Помоги проекту - поделись книгой:
Пролог
Честно говоря, когда я получил встречный удар кулаком в лоб, да с такой силой, что у меня ноги оторвались от пола, я несколько опешил. О своей рукопашной подготовке, не слабо прокачанной в группе спецназа "Тора", я был достаточно высокого мнения, как и о своих магических способностях. Все же шестой уровень, это вам не ёкай чихнул.
Но тут что-то явно пошло не так. Я уже секунд десять пытался достать Старика хоть одним ударом, но лишь молотил руками и ногами по воздуху, а он уходил с линии моей атаки с невероятной, непостижимой ловкостью. Не в скорости даже дело, ёкай бы с ней, разгоняться я тоже умею до такой степени, что можно медитировать, наблюдая медленный полет пули на траектории. Нет, дело именно в ловкости, в гибкости, в каком-то невероятном тактическом чутье. Противник словно улавливал мое намерение, был готов к удару чуть раньше, чем я его наносил, легко уходил в глубокие нижние стойки, подавлял меня напором и, стоило мне чуть зазеваться, влепил плюху между глаз.
Я шарахнулся спиной о татами с такой силой, что из легких с хрипом вышибло воздух. Да какой он к ёкаю Старик? Разве что только по паспорту ему лет восемьдесят, да по опыту. Выглядел же чуть старше меня. Вот что значит долголетие волхвов. По Синигами тоже не скажешь, что он ровесник чуть ли ни начала времен. Но все же Старик не бог, он всего лишь человек, хотя и в этом не было особой уверенности. Он предпочитал не открывать свою ауру, или как он называл ее — «оболок», а без этого не понять, с кем имею дело. Вечно с этими волхвами все не так, русская магическая школа с ее тысячелетним наследием штука своеобразная и весьма. Не зря Старик на равных беседовал с Синигами или с Ним, не зря они принимали его как равного. Что-то в нем было, что-то нечеловеческое, и оно ощущалось подсознательно.
Впрочем, передо мной стояла конкретная задача — вырубить Старика. Он сам передо мной ее поставил и сам предложил работать в полном контакте, так что за все, что с ним произойдет дальше, ответственность будет лежать на нем.
Меня, если честно, его неуязвимость задела. В мире, из которого меня вытащили и который они через губу называли «Мир-25», для меня не нашлось бы достойных противников в рукопашной схватке, я в этом совершенно уверен. И трудно было представить, что кто-то мог обойти в этом умении настолько, что я не насую ему хотя бы с десяток достойных плюх.
Вообще наша рукопашная подготовка базировалась на системе субакса, которая в основе имела древнее каратэ, с навешанными на него последними достижениями в области магии, физиологии тела и динамики сложных систем. Представить школу более совершенную я просто не мог. Надо было лишь сконцентрироваться, понять, что противник достойный, перестать расслабляться и как следует его отметелить, раз он сам об этом попросил.
Я одним движением выпрыгнул из лежачего положения в глубокую пружинную стойку «киба-дачи», чтобы создать у противника ложное ощущение моего перехода в оборону, весьма достойно отразил два удара и за это время сплел заклинание Каменный Кулак. Теперь никакие блоки Старику не помогут, а я смогу поставить автограф на его гипсе, если попробует остановить мой удар.
Я вошел в «ускорение», для надежности. Мир размылся, звуки ушли в нижний спектр и наступила привычная для этого состояния чуть подрагивающая тишина. Собрав энергию в средней чакре, я нанес тройку мощных прямых «цуки» сразу по трем уровням, сделав акцент на ударе кулаком в голову.
В неускоренном пространстве это заняло времени меньше, чем требуется винтовочной пуле на пролет десяти метров. От такого никто бы не смог бы увернуться, а попытка поставить блоки против Каменного Кулака привела бы лишь к перелому костей у противника.
Но результат моей атаки вышел очень уж неожиданным. Старик словно исчез с линии атаки, у меня скорости восприятия не хватило уловить траекторию его перемещения. Все три моих удара, в которые я душу вложил, ушли в пустоту. При этом противник еще умудрился на последнем выпаде схватить меня за запястье и провести настолько эффективный бросок, выдрав меня из «киба-дачи», что я завертелся в воздухе, как лопасти какого-то долбаного вентилятора, и со всего маху приложился затылком о татами.
На миг меня вырубило и я совершил короткое, но увлекательное путешествие через темные бездны Вселенной, со всеми присущими спецэффектами, вроде взрывов сверхновых звезд и столкновения галактик.
Старик подошел ко мне и скрестил руки, типа, мол, хватит с тебя. Я вышел из «ускорения», и мир сразу обрел прежнюю четкость и звучность.
— Не впечатлен. — Старик подал мне руку и помог встать с татами. — Дерешься на уровне среднего характерника, не больше.
— Если у вас такие бойцы не редкость, то я вам завидую, — с усмешкой сказал я.
— Ну, скажем так, они есть. С двумя ты знаком — это мои внуки. Вот у них примерно твой уровень, им тоже еще учиться и учиться. В магии ты лучше разбираешься, по крайней мере на уровне жреца-воина.
— Никак не привыкну к вашей градации, — сказал я.
— Ну у нас нет четких уровней магии. То, что у вас шестой, высший уровень магии, для нас это жрец-воин. Ну тебе еще предстоит этому научиться, ты здесь застрял месяца на три, не меньше. Вот и будем обмениваться опытом, я уверен, что общение будет полезным и взаимовыгодным.
— Не сомневаюсь, сэнсей. — Я поклонился.
Старик ответил мне таким же поклоном.
— Ну что, пойдем, Рик Морита. Жду вас в своем кабинете через двадцать минут.
— С Хитоми?
— Нет, одного. У нее сейчас другая программа. Ну и поговорим, как командир с командиром. — Князь Александр Драбицын повернулся ко мне спиной, показывая, что разговор пока закончен.
Глава 1
Я глянул в окно с треснувшим стеклом, за которым шел ливень. Ох уж эти токийские дожди…
Пространство колыхнулось, на миг подернувшись искажением, словно что-то размазало воздух через причудливую линзу, и вот уже на грязном дощатом полу возникли две фигуры — парня и девушки.
— Привет, Рик! — сказал Алекс Драбицын. — Помоги снять рюкзак.
— Нет, чтобы сначала даме помочь! — возмутилась его сестра, тоже с притороченным к разгрузке боксом за спиной, но гораздо больших размеров. — Джентльмены перевелись?
— Я тебе помогу, — сказал новый член клана Иоши Кабаяси и зашел за спину девушки.
— Ну хоть один настоящий самурай нашелся! — вздохнула она с облегчением, когда большой ящик перекочевал в руки Иоши.
Я помог снять небольшой рюкзак Алексу. Небольшой-то небольшой, но чертовски тяжелый, как и следовало ожидать.
— Пятьдесят слитков по килограмму, — прокомментировал мое «уф» Алекс. — Мизерная часть патента Мизуки. Кстати, что-то ее здесь не вижу…
— Мы втроем, — сказала Кошка. — Пускай девочка работает, зарабатывает нам деньги головой, нечего ей по бомжатникам шляться.
— Ясно, — разочарованно сказал Алекс. По-моему, даже слишком разочарованно.
Ну правильно, положил глаз на Есиду, уж слишком ему наш цветок сакуры, как издевательски называла ее Хитоми, понравился. Ничего, вряд ли у них что-либо получилось бы — русский князь и японская девушка из разных миров, как в прямом, так и в переносном смысле. Так что не будем сводить их вместе лишний раз. Если что-то получится — то потом, ну это конечно из области фантастики, но все же…
— Мизуки теперь у вас богатая невеста, — усмехнулась Анька. — За ее патенты Император лично отсыпал столько золота, что ей бы не пришлось работать никогда, и вам тоже.
— Надеюсь, вы их не опубликовали?
— Еще чего, — хмыкнула Анька. — Как и договаривались, наложили гриф особой важности и запечатали куда подальше в сейф, а опытные образцы собирали так, чтобы ни у кого не было полного технологического цикла. Про патенты Мизуки знают не больше людей, чем пальцев на одной руке… Ну, может быть, двух. Ну а что получилось — сами полюбуйтесь. По сравнительным испытаниям, эти штуки мощнее и дальнобойнее ваших гауссовок.
Она, поднатужившись, поставила контейнер, поданный Кабаяси, на старый корявый стол. Анька щелкнула замками…
— Вот, любуемся, — она потянула из ложемента гауссовку. Если прищуриться — то ее можно было бы спутать с нашими стандартными, но…
Анна приложила ее к плечу и поводила стволом из стороны в сторону.
— Легкая, удобная, работает точно так же как ваша. Таблицы стрельбы — на коробках стрелок, впрочем, вашими шариками она тоже стреляет. В комплекте — тысяча шариков и двести стрелок, на средний бой хватит.
— Да, пожалуй, — я взял второй образец. Точно, легкая, удобная, в руках лежит как влитая.
— Пристреляете потом где-нибудь подальше. А вот тут сенсор самоликвидации, — она надавила на маленькую панель в прикладе, отшедшую в сторону. — Сами понимаете, такие игрушки не должны попасть в чужие руки. Ну, настроите — мануал к каждой есть.
— Настроим, — сказал я. — Не проблема. А это обещанные серийники?
Я потянул из углубления футуристического вида пистолеты.
— Да, улучшенная модель тех, с которыми вы тренировались на нашей базе. Тоже три штуки. Ну как ими пользоваться — помните, не мне вас учить. На всякий случай, на них тоже мануалы, под ними.
— Ну хоть это проблемой не стало, — я довольно повертел секвенсор в руках.
— Все, как обещали.
Ну она могла бы этого не говорить. Здесь слово значило больше, чем любая подписанная бумага в обычных деловых кругах.
— Клейма, как я смотрю, не поставили.
— Тоже, как договаривались, — сказал Алекс. — Хотя клеймо вашего клана, тигр с мечами, смотрелось бы на них круто.
— И привело бы к нам, — сказал я банальность, понимаемую всеми.
— Ладно, что есть для нас? — спросила Анна.
— Вот, — подал я ей флешку. — Тут информация, которая нуждается в обработке ваших аналитиков.
— Ага, — она убрала ее в карман обтягивающего комбинезона Скользящих. — Ничего, скоро к вам прибудет аналитик, он как раз сейчас заканчивает подготовку у нас.
— Еще и аналитик, — пробурчал я.
— Ну сам понимаешь, — пожала плечами она. — Дед усиливает вашу группу до полноценного клана. Ничего, она тебе понравится.
— Еще и она? — у меня отвисла челюсть.
— А ты что-то имеешь против? — в шутку прищурилась она.
— Нет-нет, — тоже в шутку, словно испуганно, поднял ладони я. — Ничего.
— И даже облизываться не смей, — ткнула пальцем в меня она. — Знаю я тебя.
— Ну что поделать, я цисгендерная членомразь и этим горжусь, — хохотнул я.
— Распущенный до предела, — вздохнула она. — Ладно, нам пора. Окно закрывается, скоро врубят глушилки.
Они встали рядом, брат и сестра. Снова воздух подернулся, размыв их силуэты, а в следующий момент были только грязное помещение и тусклый желтый свет старой лампочки под потолком. Это напомнило мне мои недавние приключения в Российской Империи другого мира, где они стали моими друзьями.
… — Как я уже и говорил, я сильно недоволен, — Драбицын-старший сцепил пальцы рук. — То, какой беспредел вы устроили, не лезет ни в какие ворота.
— Да вроде ничего особенного…
— Вот именно, что ничего особенного! Имея под рукой боевую группу, вы занялись террором, убивая направо и налево! И ладно, хоть бы по делу…
— Именно по делу, — раздраженно сказал я.
Будет мне еще гайдзин, пусть даже старший и более опытный, читать нотации! Пусть, как говорят его соотечественники, «учит жену щи варить». Что такое «щи», я еще не пробовал, говорят какой-то варварский овощной суп со своеобразным вкусом. Ну еще напробуюсь.
— Что «по делу»? — передразнил он меня. — Судя по отчетам о ваших операциях, вы тут мочили всех, не считаясь ни с побочным ущербом, ни с тем, что вызовут ваши действия.
— Мы выполняли приказ, — возразил я.
— Узнаю лейтенанта японской императорской армии, — сказал князь. — Те тоже приказы выполняли, а в вашем мире — так с особым рвением. Массовые казни на захваченных территориях через отрубание головы мечами?
— Ну я в этом вообще-то не замешан, — зло сказал я. — Это если и было, то по моим меркам три сотни лет назад, и я за это не в ответе.
— Приказ Его? А, ну да. Вы бы крайне удивились, узнав кто такой Он. Ну да ладно, эту тему оставим, я чужие тайны храню. Вернемся к вам. Итак, вы действуете методами террора, не представляя, к чему это приведет.
— Моя задача — уничтожать тех, кто приближает приход апокалипсиса, — пожал плечами я.
— Только вот ваши методы я не сильно одобряю. И тем более, зачастую они приводят к противоположным результатам. Достаточно того, что вы сейчас привели на трон Японии Ямахито, что прямо противоположно тому, что должно было случиться. Вместо дискредитации императорской власти, вы дали ему абсолютную власть.
— Ну это не наша вина…
— Я знаю. Но это вина Его. Он не непогрешим, как вы можете видеть, и ошибки случаются.
— Ну а что мы могли делать? Вам легко, сидя в этом кабинете, рассуждать о гибели других миров. Вашему-то миру ничего не угрожает.
— Зря вы так думаете, — усмехнулся Старик. — До этого кабинета у меня было столько приключений и событий, что этого хватило бы на пять или десять жизней обычного обывателя. И я убивал, только когда нельзя было без этого обойтись. Каждая жизнь, которую я отнял, легла тяжким грузом на мою совесть. И это мне воздастся когда-нибудь, когда придет мое время уйти из мира живых. А теперь я в ответе не только за свой мир, но и за миры Древа, в том числе и за ваш.
— Так вы вытащили меня сюда, чтобы читать нотации? Пороть очередную высокоморальную хрень по поводу моего звериного облика и презренной сущности?
— Эх мальчик, мальчик, — князь покачал головой, как-то вмиг осунувшись. Вот теперь передо мной сидел не молодой человек, каким он являлся внешне, а умудренный жизнью старик. Прозвище, данное ему коллегами, оправдывалось полностью. — Я пригласил, а не вытащил, вас сюда помочь вам остановить будущее вторжение.
— На каких условиях? Что я буду подчиняться вам? Не дождетесь, — сказал я.
— И опять мимо. Что у вас с аналитическим мышлением? Да в принципе, судя по вашим действиям, оно отсутствует. Имея под рукой такую машину, как Реми, вы используете ее тупо, как обычную подпорку для управления камерами, светофорами и прочей техникой. Никакого аналитического обеспечения, которое в умелых руках опаснее, чем оружие. Отвечу сразу — подчиняться мне вы не будете, так и останетесь с Ним, и от Него же будете получать приказы. Об этом с Ним разговор уже был. Мы предлагаем только помощь, которую в силах оказать самая могущественная спецслужба самого могущественного государства. Подчеркиваю — только помощь. А дальше вы работаете сами, не подчиняясь мне, но учитывая общие интересы.
— Помощь? А что взамен?
— А ничего. Мне от вас ничего не требуется.
— Что-то не верится в доброго русского дядюшку, генерала спецслужб, — усмехнулся я.
— А я и не добрый вовсе, — в глазах князя внезапно вспыхнул огонь, а я почувствовал, как волос у меня на голове встает дыбом, такая пси-волна прошла от него на мгновение, которую я несколько раз чувствовал в присутствии Синигами. — И уж тем более не ваш дядюшка.
— Так вы…
— Оставим это, — князь остановил меня жестом руки. — Это уже не ваш уровень. Вернемся к вам. Итак, наши предложения — взаимовыгодное сотрудничество, в данном случае мы партнеры с вашим боссом, можете спросить у него. Вопрос только в том — пойдете ли вы на это или нет.
— А какая у меня альтернатива?
— Очень простая, — скорчил гримасу князь. — Или вы продолжаете дальше тупо партизанить на свой страх и риск — тогда я ввожу в действие свою группу и действую так, как сочту нужным. Только тогда не обижайтесь, если наши способы и методы работы когда-нибудь неизбежно разойдутся, и вы случайно мне помешаете. Я как-то не имею привычки уступать кому бы то ни было — ни Ему, ни вам, ни Синигами. И когда — именно когда, а не если, это лишь вопрос времени — вы мне помешаете, скорее всего я вас уничтожу.
— Это угроза? — раздраженно спросил я.
— Это констатация факта. Как-то серьезные люди угрозами не пользуются, это не уровень дворовой шпаны и доморощенных террористов. Мы — слишком серьезная для этого организация. Но если такой случай возникнет, это будет худшим для всех вариантом, и выиграют от этого только твари, ждущие своего времени для возвращения из Безодни. Или вариант два, как я уже говорил — вы становитесь частью чьего-то большего, да, самостоятельной, но взаимодействующей с остальной машиной. Ваша группа так и остается под вашей командой, но только действует по уму, не просто размахивая пушками и потроша тех, кто вам не нравится, потому что они вам просто не понравились. Только вы теперь будете усилены и более организованы. Это обычная практика, когда неорганизованный партизанский отряд переходит в подчинение главному командованию.
— Опять же под главным командованием — под вашим?
— Под общим. У нас с вашими богами и полубогами уже был разговор на эту тему. Ни у кого нет контрольного пакета, и все решается коллегиально и полюбовно. Он должен вам был это сказать.
— Ну был такой разговор перед отбытием сюда, — признал я.
— Значит, вы в курсе.
Поделиться книгой: