Генерал-предатель

Он услышал слабый шум.

— Пурчасон? — тихо позвал он.

Внезапно свеча погасла. Рука обхватила его тело, прижимая его оружие. Он почувствовал клинок у горла.

— Скажи это сейчас и скажи правильно, — произнес голос у его уха.

— Т-танит Магна...

Хватка исчезла.

Ландерсон повернулся в темноте, напуганный.

— Где вы? — задыхаясь сказал он.

— Все еще здесь, — произнес голос, опять позади него. Ландерсон повернулся.

— Что вы делаете? — выдохнул он. — Покажитесь!

— Всему свое время. Есть имя? — Голос опять был позади него. Ландерсон замер.

— Майор Жером Ландерсон, СПО Гереона.

Послышался звук спички, и свеча на столе снова загорелась. Ландерсон развернулся, чтобы посмотреть, с поднятым оружием. Свеча дрожала, в одиночестве. Не было никаких признаков того, кто зажег ее.

— Прекратите! — сказал Ландерсон. — Где вы?

— Прямо здесь. — Ландерсон замер, когда почувствовал холодный ствол оружия у себя на шее. — Положи оружие.

Ландерсон спокойно положил свой пулемет с глушителем на стол.

— Как вы вошли? — прошептал он.

— Я все время был здесь.

— Но я обыскал комнату...

— Недостаточно хорошо.

— Кто вы?

— Меня зовут Макколл. Сержант разведчиков, Танитский Первый и Единственный.

— Можете убрать оружие от моей шеи?

Человек появился в свете свечи перед Ландерсоном. Он был низким, плотным, закутанным в камуфляжную накидку, которая, казалось, растворяется в темноте. — Мог бы, — мягко сказал он, — если бы это было мое оружие. Вен? Отпусти бедного парня с поводка.

Давление ствола оружия исчезло. Ландерсон бросил взгляд назад и увидел второго человека.

Просто тень на краю сумрака. Выше, чем первый, шепот формы.

— Ч-что вы такое? — заикаясь, произнес Ландерсон. — Призраки?

В свете пламени единственной свечи Ландерсон увидел, как глаза человека, назвавшего себя Макколлом, слегка сузились и засверкали. Улыбка. Это была самая нервирующая вещь, поскольку это лицо непривыкло к улыбкам.

— Можешь называть так, — сказал Макколл.

II

Они повели Ландерсона обратно во двор. Янтарное свечение в небе все еще было ярким. Он мог чувствовать отдаленную агитацию врага на ночном небе, как приятное давление приближающегося шторма.

Лефивр и Пурчасон стояли на коленях, лицом к забору, руки за головами.

Третий солдат в черном присматривал за ними.

— Бонин? — спросил Макколл.

— Кажется, что тут еще только эти двое, сэр, — ответил третий солдат.

— Вас трое, правильно? — спросил Макколл.

— Да, — сказал Ландерсон. Он услышал приглушенный щелчок вокса. — Первый, это четвертый. Выдвигайтесь, — быстро сказал Макколл. Затем он бросил взгляд на высокого мужчину. — Маквеннер? Возьми Бонина, и охраняйте периметр.

Два товарища Макколла ушли и мгновенно растворились в тени. Затем замаячили другие фигуры, отделившись от ночи. Полдюжины фигур, как минимум. Самая высокая направилась прямо к Ландерсону и осмотрела его с ног до головы. Он был худым, крепким человеком, одетым в черные сапоги и солдатскую форму, черную кожаную куртку и темный камуфляжный плащ, плотно прилегавший к его туловищу и горлу. На спине у него был ранец, а закопченный болт-пистолет был закреплен ремешком у него на груди. Под краем простой черной тканевой шапочки, его лицо было узким и суровым.

— Который из них главный? — спросил он.

— Я, — сказал Ландерсон. Он замер, когда почувствовал, как Макколл нагнулся к его уху.

— В данных обстоятельствах, я рекомендую тебе не говорить, пока мы не дадим тебе разрешение, — сказал Макколл.

Ландерсон кивнул.

— Скажи ему то, что ты сказал мне, — проинструктировал Макколл.

— Танит Магна, — тихо сказал Ландерсон.

— Скажи ему свое имя.

— Ландерсон. Майор Ландерсон.

— И обращайся к нему – сэр, — добавил Макколл.

— Сэр.

Высокий человек в шапочке сотворил знак аквилы и затем отсалютовал.

— Майор, — сказал он. — Меня зовут Гаунт. Я командую этой операцией. Вы в правильном месте в правильное время и вы дали правильный пароль, так что я предположу на мгновение, что вы тот человек, которого я пришел увидеть. Вы были проинструктированы встретить нас командиром Инейронской ячейки.

Ландерсон сглотнул.

— Я имею право обсуждать некоторые вещи, сэр. И в них не входят возможные действия, передвижения или даже существование каких-либо ячеек сопротивления.

— Честный ответ, — сказал Гаунт. — Но следующий пункт нашего дела включает установление контакта с полковником по имени Баллерат, или любым из его старших офицеров.

— Рассматривайте меня в таком качестве, и затем мы поговорим, — ответил Ландерсон.

Человек появился рядом с Гаунтом. Он был ниже, чем Гаунт, но немного более крепко сложенный, такой же мрачный, как Гаунт – вежливый. Ландерсону казалось, что есть что-то жестокое в лице человека.

— Хотите, чтобы я выбил из него дерьмо, сэр?

— Не на данном этапе, — ответил Гаунт.

— Просто, чтобы он прикусил язык, понимаете.

— Не хочу, чтобы ты пачкал руки, Роун.

Человек улыбнулся. Это было не менее страшно. — Я не буду. Я прикажу Фейгору.

— Все признаки делегации. А теперь отойди, Роун.

Человек пожал плечами и ушел. Ландерсон теперь мог видеть остальных, почти отчетливо. Там было семеро, за исключением Макколла, Роуна и командира, все одеты в черную камуфляжную одежду и с ранцами. Большинство из них были с татуировками. Огромный, диковато выглядящий мужчина держал автопушку; тощий, стареющий человек нес снайперское оружие. У остальных солдат были лазганы. Седьмым, понял Ландерсон, была женщина. Она тоже была одета в черную, как смоль, боевую форму, но единственным ее оружием был компактный автоматический пистолет в кобуре.

Гаунт посмотрел на Ландерсона. — Майор, по вашим прикидкам, как долго мы сможем тут оставаться в безопасности?

— Еще минут тридцать.

— У вас есть безопасная позиция для отступления?

— Я знаю пару мест, где мы сможем избежать патрулей.

— Там безопасно?

Ландерсон уставился на него. — Сэр, это Гереон. Здесь нигде не безопасно.

— Тогда, давайте закончим с этим, — сказал Гаунт. — Доктор. Проверьте их, пожалуйста. — Женщина вышла вперед, сняла ранец и вытащила маленький сканер нарцетиума.

Она начала водить им возле Ландерсона.

— Лилия Фракии, — сказал Ландерсон.

— Что? — спросила она, останавливаясь и смотря на него.

— Ваши духи. Лилия Фракии. Я прав?

— Я не пользовалась духами или одеколоном три недели, — твердо сказала она. — Часть приготовления к миссии...

— Уверен, что не пользовались, — сказал Ландерсон. — Но я все еще могу почуять их. Их, антисептики и стелилизующую жидкость. Гончии учуят вас за секунды.

— Достаточно, — сказал Макколл. Женщина тряхнула головой в сторону разведчика и уставилась на Ландерсона.

— Эти... гончии. Они засекут мой запах, даже если я старательно не использовала ничего такого, что могло бы меня выдать?

— Да, мамзель. Вы слишком чистая. Все вы.

— Эти гончии найдут меня, потому что я не пахну как дерьмо, как вы?

— Точно, мамзель. Гереон проникает в поры. В плоть. Дым, пыль, заразу.

— Говоря о заразе, — сказала женщина, считывая со сканера. — У вас протеин Б выше нормы и высокое количество лейкоцитов. Что конкретно повлияло на ваш метаболизм? — Макколл мгновенно поднял свою винтовку и навел ее в сторону головы Ландерсона.

— Я собираюсь показать ей свою руку, — сказал Ландерсон, хорошо осведомленный о стволе оружия, направленный ему в ухо. Он поднял левый рукав и показал повязку. — Архивраг клеймит всех жителей имаго. Мой удален, как и Пурчасона и Лефивра.

Кстати, могут они встать? Я не слишком счастлив тем, как вы лишили свободы моих людей на данном этапе.

— Хотите, чтобы я привел Фейгора? — пробормотал Макколл.

— Нет, — сказал Гаунт. — Он чист, Керт?

— Чист – сильное слово. Во многих отношениях, — сказала женщина. — Но... да, я бы так сказала.

— Проверь остальных двоих. Если они чисты, пусть встанут. Майор Ландерсон, идемте со мной. — Гаунт повел его назад в здание, в комнату, где свеча все еще горела.

— Присаживайтесь, — предложил он.

— Я постою, сэр.

Гаунт нахмурился и сел.

— Какое у вас звание, сэр? — спросил Ландерсон.

— Полковник-Комиссар.

Ландерсон почувствовал, как его сердце слегка подпрыгнуло. — Ясно. Вы очень осторожны.

— Я возглавляю миссию на мире, занятом Хаосом, Ландерсон. Вы обвиняете меня?

— Нет, сэр, думаю, что нет. Как вы достигли поверхности?

— Не думаю, что собираюсь говорить вам это.

— Хе-хе. Можете мне сказать, где расположение ваших войск?

— Этого я тоже не сделаю, пока не стану доверять вам немного больше. Но можете посчитать.