Играя с огнём

— В лужу упал. — Потерев грязным рукавом детского костюмчика зачесавшийся лоб, я был награждён слабым подзатыльником.

— Ох ты, горе моё… — И вот, спустя пол часа я стоял полностью вымытый, переодетый и угрюмый перед родильницей, что критическим взглядом меня осматривала с головы до ног. — Постарайся больше так не пачкаться…

— Так получилось. — Пожав плечами, я демонстративно осмотрел кухню, спрашивая: — А папа где?

— Папа… задерживается. У них на фабрике в последнее время дают больше работы, он придёт позже обычного.

— Жаль. — Про себя я отметил, что Англия недавно пережила Первую Мировую. А скоро будет вторая, чуть менее чем через десять лет. Удачное времечко я выбрал, конечно. С другой стороны, в это время я уже должен быть волшебником. А при учёте того, что моё поглощение энергии улучшилось, вырисовываются неплохие перспективы…

Поглощение энергии — 1(0/200). — (изменения с повышением уровня: повышение количества поглощаемой энергии примерно в два раза, снижение расхода энергии на 1(теперь 9 вместе 10), снижение времени отката способности на 5 минут (теперь 55 вместо 60). Теперь тактильный контакт допустим через вещи по типу перчаток, варежек (обязательное условие — тонкий слой натуральной ткани или натуральной кожи не препятствующий потоку энергии. Металл, синтетические ткани, излишне плотные и твёрдые структуры на текущем этапе недопустимы).

Моя голова закружилась от резкого оттока энергии и, сев на кровать, я перевёл дух и решил посмотреть на ситуацию с моими магическими атрибутами.

Резерв энергии (начальная стадия, средний этап) — количество естественно накапливающейся и хранящейся энергии в вашем теле, что естественным же образом расходуется на повседневные нужды организма и прибывает вновь в течении дня. Слабо подвержена волевому контролю, на текущем этапе неуправляема. Для текущего возраста энергия плотная, качественная, без загрязнений, помутнений и дефектов. Количество — 3/35(0/400).

Резервуар а. э — 1010/2000(0/200).

Резервуар ч. э — 0/200(0/200).

Меридианы (начальная стадия, начальный этап) — невидимые невооружённому взгляду каналы для энергии в теле любого живого существа. Развиты более-менее равномерно. Степень прочности, эластичности и энерговместимости — низкая для детей волшебников подобного возраста (0/1000).

Зародыш ядра энергии (начальная стадия, начальный этап) — находится в животе, выполняет множество функций: стабилизация энергии в организме, сбор энергии, естественная ёмкость для хранения, очищения, сгущения, контроля и управления волей пользователя энергии и т. д. Работает стабильно, нет повреждений и следов деградации. На данном этапе может лишь хранить энергию. Количество 10/10(0/100).

Посмотрев на другие атрибуты, которые оценка была пока неспособна даже опознать, я со вздохом произвёл необходимое волевое усилие и, дав подтверждение на системное уведомление, почувствовал облегчение. Надо бы, кстати, посмотреть на оценку. Всё-таки, её новая возможность меня сильно обнадёживает и радует…

Оценка — 2(0/300) (даёт пользователю информацию о предмете на основе его же знаний и понимания этого предмета. Возможен доступ к дополнительной информации, часть которой может быть известно пользователю в виде слухов, догадок и т. д. Доступ определяется из осведомлённости пользователя о предмете, его когнитивных и ментальных способностей, а также уровня развития самой способности и уровня сложности определения самого предмета, вещи, явления или объекта этой способности).

Собственно, именно благодаря этой новой функции я и смог решить проблему с моим магическим телом, попросту вложив туда почти весь опыт. И не только эту проблему, применяя Оценку я смог выяснить детали тех же меридиан, зародыша ядра, поглощения энергии и многого другого, раз за разом применяя её. Но была и проблема — помимо магических были ещё и физические с ментальными атрибутами. Вот только я либо не имел к ним доступа даже с Оценкой ввиду её неразвитости, либо… они мне выдавали нечто вроде вот ЭТОГО:

Физическая выносливость — способность организма к продолжительному выполнению какой-либо работы без заметного снижения работоспособности, а также его восстановлению.

Спасибо, кэп. А цифры какие-то, именно МОЯ выносливость, как её качать и… хоть что-то дельное? А ладно, на что я надеялся…

Встав, я размялся и невольно подумал о том, что возможность перегонять энергию между ядром и резервом является очень удобной функцией. По крайней мере, я не так сильно убиваюсь с ней.

— Это прекрасное чувство. — Стоя у окна, я смотрел на ночные улочки Лондона, освещаемые пока ещё редкими электрическими фонарями, которые не слишком сильно и лишь местами начинают входить в обиход и начал выкладывать вслух всё-то, что думаю: — Дни летят. Помню, я закончил школу, потом колледж, армия. И вот мне уже за 20, а я уже почти больной старик — болит поясница, спина, шея, зубы. Вот мне стукнуло 30, я с иголочки одет, а вот… я тут. — Предупреждающе оглядевшись в комнате и убедившись, что рядом нет вездесущей мама, я продолжил уже про себя, в голове.

Я всегда хотел заниматься спортом. Иметь крутое, спортивное тело, не обязательно накаченное, но сильное и здоровое. Заняться боевыми искусствами, быть умным и харизматичным, любить и быть любимым, познакомиться со многими людьми, побывать во многих местах и почитать интересные книги.

Пренебрежительно усмехнувшись, я резюмировал — всё это тупая чушь и легко достижимо, даже мной. Вот только за всё надо платить и не получится быть лучшим во всём только лишь потому, что тебе этого хочется, придётся вкалывать как шахтёр на каменоломнях, если желаешь достичь хотя бы каких-то высот. Я был довольно эрудированным человеком в некоторых вещах, качком не был, но был мастером спорта в нескольких дисциплинах, много чем интересовался и много где потерял интерес, ко многому перегорев. Так удивительно было слышать признания в любви и планы на будущее. Так странно было слышать предложение расстаться и видеть лишь равнодушие…

— В этот раз всё будет по-другому. — Неосознанно ударив кулаком в ладонь, я улыбнулся светлеющему небу. Скоро рассвет. И выход есть…

* * *

— Быстрее. — Не слыша слов, я ударил ещё раз по перчатке, опять не попав. — Вижу удар. Ещё раз, только синхронизируй работу корпуса, руки, ног и всего тела в целом. Удар без замаха, иначе его видно. — И вновь удар в перчатку, те же слова.

— Молодец, уже понимаешь, что не надо до удара двигать тело. — Что-то неуловимо изменилось, когда я пытался следовать подсказке местного тренера и я наконец смог пару раз подряд попасть в перчатку. — Как думаешь, что тебе до этого мешало?

Наверно, это выглядело странно — напротив что-то терпеливо объясняющего спортивного вида мужика стоял совсем маленький мальчик в традиционной для савата форме лет четырёх и без передыха бил в перчатки на его руках, отрабатывая правильный боксёрский удар. Впрочем, не смотря на косые взгляды, меня мало волновало мнение окружающих и прочее.

— Ну, это… — Дыхалка, конечно, всё равно подводит. Надо бы бёрпи попробовать делать, скакалку можно или ещё что-то, а то совсем буду подыхать в полном контакте… — Фух…

Немного отдышавшись, я поведал свои догадки одному из местных тренеров: — Я уже понял, как бить, но тело пока не понимает и не научено. И… я бью только рукой, а не всем весом тела? — И если на первую мою реплику, он лишь пренебрежительно и едва заметно ухмыльнулся, то на вторую подсознательно кивнул.

— Да, но это нормально. — Показав мне жестом на тренировочные груши, он жестом дал мне понять следовать за ним. Пока мы шли, он пояснял: — Как ты и сказал, бить надо не руками, а всем телом. Удар — это не движение руки, это движение всего тела. Туловища, руки, поворота, ног… Рука как передающее звено. В таком случае даже внешне слабый удар может повалить любого, при правильной технике и должном опыте.

Пока он пояснял, он показательно менял положение своего тела, собираясь нанести удар. Вот он встал в стойку, вот он поднял руки, а вот сделал поворот корпусом и наконец нанёс удар. Груша цилиндрической формы и почтенного веса ощутимо вздрогнув, подалась назад. Вспомнив опыт прошлой жизни, я про себя подумал — таким ударом, при желании, человека можно даже и убить.

Чуть расширив глаза в притворном удивлении и восторге, я наивно спросил, хлопая глазами и снизу вверх смотря на мужчину: — А когда я тоже буду так сильно бить?

Удержав кривую ухмылку от неловкого взгляда мужика, что явно хотел сказать мне что-то ободряющее, но лишь молча смотрел на мою хрупкую фигурку и, почёсывая затылок, явно не знал, что мне сказать, я про себя подумал — в моём возрасте есть и плюсы, и минусы, мда…

— Ну… — Похлопав меня по плечу, он указал мне на руки, от них переведя на туловище. — Ты за месяц немного хоть и стал сильнее, но пока твои руки слабоваты даже в защите. Так что, смотри — сначала тренируй руки, поначалу не рекомендую вообще притрагиваться к груше, можешь сломать себе пальцы или ещё чего при неправильном ударе. Можешь висеть на чём-то, руками что-то рвать или гнуть, полотенца сжимать. Тебе нужны крепкие пальцы, кисть, запястья и предплечье. Параллельно укрепляй всё своё тело, в зале есть для этого возможности, поспрашивай ребят постарше. Сильное тело никогда не бывает лишним в жизни. Ты ещё маленький, так что много кушай — вырастишь большим и сильным! — Утешив меня в конце, он отправился восвояси, наконец лишив меня сомнительного удовольствия держать заинтересованное выражение лица.

Смотря мужику вслед, я покачал головой — всё это я слышал в прошлой жизни, даже не занимаясь спортом. Ничего нового мужик мне не поведал. Может, я и сам мог бы его чему-нибудь поучить, но он прав — пока ещё слишком слабый и хрупкий…

Через некоторое время я шёл по зимнему Лондону, ностальгически вдыхая морозный воздух и поправляя сумку на плече. Помню в детстве ждал зимы с нетерпением, ожидая нового года, подарков не день рождение, зимних каникул, снега и возможности слепить снеговика. А сейчас я почерствел, думая лишь о том, что необходимо будет заняться своей координацией, укреплением связок ног и отработкой падения. А то первое и второе я знаю как делать, а вот правильно падать я так и не…

— Куда спешишь, малыш? — Слишком я замечтался. Из неосвящённого переулка рядом со мной выплыло четыре фигуры, отрезая мне пути к отступлению. Приплыли… — Билл, прям как ты стоит. Из ваших, что ли? — Реплика одного из парней, что меня полукругом окружили. Вроде лица у них знакомые. Подожди, а не тот ли самый Билл…

— Билл, ты теперь рэкетиром заделался? — Сразу, как только я понял положение, встал в стойку и скинул с плеч рюкзак, чуть отойдя от парней. Не что, чтобы я считал себя параноиком, но в драке милое дело подойти поближе и засадить перо в брюхо. А там и на тот свет недалече…

— Адам? — Подсознательно я расслабился, услышав знакомый голос. Судя по всему, я правильно понял. — Парни, разрешите представить — мой друг и бывший товарищ по занятиям в клубе савата, Адам. — Самый здоровый и внешне грозный мальчик лет восьми подошёл к нарочито расслабленному мне, кладя руку на плечо. Впрочем, я всё равно был готов засунуть руку в карман, достав явару.

— Фред, Мартин, Стив. — Билл поочерёдно указал на каждого паренька лишь немногим младше его самого. Среди уличной шпаны не было принято панибратски пожимать руку, обниматься и прочее. Даже подходить друг к другу было особо не принято, это считалось признаком либо доверия, либо наоборот полным пренебрежением достоинства другого человека.

Впрочем, сейчас была немного другая ситуация — я не был частью этой шпаны и со мной эти правила не совсем работали. Конечно, если бы я захотел бы близко к ним подойти, мне бы пробили в табло. А так, раз Билл, их заводила, сам ко мне подошёл и не только представил, но и оказал доверие — я был для них наполовину своим. Конечно, надо будет показать себя нормальным пацаном и вести себя по понятиям, но это уже детали.

— Вижу, ты все ещё внешний ученик, это хорошо. — Мы с пацанами углубились в тёмные улочки Лондона, придя к какому-то заброшенному зданию, тут обычно околачивались всякие бомжы, уголовники и другие сомнительные элементы. Поскольку никого не было внутри, мы сами там расположились. — Вижу, всё лютуют учителя. — Опытным взглядом он кивнул на мои кисти, точнее на покрасневшие костяшки, результат моих сегодняшних тренировок.

— Да… — Потерев руки, я вздохнул и решил сменить тему, желая узнать интересующее меня: — И как ты тут оказался? Только недавно я видел, как САМ тебя вёл и учил, чё случилось то?

Тот был готов к подобному, отведя взгляд и смотря куда-то в пустоту, сжимая кулаки: — Ты наверняка не знаешь, но внутренние ученики обязаны подчиняться условиям профессоров, Самого и учителей. Беспрекословно. Иначе… — Он вздохнул и демонстративно обвёл внутренности заброшенного здания.

— Значит, тебя выперли. — Предположив, я сразу вызвал раздражённый взгляд.

— Этот ублюдок… — Явно злясь, парень ударил явно поставленным ударом стену, почти сразу успокаиваясь и говоря уже размеренно: — Мне были поставлены определённые условия. С ними я был не согласен, иначе мне было бы трудно совмещать занятие, школу и… ну ты понимаешь, надо же мне как-то зарабатывать, родители больные и… Не буду говорить подробностей, но меня сразу поставили перед фактом — либо я соглашаюсь на условия. Либо меня выкинут как собаку на улицу. Веришь?

Я отрицательно покачал головой, вспоминая странного мужика, который был главным в клубе, который мне хоть и не нравился, но вроде был нормальным мужиком. Его мы и называли Сам.

— Вот и я не верил… — Билл с горечью сплюнул, хлопая по бедру. — А меня всё-таки вынудили уйти через пару дней. Перевели из внутренних во внешние ученики, обесценили мои победы. Откуда-то пошли слухи, что я… короче говоря, нехорошие слухи. Учителя стали намекать, что лучше бы мне одуматься. Я… мне пришлось самому уйти оттуда. Даже не верится — все те, кого я знал, мне не поверили и говорили всякое дерьмо обо мне. Тебя, кстати, я что-то не видел в клубе, что не ходил-то? — Ловко переведя тему с себя на меня, Билл без интереса на меня уставился вместе с пацанами, что явно не первый раз слышат его историю, судя по выражению их лиц.

— Перетренировался. Учитель говорил, что сначала не надо бить грушу, лучше руки укрепить. Я этим занимался месяц и подумал, что уже пора бы. В итоге я почти неделю не ходил, руки дико ныли…

— Да… — Чему-то улыбнувшись, Билл подошёл к окну, смотря на моросящий дождик. — Помню тоже руки поначалу хрупкие были. Ничего, за год будут как сталь. Конечно, если не будешь бить деревья или ещё чего твёрдое. Кстати, о руках… — Повернувшись, ко мне, он задумчиво на меня смотрел, явно на что-то решаясь.

— Ты правильный парень, Адам… — Эта фраза мне очень не понравилась. Это я уже слышал. Никакого доверия у меня нет ни к ней, ни к событиям после неё. — И… я хотел бы предложить тебе дельце. Дождик на улице. Пересидишь здесь?

Удержав лицо, я краем глаза оценил реакцию парней — они были к чему-то наготове. Билл хотел мне что-то предложить, возможно даже криминальное. Но и давал выбор — я могу свалить сейчас, как бы под предлогом непогоды. Потом, правда, надо будет оглядываться по дороге… Был и другой вариант — остаться. И послушать, что мне предлагают.

— Ну куда я пойду, на улице как из ведра… — Слабо улыбнувшись, я прислонился к стене, скрестив руки на груди. — А в такой компании и не грех остаться, послушать умных людей…

Билл улыбнулся, пацаны расслабились. Атмосфера стала попроще. Правда, тишь и благодать несколько нарушил удар молнии, но на последнее я не обратил внимание, внимательно слушая Билла и его предложение. Дела…

* * *