Твой подарок

Огоньки протестующее запрыгали, принялись обжигать искрами ноги и руки, но я только отмахнулась от них, выскочила из кустов и помчалась вперед.

Я ловко лавировала между человеческих ног и бежала к цели. Пес стоял у самой ноги мужчины и отпугивал людей, создавая вокруг себя пустой пятачок.

- Ребенок! - крикнула женщина.

- Ай! - кто-то оступился и упал.

- Смотри куда идешь! - прошипел человек, которому я наступила на ногу.

Пес заметила меня и теперь с интересом и опаской смотрел на приближающееся торнадо - меня.

- Стой! - крикнул какой-то мужчина, но я уже была у цели.

- Привет! Дай лапу! Я - Тасуна, давай дружить! - я протянула руку к морде этого необычного создания, но пес только ощетинился и принялся предостерегающе рычать.

- Ты чего? - я отдернула руку.

- Ребенок, - проговорили сверху, - отойди от демона.

Я запрокинула голову и посмотрела на того самого мужчину, которого обсуждала с огоньками.

- Почему он не хочет дружить? - спросила у человека с черной радужкой глаз.

- Демоны не дружат, - пояснил он.

- Но он же животное, а со мной все животные дружат!

Мужчина резко схватил меня за подбородок и заставил запрокинуть голову еще выше. Он немного скривил губы и процедил.

- Вода значит... - он отпустил мою голову и вытащил платок, а затем и вовсе принялся вытирать им руки. Я не поняла этого жеста, но от чего-то стало обидно.

- Скинуть в воду, - приказал он рядом стоящим стражникам с мечами.

Меня подхватили на руки и потащили прочь.

- Стойте, да стойте же! - я вырывалась, силясь разглядеть пса.

- Пожалуйста, подружись со мной! Я еще приду! - обещала уходящему прочь псу.

Тот даже не повернул голову, продолжая идти за мужчиной с черной радужкой глаз, за тем, кто приказал меня сбросить в воду, за тем, кто так нравился духам огня.

Стражники углублялись все сильнее и сильнее в парк, я уже перестала вырываться и только возмущенно пыхтела. Но вот мы приблизились к искусственному озеру - люди просто напросто сбросили меня в озеро с резного мостика. Я погрузилась в воду с головой и мгновенно перенеслась к папе-Нурину.

- Ну и где ты была? - надо мной возвышалась грозная фигура отца.

Я потупилась и пискнула:

- Гуляла.

***

Тем же вечером я отбывала наказание на пляже, около кладок морских черепах, когда на самом закате прискакали три огонька. Стеречь черепашьи кладки я не любила. Проворные обезьянки легко находили черепашьи яйца в песке, а гонять обезьян было невыносимо! Эти маленькие хвостатые негодники дразнились, прыгали, кидались в меня камнями - словом выводили меня из себя! Я в бессильной злобе сидела на песке и перебирала желтый песок руками.

- Понравилось, понравилось? - затрещали духи огня, едва появились подле меня.

- Да, - я вспомнила пса и зажмурила от восторга глаза.

Ради его глаз я была способна на все - ложь папе, быть плохой девочкой, дружить с огнём!

- У него сегодня было день рождения, хочешь мы тебя через год к нему сводим? - духи замерли и перестали мельтешить.

- Хочу, я хочу с ним подружиться! - такое создание не существует ни на одном континенте, мне просто жутко -

- Интересно, про его вид, как они размножаются, чем питаются и почему у него такие глаза...

- А ты сейчас про кого? - уточнил один из духов.

- Про пса...-пояснила очевидное.

- Вода тебя потуши! - ругнулся огонек.

- Ничего, это уже не плохо, - принялся его успокаивать второй.

- Расскажите мне про него! - попросила у духов огня.

- Про кого? - решил уточнить первый огонек.

- Про пса!

- Море тебе в печку! - ругнулся третий огонек.

- А папы не будут тебя ругать за то, что с нами общаешься?

- Папа-Нурин очень будет, ведь он строго запретил, но я ему не расскажу, - с волнением в голосе пообещала духам.

Папа-Нурин говорит, что огонь - это смерть и для любого водного создания огонь - заклятый враг. Но вот с этими огоньками я хотела говорить, а не уничтожать. Сторожить кладки черепах стало не так уныло, когда огненные духи начали свой рассказ...

Через год

- Ну давай, ступай в огонь!

Пускай огоньки и уверяют меня, что это тоже - самое, что путешествие через воду, но это далеко не так.

- Или хочешь, как год назад, прыгнешь с обрыва и ничего не почувствуешь?

- Не хочу с обрыва! - я смотрела на пляску костра и не могла заставить себя наступить туда ногой.

Папа-Нурин ненавидит огонь, постоянно от меня его убирает и приучил бояться костров. И пускай духи огня могут перемещаться сквозь костры и свечи, факелы и печи - для меня, путешественницы через воду, огонь означал только одно - смерть.

- Я передумала... - запятилась прочь от костра, - не хочу.

- А пса увидеть хочешь?

- Да. У тебя даже подарок есть!

Я посмотрела на окорок в правой руке и скривилась. Не люблю мясо. Точнее вообще не ем, но понимаю любовь хищников к таким костям, к таким сочным кускам. Да, я специально нашла подарок, не выкидывать же теперь его. Начинаю колебаться - может все-таки пойти?

- И платье на тебе сегодня красивое, посмотри на платье! - запел сладким голосом второй дух.

Ненавижу одежду людей. Ткань сковывает движения, мешает бегать, а обувь не дает чувствовать землю. Но раз духи огня притащили мне платье через костер, то я его одела. Я так долго влезала в него, пыхтела - неужели зря? Мои колебания усиливаются.

- А вспомни про глаза! Ты весь год искала такие глаза!

И вправду искала. Всех собак еще раз изучила. От домашних до волков и шакалов.

Даже лис спрашивала про глаза и про места обитания. Но никто из животных такого пса, с красными глазами, не видел никогда.

- А помнишь хозяина? - я резко отшатнулась. Воспоминания о мужчине, с черной радужкой, хмурым лицом и резким голосом были неприятные.

- Он не то хотел сказать! - затрещал второй огонек. - Ты только подумай, познакомишься с ним, а он тебе про своего пса расскажет.

Я тяжело вздохнула.

- Ладно... - нерешительный шаг вперед. Моя нога застывает над горящими углями, но жара я не чувствую. Может все обойдется? Я зажмуриваю глаза и наступаю ногой в костер, а потом пока не передумала делаю второй шаг.

В груди сердце стучит быстро-быстро, так быстро, что даже у колибри сердечко стучит медленнее.

- Ну вот и все, а ты боялась! - принялись успокаивать меня огоньки.

Я распахнула глаза и огляделась.

Все тот же сад, что и год назад. Музыка, люди, приятный теплый вечер. Я вновь около чаши с огнем, видимо духи протащили меня через нее. Посмотрела вниз на три сгустка пламени, резво подскакивающих и пищащих, тяжело вздохнула и отправилась вперед. Идти пришлось долго. В этот раз я не пробиралась через кусты, не лазила сквозь заросли а только шагала по мощеным дорожкам, гордо вскидывая голову, едва встречала людей. Те не придавали мне особого значения, даже не замечали толком. А вот огоньки прятались на носочках моих туфелек от людского взора. Духи огня крепко цеплялись к ногам и делали вид, что они оранжевые помпоны, хотя смысла в этом не было - на мои ноги никто не обращал внимания.

- Пришли, - пискнули у земли.

Да, мы вышли на большую лужайку, оснащенную навесами, тут было много людей, много букетов и полно человеческой еды.

Я заозиралась по сторонам, пытаясь понять, куда идти дальше.

- Направо! - запищали огоньки.

Какое право, когда это лево? Я решительно, большими шагами двинулась навстречу ему - псу. Духи огня протестующее пищали и верещали, что я иду не в ту сторону. Мое приближение он заметил сразу и мгновенно ощетинился. В этот раз он одиноко сидел на земле, а люди обходили его по большой дуге. Поэтому я беспрепятственно подошла почти вплотную и уселась на траву перед его мордой. Люди замерли, перестали переговариваться, шутить и есть, даже музыканты перестали наигрывать мелодии, опустив свои инструменты. Абсолютно все внимание теперь привлекала я и собака. Мой голос в наступившей тишине прозвучал звонко и громко:

- Привет! А я пришла к тебе на день рождения! И я принесла подарок, - важно положила окорок перед ним на землю. - Меня весь год учили, как понравиться тебе. Говорили про ... словно забыла... про китикет... да про него говорили, про одежду, я вот обувь даже одела, - приподняла край длинной юбки и показала туфельку. Духи огня сузились до размера искры и старались себя ничем не выдать этому красноглазому псу.

- А это мои знакомые, - я указала рукой на искорки, - они огненный духи, но мы не дружим, - поспешила успокоить пса, чтобы он не считал меня плохой девочкой из-за общения с огнем, - я вообще с огнем не дружу, ты не думай.

Пес продолжал утробно рычать и не сводить с меня глаз. Он даже на окорок не посмотрел и продолжал рычать. Я остро ощущала себя маленькой сидя рядом с ним - его голова возвышалась надо мной, а пасть была прямо напротив лица.

- А с тобой я дружить хочу, пожалуйста... - я с мольбой заглянула в его алые глаза, но животное продолжало рычать.

- Почему ты не разговариваешь со мной? - обиделась на молчуна.

Страшная догадка поразила меня:

- Ты немой? - пес замер.

Какой кошмар, он немой!

- Бедненький! - я бросилась ему на шею, принялась гладить по голове и причитать, - Прости! Прости меня, я совсем не знала! Я буду твоим другом, я тебя научу говорить! Я тебя к Папе-Баским свожу и он тебе подарит голос! Ты такой несчастный! - я почти что рыдала на шее у черного пса и не переставала его гладить.

Собака пыталась вырваться из моих объятий, изворачивала шею, грозно гавкала и рычала, но я вцепилась в шерсть крепко и не отпускала несчастное животное.

Вокруг