— Мы записали. — Тулянинова снова потянулась к иглам на воротнике. Я еще хотела подсказать ему, чтобы был осторожнее. Понимаете? Вокруг люди, все видят… Записку с шифром Павел сунул в верхний карман!

Денисов задумался.

— Шифр помните?

— Только ячейку: 5103.

— Если бы у вас был паспорт… — сказал Денисов. — Боюсь, что у дежурного по камере хранения возникнут вопросы.

— Как же теперь? — Она подняла голову.

— Я поговорю. Напишите заявление, перечислите вещи…

— Все?

— Хотя бы то, что сверху.

Тулянинова задумалась.

— У Павла кофта на четырех пуговицах. В сумке халат, бигуди. Бутылка шампанского…

— Я узнаю и вернусь. — Денисов поднялся.

Она остановила его.

— Я решила. Я так хочу… Вы должны приехать в «Прагу» двадцать восьмого… — Теперь Тулянинова выглядела побледневшей, глаза блестели. С моей стороны пока никто не приглашен…

— На вашу свадьбу?

— Да. С женою или один. Я даже не спросила, женаты ли вы. Тяжелая ночь. Вы столько сделали…

— Спасибо. Право, не знаю.

— Должна быть интересная компания. Не пожалеете.

В автокамеры можно было попасть служебным проходом, минуя пищеблок, можно было спуститься на эскалаторе. Денисов предпочел пройти перроном. Старое здание выглядело с перрона архаичным: острый конек крыши, круглый цоколь — начало века, смешение архитектурных стилей.

— Двести первый! — окликнул по рации Антон. — Какие новости?

— Пока ничего. Наверное, скоро мне понадобится «газик».

— Сейчас найду шофера.

— Пусть будет наготове.

Дежурный по камере хранения, молодой парень, находился в застекленной будочке, без света, по-видимому, спал. Денисов постучал по стеклу, дежурный тут же выскочил, ни о чем не спрашивая, пошел следом. В отсеке к ним присоединилась девушка-механик. Пассажиров вокруг не было, большинство ячеек с вечера оставалось открытыми.

— Проверим эту, — Денисов обернулся к дежурному.

— Что нибудь случилось? — спросила девушка-механик.

— Еще не знаю.

— Вроде все тихо… — Дежурный достал ключ-«вездеход».

— Тем не менее… — В другое время Денисов не преминул бы переброситься несколькими словами; оба болели хоккеем. — Сейчас увидим. Открывай.

— Пожалуйста. Абсолютная пустота… Хотя нет! — Дежурный хотел что-то вынуть, но Денисов перехватил его руку.

В дальнем углу укутанным станиолем горлышком блеснуло шампанское.

— Я сам. Сейчас мы составим протокол…

Девушка-механик смотрела недоумевающе.

— На бутылке могли остаться отпечатки пальцев преступника. — Денисов осторожно прикрыл дверцу. — Закройте.

Дежурный поставил контрольный винт на место.

— Теперь проверим исправность, — Денисов уступил место девушке-механику.

Послышался стук упавшей в накопитель монеты, хлопнула дверца.

— Исправна, — сказала девушка. — Значит, что-то с шифром. Доверил кому-то либо потерял…

«Ну вот, — Денисов посмотрел на часы, сверил с табло. — Теперь еще и кража…»

Он вернулся на перрон. Фасад старого здания выглядел глухим. Над коньком крыши плавилось несколько звезд, морозных, затянутых паутиной облаков.

«Чем занимался инспектор Денисов после двух ночи? — подумал он о себе. — Что он выяснил, беседуя с Туляниновой?! Что некоторые молодые жены имеют заранее сложившийся взгляд на брак?»

Это была все та же игра. Суть заключалась в том, что, пока он распекал инспектора Денисова за бездействие, тот, оправдываясь, поднимался до неожиданных обобщений и гипотез.

«Что-то все-таки есть…»

«Например?!»

Настоящий Денисов подумал:

«Мне кажется, я могу назвать и другую одежду Павла, которая лежала в украденном чемодане…»

«Не названную Туляниновой?!»

«Да».

«Не может быть!..»

«Сейчас проверим: ошибся ли я?!»

Еще издали, по другую сторону огромного цельного стекла Денисов уловил тревожный взгляд Туляниновой.

— Придется перечислить содержимое ячейки. — Денисов достал «Фише-Бош», приготовился записывать. — Все оказалось сложнее, чем я думал.

Тулянинова вздохнула.

— Бежевый чемодан Павла. В чемодане сорочки, галстуки. Кофточка, о ней я говорила… Костюм.

«Вот оно!» — Денисов не выказал волнения, хотя уже знал, что это за костюм.

— Бархатный? — спросил он. — Коричневого цвета?

— Да! Бархатный коричневый, — она удивилась. — Как вы догадались?

— Сейчас модно. Вельвет, бархат…

«Я не ошибся, связав вместе два преступления — у нас и на Казанском, — подумал Денисов. — Вещественные доказательства, — он имел в виду письмо с угрозой и бутылку шампанского, — надо срочно показать дежурному эксперту».

— …Первая ночь в Москве! Никогда не предполагала, что так ее проведу. — Мысль эта, в сущности банальная, повторялась постоянно, причем в новых вариациях. — Знаете, где мы с Павлом впервые увидели друг друга?

Она разочаровалась, когда Денисов, подумав, сказал:

— У вас в ресторане. Вы его обслуживали.

— Правильно! Но обслуживала Павла не я, другая официантка. Он сидел рядом с одной молодой женщиной, но смотрел в мою сторону. И у меня все валилось из рук…

Пока она рассказывала, Денисов записал первые, самые неотложные мероприятия. Пора было переходить к действиям.

— …Вдруг подходят! Метр Климентина Максимовна, а с ней Павел. «Людочка, — Климентина мне. — Молодой человек очень серьезный… Хочет с тобой познакомиться. А сама тихо: „Детка! Может, твоя судьба?“»

Денисов убрал блокнот.

— Климентина и Павел… Они знали друг друга?

— Нет.

— Как же?

— Павел зашел к ней в кабинет и выложил все как на духу: что работает в МИДе, что никогда не был женат, что приехал по своим делам на несколько дней и вот увидел меня…

— Что за молодая женщина сидела с ним в ресторане? — Денисов оставался инспектором уголовного розыска, шла ли речь о преступлении или о простом знакомстве.

— В ресторане? — Тулянинова улыбнулась. — Новая кассирша со станции, рыжая, в конопушках. Случайно оказались рядом…

— А дальше?

— Климентина отпустила меня, мы ушли с Павлом в кафе…

— В кафе?

— Вы не подумайте! Павел взял бутылку сухого, мы к ней даже не притронулись. Говорили, говорили… — Тулянинова закусила губу. — Я похожа на мать Павла. В этом, видно, все дело. Она умерла, когда он еще ходил в детский сад…

Заканчивался третий час. Мороз прихватил основательно — то в одном, то в другом месте асфальт стягивала глянцевитая предательская корка льда. Денисов оставил «газик» рядом со стоянкой такси, прошел вдоль безлюдного перрона к отделу внутренних дел. Платформы вдали были залиты тем же, одинаковым на всех вокзалах, пронзительным светом. Ничем не нарушаемая тишина стояла вокруг.

«Сможет ли эксперт что-нибудь сделать? — подумал он. Перед тем как отправиться на Казанский, Денисов заехал в научно-технический отдел оставил криминалисту бутылку „Шампанского“ и анонимку с угрозой по адресу Павла. — Интересно, сколько понадобится времени для исследования».

В дежурной комнате милиции Казанского было накурено, по-ночному шумно. Пока шофер «скорой» у подъезда менял баллон, молоденькая женщина-врач звонила кому-то по телефону, пищала рация. Телевизор внутреннего использования без устали транслировал все тот же нескончаемый проход пассажиров по центральному залу.

Знакомый инспектор розыска, увидев Денисова по другую сторону высокого барьера, вышел навстречу.

— Как жизнь? — Они не виделись от одного полугодового итогового совещания до другого. — Кража из камеры хранения?

Он повел Денисова к себе по коридору с широким гостиничным зеркалом в торце.

— Мы дали ориентировку, — сказал Денисов.

— Я знаю, — инспектор привычно скользнул взглядом по зеркалу. — Мы передали по постам.

В кабинете с приставленными вплотную друг к другу столами работал транзистор. Инспектор выключил его, кивнул Денисову на стул.

— Что тебя интересует?

— Подробности кражи портфеля. — Денисов вынул блокнот, собираясь записывать. — Из вашей телеграммы о многом можно только догадываться.

Инспектор засмеялся:

— Тебе нужны «тысячи мелочей»! Лучше сам поговори с потерпевшей, скоро она будет у вас.

— Опергруппа ездит по вокзалам?

— Сейчас они на Белорусском… А я могу только обрисовать положение в целом…

Выбирать не приходилось.

— …Преступник появился вечером с женщиной, которую мы вначале приняли за сообщницу… — Инспектор задумался, что-то поискал в ящике стола, закурил. — Теперь ясно, что это была очередная жертва. Куда она потом исчезла, я не знаю. Преступник тоже некоторое время отсутствовал. Около двадцати двух часов он снова появился на вокзале, подсел к студентке из Ужгорода. Поставил чемодан рядом с ее портфелем.

— Какой чемодан? Бежевый?

— Да. По всей вероятности, из вашей ячейки. Я внимательно проштудировал ориентировку.

— Мужчина был один?

— Один. И трезв.

— Дальше.

— Они поговорили минут десять. Потом он оставил свой чемодан, чтобы пойти в буфет.

— О чем они говорили?