Дорога домой

В след за седовласым мужчиной в зал стали пребывать другие. Кто–то был стар, кто–то совсем юн, все выглядели по-разному, но была у всех, кто явился в этот зал одна черта – они все выглядели тяжелыми и очень уставшими. Даже совершенно юная девушка в лёгком белоснежном платье, смотрела глазами глубокой старухи и двигалась медленно. Настоящую древность скрыть невозможно ничем.

Женщина, лежащая на полу, потянулась к огню, стала подниматься, чем обратила на себя внимание всех присутствующих. Она была совершенно нагая и казалась очень хрупкой в своей бледности и худобе.

Пришедшая последней, молодая девушка с белокурыми волосами в красном платье поверх которой был накинут плащ с чёрным мехом на плечах, подошла к ней и, сняв с себя красную длинную накидку, бросила существу на плечи, прикрывая наготу. Белая женщина укуталась в неё, не понимая откуда она взялась. Она по-прежнему никого не видела. Пламя в очаге освещало пустые каменные стулья. Девушка в красном, достала шпильку из своих волос и быстрым движением сделала небольшой порез на руке бледного создания. Та даже не заметила этого.

Со шпильки потянулась капля крови молочного цвета, и упала в очаг. В этот момент белая женщина увидела всех присутствующих, занявших свои места вдоль стен. Она выдохнула и глаза её расширились, было ощущение что к ней приходит понимание того, что происходит. Что странно, Яромир, который, всё ещё, стоял к ней ближе всех, оставался для неё невидимым. Он был молод и высок. На нём были тяжелые золотые доспехи. Серые глаза осматривали всех присутствующих с любопытством, лёгкий ветер трепал его длинные тёмно-русые волосы.

Присутствующие смотрели на него без симпатии всем видом давая понять, что он здесь лишний. Он понял это и отошёл в сторону укрывшись в тени небольшой ниши в стене. Это всех устроило и пламя загорелось ещё ярче, осветив лицо белой женщины. Она оглядела зал и сразу поняла, перед кем стоит. Она знала их всех наперечёт. Перед ней восседали боги. Самый старший их них, седовласый мужчина был известен ей под именем Саар, и был покровителем всех тех, кто жил в тяготах и нуждался. Справа от него, та самая женщина в красном – Сава богиня плодородия. Слева от Саара сидел угрюмый черноволосый мужчина с острыми, плутовскими чертами лица и очень грустными глазами, его звали Шор, и ему молились, когда собирались в дальний путь и просили удачи. Уже позже она узнала, что он был и покровителем тех, кто собирался мстить. Рядом с ним в лёгком белоснежном платье сидела совсем юная девица. Кожа её была настолько бледной что казалась почти прозрачной, а глаза, подёрнутые белой пеленой, были незрячими, от чего она как будто смотрела немного вверх. Это была Месали – покровительница детства, невинности и брака.

– Тебе известно где ты находишься? – раздался громогласный голос седовласого мужчины, который появился первым. Его слова эхом отразились от стен по зала. Он сидел, закрыв глаза рукой, как будто их раздражал свет, исходивший от очага. Бледная женщина едва заметно кивнула.

– Назови своё имя, – продолжил он.

– Алиса, – голос женщины был глухим, низким и тихим. Имя своё она произнесла коротко и не очень внятно.

– Ты должна знать кто мы, – он сделал небольшую паузу – и почему ты здесь.

Женщина посмотрела в очаг и её глаза засияли от навернувшихся слёз, которые были чёрными и ярко выделялись на контрасте с её бледным лицом.

Седовласый печально усмехнулся и кивнул. Он посмотрел на Алису странным взглядом, в нём была жалость, и гнев, и беспокойство. Так смотрят на ребёнка, который сделал серьёзную глупость. Сава опустила глаза и нахмурилась. Ощущалось, что она гневается.

– Ты предназначалась мне, – заговорила она жестким тоном. – Тебе отводилась очень важная роль. Я хотела, чтобы ты заняла место рядом со мной. Для этого ты жила. Для этого были все те дни и ночи, что ты существовала. Для этого был весь тот мир, в котором ты росла. В котором вы все родились и зрели, как плоды на дереве, до определённого срока и со своей целью. А теперь что с тобой делать… – когда девушка в красном подняла глаза, в них была ярость.

– Не вижу смысла злиться, – перебил её Саар, огонь на секунду осветил глубокий шрам на его лице. Та, метнула в него колкий взгляд и снова посмотрела на Алису.

– Нет смысла… – тихо начала богиня плодородия. Она поднялась со своего места.

– Я не просто злюсь. Я в гневе. Что теперь будем делать? Это ведь уже не только моё дело. Это касается нас всех с вами здесь. Мы обречены на одиночество! – повысив голос сказала она так, чтобы было слышно всем.

– Или ещё хуже. На компанию друг друга, – в полголоса ответил ей молодой мужчина сидящий напротив седовласого. Все невольно улыбнулись. Говорящая резко обернулась на голос.

– Тебе легко говорить. Ты всегда был один –с прищуром она посмотрела на темноволосого мужчину с резкими чертами лица и довольно мрачным видом.

– Мне? Да мне всегда было легко, ты знаешь…Я, как только на свет появился, мне сразу же стало легко, – сощурился ей в ответ он.

– Я тебя прошу. Не впутывайся в это. Мы здесь не ради того, чтобы браниться друг с другом. Мы тут решить пытаемся, что нам дальше делать, – шрам немного искривился, когда седовласый нахмурился, пытаясь уберечь их от ссоры.

– Я что уже на суде высказаться не могу? – настаивал Шор.

– Если будешь сеять раздор, присоединишься к Яровиту, – пригрозили ему в ответ Саар. Все взглянули в сторону ниши в стене, где стоял Яромир. Он сосредоточенно наблюдал за происходящим.

– Если уж так остро встал вопрос о том, кому из нас нужна свита: мне она не нужна. Месали тоже. Единственная, кто льёт слёзы от одиночества здесь, это Сава. И у меня уже давно зреет мысль выдать её за кого… нибудь. – улыбнулся молодой, став на секунду не таким мрачным. Его оппонентка тоже улыбнулась. Но от этой улыбки всем присутствующим стало не по себе.

– Либо он уходит, либо я. Я этого терпеть не буду, – прошипела девушка в красном. Седовласый мужчина, к которому она обратилась, вздохнул.

– Он не имеет никакого отношения, к нашему делу. Но именно он имеет отношения ко всем приговорам, которые мы здесь выносим, поэтому, будьте добры, угомонитесь. Мы сегодня ничего не решим, без кого-то из вас, – все снова обратили свои глаза к Алисе.

– Что тут решать. Кроме наказания мы уже ничего сделать не сможем, – бесцветным голосом произнесла белокурая девушка в скромном белом платье с длинными рукавами. Она смотрела в никуда. Руки её безвольно лежали на коленях. Хоть произнесла она это очень тихо, её услышали все и возникла длинная пауза.

– Нда… – только и сказал Саар глядя на Алису.

– Иногда мне кажется, что на суды нужно звать только тебя, – Он оглядел всех присутствующих и глаза его остановились на Месали.

– А у тебя какие мысли? – обратился он к Саве. Та поджала губы и посмотрела на соседку, сидящую неподвижно в своём белом наряде.

– Я согласна. Ничего не сделаешь, как бы ни хотелось, – было видно, что она раздосадована.

– Старый мир уже не спасти. Он будет жить теперь своей жизнью, без нас. Кто знает каким он станет. Нужно решить, что будем делать с виновницей его падения, – она посмотрела на Алису с осуждением. Саар перевёл взгляд на Шора смотрящего исподлобья. Тот пожал плечами.

– Есть одно место. Отдалённое и неоднозначное. Когда-то оно было очень тёмным, но со временем, стало чуть лучше. Возможно, нам стоит отправить её туда, – сказал он, переводя взгляд на Яромира.

– Я знаю о чём ты. Это место стало лучше за счёт тех, кого мы туда отправляли. Будем честны, – подала слабый голос Месали. Никому из присутствующих её слова не понравились, но и возражать никто не стал.

– Это может смыть её вину, – задумчиво ответила ей сидящая рядом Сава. Она смотрела на огонь в очаге и, казалось, уже думала о чём-то своём.

– Вам не кажется, что это малость жестковато? – спросил молчавший до этого момента длинноволосый старик, сидевший в тени, несмотря на то, что огонь освещал всех. Присутствующие повернули головы к нему. Алиса узнала в нём божество, о котором не любили говорить в её мире. Варн – бог смерти и перерождений.

– Она разрушила целый мир. Думаю, это вполне справедливо, – ответил ему мрачный Шор уперевшись ладонью в колено. Никто не стал ничего добавлять к его словам и стало понятно, что остальные согласны.

– Так мы и решим это дело, – подытожил Саар. Он поднялся со своего места и подошёл к белой женщине, которая со страхом наблюдала за происходящим.

– Ты отправишься на Землю. В наказание за твоё преступление ты будешь жить там жизнь. Если не отяготишь себя ещё большими преступлениями то, возможно, у тебя будет шанс.

– Шанс вернуться? – с надеждой спросила Алиса. Он посмотрел на неё со смесью строгости и жалости.

– Шанс освободиться.

Из глаз Алисы полились слёзы, она стала умолять и просить, старалась объяснить, что-то, но боги покидали зал суда один за другим, Яромиру тоже велели уходить, и последнее что он видел, это как высокий черноволосый мужчина со страшными впадающими в череп чернеющими глазами подходит к обезумевшей от ужаса женщине и протягивает ей руку.

Выныривая из омута воспоминаний, Яромир почувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что всё, что он делал, когда либо, на самом деле не имело никакого смысла. У него было ощущение как будто перед ним приоткрылась завеса будущего и сразу же снова закрылась. Он краем сознания успел ухватить что то, и теперь, это «что-то» вело его на север.

Он уже не стал заезжать ни на заправки, ни в кафешки, ни в гостиницы. Решил переночевать в старой заброшенной деревушке. После драки за мотоцикл, Яромир не хотел подвергать никого вокруг опасности и решил, что будет лучше терпеть лишения, но не проливать кровь.

Деревушку под названием Сарош, Яромир знал, ещё когда она была полна жизни. Огороды были засажены всякой всячиной, заборы красились, а по дорогам шныряли гуси, куры да собаки.

Сейчас же среди заброшенных сухих домов, покосившихся набок, только яблони цвели как прежде и давали урожай. Грунтовая дорога размылась и ехать на мотоцикле стало невозможно, поэтому Яромир спешился и покатил мотоцикл в руках.

– Сюда бы лошадь… – глядя на рыхлую грязь проворчал он. Ему было точно известно какой дом ждёт его. Забыть его он не смог даже спустя столетие. Хотя время года было совсем не то, но весна всё же радовала свежей, только что проклюнувшейся зеленью украшая деревья и брошенные сады.

Недолго брёл Яромир по деревенской дороге волоча своего верного друга. Он подошёл к старому дому с высокой тёмной крышей и тяжело посмотрев на него, вздохнул. Когда он зашёл внутрь, между бровей его залегла глубокая морщина.

В доме было всё было верх дном. Вещи разбросаны, посуда побита, всё свалялось и покрылось толстым слоем пыли. Оконные проёмы пустые, в них, смело заявив свои права на собственность, заползал и гнездился плющ. Дом был высушен солнцем, доски скрипели, сквозняки гуляли, а обстановка удручала. Яромир бродил, осматривая комнаты, но перед одной из дверей он остановился. Нерешительно толкнув её, всё ещё висевшую на одной петле, он вошёл в маленькую, но очень светлую комнатку. В ней всё было на удивление в порядке. Стопками лежали потускневшие и уже нечитаемые книги, вещи в старых кованных сундуках, небольшой красный уголок над столом с маленькой иконкой и подсвечником. На столе спицы с остатками пряжи. А на спинке стула у окна пожелтевшая от времени и солнца кружевная шаль. Яромир подошёл к стулу и подцепил рукой свисающий край платка. Взгляд его стал мрачным. Он присел на кровать всё ещё держа кружево в руках. В углу, за дверью он увидел пару туфелек на невысоком каблучке, размера тридцать шестого, не больше.

– Не могу, – Яромир вышел из дома и отправился вниз, к мельнице и озеру, по-прежнему держа в руках кружевной платок. Солнце уже садилось, одевая лес и воду в яркие цвета заката. Свет был так уютен, что казалось где-то в небе, горит огромный тёплый костёр. Яромир сел на покрытый свежей травой берег и задумался. Он даже не заметил, как прошло несколько часов. Солнце давно уже село и ясное небо заполнилось звёздами. Когда он отвлёкся от своих тяжелых мыслей и заметил это, он лёг на спину, лицом к небу, в котором глаза Яромира как будто пытались отыскать что-то давно потерянное.

Глава 4.

Утро понедельника Айно встретила в половине пятого утра. Она проснулась от мысли о том, что сегодня должен приехать человек, который может дать ответы на все её вопросы. Открыв глаза, она посмотрела в окно, небо уже светлело, несмотря на то, что до восхода было ещё пару часов. В голове роились мысли, беспорядочно путаясь. До будильника был ещё как минимум час.

Они уже сутки не разговаривали и всё происходящее стало казаться нереальным.

«Может он не приедет?» – подумала Айно. «Ну что ж, если не приедет, значит всё это не имеет значения, может я даже выдохну с облегчением. А вдруг я выйду на улицу, а он там…» – от этой мысли Айно захотелось посмотреть в окно. Никого…только пустынная замёрзшая улица.

«Что я скажу ему? Как он будет выглядеть…Всё это пугает. Но я уже не маленькая девочка, чтобы бояться всех на свете». Она улыбнулась сама себе. Вспомнилось утро того злосчастного дня, когда всё произошло.

Открыв глаза, первое что она увидела это нежно–оранжевое небо. Белая трава, мягкая на ощупь. Белые руки, тоньше чем сейчас, длинные ногти, ладони без линий, совершенно гладкие. Движения медленные, незачем торопиться. Некуда.

Густые чёрные волосы спадали с плеч до пояса. Только сейчас Айно понимала какого высокого роста она была раньше. Солнце едва пробивалось сквозь дымку рыжих облаков, стоящих на месте. Белоснежные деревья с толстыми ветками и небольшими узкими как ленты белыми листьями росли далеко друг от друга, их мощные стволы нельзя было обнять, настолько они были широкие. Она совершенно не чувствовала своего веса, шла по земле едва её касаясь. Её внимание вдруг приковал силуэт, движущийся среди деревьев. Он становился всё отчётливее, пока не оказался ближе став четко различимой фигурой. Это был её брат.

Она обрадовалась, что он посетил её. Взгляд его бездонных чёрных глаз устремился на сестру. Он был высоким, как и она, тонкие кисти с длинными пальцами заканчивались острыми чёрными когтями, отливающими металлом. Его кожа была бела как снег, торс, как и у неё был обнажён. От пояса ниспадала лёгкая чёрная ткань, подпоясанная широким плетёным поясом, закрывая ноги полностью, вместе со стопами. Она улыбнулась и бросилась ему на шею. Он засмеялся, в ответ на этот жест и обнял её. Вместе с прикосновением, пришло ощущение взаимности радости от встречи. Но она почувствовала и его лёгкое беспокойство. Через кожу, они передавали друг другу свои ощущения и чувства, осознавая их так же ясно как свои собственные, вместе с тем понимая кому они на самом деле принадлежат.

– В чём дело? – она заглянула в его большие черные глаза.

– Нас снова посетил путешествующий по мирам человек – Вестар, – голос её брата был очень низким и говорил он довольно медленно, растягивая слова. Айно пришла в восторг от этой новости, её брат почувствовал это через прикосновение их рук, которое они не прерывали.

– Так чего же мы стоим здесь! – улыбнулась она озорной детской улыбкой, в предвкушении чего-то удивительного, чего она всегда ждала от встречи с путешествующим человеком. Но её брат не испытывал такого восторга, наоборот, беспокойство усилилось.

– Что ты? – она посмотрела на негоудивлённо подняв брови.

– После его появлений в твою голову приходят странные мысли, и странные чувства не знакомые мне, – существо низко опустило голову. Черные волосы закрыли белоснежное лицо с угловатыми, но правильными чертами. Айно взяла его лицо в ладони и заглянула под чёрные волосы.

– Нечего и думать об этом. Были незнакомы, станут знакомы. Не нужно сторониться того, чего ещё не знаешь. Ведь ты не знаешь, – он поднял глаза на сестру и улыбнулся, чувствуя утешение, и радостное предвкушение через её ладони.

– Полетим вместе? – спросила Айно ощущая, как расправляются за спиной её чёрные пушистые крылья.

– Да, – он поцеловал сестру в лоб, и она обняла его. Тяжело загребая крыльями воздух, она начала отрываться от земли.

Верхушки деревьев проносились под ними. Внизу простирались огромные чёрные озёра и медленно текли черные реки, рассекая белую землю, усеянную цветами и растениями. Цветы было видно издалека, на белом фоне травы выделялось любое пятно другого цвета.

«Я лечу над горизонтом…я лечу…», – повторялось в голове Айно.

Ожидание грядущей встречи с человеком, путешествующим по мирам будоражило её сознание. Это было праздником для неё, её братьев и сестёр.

Из воспоминаний Айно вырвал будильник. Всё это время она провела в полудрёме, глядя в себя.

Вспоминая себя много жизней назад, она думала о том, какие же чистые, незамутненные ничем чувства она испытывала. И о том, как же на земле урезан их лимит и яркость.

«В этом и есть главное наказание? Хм…весь эмоциональный диапазон земли максимально уходит только в отрицательную сторону…» – подумала Айно поднимаясь с постели.

Рабочий день выдался совершенно ординарный. Роба, курилка, перерывы, ругань, ошибки, обед, снова ошибки, ругань снова. Айно даже не заметила, как он подошёл к концу и прозвенел звонок. Она поймала себя на том, что пытается из последних сил что– то успеть и закончить, и вдруг она резко остановилась.

«Зачем?», – спросила она себя. Не дав себе никакого вразумительного ответа, она бросила всё как есть и пошла собираться домой. Она уже направлялась к раздевалке, когда её телефон завибрировал.

Два дня тишины. Айно остановилась, заволновалась. Подняла трубку.

– Я на месте, – сообщил ей голос, который вызывал у неё странные чувства. Ностальгия, волнение и надежда смешивались во что-то одно, когда она слышала его.

Айно почувствовала, как кровь прилила к лицу. В ушах зазвенело от страха. Откуда он и почему такой сильный она не могла понять, позднее она называла этот момент криком инстинкта самосохранения. Бежать, быстрее, подальше, со всех ног.

– На каком месте? – только и сумела выдать она.

– Я приехал. У вас холодно, пожалуй, придётся обзавестись свитером…

– Ну да…–7, как минимум свитером, – ответила Айно и почему то, от этой непринуждённости ей стало легче.

– Холод меня не особо беспокоит, но края у вас дикие. Мне на дорогу вышла рысь. Я давно их не видел…

– Я вообще их никогда не видела. Только на картинках.

– Ты ещё на работе? – Айно сразу поняла о чём сейчас пойдёт речь.

– Да, уже выхожу, – сказала она, напряженно.

– Есть силы выбраться? – Айно оценила осторожность с которой он звал её встретиться.

– Силы есть. Смелости не хватает, – честно призналась Айно.

– Это я как раз могу понять. Я ожидал чего-то в этом духе, – Айно подняла брови. Она почему– то думала, что он будет злиться.

– Прости… я просто слишком хорошо знаю этот мир.

– Ну, я не удивлён. Я знал, что так будет, и с твоей стороны в этом нет ничего необычного или предосудительного. Я предложу тебе вариант, а ты сама решишь, как всё будет, м?

– Какой вариант? – Айно не могла отделаться от чувства что это всё равно произойдёт, и они всё равно встретятся.

– Можешь выбрать любое место, я приду, принесу с собой красный портсигар, ты меня узнаешь по нему и решишь, хочешь ли ты говорить со мной или нет.

– Ладно, – слегка улыбнувшись сказала Айно. – Из людных мест у нас в городе только кафешки и бары, – добавила она.

– Это вообще не важно…хотя я бы поел, – Айно улыбнулась.

– Ладно, давай в Таверне тогда. Через час.

– В таверне? Серьёзно?

– В Таверне. Да, у нас есть такое место. В субботу там можно хорошо огрести в любое время суток, а в будние дни, там всегда очень тихо.

– Это самое то, – Айно посмотрела на время, до пяти ещё час.

Она пулей вылетела с работы и даже не поехала на автобусе, который должен был подойти только через пятнадцать минут, а села в стоящее на остановке такси.

Доехала она за шесть минут, всё это время она старалась игнорировать телефон и отвлечься. Играла лёгкая и на удивление приятная музыка, весенние облачка тёмно– лиловых цветов летели по небу беззаботно и быстро.

Когда Айно зашла домой, она совсем расслабилась. Волнение спало и она, сняв с себя верхнюю одежду повалилась на кровать. Взяла телефон, посмотрела на время.

«А приду-ка лучше я пораньше, мне так будет спокойнее. Увижу тебя первой».