У начала нет конца

– Сейчас устроим представление. Половину патронов бабахнем, а остальное спрячем. – он высыпал половину патронов на землю, а оставшиеся отнёс за большой камень, куда мы тоже должны спрятаться.

Брат забросал патроны в огонь и сам побежал за камень, крикнув мне:

– Беги!

Но я немного замешкался – некоторые патроны начали взрываться. Подбежав уже к камню, почувствовал, что сзади в ногу что-то кольнуло. Упав на землю, пополз за камень и потерял сознание. Опомнившись, хотел встать, но с ноги бежала кровь, я рядом сидел перепуганный брат, не зная, что делать. Он с радостью выпалил:

–Ты живой?

Пуля прошла на вылет, не задев кость. Сняв майку, брат перевязал мне рану. Я сам был сильно напуган от этого фейерверка и раны. Мне пришлось опять поваляться в больнице, но в школу пошёл вовремя и нисколько не хромал, всё обошлось. Мои детские приключения на этом в Крыму закончились. И всё это было эхом той войны, которая продолжается и по сей день. Это забыть невозможно!

Вымышленного в этих Крымских рассказах мало. Изменены только имена и фамилии, не указаны конкретные места, где происходили действия, так как со времён 50-60 годов многое в тех местах изменилось, особенно с распадом Советского союза. Многих сёл уже нет, как и нет тех катакомб, которые уже в то время распиливали на блоки для строительства домов и других нужд. Многое из сознания не стереть, зрительная память хранит многие эпизоды из того детства, что существовали, их не изменить. В то время было много трагических событий, как с детьми, так и со взрослыми. Но я взял из своей памяти те, что были ближе к моим друзьям, моей семьи. Как бы не были многие события трагическими, я хотел в своих воспоминаниях показать правду нашего детства, наших отношений с друзьями, в семье, школе, окружающего нас мира.

Я решил дополнить свою автобиографическую повесть своими стихами, которые непосредственно имеют отношение к тем событиям, что описываю. К Крымским рассказам можно отнести стихотворение «Зачем уехал я из Крыма?»

Балаклава, Балаклава –

Не могу забыть по праву,

Что родился я в Крыму,

Зачем уехал, не пойму?

Что заставило с тех мест

Увозить нательный крест?

В этом месте я крестился,

На родителей не злился.

Время было переездов,

Время было больших съездов.

Страна наша – СССР

Подавала всем пример.

Так и наше всё семейство,

Без злорадства и злодейства,

Уезжали с мест красивых,

Но, а нас, детей, бесило.

Отставали от программы,

Для родителей ни грамма

Не задевал процесс наш школьный.

Мы вели себя так вольно!

Избегали уроков многих,

Не замечая взглядов строгих.

В катакомбы убегали,

Что там, многие не знали?

Мой отец возил арбузы,

На ВДНХ – такие грузы.

Охранял он на баштане,

За небольшие «мани-мани».

Деньги были небольшие,

Сторожа были крутые.

Доставалось всем мальчишкам,

Наедались всего – слишком.

Всем хватало и Крымчанам,

Москвичам, другим там странам.

В садах яблоки и груши,

Остаётся, всё не скушать.

После сбора винограда

Собирать идёт армада:

Детворы со всех селений.

Не надо здесь таких умений.

Наполняешь рот съедобным –

Для ребятишек было модным

Наедаться до отвала,

Фрукты кушаешь, всё мало.

Ждут родители в обед,

Нас весь день всё нет и нет.

Часто днём в футбол играли,

Потом на пляже загорали.

Ловили рыбку в Чёрном море,

Жили так, не зная горя.

С валунов, со скал ныряли,

Домой придём, потом страдали.

Мораль читали старшие,

Когда приходили с марша мы.

Нет никаких нам оправданий,

Но много-много есть желаний.

Найти в земле военных лет,

Немецкий нож и пистолет,

Советский штык винтовки.

У пацанов была сноровка.

Для всех родителей ужасной,

Она для нас была опасной.

Земля таила в себе смерть,

Со сноровкой можно умереть.

Снаряды там, и мины, бомбы

Земля хранила, катакомбы,

Где партизаны спасались наши.

Теперь намного стали старше,

Теперь мы понимаем много,

Своих детей всех держим строго,

Хотя далеки все отголоски,

Но лучше подходить нам жёстко!

Земля в Крыму всегда опасна,

Мы знаем это и согласны.

Соблазн мальчишек здесь велик,

Не остановит даже крик.

Друзья мои червей копали

И на мину там попали.

Услышал крик страшней войны,

Но слава богу, что живы.

Примеров много, приключений,

Как много-много разных мнений.

Горжусь я детством в том Крыму,

Зачем уехал, не пойму?

Честность

После переезда в другую область было трудно привыкать к местности, которая отличалась от Крыма. Здесь больше степные районы, много озёр, речка. Село небольшое, дома в основном из саманных блоков. Отец строил в основном небольшие домики, чтобы потом можно было собраться и переехать в другой регион. Ездили по две-три семьи. Основной маршрут – это Крым, Читинская область, Оренбургская область на границе с Казахстаном. Блоки для дома делали сами. Замешивали глину, навоз, солому, песок, добавляли воду. Делали форму для блоков, заполняя её, давая высохнуть. Материал получался дешёвый, только рабочая сила нужна. Экономия большая для того времени. Мама работала в столовой поваром, отец плотничал – строил. Мы с братом после переезда помогали родителям. Были каникулы. В свободное время, как и всегда, любил рыбачить. Сначала с братом, затем познакомился с мальчиком моего возраста, его звали Павлом.

После всех приключений, которые меня преследовали в Крыму, почувствовал себя здесь свободней. Все свои приключения никому не рассказывал, даже другу, они стали забываться. Было это связано с изменением места проживания, а может быть с изменением климата. Или стал взрослее, тем более потерял год во втором классе, и вспоминать этот случай не хотелось. Только мама мне часто напоминала:

– Сейчас бы учился уже в 6 классе.

Но из воспоминаний такие события не вычеркнешь. Здесь мне было хорошо тем, что мама работала в столовой и всегда можно было зайти в столовую с братом и покушать. С другом Пашей мы больше пропадали на озере или на речке, которая рядом протекала с селом. Столовая находилась не далеко. Место было удобное и красивое. Когда Пашка хотел есть, он говорил:

– Эх, сейчас кашки молочной или молока с булочкой. – он мне намекал, что время настало обедать.

Мы оставляли свои удочки и шли в столовую, чтобы перекусить. Мама была довольная такой дружбой: всегда накормит нас обоих. На озере ставили вентиля. Это такая длинная ловушка из плетёной сетки или алюминиевой проволоки. Рыба заплывала в отверстие – горловину, а оттуда ей выплыть уже невозможно. Мы часто ставили вентиля, пока рыба ловилась купались и загорали. Два вентиля, что забрасывали, уже были старые и изношенные, дырявые, которые постоянно латали. С Пашкой решили в следующий раз поработать в трудовом лагере, заработать денег и купить новые вентиля. Это было нашей мечтой.