Помоги проекту - поделись книгой:
Стряхни печаль и нас в душе зачисли
Себе в отцы.
Король встает и прохаживается, подчеркивая слова, чтобы свита, которая ждет выхода Короля, слышала:
Пусть знает мир, что ты —
Ближайший к трону, и к тебе питают
Любовь не меньшей пылкости, какой
Нежнейший из отцов привязан к сыну.
То есть он себя навязывает Гамлету в отцы. И дальше, сухо и делово ему отказывает:
Что до надежд в Виттенберг
И продолжать ученье, эти планы
Нам положительно не по душе.
И я прошу, раздумай и останься
Пред нами, здесь, под лаской наших глаз,
Как первый в роде, сын наш и наследник.
То есть он провозглашает его наследником, разумеется, после своей смерти. И мать также присоединяется к его просьбе. И Гамлет повинуется. У него было решение — уехать отсюда. И только настойчивость матери — и он перерешил. Король и мать хотят, чтоб он остался — и он решает остаться, чтоб понять до конца всю тайну смерти отца.
Королева
Не заставляй меня просить напрасно.
Останься здесь, не езди в Виттенберг.
Гамлет встает и вежливо кланяется. Пауза.
Гамлет
Сударыня, всецело повинуюсь.
В этой сцене Гамлет все время сдерживает себя, чтоб не надерзить и отвечает иносказаниями. Он как вежливый светский человек говорит аллегориями.
Король
Вот кроткий подобающий ответ.
Наш дом — твой дом. Сударыня, пойдемте.[12]
Король и Королева встают с трона. Занавес отходит в глубину сцены и поворачивается на 180 градусов.[13]
Голос Короля
Своей сговорчивостью Гамлет внес
Улыбку в сердце, в знак которой ныне
О счете наших здравниц за столом
Пусть облакам докладывает пушка,
И гул небес в ответ земным громам
Со звоном чаш смешается. Идемте.
Бьет пушка. Все, кроме Гамлета, уходят.[14] Гамлет идет от занавеса к могиле. Занавес идет за ним до первых световых решеток в полу. В дырках занавеса воткнуты черные повязки. Во время монолога Гамлет вытаскивает их по одной.
Вот первый знаменитый монолог Гамлета перед нами. Очень экспрессивный. Тут нет никаких раздумий. Это выплеск к зрителю, чтобы облегчить себя. Он на несколько секунд прижимается лбом к холодной рукоятке меча, просто чтоб охладить лоб, прижаться к металлу.
Гамлет
О, тяжкий груз из мяса и костей,
Когда б ты мог исчезнуть, испариться!
Гамлет говорит это про Короля.
И вот фраза, на которую опирается спектакль:
О, если бы предвечный не занес
В грехи самоубийство! Боже! Боже!
Его мысль очень острая и точная. Его мозг чрезвычайно чутко все воспринимает и моментально реагирует очень образно и очень ярко. Он говорит это, как последнее слово заключенного, который приговорен к высшей мере наказания.
Каким ничтожным, плоским и тупым
Мне кажется весь свет в своих движеньях!
Какая грязь! И все осквернено,
Как в цветнике, поросшем сплошь бурьяном.
Как это все могло произойти?[15]
И дальше стремительно идут бесконечные шекспировские образы.
Два месяца как умер. Двух не будет.
Такой король! Как солнца яркий луч
С животным этим рядом. Так ревниво
Любивший мать, что ветрам не давал
Дышать в лицо ей. О земля и небо!
И паузы возникают самые неожиданные, когда кончилась мысль, а его эти образы одолевают. У него даже слов нет от отчаяния. И мы видим, как рождается мысль.
Что вспоминать! Она к нему влеклась
Как будто голод рос от утоленья.
И что ж, чрез месяц… Лучше не вникать!
Он не может простить матери измены:
О женщины, вам имя — вероломство![16]
Гамлет говорит это в зал, про всех женщин. Монолог всегда надо стремиться превратить в диалог с собой ли, со зрительным ли залом. Иначе невозможно его произнести.
Нет месяца! И целы башмаки,
В которых шла в слезах, как Ниобея,
За отчим гробом.
Поделиться книгой: