Помоги проекту - поделись книгой:
– Он не вор, – объясняла Марина. – Это Марат, а это его сестра.
Ляйсан напугано смотрела, как здоровенный мужчина, расписанный татуировками в виде церквей, крестов, драконов и ликами святых, угрожает её брату.
– Да он же дебил! – не унимался Олег. – Представляешь, выхожу на улицу, а он развалился на моём шезлонге. Загорает он здесь!
– Ты меня слышишь или нет? – пыталась достучаться до мужа Марина. – Он просто особенный. Оставь его в покое.
– Он не дебил, он аутист, – заступилась за брата Ляйсан. Она опасливо встала между Маратом и агрессивным мужчиной.
– Я могу его вылечить, – хмыкнул Олег. – Пару ударов по башке и зачирикает твой попугайчик.
– Хватит! – разозлилась Марина. – Дай им уйти!
Олег посмотрел на Ляйсан.
– А это кто?.. уборщица? Так зачем ей уходить?.. тряпки и швабра в кладовке. Пусть берёт и драит дом, раз сама не можешь.
– Вы умеете дружить, – горько подметила Лясан, взяв брата за руку. – Дайте пройти.
Марат был выше Олега на полголовы, но совсем худой. Колени его были круглые, как у породистого скакуна, роговица чернее угля и белая-белая оболочка без единого сосудика: ни одной чёрточки, не одного красного капилляра, словно парню закапали тюбик «Нафазолина».
– Куда пошли? А ну, стоять! – приказал Олег, угрожающе постукивая битой о ладонь. – Пусть сначала ответит, что ему нужно на моей территории.
– Он город подводный ищет! – испугалась мужа Марина. – Отпусти их немедленно!
Олег нахмурил брови, закинул биту на плечо и подошёл близко к молодой жене.
– Ты кому это сказала?.. мне? Ты решила посмеяться надо мной перед вот этими бродягами?
– А город есть. Он в море! Но тебя море выплюнет, ты не нужен никому! – неожиданно заговорил Марат. Голос его был как у мальчика лет тринадцати – писклявый, надрывный, сердитый.
– Так! Собрались все в кучу и вон из моего дома! – приказал Олег.
За всё время замужества Марина первый раз дрогнула. Он никогда не вёл себя агрессивно: не угрожал, не пугал взглядом, не снимал маску доброго мужа.
– Я тоже ухожу. Ты понял меня? – крикнула в ответ Марина.
Олег лишь рассмеялся.
– Да вали ты на все четыре…
***
На градуснике тридцать пять по Цельсию. Жара стояла удушливая, изматывающая. Сидя в одних шортах, Олег откупорил бутылку виски. Пил на берегу. Он включил телефон, которым специально не пользовался несколько дней. Позвонил своей секретарше, потом снова приложился к бутылке. К полудню уснул на песке. Под вечер заказал в ресторане ужин и ещё пару бутылок алкоголя.
– Вот видишь отец, как всё вышло… – разговаривал с тенями Олег. – Нельзя никому доверять в нашем мире. А ты твердил, что надо довериться людям. А где эти люди, отец? Одни болтуны и трусы вокруг меня.
Он снова пил большими глотками. Не закусывал. Не запивал.
– Вот ты мне скажи, отец: зачем я живу? А-а-а, знаю… чтобы деньги зарабатывать и охранять эти деньги от таких же, как я… бизнесме-енов…
Олег смотрел на скалу, которая в темноте казалась ещё выше.
– Бать!.. а бать! … я ведь когда-то на школьных олимпиадах побеждал. Меня хвалили. Прочили бу-удущее. Я ведь хотел стать математиком или астрономом, чтобы в эту смотреть… с линзами. А что вышло из меня? Из меня вышла отрыжка и рвота, и всем вокруг тошно.
Он упал на спину. Любовался звёздами, которых было раза в два больше чем обычно. Потом его глаза закрылись, бутылка выпала из руки, разливаясь в песок, и он уснул, так и не дождавшись ответа от своего мёртвого отца.
***
Очнулся Олег, когда рассвело. Песок был холодный. Тело остылым. Его бил озноб. Он нашёл взглядом бутылку, затем телефон. Посмотрел на «непринятые звонки», которых не было. Марина его не искала. Он встал на ноги и побрёл к скале.
Пока шёл, немного согрелся. Потом быстро забрался на скалу. Стоя на самом краю, долго смотрел вниз на камни и волны, бьющиеся о непреодолимую преграду.
– Скучно мне, – сказал Олег. – Мне бы город найти, где живёт отец… и мама. Вот было бы развлечение. А что смерть? Смерть лишь одна из иллюзий. Нет её. И меня нет. Есть только атомы в органической форме, которые и формируют жизнь на планете. Но мои атомы отравлены. Потому я и жив ещё. Все мои друзья давно гуляют в подводных городах или облачных городах… или в других городах…
Олег отошёл от края на десяток шагов и, разбежавшись, что в ногах было сил, прыгнул вниз со скалы.
***
Видеокамеры, расположенные в доме, одна из которых смотрела точно на скалу, запечатлела самоубийство Седова Олега Эдуардовича.
Марина не спала всю ночь, переживая глупую ссору. Дядя Ляйсан подвёз её к дому на берегу. Вернулась она к завтраку, но мужа не нашла. Тогда Марина прошла в комнату, где стоял компьютер, и посмотрела, что творилось в её отсутствие. Самая зоркая камера, что следила за утёсом, показала ей ужасающее кино.
Марина вызвала полицию. Водолазы искали тело Олега Седова, но так и не нашли.
3
Светило яркое солнце. На берегу реки сидела два человека. Первого звали – Мирон Глыбов, второго – Багаутдин Арчаков.
– Сейчас начнётся, – сообщил Багаутдин. – Видишь пузыри? Вон они!.. вот они пошли!
– Не слепой, брат. Вижу, – спокойно ответил Мирон, потому что встречал новеньких не в первый раз.
Метрах в пятидесяти от берега вскипала река. Из-под воды пробивались лучи; настолько выдающиеся, что их заметно даже в свете яркого солнца. Потом на поверхности появился пузыри и, наконец, вынырнул человек с Земли. Он вертел головой, а когда заметил берег, стая яростно грести руками.
– Мужика прислали, – констатировал факт прибытия нового утопленника Багаутдин, которого Мирон уже целый год звал не Борисом, а Багой. – Смотри, какой крепыш! Руки, как вёсла. Конкурент.
На берег вышел Олег. Увидев парней, направился сразу к ним. Шёл уверенно, будто хотел спросить: что за дела, парни?.. какого перца здесь происходит?
– С воскрешением! – поприветствовал Мирон.
Олег промолчал, услышав о воскрешении. Он посмотрел на реку, затем на снежные шапки за рекой, потом бросил взгляд на сосновый лес, растущий за высоким оврагом.
– А где город? – спросил Олег.
– Сейчас такси вызову, и отвезут тебя в город. Тебе в какой надо? Хочешь в Моску, хочешь в Махачкалу, – улыбнулся Багаутдин.
– Мне нужен подводный город, – совсем не шутил Олег.
Парни переглянулись. Странный тип. Настырный.
– На пляже мы живём. Здесь наш город. Я Мирон, а это Бага, – знакомился Глыбов с вновь прибывшим. Он встал на ноги, опираясь на длинную палку, которая, по всей видимости, служила копьем. – Терра инкогнита, братан, то есть неизвестная земля. Ты умер и сразу воскрес. И теперь ты с нами жить будешь. Или ты сам по себе?
Среди песчаных оврагов, бесконечно бегущих вправо и влево, пристроилась каменная скала. Она была меньше черноморской, с которой он прыгнул в море. На скале, где-то в её середине написано, вероятно, меловым камнем: «Помогите нам! Дайте оружие!»
Парни заметили, куда смотрит Олег.
– Это я написал, – сознался Багаутдин. – Но толку ноль. Вот и ты в одних шортиках всплыл. Ты хоть зажигалку с собой прихватил? Может, нож есть или ещё что?
– Нет у меня ничего. Пустой, – приходил в себя Олег.
Он увидел четыре хижины, сплетённые из прутьев и гигантских листьев. Олег подумал, что недвижимость здесь не в цене, но если домик не один-одинёшенек, значит, есть и другие люди.
– Правильно мыслишь, братан, – опередил Мирон. – Нас на берегу семеро. Ты восьмой. Но было двенадцать. Получается, что пятеро уже никогда не проснутся. Видишь могилу с крестом?
Олег заметил холм, из которого торчал могильный православный крест.
– Вижу, – кивнул Седов.
– Похоронили мы только одну девушку, четверых утащили в лес звери. Так что ты аккуратней. Сожрут и костей не оставят.
***
Наступил вечер. Небо было полное звёзд, без луны или другого спутника планеты.
Все восемь человек, живущие на хищной планете, собрались у костра. Жарили рыбу, разговаривали, не забывая посматривать в сторону дикого леса. Мужчин было четверо, пятым Олег. Седов был самым взрослым; остальным парни тридцать с пригоршней. Женщины были моложе. Все вооружены луками и стрелы в колчане за спиной. Мужчины сжимали в руках копьями. Бага владел сразу тремя копьями. Метал он их метко. Вчера не без доли удачи завалили гигантскую львицу. Мясо дикой самки есть не стали; разрезали на куски и разбросали на границе леса, отпугивая зверьё поменьше, напоминая прайду львов, кто хозяин на пляже.
– Ты из Москвы? – спросил Бага.
– Да, москвич, – ответил Олег.
Седов всё думал о подводном городе, понимая, что его не существует. Что есть только дикая планета, четверо парней, три девчонки и он в красных шортах на берегу.
– Сбежать пробовали? – спросил Олег.
– В лес ходить страшно. Некуда бежать, – сказала девушка не старше его Марины. Волосы у неё были коротко и не аккуратно острижены. Её звали Настей. – Я уже три месяца здесь и такого повидала. Не приведи господи.
Они ещё долго общались. Спрашивали у Олега про Москву, про Сочи, про Путина. Мирон интересовался, как там «Спартак». Люди оставались людьми даже на планете, где совсем нет свободы, где место для города надо добывать кровью – и своей кровью, и местного зверя.
Ночью спали не все. Двое всегда дежурили, поддерживая огонь; сторожили сон друзей, сидя спиной к спине. Один часовой смотрел на лес, второй на реку, потому что вода тоже полна гадких тварей.
Вдруг среди ночи, когда все спали, в том числе и Олег, парень по имени Володя, громко закричал.
– Утопленник! У нас новый утопленник! – вопил он на весь пляж.
Семь человек стояли у самой воды, только один дежурный всматривался в тёмный лес.
Сначала появились огни в глубине. Затем вспенилась гладь. Потом вынырнул человек. Он быстро работал руками, приближаясь к спасительному берегу. Ему было легко сориентироваться, потому что рядом с хижинами горел жаркий костёр.
Все вглядывались в нового человека. Олег сразу узнал промокшего до нитки. В синей рубашке, чёрных штанишках до колен, но уже без обуви, босиком шёл худощавый Маратик, который тоже верил в город под водой.
Поделиться книгой: