолжил:

– Ну, логично-же! И я очень удивлюсь если интернет работает, как и компьютеры в целом. А это значит, что обвалилась связь, практически вся. Банковская система рухнула, потому, что никаких транзакций осуществлять не может. Получается, что ни денег перевести, ни в банкомате их получить, а с наличкой предприятия уже отвыкли работать, да и граждане тоже. И вот это, похуже ядерных бомб будет и поразрушительней. И это коснётся всех и везде, даже в самых отдалённых уголках нашей страны.

Товарищи продолжали слушать и Сергей продолжил:

– Мало того, длительный сбой в работе компьютеров, непосредственно отразится на системе энергетики. То есть, вся современная энергетика вырубится нафиг, в самое короткое время. В ручном режиме управления работать смогут только небольшие системы, которые никак на общее положение дел не повлияют. Если, даже, инженеры смогут сохранить энергетическую систему рабочей, на долго их хватит, самих инженеров? Без банковского сопровождения, а следовательно, без получения платы за пользование услугами, а следовательно, без зарплаты людям и без денег на содержание производственных и генерирующих мощностей? Без логистической инфраструктуры, которая тоже при таких условиях работать не может? …

Все притихли. Новый горизонт проблем открылся и их тоже надо было осмыслить.

– И, что из этого вытекает, по твоему? – спросил полковник.

– Коллапс! Инфраструктура упадёт очень быстро, нарушение банковской работы и логистики приведёт к несистемному подвозу продовольствия, и дальше можно не продолжать, перечисленного на всех хватит.

– И, что делать надо, по твоему? – опять поинтересовался полковник.

– Думать надо. Тут одной фразой не ответишь, вопрос очень многогранный. Даже не так, вопросов много, они переплетены и решить их… – Сергей развёл руки, – Думать надо.

Все притихли. Нельзя сказать, что предположение Сергея огорчило их, для них новые события не могли перекрыть основное, случившееся в этот день и все восприняли дополнительную новость спокойно. Просто надо было немного больше подумать.

Тишину нарушил товарищ:

– Поеду по восточной стороне, там хоть и длиннее, но уверенней. – и вопросительно посмотрел на Сергея.

Но, тот опять проигнорировал безмолвное приглашение присоединиться и только сказал:

– Поедешь через аграрные районы, добудь обязательно несколько мешков овса. Смотри где лошади есть, там точно овес будет. Добывай мешка два-три минимум. И считай зимовка у тебя обеспечена, – Сергей жестом прервал товарища, собиравшегося, что-то сказать, – стакан овсянки утром сварите, на воде даже лучше, и считай порядок с едой на день. Если совсем плохо пойдёт, ешьте овёс пророщенным, сырым и будете в порядке.

– Наличка есть? Соляры хватит? – добавил Сергей.

– Да, с этим порядок. – сказал товарищ и начал прощаться. Договорились, что при возможности, обязательно отправят друг другу весточку, дадут знать о себе. Вскоре машина товарища скрылась за поворотом лесной дороги. Полковник посмотрел на Сергея:

– Нам тоже пора выдвигаться. Пойду за своей машиной и буду ждать вас на дороге, на выезде со своей поляны.

– Угу. – покивал Сергей, – Малыши, бодрее. Собираем вещи, грузимся.

В лагере началась суета и скоро на поляне было пусто. Сергей даже заставил молодежь пробежаться с большим пакетом, собирая всё, что похоже на мусор, исключительно в воспитательных целях:

– Война-войной, а чистота должна блюстись.

Выехав на лесную дорогу и проехав в сторону шоссе около сотни метров, увидели стоящую машину и полковника рядом с ней. Полковник махнул рукой, сел за руль своего внедорожника и тронулся вперёд, возглавляя небольшую колонну. Сергей держался за ним.

До воинской части доехали быстро, двадцать километров по пустому шоссе (ни одна машина им так и не попалась) не расстояние. Подъехали к КПП, припарковали машины на асфальтовом пятачке рядом. Полковник пошёл на КПП сказав, чтобы его быстро не ждали, а Сергей со своими детьми вышел просто размяться. Оставшись в ожидании, Сергей достал из машины тряпку, одёжную щетку и начал приводить себя в максимально чистое состояние, что-то, привитое в давние времена, ему не позволяло ходить даже рядом с воинской частью в испачканной одежде и обуви. Показав пример, Сергей потребовал того-же и от сына, и от его товарищей. Посмотрев на действия молодёжи по наведению чистоты и оценив их, Сергей понял, полковника дожидаться будет не скучно.

А полковник зайдя на КПП и ответив на приветствие дежурного, представился и попросил установить связь с дежурным по части или непосредственно с командиром, если он на месте. Командир части на месте был и скоро полковник смог услышать его голос в телефонной трубке.

– Полковник … – назвал полковник свою фамилию, – из … отдела, штаба … округа. – Полковник представился полно. – Прошу уделить время и встретиться для обсуждения и выработки плана совместных действий.

Голос полковника звучал как никогда раньше, по настоящему, по строевому, хотя раньше полковник считал себя далёким от строевых дисциплин, его вполне устраивало (и даже радовало) положение инженерно-технического персонала занятого научной работой. Полковник подивился этому, своему новому тону голоса и тому как легко он им говорил. И этот новый голос сработал, в трубке послышалось:

– Сейчас, Вас, проводят. Вы один?

– Со мной ещё пять человек. Мы на двух машинах.

– И все хотите заехать?

– Пока необязательно. Могу один, а там как получится.

– Хорошо. – в трубке послышалось удовлетворение. – Сейчас, Вас, проводят.

Следуя за провожавшим его бойцом, полковник порадовался про себя, что хватило ума не брать автомат (типа в представительских целях, для подчеркивания собственной важности), без него спокойнее и накал страстей будет не так опасен. А страстей полковник ожидал. «Да и в кого здесь стрелять, вокруг все свои. Свои люди. Договоримся.» – думал полковник.

Провожатый провёл полковника до самых дверей своего командира, постучал в них, зашёл и громко отрапортовал о прибытии полковника, затем пропустил его в кабинет, в котором присутствовали практически все офицеры части.

Все оживились (очевидно сидели давно), обратили внимание на вновь прибывшего, прямо таки уставились на него, явно ожидая видеть гонца от начальства, который приехал и привёз какие-либо указания по дальнейшим действиям и вид полковника в гражданском, более того, туристическом одеянии вызвал оживление и даже тихие шутки:

– Уже партизанить начали…

Зайдя в комнату полковник поприветствовал собравшихся и представился, затем протянул своё удостоверение командиру части.

– Что у, Вас, за вид, полковник, – скуксившимся голосом спросил командир части возвращая удостоверение. Он уже понял, что появившийся полковник не решит его проблем, а скорее добавит собственных, а ему и своих сейчас было выше крыши, не шутки – война.

– Остальное сгорело в ядерном огне, вместе с местом службы и всем городом. – веско отчеканил полковник своим новым тоном.

При этих словах командир части, тоже полковник, окончательно поскучнел.

«Обратили внимание, я их заинтересовал, так, хорошо, работаем дальше» – подумал наш полковник, внимательно наблюдая за аудиторией. С аудиториями он работать умел, а здесь, как заметил полковник, собрались благодарные слушатели, которые сидят давно и не знают, что делать. «Если бы знали, то уже бы делали. У них, что, тоже связи нет?»

– А к нам чего? – в голосе командира части явственно слышалась грусть. «Так и есть, шлялся где-то неподалёку, а как город полыхнул пришёл к нам. И это первый, за ним ещё толпа может подвалить. Вот, что со всеми ними делать?» – подумал командир и вздохнул.

– А куда-же мне? В монастырь, что ли? – с удивлением воскликнул полковник. В комнате послышались смешки.

– И чего хочешь?

«А это уже тема для беседы, хотелок у меня много, можно и обсудить» – пронеслось в голове у полковника, а сам он четко проговорил:

– Полагаю, у вас тоже связь упала и информации мало. Я по профессии хорошо разбираюсь в связи и прошу допустить меня, совместно с Вашим начальником связи и связистами, к Вашему узлу связи и оборудованию на консервации. Вместе, мы запустим все доступные средства связи и прокачаем эфир на всех частотах. Всё равно связь установим, с кем ни будь и информацию соберём. После сбора информации обдумаем, что следует сделать дальше.

Офицеры, восхищенные наглостью пришлого полковника притихли и слушали, а когда он закончил синхронно повернулись к своему командиру.

– Слышь, полковник, ты не хами, – да, чутьё не подвело командира, хлопот ему прибавилось, захотелось опять вздохнуть, но он себя сдержал и подобающим моменту голосом добавил. – Веди себя прилично в гостях.

Присутствующие офицеры млели, совещание перестало быть томным и когда их командир закончил, все синхронно повернулись к пришлому. И полковник их не разочаровал:

– Слышь, сам ты полковник. А я теперь жить у вас буду. Всё равно мне идти некуда, а на улице бр-р…, зима близко в общем. Ядерная зима. – подпустил полковник трагизма последней фразой. Офицеры пришедшие в восторг от первых фраз пришельца, при упоминании ядерной зимы поскучнели.