Помоги проекту - поделись книгой:
Вот в такие моменты, когда когти лишь слегка касаются водной глади, вызывая уйму брызг, ощущаешь себя не взрослым мужчиной, а мальчишкой, веселым, озорным и беззаботным. Тогда ничто не имеет значения, остаешься только ты, ветер и тишина.
Бамс.
Я не сразу понял, что произошло, и инстинктивно махнул мордой в сторону, чтобы скинуть непонятный свёрток, обмотанный тканью.
— Руар! — закричал в моем сознании Брен, — это же человек!
— Где? — непонимающе переспросил я, оглядываясь по сторонам. Океан. Ничего. И только спустя мгновение заметил маленькое тело, которое я, по всей видимости, стряхнул с себя.
Оно все летело к воде. Секунда и будет поздно, люди вообще хрупкие создания, им не пережить встречу с водой, особенно с такой высоты.
Выбора не осталось, пришлось пикировать вниз и хватать когтями этого человека (а человека ли?). Люди обычно не падают с неба на землю, они летать, в отличие от нас, не обучены.
— Кто это?
— Понятия не имею.
— На девушку похожа. И что с ней делать будем?
— Нужно сперва вернуться домой, а там видно будет.
Я сомневался, что это создание доживет до этого момента, и почему-то уже воспринимал как своё. Наверное, все дело в инстинкте хищника. Раз поймал — нужно съесть. Вот только голодным я вовсе не был, мне было впервые за долгое время любопытно.
В одной из гостевых спален Дворца, несмотря на поздний час, было оживленно, а все из-за гостьи, которая пока спокойно лежала на кровати маленькой куклой в ворохе белых кружев и всевозможных подушечек. Если бы кто-то из присутствующих заглянул под простыню, то заметил бы широкие белые повязки, которые закрывали весь живот и грудь девушки. Еще одной странностью было наличие маленькой красной сферы, которая тихо покоилась в районе сердца и размеренно мигала в такт биению сердца.
Правитель расположился около большого окна, облокотился на подоконник и стойко выслушивал брюзжание пожилого врача, почти в три раза старше его самого.
— Руар, ну как ты мог такое сделать? — журил седовласый мужчина в прекрасной спортивной форме, какой бы смело могла позавидовать половина человеческих мужчин. Все-таки кровь дракона творит чудеса и стареют они иначе — меняется лишь цвет волос и тускнеют глаза, в остальном же тело от постоянных физических нагрузок лишь крепнет.
— Почти двадцать швов на обе стороны! Еще немного и эта бедная девушка истекла бы кровью прямо в воздухе. Ты хоть думал своей глупой башкой, что она человек, а твои когти для нее неимоверно опасны?!
— Кернар, вы меня еще отшлепайте при всех, — усмехнулся молодой правитель, указывая на двух своих друзей: потухшего Брена и спокойного Рофа, которые стояли у двери и не влезали в перепалку двух сильных мира сего.
— И отшлепаю, или думаешь, раз вырос, можно творить все, что пожелаешь? Если бы твои родители были живы, то умерли бы со стыда. Ты совсем всю человечность растерял за эти годы! А таким милым мальчиком рос.
— Только не начинайте опять…
— Потребуется, буду тебе об этом каждый день напоминать!
— И что вы предлагаете? Нужно было её не ловить?
— Нужно было делать это аккуратней! — воскликнул старичок, гневно взирая на присутствующую молодежь. В принципе, только Руар и мог ТАК говорить с глубокоуважаемым старейшиной Кернаром. Все-таки родной дедушка прощал многое внуку, но и требовал от него вдвое больше, чем от других. Именно благодаря поддержке и воспитанию этого старого дракона Руар смог занять пост, который когда-то принадлежал его отцу. Но тогда, сто пятьдесят лет назад, когда случилась та ужасная трагедия, многие стремились к власти и считали, что столь молодой Руар не справится с возложенными на него обязанностями. А он удивил всех, справился, сумел объединить драконов вокруг себя, заслужить их уважение и верность.
Вот только мало кто догадывался, сколько сил на самом деле к этому приложили его дедушка с бабушкой. О чем говорить, если они два раза срывали несостоявшиеся покушения на собственного внука и делали всё возможное и невозможное ради того, чтобы он вырос сильным. У них это получилось, он стал сильным, но безжалостным.
— Аккуратнее не получилось, — развел руками черноволосый дракон, но все-таки покосился на спящую девушку. Она и правда была слишком хрупкой даже для человека, худенькая, ростом не выше его груди. Длинные русые волосы аккуратно лежали на боку, а лицо было бледным, почти как и сама белоснежная простынь. А нет, вот появилось маленькое красное пятнышко и ему все-таки стало стыдно.
— Виноват, признаю. Проверь повязки, кровь идет.
Дедушка удивился не столь признанию вины, как тому, что заметил тень беспокойства на лице своего внука. Ну что ж, раз так, то наверное он небезнадежен.
— Это сукровица, так бывает, — объяснил он уже более спокойным мирным тоном, — но я на всякий случай посмотрю. А вы идите погуляйте, нечего на голых девушек глазеть!
Спорить со его святейшеством старейшиной было себе дороже. Все вышли, только Руар обернулся, будто не хотел оставлять её одну. Или ,может, старому человеку это примерещилось?
— И что вы думаете? — спросил Руар задумчивых друзей, которые все вместе расположились на веранде первого этажа, где любили собираться втроем.
— Странно всё это, — начал первым Роф, молодой зеленый дракон, именно такой цвет носили его глаза и кончики черных, длинных, в отличии от самого Руара, волос, — откуда человеческой женщине взяться в небе? Может, кто подкинул специально?
— Считаешь, что это диверсия? — уточнил я.
— Глупости, откуда ей появиться на такой высоте, — уверенно перебил Брен, — а если б там кто-то был, мы бы первые услышали!
— Маги способны заглушать звуки, — парировал зеленоглазый.
— Но даже они не способны находиться в воздухе настолько долго!
— Мы можем всего не знать. Не просто же так она свалилась именно на голову нашему правителю!
— А вдруг это Боги ее прислали ему?
— Брен, ты как маленький! Какие Боги? И зачем им помогать какой-то девушке?
— А если наоборот, помощь пригодится Руару? Не просто же ее к нам отправили!
— Еще скажи, что она женой станет и ребенка выносит.
— Эй, вы, по-моему, перегибаете палку, я же говорил, что жениться больше не намерен!
— Руар, а если она та самая? Если это подарок тебе свыше?
Какую бы глупость ни сказал Брен, но она заставила меня засомневаться. А что, если он прав?
— Чушь, человеческие женщины никогда не могли понести от дракона. Будь иначе, то наши бы каждый день летали бы на их земли за невестами. Сам знаешь, как у нас обстоят дела с рождаемостью.
— А вдруг она особенная?
— А если ее заслали?
Друзья заговорили одновременно, выдвигая кардинально разные предположения. В их спорах мне часто удавалось выудить крупицу истины и принять взвешенное решение, но сейчас я был в растерянности и не знал, как поступить. Возможно, стоит подождать и спросить лично у нашей гостьи. Интересно, что же она расскажет?
Когда прощаешься с жизнью, никак не ожидаешь открыть глаза снова и увидеть белый свет. Хотя нет, первым, что я увидела, была темнота, которую кое-где разбавляли тусклые свечи, а после заметила и силуэт незнакомца, который тихо сидел в кресле около кровати.
— Что-то хотите? Воды? Где-то болит? — посыпались вопросы низким, спокойным голосом, от которого веяло абсолютной уверенностью в своих силах. Казалось, что передо мной сидел ангел, ну или демон, если судить по темной шевелюре и желтым с красными пятнами глазам.
— Я умерла?
— Нет. Отчего вы так решили?
— Вы не похожи на человека.
— А я им и не являюсь, — усмехнулся странный мужчина.
В принципе мне, человеку двадцать первого века, доводилось видеть и не такие извращения над собственной внешностью. Когда-то и самой хотелось перекрасить волосы в ярко красный цвет и набить татуировку на запястье. Сперва родители не позволили, а потом желание пропало, да и на работу было бы сложно с таким имиджем устроиться.
Я заметила бинты, которые выглядывали из-под тонкой простыни. Все вопросы на миг отошли на второй план, и я медленно отодвинула ткань в сторону, желая посмотреть, насколько изуродовано моё тело.
С памятью у меня проблем не наблюдалось, я отлично помнила катастрофу и то, с какой высоты мы падали. Вероятность выжить в таких условиях минимальна, а значит, раз жива, то быть мне калекой до конца своих дней.
Помню, где-то читала, что люди после ампутации конечностей продолжают ощущать фантомную боль и даже чувствовать свои отсутствующие руки и ноги. Вот приблизительно такую картину я и ожидала увидеть. Обрубки вместо ног.
Глазам я не поверила, а начала щупать ноги руками, боясь, что зрение меня обманывает. Ноги были на месте, а пальчики с моим любимым лаком на ногтях послушно двигались по-моему желанию. Я почувствовала себя самой счастливой, ведь моим подарком в день рождения была собственная жизнь.
— Эээ… — мужчина на миг потерял дар речи, видимо, впервые так близко рассматривал голые женские ноги или же всё дело было в коротких кружевных трусиках, которые так бесстыдно демонстрировала странная гостья.
— Может, позвать лекаря?
— Кого?
— Если вам плохо, я могу позвать того, кто поможет, — будто ребенку растолковал он.
— А, врача? Да нет, не нужно, темно на улице, пусть человек отдыхает. Давно я тут? И где это «тут» находится? Со мной еще подруга была, вы её не находили? — взволнованно тараторила я, желая узнать ответы на всё сразу.
— Вы были одна, по крайней мере, других мы не находили, — ответил незнакомец и спустя секунду продолжил, — и вы у меня дома.
Руар ожидал слез, причитаний и криков, но никак не счастливого взгляда. Она как будто ничего не ощущала и не понимала, что перед ней один из самых страшных хищников в мире. Да и эти шорты, неужели женщинам позволено носить такое откровенное белье? И куда только их мужья смотрят?
— Это замок? А у вас есть телефон? Интернет? Мне нужно сообщить домой, где я, мама с отцом так обрадуются! Они же уже наверно оплакивают свою кровиночку…
Чем дальше эта девушка говорила, тем больше он убеждался, что она больна.
— Я все-таки приглашу Кернара. Пусть вас осмотрит. Не переживайте, он ответит на все ваши вопросы…
— И как? — спросил я, как только дедушка вышел из комнаты незнакомки.
Он пробыл там почти час, неужели все настолько серьёзно и её болезнь неизлечима?
— Хуже, чем я предполагал. Не помнишь, она нигде не могла удариться головой? — спросил врач, а потом махнул рукой сам себе, — да ты мог и не заметить…
— Она утратила разум?
— Не совсем так. Внешних повреждений нет, предложения строит правильно, вот только я не понимаю тех слов, которые она использует. Возможно, это результат шока или, как она назвала, «авиакатастрофы», нужно дать ей время, она успокоится и может, вспомнит, что случилось и как она оказалась посреди океана.
— И что мне делать сейчас? Я же даже допросить её в таком состоянии не могу, а она может быть опасна.
— Она не опасна и искренне верит своим словам, не важно, насколько странно они звучат, так что старайся её не расстраивать. Ей и так тяжело пришлось.
— Я могу сейчас войти?
— Думаю, не стоит, она сильно расстроилась, и я дал ей снотворное, она уже спит.
Старейшина развернулся и отошел на несколько метров, потом остановился и повернулся назад к внуку. Он сперва сомневался, но потом все-таки сказал:
— Руар, она обычный хрупкий человек, поэтому выбрось из головы все непотребные мысли в отношении этой девушки. Она тебе не пара…
Если начальнику для того, чтобы его бизнес процветал, необходимо задерживаться на работе дольше своих подчиненных, а приходить, наоборот, раньше, то правителю одного небольшого государства очень своенравных и гордых жителей ради этой же цели необходимо было бодрствовать целые сутки.
Шла уже вторая неделя, как я не мог нормально отдохнуть. Сперва проблемы с людьми, потом с орками, а сейчас еще эта человеческая девушка, которая словно дождь свалилась мне на голову.
— И? Есть результаты? — спросил я, даже не отрываясь от очередного письма с жалобой от орков. Будь неладен этот закон «О равенстве прав и обязанностей всех жителей Илларии», который около десятка лет назад состряпали ушлые эльфы. Согласно ему, перед тем, как нападать на бедных зеленых воров, мы обязаны были сообщить о межрасовой проблеме в их Департамент межрасовых отношений, а он уже потом бы выносил справедливое решение. Проще говоря, никакого самосуда. Вот только ни орки, ни эльфы не хотели слышать о том, что мы в обсуждении, а уж тем более в подписании данной бумажки участия не принимали!
Роф, мой начальник охраны и верный друг, сперва опустился на кресло рядом со столом, а потом уже ответил:
Поделиться книгой: