Борщевик шагает по стране

– Да. Если можно, вот – я снял ветровку – только мне бы к утру, так как, скорее всего мне снова рано надо будет уехать.

– Хорошо.

Проводив её взглядом, я вышел на улицу, где, задумчиво разглядывая вырученные от меня деньги, стоял Вадим.

– Все нормально город?

– Евгений Петрович, можно просто Евгений. И да всё хорошо. На удивление кстати.

– Да, баба Людка нормальная тетка, да и дом неплохой, тут таких, кирпичных мало. Надолго строились – сказал он, потирая затылок и разглядывая двухэтажный кирпичный дом – если бы гараж успели достроить, так вообще единственные на деревне были.

– А что помешало?

Вадим повернул голову и задумчиво посмотрел на меня. Мне даже стало как—то не по себе от такого взгляда. Так обычно смотря на курицу, которую вот-вот кинут в суп, с неким сожалением и сочувствием.

– Да тебе—то это зачем?

– Я ж ночую здесь. Не хотелось бы каких—нибудь сюрпризов.

– Тут так не бывает. У нас мирная деревня. Люда, так вообще спокойная. Просто не трогай её и все. Она ведь тоже раньше городская была.

– Мне бы завтра опять твоя лодка пригодилась. И желательно пораньше.

– На целый день?

– Возможно. Либо потом забрать.

– А денег то хватит?

– Я думаю, мы сможем договориться.

– Лучше это сейчас сделать, так как у меня завтра тоже дела были. В общем если отвести привести, это пять и без торга. Если там сидеть, пятнадцать, мне тоже как-то неудобняк, тереться возле тебя.

– Пятнадцать за день?

– Это я еще накручивать не стал.

– Разве ты собираешь пятнадцать за день работы?

– Вообще— то это я тебе навстречу иду, так как с лодками тут напряженка. Не хочешь пятнадцать, могу предложить двадцать.

– Тогда лучше пять. Во сколько ты меня заберешь?

– Если в девять туда, то думаю, часов в пять смогу. Только возьми воды побольше, у нас это лето жаркое очень.

– Кстати, не знаешь, где я могу широкий нож взять, или небольшой топорик?

– Это еще зачем?

– Прорубаться сквозь кустарник.

– Могу одолжить, можно конечно и тут взять, но не уверен, что Люда разрешит. Но это еще две тысячи. Как аренда оборудования.В итоге семь.

– Ты наверно решил на мне всю летнюю выручку сделать. Да Вадим?

– Куда без этого, на ком—то же я должен зарабатывать. Вдруг ты здесь в последний раз.

– А что были такие случаи?

– Да всякое бывало. Ладно, город, осваивайся, Люда отлично готовит, попроси её сделать что—то к ужину, что касательно топора одолжу, даже думаю кое—что получше. Как раз для местных зарослей. Главное воды и еды возьми.

– Это еще тысячи три? – усмехнулся я.

– Да нет, это уж ты как с Людой договоришься. Она любит готовить. Точнее любила. Уверен тебе с удовольствием что—то состряпает, ты ей приглянулся.

– Разве?

– Да. Я такие вещи сразу вижу.

– А мне показалось – начал я.

– Именно что показалось, всё давай, завтра утром зайду, а то еще начнешь тут по деревне плутать. Люда тебя рано подымет, так что не проспишь. Кстати ели хочешь, можешь помочь ей, этот дом давно по мужской руке скучает, уверен, она сразу найдет тебе пару заданий –деловито заметил Вадим.

– До завтра так до завтра – протянул я руку. Он пожал её. И снова этот странный взгляд.

Я довел его глазами до калитки, затем развернулся и увидел Люду. Видимо она стояла на крыльце и наблюдала за нами.

– А у вас можно поужинать? Признаться, я с утра ничего не ел.

На это она лишь кивнула и пошла в дом, оставив двери открытыми.                                    ***

Поужинав, я поблагодарил Людмилу. Картошка с грибами, да еще после целого дня хождений, это было лучшее, что я могу тут получить, не считая сна конечно. Но и туту, непонятно что лучше.

– А вы надолго? – вдруг спросила Людмила, убирая тарелку.

– Пока не знаю, думаю дня на два – ответил я, доставая телефон – отпуск за свой счет мало приносит удовольствия.

– Значит, скоро уедите – как–то странно проговорила она, поворачиваясь ко мне спиной.

– Да. Уеду, а что?

– Нет. Ничего. Просто к нам мало кто заезжает.

– С этим наверно соглашусь. Но мне как ботанику тут очень интересно, особенно эта ваша поляна – сказал я и услышал, как на мгновения она перестала мыть тарелку –уверен, она даст крепкий толчок моим исследованиям.

– А что с ней не так? – спросила Людмила, всё также не оборачиваясь.

– Да мне кажется, вы мне, не поверите.

– Так вы скажите, а там посмотрим.

– Я предполагаю, что она либо изменила современную форму борщевика, либо послужила источником для его становления, в любом случае сыграв решающую роль в росте его агрессивности во внешней среде. Эти ожоги, они раньше нигде не фигурировали. И лишь во второй половине нашего века, оказалось, что его сок столь ядовит, что заставляет клетки мутировать. Признаться, я вообще в толк не возьму, почему ему так мало внимания уделяется. Это же очень опасное растение.

– Думаете, его создали здесь?

– Возможно. Только вот, я не говорил, что создали, я сказала, что оно могло тут измениться или родиться – я посмотрел на спину Людмилы – почему вы решили, что его кто—то создал.

– Ужасов насмотрелась – развернувшись, сказала она и улыбнулась – как вам моя стряпня?

– Очень вкусно. Даже еще захотелось.

– Это потому что с дороги – сказала она, протирая руки полотенцем – подождите немного, чтобы всё улеглось.Может чаю?

– Конечно.

– А то у меня нечасто тут гости бывают. Поэтому каждому рада.

– Это видно, признаться, я и не думал, что у вас может быть такой современный дом здесь.

– Муж постарался, он очень хотел, чтобы всё современное было. Последние деньги вложил. Вот и построились, только вот до конца не доделал.

– А где он? – спросил я и тут же пожалел о своей навязчивости.

– Пропал. Около двух лет назад.

– То есть, как это пропал? Здесь?

– Да, в этих чертовых болотах, всей деревней искали, да еще волонтёры из города приехали, но, увы, так и не нашли.

– Я вам соболезную.

– Да ничего, я привыкла уже. В деревне, в общем—то, неплохо, плюс огород теперь появился, так что не скучаю. Разве что иногда выбраться хочется, но это проходит. В конечном счете, здесь тишина и покой.

– Согласен, покоя тут предостаточно. Но что касательно вашего мужа, если хотите я могу организовать повторные поиски, у меня много контактов среди экспедиционных групп. Можно организовать повторные поиски.

– Не надо. Не хочу снова это переживать. Я вообще зря вам это сказала, Олег лежит там, где лежит, незачем его тревожить.

– Извините, я лишь помочь хотел.

– Я понимаю, по вам вообще видно, что вы хороший человек, а это редкость здесь.

– А мне показалось тут все приветливые.

– Все, да не все. Впрочем, пора спать. Я вам уже постелила наверху. Комнаты у нас там две, так что не заблудитесь. Вам налево с лестницы. И прошу, не открывайте окно, тут по ночам сильно дует с реки. Легко простудиться.

– Закрою наглухо. Кстати, а не знаете, где связь хорошо ловит, а то я всё никак своим набрать не могу.

– Это, увы, мы же в низине, тут вообще вся электроника не работает. Но вы привыкните со временем. Просто это по первому времени, по привычному скучаешь.

– Людмила вы что забыли, я тут всего на пару дней.

– Да, да, конечно – согласилась она и картонно улыбнулась – судя по всему, чай вы не будете, а мне надо, прибраться надо. Хорошего вам сна. Завтра утром я вас подыму пораньше, Вадим попросил. Сказал у вас много дел.

– Есть такое – хмуро бросил я, чувствуя, что великосветский деревенский разговор окончен – спасибо еще раз за ужин.

Поднявшись наверх, я упал в кровать, не раздеваясь. Оказалось, что этот деревенский день,

Выжал из меня последние силы, позволяя, усталости подарить мертвецки крепкий сон, без сновидений. Так сказать, на моргание глаза.

Вышкин

– То есть, как это вы не скажете где он? – возмутился Федор Евгеньевич, стоя в бухгалтерии перед столом Ольги Антоновны, женщины лет за сорок, с грубым, но спокойным выражением лица – я же вам говорю, что человек пропал.

– Так пусть заявляют родственники в полицию, вы то тут причем?

– Я его друг.

– Я коллега. Это не меняет ситуации.

– Но мне надо его найти.

– Я всё равно не улавливаю вашей особенности.

– Да в смысле вы не улавливаете, мой друг пропал. Телефонную трубку не берет, его просто найти не могут.

– То, что он трубку не берет, как раз не повод беспокоиться, человек взял три дня отдыха не просто так. К тому же, черт знает куда уехал.

– Вот и скажите куда.

– Мужчина, у меня очень много работы. Вы меня отвлекаете. —Отвлекаю?

– Отвлекаете.

Федор Евгеньевич полез в карман и туту обратил на себя внимание главного бухгалтера, презрительно смерившего его взглядом.

– Это еще зачем?

– Что? – не понимающе посмотрел на неё Федор – что зачем?

– Вот это зачем? – он указала рукой на его руку.

– Ах, это, да просто я думаю вам так просто не объяснить сложившуюся ситуацию.

– Да? – потянула гласную бухгалтерша – и что вы намерены мне предложить?Шоколадку.

– Более существенное.

– Как глупо. Вы с вашими дешевыми фокусами и подхалимством, шли бы подальше из нашего института, более того, я наверно Плейшнеру лично объясню, что подобных людей присылать мне не надо.