Помоги проекту - поделись книгой:
Сотрудники службы безопасности пришли в себя после первого шока и начали пытаться восстановить порядок. Ронину пришлось двоих вырубить, чтобы расчистить себе путь на подземную парковку. Там он, волоча жертву по бетону, как по льду, добрался до своего спорткара, втиснул беглеца в багажник, развеял «скрыт» и, насвистывая «Кокору», сел в кресло пилота.
Через час Ронин преодолел треть расстояния до Токио — теперь спешить не имело смысла, так как участие в контроле движения попусту отнимало ресурсы Реми. Найдя подходящий съезд, Ронин свернул с шоссе и углубился в сельскую местность, она раскинулась среди покрытых лесом холмов и обширных рисовых полей. Из багажника уже доносились приглушенные ругательства и удары.
Ронин приткнул робокар у обочины, достал пистолет и открыл багажник.
— Дернешься, буду стрелять по ногам, — бесстрастно сообщил он. — Ясно?
— Да, да! — беглец закивал, как болванчик.
— Тогда вытаскивай свою задницу и вперед, в лесок.
— Вы меня убьете?
— Скорее всего, — честно ответил Ронин. — Но от тебя всецело зависит, насколько эта смерть будет быстрой и безболезненной, или долгой и очень мучительной.
— Не надо меня убивать, пожалуйста!
— Только не надо мне заливать про жену и детей, их у тебя нет. — Ронин поморщился. — Ты пидорасина не первой свежести, попавшаяся на связи с мальчиками, через это тебя и завербовали.
— Но я не знаю кто именно меня нанял! Они предприняли все меры! Я никого не видел в лицо!
— Мне плевать, что они там предприняли, — ответил Ронин. — Мне надо знать всего одну вещь. Сумму, на которую вы договорились и которую тебе реально заплатили.
— Хотите банковский перевод отследить? Не получится! Они заплатили наличными через тайник.
— Сумма! — Ронин прицелился беглецу в колено.
Трясясь от страха, тот назвал сумму.
— Приняла цифры? — уточнил Ронин у Реми.
— Да. Есть факт обналички такой суммы шестью сегментными траншами. Ага, и концы есть. Секунду. Готово. Оплата была собрана из нескольких траншей, прошедших цепь организаций, в том числе некоммерческих. Но изначальный источник — «Канэко дэйнэмикс».
— Ни фига себе. — Ронин невольно присвистнул.
И было с чего. «Канэко дэйнэмикс» входила в число главных военно-промышленных корпораций, накрепко завязанных на государство. Ронини связался с Мизуки по защищенному каналу Реми и спросил дальнейшие инструкции.
— Паскудника грохни. Отравить меня хотел, гад. Остальное сообщу Рику, инструкции получишь потом.
— Понял!
— Что дальше? — дрожа, поинтересовался беглец.
— Велено тебя отпустить, — соврал Ронин. — Но под определенные обязательства. Пойдем, объясню.
Беглец закивал и поспешил за Ронином.
— Инструкции надо будет выполнять в точности, — на ходу сообщил тот. — Это в твоих интересах, потому что я могу становиться невидимым.
— Невидимым? — удивился беглец.
— Конечно.
Они спустились к дороге, по которой время от времени прокатывали лишь тяжелые беспилотные грузовики. Спорткар Ронина остался за поворотом.
— Сейчас я исчезну прямо на твоих глазах, — произнес Ронин, и накинул на себя «скрыт».
— Обосраться можно, — поделился впечатлениями беглец. — И что я должен делать?
— Погоди, сейчас поймешь.
Ронин дождался, когда приблизится очередной грузовик и, оставаясь невидимым, толкнул беглеца под колеса. Раздался удар, хруст костей, визг и шипение сработавшей тормозной системы. Грузовик поволокло юзом, а в воздухе еще секунды три вертелся кроссовок размазанного по дороге беглеца, после чего шлепнулся на дорогу и скатился в кювет.
Ронин, не снимая «скрыт», обогнул холм, сел в машину, снял невидимость, и направился в сторону Токио.
Глава 3
— «Канэко дэйнэмикс»? Это точно? — спросил я, похлопывая по подоконнику, за которым был сад с белыми цветками сакуры.
Как всегда, я организовал посиделки дома, подальше от промзоны с фабрикой Мизуки, от муравейника-человейника Токио с его стеклянными небоскребами… Человек должен отдыхать в комфортном для себя месте. И собрания клана тоже там устраивать.
— Если бы не твоя привычка уточнять, я бы обиделась, — сказала Реми. — Я оперирую только фактами и цифрами.
— Ну ладно, ладно, не обижайся, — примирительно поднял я ладони. — Что у нас есть на «Канэко»?
— Все. Пару терабайт хватит или еще поискать? — ядовито осведомилась Реми. Вот ведь, злопамятная железная тетка. Хотя нет, не совсем железная — в ней мозги одной из Есида, а ничто человеческое брейнфреймам не чуждо.
— Давай пройдемся по официальной информации с твоими комментариями, я терабайтами не оперирую, — сказал я.
— Итак, «Канэко дэйнэмикс», точнее «кабусики-гайся Канэко», или если проще с сохранением смысла «промышленная компания» или «акционерное общество». Входит в кэйрэцу «Микадо».
— Серьезная группа, — присвистнула Хитоми.
— Транснациональная, — подтвердила Реми. — Группа, не «Канэко». Компания основана — внимание — аж сто пятьдесят лет назад Минами Хироси под названием «Араи».
— «Новый колодец»? Вполне себе подходящее имя для компании. Кто такой этот Минами?
— Был военным инженером японской Императорской Армии, потом после поражения Японии уволен со службы и решил заняться своим делом. Обычный послевоенный стартап. Основал в пригороде Токио компанию и начал ее развивать. Начинали, кстати, с выпуска рисоварок.
— Очень технологично, — фыркнула Кошка, срывая пробку с бутылки пива.
— Для тех времен — не очень, но для послевоенной разрухи товар был относительно ходовой. Дальше — больше, постепенно с ростом экономики производство расширялось, ассортимент увеличивался, переходя в сторону более высокотехнологичной продукции. Но вот только что-то пошло не так, гениальных маркетологов у них не было, и в «большую тройку» в сегменте хайтека они не вошли, уступив Хитачи, Панасонику и Сони. Хотя продукция была на уровне, а иногда даже превосходила товары «тройки» и по качеству, и по инновациям. Далее череда слияний и поглощений, освоены сегменты медицинской и промышленной электроники, закрыт сегмент бытовой электроники, зато занялись проектами в сфере энергетики. Лет пятьдесят назад компания приобрела свое нынешнее название и ее поглотил «Микадо». Сейчас занимается тем же, с упором в промэлектронику.
— Каким боком мы к ней относимся? — спросил Ронин.
— Супераккумуляторы. Сладкие лакомые технологии, которыми владеет только «Есида пресижн». Подкатывались к нам на предмет покупки лицензии на полный технологический цикл, как всегда за дошик и спасибо. Были посланы…
— Мягко посланы, — сказала Мизуки. — Чтобы не сильно обиделись.
— …Я закончу? — спросила Реми. — Так вот, мы им отказали, и они убрались обратно.
— Насколько сильно они затаили хамство? — спросил я.
— Достаточно. Но так как компания вроде как серьезная, байкеров и прочих присылать для утилизации не стала, памятуя о том, что внезапно случилось с некоторыми особо несдержанными дзайбацу. Хотя ничего исключать нельзя.
— Утрою меры безопасности, — пообещал Ронин.
— Следует. Поскольку в числе акционеров подставная фирма из Эдо, а также «Канэко» — подрядчики Агентства Перспективных Исследований, ребята в правлении там непростые, — сказала Реми.
— Удивляет другое, — сказал я, покатав бокал с «Сантори» в ладонях. — Если от фирмы настолько разит императорским двором, то почему они не наедут на нас с применением сил и средств теперь уже Императорской Армии и полиции?
— Ну вроде как это было бы незаконно… — подал голос Такэда, расслабленно балдевший в кресле с бокалом в руке.
— Я вас умоляю, Такэда, — с усмешкой сказал я. — В полицейском государстве, в которое превратилась Япония, интересы частного лица или фирмы не то что не соблюдаются, дай бог вообще целым остаться. Так что, если нас временно оставили в покое, это может значить только одно — нас внимательно изучают, пробуют на зуб, примериваются с какой стороны задницы нас за нее взять. Это только вопрос времени. Наша продукция уникальна, мы монополисты в той области, где требуются наши технологии. И да, когда за нами придут, нам не предложат поделиться прибылью, нас просто схавают с потрохами. Ну может только Мизуки в живых оставят, как знающую полную технологическую цепочку — и все.
— Что можно сделать?
— Ну мы прорабатываем этот вариант, — с широким кругом соратников я не готов был обсуждать план, который как ни странно носил кодовое имя «Микадо». — Пока работаем в том же режиме.
— Может заминировать завод на случай захвата? — деловито спросил Ронин.
— А смысл? Если на нас накинется спецназ со специальным вооружением и техникой, больше минуты мы не выстоим. А с другой стороны, если мы примем твое предложение и заминируем завод, то этим может воспользоваться и кто-то другой в самое неподходящее время. Забыл подобные подставы из службы?
— Ну с такой оперативной комбинацией я еще не сталкивался, — покачал головой он.
— Удивлен, — сказал я. — Это нормальная практика — заставить противника сделать то, чем воспользуешься позже сам, сыграв на его страхе. Может, попытаются сделать так, чтобы мы к ним сами прибежали, умоляя о защите.
— Как, например?
— Например? — я решил озвучить свои опасения. — Мизуки, ты выясняла возможность поставки нашей продукции за границу?
— Выясняла, — вздохнула она. — Запрещено к вывозу как высокотехнологичный товар двойного назначения. Более того, эту технологию даже запрещено упоминать в целях сохранения гостайны.
— Ну естественно. Представь себе такую ситуацию. Пока мы работаем без рекламы и отгружаем продукцию по цене золота по весу тем дзайбацу, которые нам навязали — все нормально. Ты проводила патентный поиск по миру?
— Проводила. Ничего подобного в природе не существует, хотя ведутся исследования во всех лабораториях по этому профилю.
— Ну вот представь себе то, что любой другой стране сливают информацию о чудо-супер-пупер технологии, которая сделает переворот как в гражданском, так и оборонном секторе? Которой — о ужас — владеет только одна небольшая японская фирма? Сколько разведок мира отдадут яйца своего директора за такую технологию? И вот, вокруг нас начинается мельтешение разведок и их оперативников, желающих заполучить чудо-технологию. Акции, вплоть до силовых, парализация производства. И вот уже по их идее мы должны к ним бежать, каяться, в ножки кланяться, умолять защитить от злых шпионов и спасти засранцев. Ну, естественно, нас поставят в позу раковой шейки, подгребут под себя бизнес и выпихнут основателей под зад — в лучшем случае, который бывает редко. Проще нас ликвидировать, и то после того, как вызнают все технологические тонкости.
— Может быть и такое, — пожал плечами Ронин. — Я слишком хорошо знаю родное государство и аппетиты кэйрацу. Только вот они не подозревают, что мы — тот самый клан Тора, который может надрать жопу не только любому дзайбацу, но и самому Императору.
— Вот в том-то и дело, что не подозревают. Поэтому и ведут себя соответственно. Так что всем держать ухо востро и мониторить ситуацию.
— За этим дело не станет, — пообещала Реми. — Будем.
— Вот и хорошо. Дебилы не знают еще одного. За мельтешением денег в глазах они не знают, что без нас этому миру — нашему миру — конец. И если вдруг возникнет такая ситуация, мы сможем уйти к нашим партнерам в Мир-0, но тогда все, мы проиграли. И война никогда не прекратится. До тех пор, пока мы не изменим реальность так, чтобы пришествие стало невозможным.
— А кстати, где Кабаяси? — спросил Ронин. — Что-то я его сегодня не вижу.
— Поехал к Мацубара. Удивительно, что ты, как его старший брат не имеешь понятия, — удивился я.
— Ну так он как бы передо мной и не отчитывается, — сказал Ронин. — Он же твой человек, ты его и ведешь.
— Это так, — подтвердил я. — Но и тебя он должен ставить в известность, вам дела якудза более привычны. Вдруг я отдам ему не то распоряжение по незнанию, хоть ты отговоришь меня.
— Ну отговорить не отговорю, с некоторыми упертыми вояками, считающими себя оябунами, спорить бесполезно, — усмехнулся Ронин.
— Смотри, доиграешься, заставлю себе палец отхерачить за неуважение к старшему, — осклабился я.
— Ага, щас, — Ронин сделал большой глоток. — Это вон рядовым скажи, которых мы сейчас набираем. Пускай себе пальцы режут. Или что еще другое.
— Как станем полноценным кланом, так и введем свои порядки.
— Что-то Мацубара темнит, — покачал головой Ронин. — Просто вот так взял и предложил, чтобы мы стали вторым после него по силе кланом, и оказывает в этом помощь?
— Тебе что, плохо? Будешь народ кошмарить, даньку трясти с лохов, опять же адреналин… А то ты что-то расслабился.
— А мне, собственно, и так неплохо, — сказал Ронин. — Я теперь занимаю пост начальника службы безопасности у Мизуки, работая не пыльная и денежная, и адреналин что-то по старой памяти из ушей лезет.
— Климакс, — уверенно заявила Кошка, делая глоток пива. — Скоро нестоячка, мелкие сморщенные горошины, потом тросточка, слюнявчик, инвалидное кресло…
— Тьфу на тебя, Зверюга, — махнул рукой Ронин. — Не дождешься.
— Лично подарю старческие шлепанцы, — Кошка, взобравшаяся на стол, поменяла местами ноги, как Шэрон Стоун в фильме, блеснув полоской трусиков.
— Уйми же свою подругу! — обратился ко мне Ронин.
— Сама уймется. А то боюсь, что она мне спинку погладит с вырыванием позвоночника.
— Видишь? — она подмигнула Ронину. — И вообще, я старше тебя в иерархии клана. Забыл?
— Такое разве забудешь… — пробормотал Ронин, от расстройства опустошив бокал.
— Ну а вы готовы побороться за место под солнцем? — спросил я. — Как только Кабаяси утрясет последние дела с Синигами, придется начинать действовать.
— Всегда. Только вот ты уверен в нем? В смысле в Иоши, конечно, не в Мацубара, — спросил Ронин.
— Еще нет. Все-таки он человек от партнеров. Черт его знает, что у него в башке. Так-то он вроде правильный…
— Я бы особо не доверял, — покачал головой Ронин.
— Если потребуется, мы проверим, что у него в голове, — сделала Хитоми жест, как будто вскрывала черепную коробку. — Правда, вряд ли ему это понравится.
— Ничего, я думаю Синигами с ним разберется, — скорчил я неопределенную мину и отхлебнул вискаря. — Как ты думаешь, почему я направил на встречу к нему именно Кабаяси, а не тебя?
— Понял, — кивнул Ронин.
— Ну наконец-то… Во всех тех, кто находится здесь, я уверен. Мы вместе прошли через многое и знаем друг друга как облупленные. А вот Кабаяси — темная лошадка от партнеров. И послужной список у него такой…
Поделиться книгой: