Пролог
Москва. ВДНХ. Конец июля. Самый треш по погоде. Пот по лицу течёт градом, оставляя грязные кляксы на коже от брендовой «водостойкой» туши и «нестираемой даже серной кислотой ультра-супер-пупер-крутой подводки». Очередной развод для лохов. Зря повелась.
От духоты и палящего солнца не скрыться, но мы сидим на краешке фонтана «Дружбы Народов», спасаясь блаженной прохладой воды и долетающими до нас брызгами. Только по закону подлости они чаще попадают на стопку скинутых в отбой карт.
Подкидной дурак и вишнёвый сидр в термокружке, чтоб за алкашек не принимали — чистый кайф. Ещё б я так позорно не продувала третий кон подряд.
— Держи, родная, шестёрочки. На погоны, — торжественно вручают мне последние две карты. Будто веера, сыпящегося из рук недостаточно.
— Блин, — что такое не везёт и как с этим бороться? Идея играть на «желание», конечно, не самая гениальная моя затея, на нобелевку точно не тянет. И так уже, как дура, бегала по площади, призывно кудахтая. Отвечаю, все сорок девять объектов архитектурного комплекса, признанные памятниками культурного наследия опасно трясли своими древними стенами от беззвучного ржача. — Ну давай, позорь меня дальше. Но больше ходить и спрашивать у старушек: «
Старшее поколение оказалось без юмора. Пенсионерки пятились и открещивались от меня как от чумной. Ещё бы, подкатывает к ним бледная девица вся в чёрном, с чёрными волосами, татухой и пирсингами. Косы в брезентовом чехле не хватает для антуража. Хорошо, без сердечных приступов обошлось. Одним матом вдогонку отделалась.
А вот молодняк к теме подключился охотно. Посмеялись вместе.
И теперь Леська, подруженция времён школьной скамьи, уже в предвкушении бегает взглядом по ВДНХ, подключая своё не дюжее воображение. Тормозит где-то за моим плечом, переглядывается с Викой, ещё одной девчулей-красотулей, многозначительно играет рисованными бровями и хитро улыбается.
— На три часа развернись, — есть, мэм. Разворачиваюсь. — Парня со скрипкой видишь?
— Ну-у-у… Допустим, вижу.
То, что это парень можно угадать исключительно по росту и широким плечам. Всё остальное кокон неопределённости. Не я одна додумалась вырядиться в полный блэкаут, но если у меня топик лёгкий, летний, то этот поц натянул на себя балахон, полностью скрыв лицо за капюшоном.
Будто этого мало ещё и бандану повязал, так что только щель для глаз осталась. Офигеть, разбойничек. Простудиться боится? Ему того, не задует в форточку? Но ок, не спорю, играет прикольно. Бодренько. Отсюда из-за шума фонтана доносится приглушённо, но мотив знакомый. Только не могу вспомнить, откуда.
— Хорошо, что видишь. А теперь чеши его целовать.
Эм. Чутка подтупливаю.
— Куда целовать?
— Под хвостик! — заливисто смеётся Леся. — Что за глупый вопрос? Куда положено целовать парней?
— Фу… — я без комплексов, но не до такой же степени. — А если у него изо рта воняет? Или он болеет? Или что хуже, может он прыщавый? Поэтому и маску нацепил?
— Вот как раз и проверишь.
— Я готова! — у Вики айфон уже в режиме боевой готовности. Эта кучеряшка в последнее время подсела на ТикТок и скидывает туда всё подряд. Включая мои сегодняшние «приключения».
— Давай лучше я вот того пацана поцелую? — с надеждой тычу пальцем в симпатичного блондинчика.
— Он с девушкой.
— Зато видно, что не герпесный.
— Софа, руки в ноги и походкой от бедра потопала отрабатывать долг, — строго щурится Лээсечка. — Вижу цель — не вижу препятствий, всё как ты любишь.
— Ага. И рожи его тоже не вижу, — бурчу, но послушно плетусь. Так-то карточный долг — дело святое, не профилонишь.
Парень не видит никого и ничего. Расслабленно играет и когда расстояние между нами сокращается метров до двадцати, наконец, вспоминаю, что за мелодия. Саундтрек из "Ассасин Крид"[1]. Круто, конечно. Реал круто выходит.
Причём пацан очевидно балуется для себя, не ради вознаграждения. Мелочёвку ему тупо некуда скидывать, футляр скрипки закрыт, у ног никой коробки не валяется. Не в бутылку минералки же совать. Народу нравится, но толпы не собирается. Все с дистанции наблюдают, уважая личное пространство. Кроме меня.
Торможу напротив, намеренно попадая в его поле обзора. Естественно, незамеченной не остаюсь, но первые несколько секунд он никак не реагирует. Выжидательно улыбаюсь, выставляя напоказ белые зубки. Хорошо, почистила с утра. Как знала, что обмениваться бациллами придётся.
— И чего тебе? — недовольно дёргает тот подбородком, неохотно прерываясь.
Ну Леська, чтоб тебя!
— Мне? — оскорбляюсь не на шутку. — Лично мне ничего. А вот у тебя счастливый день! Так что стой и получай удовольствие, — пока никто не понял что к чему, стягиваю его маску, с облегчением обнаруживаю, что ничего страшного за ней не прячется кроме шрама возле уголка губ и целую. Продолжительно, но не французским поцелуем. Для этого кое-кому надо хотя бы челюсть разжать. Губы жёсткие и скупые, радоваться женскому вниманию не спешат. Ну и фиг с тобой, золотая рыбка. Плавай дальше. Заканчиваю цирк, отстраняюсь, возвращаю бандану на место и дружелюбно похлопываю его по плечу. — Вы свободны, молодой человек. Сдачу, так и быть, оставьте себе.
Тёмно-синие глаза строго щурятся, с опозданием замечают хихикающую Вику с телефоном на заднем плане и всё понимают. Бережно откладывают скрипку… а в следующую секунду я с визгом улетаю фонтан.
Приземляюсь не столько больно, сколько унизительно. Мокрая и злая.
— Спятил?!
— Ты решила развлечься. Я тоже, — музыкальный инструмент спокойно убирают в футляр и, более не удостоив меня вниманием, тупо уходят. А я… а я сижу и охлаждаюсь, отплёвывая воду с привкусом тины.
Возможно, данный инцидент спокойно остался бы в памяти как мимолётное приключение, если бы именно этот видос не залетел в реки[2], сделав меня за одну ночь звездой сети. Настолько популярной, что через несколько месяцев я нежданно-негаданно попала в один из крутейших русских ТикТок домов…
[1] Компьютерная игра
[2] Рекомендация (молодёжный сленг)
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. СОФА / Глава первая. Drama Media House
Дело было как: ролик, который всё же залила втихую Вика, нежданно-негаданно набрал бешенное количество просмотров всего за несколько дней. Вот вроде бы, что особенного? Чисто девичья бредятина, ан нет. Зашло на “ура”. На аккаунт начали подписываться, а в коментах[1] требовать, буквально ТРЕБОВАТЬ ещё мою очаровательную моську.
Ну мы-то по первой всё на хиханьки-хаханьки спускали, без задней мысли включались в завирусившиеся челленджи[2] из ленты актуального и просто скидывали в общий котёл, а тут раз — и опять залетело, два — и за пару месяцев набралось около восьми тысяч подписчиков.
Я подумала, подумала… и отжала у Вики профиль с железным аргументом — всё равно морда моя и без неё просмотры упадут. Подруга сильно не сопротивлялась, так что профиль был переименован на скромное
По тихоньку пошло вырабатывание основного направления, упор которого лёг на яркий макияж и косплеи[3] по известным киноперсонажам. Ну и для разбавления ленты делались всякие мини-зарисовки с незнакомыми парнями, которых я выцепляла на улице. Это тоже заходит на ура.
В таком деле главное попасть в мейнстримную[4] волну, которая имеет свойство очень быстро меняться. Что было на слуху вчера сегодня может запросто стать уже неинтересным, поэтому нужно всегда оставаться в потоке и мониторить сетевой рынок.
Это главное правило, а дальше не так сложно: даёшь то, что людям нравится у других, но дополняешь всё личной изюминкой: подачей, шутейкой, антуражем. Каждый выбирает что-то своё. Я сделала ставку на внешность и не прогадала.
Когда количество пп[5] перевалило за двадцатку со мной начали связываться… барабанная дробь… спонсоры! Спонсоры, твою мать! В основном, косметику предлагали прорекламировать. А я чё? А я ничё: мне пробники на халяву дают, да ещё и заплатить хотят. Какая дурилка откажется? Гонорары, конечно, скромные, но и к их наличию я долго не могла привыкнуть. Монетизировать кривляния на камеру, рили[6]? Прикол.
Но главный прикол случился когда несколько месяцев спустя, аккурат под день рождения, мне приходит сообщение от одной из подписчиц с ссылкой на источник. Мол, идет набор талантливых ребят в открывающийся ТикТок хаус[7]. Попробуйте, вы крутая.
Объявление, естесна, расписано до невозможности круто: работа на постоянной основе, проживание в крутом коттедже в районе Новой Москвы за счёт работодателя, контракт на длительное сотрудничество и прочее, прочее, прочее. Звучало заманчиво, хоть и в то, что кастинг получится пройти слабо верилось. Всё же конкуренция большая.
Однако я записала требующееся от меня видео, отправила на рассмотрение и-и-и… попала в финал. Даже ознакомительное письмо на почте проморгала, лишь через неделю увидела! Ответила на него, после чего со мной уже по телефону связалась тётка, назвавшаяся менеджером и пригласившая на личную встречу.
Тудым-сюдым, много слов, ещё больше моих дебильных расспросов, около пяти минут раздумья, ибо, честно говоря, от родаков я готова была свалить хоть на помойку… Короче, в середине января стоит девица-краса на пороге элитной общаги с горой сумок и укутанная шарфом подобно эскимоске.
Натурально общаги, хоть и очуметь понтовой. Двухэтажной, новёхонькой, что краска ещё блестит, с личным спортзалом, мини-актовым залом, БАССЕЙНОМ и, держите штанишки, а то выпрыгните, ДЖАКУЗИ.
Я как домик увидела, так и все бумажки не глядя подписала. За возможность жить в подобных хоромах и в проститутки пойду. Ну, наверное… Конкретно такого предложения, во всяком случае, пока не поступало, поэтому беспристрастно размышлять сложно. Но я читала “
Ладно, по поводу проституции — чисто рофл, конечно. Буза ради бузы. Да и без этого обошлось. Вместо контракта на торговлю бренным тельцем мне подсунули будущее расписание, от которого глазки на лоб полезли и бровки бантиком завязались. Не, меня, канеш, предупреждали, что я сюда свои царские формы не чилить[9] притащила, но это чё-то вообще треш.
Подъём в полседьмого утра стабильно. Зашибись, потому что я как бы полностью оправдываю своё имя и о-о-очень люблю поспать. Актёрское мастерство, вокал, хореография, работа над речью, физтренировки, так как объём допустимых женских ягодиц тоже прописан.
Контент[10], естественно, пилить. Причем не как раньше — если не лень, то так и быть, а со стабильным графиком выкладки. Официальный выходной — один раз в неделю. Лол[11]. Спасибо на плацу не заставляют стоять.
В общем, не меньше месяца я пыталась влиться во всю эту тему и не разбить телефон молотком, когда тот орал по будильнику. По началу было жёстко, но потом ничё, начала втягиваться. Обживаться. С народом знакомиться. Выбора не оставалось, после того как в мою комнату подселили новую деваху. Ок, не в мою комнату. В нашу. Она на четверых так-то рассчитана.
Всего нас сейчас семеро в доме живёт, но это не предел. Постепенно ещё будут прибывать. Просто отбор реально жесткач и абы кого не тащат, тщательно мониторят[12], на кого можно поставить в перспективе. Как на лошадку в заезде. Никто не обижается, все понимают — бизнес.
В целом, уживаемся. Несмотря на разнообразие кадров. Хотя у нас и другого выбора нет, в договоре отдельный пункт имеется про “мирное сосуществование”. За агрессию, склоки и буллинг[13] можно вылететь из дома с одного пинка. Одну такую, говорят, попёрли скандалистку. Я, можно сказать, причапала на её место.
Но даже если отбросить все эти “запрещено” и “разрешено”, объективно — коллектив нормальный. Не прям “дружная семья”, какой опять же мы должны выставлять себя в сторис и на общих видосиках, но терпимо. Каждый себе на уме, со своими таракашками, но кто без насекомых в башке?
Моя соседка, вон, та ещё тралялякалка. Не в смысле болтает без умолку, а музыкантша-певичка. Прибыла с синтезатором и гитарой. Даже шмоток с собой толком не взяла. Одним чемоданчиком скромным отделалась и потихоньку теперь захламляет пространство после каждой поездки домой из города невест, Иваново.
Паулина Демидова, которую я её окрестила Павликом, и правда на видную невесту тянет. Крашенная блондинка всем хороша: и фигуркой, и личиком. Но красоту свою в секси-платья не обряжает, больше по спортивному стилю гоняет. Кепарь, кроссы. Короче, не цаца, что лично для меня жирнейший плюс. Не люблю гламурных пудрениц. С такими найти общий язык сложно, читай между строк — неохота.
Зато вот сеструхи-близняшки, приютившиеся через стенку в соседней спальне, полные противоположности блонди. Хоть на буднях Агата и Злата Тумасовы ходят по-домашнему, но в объективе у них образ кукол. Барби, те слишком сахарно-зефирные, скорее Братц. У Братц более дерзкая цветовая палитра. И хоть у сестричек и ноготки нарощенные, и, по-моему, даже губы подкаченные, но ставить крест на их умственном развитии рано. Девчата вполне вменяемые. Силикон в мозг пока не всосался.
Что касается пацанов, те вообще у нас зачётные. Чешир, в простонародье Богдан Ворошилов — это какая-то ходячая харизма под два метра ростом. Его б улыбку на рекламные баннеры ипотеки — под любые проценты бы оформляли, такому милашке нельзя не верить.
Да и парень он свой в доску. И кофейку с утра нальёт, не сломается, и в Мак сгоняет, если попросят. Единственный, кто подарил всем девчатам тюльпаны на восьмое марта, остальные не догадались даже ради контента проявить джентльменство. Реально, золотце! Влюбилась бы без оглядки, да только у нас изначально общение на дружбе завязалось и теперь это всё равно что с братом родным замутить, беее…
На самом деле тут в принципе мутить не с кем. Только что с Тимофеем Нечаевым. Спортсмен, красавец, экстремал, татухи у него зачётные по всему телу, отличный кандидат… Был бы, да только он по Павлику сохнет. Прям пипец сохнет. Она в хаусе-то исключительно из-за него появилась, ибо Тимоха не абы кто, а сынуля нашего менеджера. Мальчик со связями.
Смех смехом, но чел[14] рили влюбился заочно, чисто увидел девчонку в Тт[15] и всё. Был пацан — нет пацана. А Паулина… А у Паулины жених как бы имеется… Свадьба следующей весной планируется. Но Тима не сдаётся. Решил брать неприступную крепость измором. Не знаю насколько его хватит, но пока энтузиазм завидный.
Ну и последний бравый вьюноша в нашей обители — Эльф. Егорушка Руднев по паспорту. О, за его шевелюру я готова от зависти бетон грызть. Сам тощий и мелкий, но его кучеряшки в дверной проём не проходят. Одуванчик, натурально. Гиперреактивный, смешливый, немного дурашливый и самый юный, ему только-только восемнадцать исполнилось. Наш младшенький, как мы ласково его величаем. Хотя самим то всего по двадцать.
Ну как-то так: четыре девицы и три парня под одной крышей. Живут, работают, дружат, общаются и всё, прошу заметить, в рамках приличия. У нас даже официальное название есть: “
Кстати, про пожратушки.
Почти одиннадцать, вечерняя трапеза была давно, рабочий день повара закончился ещё раньше, но возможно что-то осталось в холодильнике. Тётя Рената обычно с запасом делает, зная какие мы прожоры. Не удержимся, эклеров налопаемся, а потом полутра в спортзале пыхтим. Звучит, не очень заманчиво, но с урчащим животом так просто не заснёшь, поэтому неохотно выныриваю из полусонной комнаты, где Павлик уже отходит на отбой, и спускаюсь вниз.
Мысленно очень радуюсь, что нас пока так мало. Дело даже не в том, что меньше народа — больше кислорода, а в личном пространстве. Нет многолюдности. Вот и сейчас лишь Тима одинокой тушкой валяется на модульном диване, залипая в плойку[17].
Диван мы этот как только уже не крутили, чтобы всем было удобно пялиться в плазму, но при этом никто не нарушая личных границ. Последняя перестановка превратила его в зигзаг, благо метраж позволяет разгуляться. Да и отсутствие лишней мебели не съедает пространства.
У нас тут в принципе минимализм, даже в коридоре нет шкафов. Кроссовки и туфли выставлены прямо на полу, рядом с панорамным зеркалом, чтобы было удобней делать селфи. Тумбы? Нафиг. Вешалки? Какие вешалки? Куртки обычно лежат там же, аккуратной кучкой. Если лень тащить их наверх.
Мне же ужас как лень тащить свой попец вниз, но требования организма сильнее. Так что у подножия лестницы сворачиваю за угол, где развернулась кухонная зона с евроремонтом.
— Эй, это моё вообще-то, — обиженно возмущается Чешир, когда я беспардонно тырю из его тарелки бутер с колбасой.
— Спасай от голодной смерти. Бобик помрёт, если не накачается консервантами и красителями, — один бутерброд сжимаю в зубах, второй беру в заложники и взглядом послав Ворошилову воздушный поцелуй, сваливаю обратно к лестнице. Но не дохожу. Торможу, слыша шорох и оживление у главного входа.
Автоматическая система умного дома включает потолочные споты, освещая силуэт в чёрной толстовке, скидывающий спортивную сумку с плеча и уже более бережно опускающий поверх кожаный футляр. Это кого ещё к нам принесло на ночь глядя? Новенький что ль?
Ответ не заставляет себя ждать. В какой-то момент капюшон скользит с короткостриженой головы и бутер удивленно выпадает из моего рта. Я этот шрам и эту моську в жизнь не забуду! Слишком уж я ей обязана.
— Прико-о-ол…
Скинув кроссы, челик как ни в чём не бывало выдвигается в мою сторону, тормозит напротив всего на секунду, поднимает улетевшую с хлеба колбасу, нахлобучивает на подпорченное масло, галантно вручает сей шедевр кулинарии мне и проходит мимо, более не удостоив вниманием.
Зато Тима не остаётся обделённым.
— О, прибыл. Норм доехал? — Нечаев, отвлёкшись от “Техасской резни”, или во что он там рубился, здоровается с новоприбывшим. Ну как это положено у пацанов: кулачным приветствием.
— Не развалился.
— Огонь. Тогда располагайся. Второй этаж, третья дверь справа. Чувствуй себя как дома, но вытирать ноги об коврик не забывай. А, и металлолом мой не трожь в углу, благородную пыль потревожишь. Я её коллекционирую.
Стопэ, не втопила. Они что, знакомы? Так воркуют. Не, ну точно знакомы. Наблюдаю за премилейшим мужским разговором с лёгким ступором. Зависшее в проходе тело, само собой, не заметить сложно, но моё присутствие едва ли кого-то смущает.
Вернувшись за сумкой, опять же, прошу отметить в протоколе, миновав меня с нулевой реакцией, товарищ преспокойно уходит к лестнице, мимолётно поздоровавшись с замаячившим на горизонте Чеширом. Но с ним очевидно, что в ознакомительном процессе. Я же по боку, хоть взглядом меня мимолётно и оценили.
Не узнал? Или сделали вид, что не узнал? Хм…
Вопросительно переглядываюсь с Ворошиловым.
— Это кто? — вопрос не в бровь, а в глаз.
Ответ ещё сногсшибательней.
— Могу ошибаться, но, кажется, человек.
— Да ладно? А так и не скажешь!
— Ну ты странная тоже, мне почём знать? В первый раз вижу.
— Ладно, — не получилось по-простому, пойдём окольными путями. — Ща узнаем, — шустренько перелезаю через спинку дивана, плюхаясь рядом с Нечаевым, который успел вернуться к тисканью джойстика. — Эй, красавчик, харе крошить людей. Дело есть.
— Ммм? — равнодушно мычит тот, слишком занятый кнопочками. Ну не наглость? И как тут быть вежливой?
— Что ммм? — отбираю пультик, зарабатывая сердитое бурчание. — Радуйся когда к тебе красивая девушка обращается. Или мне белобрысый парик нахлобучить, чтоб ты меня заметил?
Подкол ясно в какую степь срабатывает.
— Каминских, чего надо? — недовольно интересуются.