Аж 2 О!

Позавтракав свежей выпечкой с растворимым кофе, на стареньком, но прекрасно сохранившемся, жигулёнке, мы направились в абрикосовый сад, который принадлежал семье моей подруги. Большая территория протянулась от трассы до самого побережья. Мне нравилось собирать абрикос. Складывая в ведро плоды по твёрже, мягкие, переспелые абрикосы мы съедали, не слезая с дерева. Нам помогали ещё пару парней, нанятых на сезон. Но, мы с ними не пересекались в течении дня. Да, что там парни, если подругу я не видела, а только слышала, скрывшись в густой кроне очередного дерева. Маринку мне помогала отыскивать Сальма – дочь волчицы и кабеля немецкой овчарки, она была очень умной и доброй собакой. Словно понимая меня с полуслова, прикусив подол моей рубашки с длинным рукавом, которую я использовала как защиту от царапин, она подводила меня точно к тому дереву, где находилась Маринка.

Загрузив тентованный ЗИЛ дяди Серёжи под завязочку деревянными ящиками с абрикосом за два дня, мы наконец-то смогли спокойно выдохнуть. Отправив Маринкиного отца с био-продуктом на российский рынок, нам, тем не менее, приходилось выезжать в сад для выполнения мелких поручений, таких как прополка и полив нескольких рядов томата и огурцов. Марина прекрасно водила отцовскую «ласточку» вишнёвого цвета, и мы без труда мотались на ней по делам.

Глава 4 ЗАПЛЫВ ОТ VICTORIA,S SECRET

Начало июля выдалось довольно жарким, что навело нас на мысль, что пора бы и открыть плавательный сезон. Проработав на грядках до обеда, изнывая от полуденного солнцепёка, мы решили окунуться и направились к воде. Зная, что в радиусе километра нет не единой души, тот факт, что у нас не было купальников – нас не смутил. Оставшись в нижнем белье, мы спустились к воде. Берег оказался усеян острыми камушками, которые больно впивались в ступни. Войдя по пояс в воду, я поняла, что не видать мне песчаного дна. Опрокинувшись на спину, довольно растянулась в улыбке, ощущая, как плотность солоноватой воды удерживает моё тело на своей поверхности. Распластавшись морской звездой, и медитативно закрыв глаза, я даже удивилась тому, что ко мне, гребя кролем, запыхавшись подплыла Маринка. Поравнявшись со мной, она перевернулась на спину и стала понемногу подгребать, чтобы удержаться на плаву. Как-то, само собой, завязался разговор, разумеется, о мальчиках. Зная, что моя подруга, рассталась со смазливым татарчонком, отучившимся в столице на бортпроводника, которого я накаутировала, защищая честь подруги на глазах у танцующей публики в прошлом году. Чем завоевала уважение и почёт местных жителей, невзлюбивших заносчивого красавчика. О новом, Маринкином, ухажёре я не знала ровным счётом ничего. И, тут она объявляет мне, что он с друзьями приезжает завтра на Иссык-Куль, и пробудут здесь неделю, тусуясь в Чолпон-Ате. Но, даже не эта новость вывела меня из равновесия, а просьба Марины, принять ухаживания одного из его друзей. Стоило мне разволноваться, как тут-же почувствовала тяжесть своего тела, и вода тоже. Чтобы не пойти ко дну, оставаясь на спине, принялась грести конечностями. Поймав равновесие, я снова распласталась на водной глади, и только решила поделиться своими ощущениями того, что после знакомства с Алексом, с которым мы не виделись уже три недели, мне стало казаться, что за мной кто-то ходит, буквально по пятам, как вдруг до ушей донесся шум общественного пляжа. Развернувшись, я в ужасе зависла на месте, не веря своим глазам. До пляжа пансионата «Солнечный берег» оставалось метров триста-четыреста. Учитывая, что от исходной точки нас отделяло пол километра тёмно-бирюзовой бездны, не сложно было представить, что столько же было и под нами. Я не боялась воды, а вот от того, что могли скрывать эти тёмные воды, кровь стыла в жилах. А, ещё понимала, что течение, которое теперь, ощущалось всем телом, не позволит нам вернуться назад. Мысль добраться в нижнем белье до пляжа полного людей я отвергла сразу, предложив подруге пробиться сквозь течение лёжа на спине. Только мы свыклись данным положением дел, как я услышала жуткий скрип приближающегося катамарана.

– Привет девчонки! – крикнули нам в унисон двое парней. Перестав вращать ногами лопасти, они с нескрываемым подтекстом разглядывали нас, вальяжно откинувшись на жёлтые спинки пластиковых кресел.

Я так растерялась, что не сразу заметила третьего…

– Здравствуйте Виктория, – улыбнулся мне Алексей, находясь в воде, придерживаясь одной рукой за бортик поплавка. – Марина.

«К ЧЁРТУ ЛЮБЕЗНОСТИ! СПАСАЙТЕ НАС!», – кричало моё нутро. И, Маринкино, я уверена – тоже.

– О, так это твои знакомые русалки?! Алекс, познакомь нас с прекрасными сиренами, – оживился широкоскулый брюнет, и протянул Марине руку, предлагая взойти на борт. Но, моя подруга по этичным соображениям не спешила принимать руку помощи.

– В чём дело? – спросил парень. Но, по его похотливой улыбке, поняла, что он уже догадался о причине отказа. А, он тут же озвучил свою версию друзьям: – Так вы что, в нижнем белье?

– Сама проницаемость, – съязвила я, чем рассмешила Алекса. Взглянув на него, поняла, что учесть Му-му нам не грозит, немного расслабилась. И, ошиблась в очередной раз…

– А, вы откуда приплыли? – поинтересовался Алекс.

Он подплыл так близко, что его нога, пару раз скользнув по внутренней стороне бедра, задела «за живое», отчего меня бросило в жар, окрасив щёки румянцем.

– Оттуда, – указала я направление, дрожащей рукой, пытаясь дышать.

Шатен, до этого сдержанно молчаливый, издал протяжный вист. – Это же метров пятьсот, а то и больше. Вы что тут, на рекорд идёте?

– Там у моей семьи абрикосовый сад. Мы работали, решили поплавать. А, нас течением унесло, – внесла ясность Марина.

– Я же говорил тебе, что это из-за течения сложно грести стало, – обратился брюнет к соседу по катамарану. – А, ты мне не верил. Всё винил это ржавое корыто. Ладно русалки. Не хотите демонстрировать нам своё нижнее бельё – не надо. Цепляйтесь за борта, мы вас обратно отбуксируем.

– Спасибо! – искренне поблагодарили мы наших спасителей.

Алекс помог нам удобно зацепиться за поплавки, и мы пустились в обратный путь.

– Куда пропал? – решила воспользоваться я ситуацией.

– Тренер приехал. Посадил нас на строгий режим, – ответил Алекс, словно, извиняясь.

– Понятно. А, твои друзья, тоже из вашей команды?

– Да. Тот, что по темнее – Кирюха. Второй – Тёмка.

– А, сегодня здесь оказались?

– Так – воскресенье. Имеем право.

– Да ладно. А, я уже счёт времени потеряла. Ну, теперь понятно, почему на пляже яблоку упасть негде.

Когда до берега оставалось метров десять-пятнадцать, парни боясь задеть торчащие из воды камни, перестали грести. Я огляделась, облегчённо выдохнув при виде каменистого дна под ногами. Дождавшись, когда катамаран отплывёт на безопасное расстояние, кинулись на перегонки до суши.

Скрывшись в кустах облепихи, мы скинули мокрое бельё и натянули тонкие джинсы и трикотажные топы на голое тело.

И, ТУТ НАС НАКРЫЛО!

Ужас пережитого вырвался из нас безудержным смехом. Проржав минут пять, буквально, катаясь по земле, мы поняли, что на сегодня работа окончена.

По приезду домой, мы решили заварганить праздничный ужин. И, нам было, что праздновать. А, о том, что произошло, решили умолчать. К чему родню волновать.

Вечером, ещё до сумерек, вернулся отец семейства. И, теть Нина, не переставала повторять, что мы как в воду глядели. Ведь не знали о его приезде, а вкусный ужин приготовили. Маринкины родители позвали на ужин соседей, с кем дружили семьями на протяжении многих лет. А, мы на выделенные дядь Серёжей деньги, набрали пива и пошли к школе, в которой проводился капитальный ремонт. Во дворе учебного заведения находилась кочегарка с высокой металлической лестницей вокруг трубы, и небольшой смотровой площадкой. Именно, она привлекла внимание двух нимфеток подшофе. Ступив на первую же ступень, в виде толстого металлического прута, покрытого чёрной смолой или солидолом, от которого кроссовок, так и норовил соскользнуть вниз, мы поняли, что идея штурмовать неприступную крепость, была, мягко говоря, не обдуманной. Но, азарт вкупе с алкоголем, уже манил нас к звёздам. Смеясь и чертыхаясь, мы всё-таки добрались до вершины. Сев на площадку и свесив ноги вниз, распили по бутылочке пива, что всё это время холодило мне спину, находясь в лёгком рюкзачке. Когда же запасы хмельного напитка были на исходе, нас растащило погорланить песни. И, мы запели застольные хиты из новогодних фильмов «Старые песни о главном».

Неожиданно, накрывшая меня, мания преследования, заставила сердце пуститься вскачь. Перестав горланить, я прислушалась к шорохам внизу. Но, не успела я предупредить подругу, как мы услышали:

– Хорошо поёте! – усмехнулся знакомый голос.

– Санька, ты, что ли? – отозвалась Марина.

– Я. Марин, Викуля с тобой?

– Привет, Саш, – хихикнула я, чувствуя глупость ситуации. – Как понял, что мы здесь?

– Вас не слышал, разве что, глухой, – хихикнул парень.

То, как он периодически выпадал из нашего диалога, перешёптываясь с кем-то, говорило о том, что там внизу, парень, явно, не один. Да и, к тому же, не принято было по деревне гулять в одиночестве. Особенно, в ночное время суток.

– Кто с тобой? – прямо спросила я, усмехнувшись тому, как тут же притихли голоса остальных свидетелей нашего ночного концерта.

– Никого, – нагло врал Саша.

– Ай, как не хорошо врать старшим! – пристыдила его Маринка, пользуясь разницей в два года.

– А, который час? – спросила я, потеряв чувство времени.

– Одиннадцать, начало двенадцатого. Может вы уже спуститесь. Я переживаю.

– А, ты – жуй! Жевать – не переживать! – разразилась звонким смехом Маринка, вспомнив рекламу жвачки. Её смех был столь заразителен, что и я прыснула звонким хохотом.

Немного поразмыслив, решили, всё же покинуть свою башню. Спустившись с небес на землю, нас ждал неприятный сюрприз в виде бывшего возлюбленного моей подруги.

– Тагир? – удивлённо уставилась на него Марина, заметно покачиваясь. – Какими судьбами? – пыталась она держать лицо и осанку, хотя со второй, дело было хуже. Всякий раз, когда она расправляла плечи, её вело влево. Наблюдая за телодвижениями подруги, мне с трудом удавалось сдерживать смех. Но, ситуация требовала от меня лицо кирпичом. И, я прилагала для этого все силы.

– К бабушке приехал погостить, – еле расслышала объяснение Тагира, отчего не сдержавшись, хрюкнула в кулак, насмешив остальных. Однако, хорового ржания не произошло. Явно находясь не в восторге от состояния своей бывшей, парень зло зыркнув на своих друзей, загасил их смех на корню. И, всё же, попросил Маринку уделить ему время. Взяв под руку, отвёл в сторону. То ли от того, что меня тоже штормило, или опасаясь, что я пущу кулаки в ход, «метая молнии» в сторону Тагира, парни, тут же, обступили меня с четырёх сторон. Мало ли что может быть на уме у пьяной девушки. А, пьяную девушку с навыками рукопашного боя, они, похоже, расценивали как обезьяну с гранатой. Уловив их замешательство, по бегающим искоркам в глазах, я довольно усмехнулась.

БОЯТЬСЯ – ЗНАЧИТ УВАЖАЮТ!

Приглядевшись к присутствующим, узнала Витька, Лёньку и Олега.

– Ну, привет, мальчики. Я вас узнала, – довольно произнесла я, как вдруг ощутила руку, обхватившую меня за талию. Я посмотрела сперва на руку, а вернее сказать, на руки, поскольку пальцы сцепились в замок, удерживая меня на месте. Я взглядом проследила, откуда растёт одна из них, и встретила… губы, которые тут же прильнули к моим.

ДА ЛАДНО! СЕРЬЁЗНО?! КТО-ТО ПОСЕГНУЛ НА МОЙ АВТОРИТЕТ!

Недолго думая, прикусила нижнюю губу наглеца. Сашка ойкнул от боли, и отстранился. И, всё же, не собирался выпускать меня из своих объятий. А, я почувствовала металлический привкус его крови на языке, растянула губы в зловещей улыбке. Капля человеческой крови, пробудила во мне чувство азарта и неуязвимости. На фоне громкого выяснения отношений между Маринкой и Тагиром, всё моё нутро требовало выброса адреналина, скручивая жилы в тугую пружину. Саша, чувствуя, как растёт во мне напряжение, укоренился, встав так, словно готовился к удару. А, я оскалилась, словно говоря: «Ну, мальчики – сами нарвались!»

ДЕРЖИТЕ МЕНЯ СЕМЕРО!

И, тут по моему лицу скользнул яркий пучок света, призывающий выйти из сумрака. А, за ним послышался голосок Макса – братишки Марины:

– Ух! – выдохнул он с облегчением. – Так и знал, что найду вас здесь. Мама сказала, что хватит вам песни горланить, и чтобы вы срочно шли домой, – Макс недовольно покосился на Тагира, и отойдя на пять шагов назад, остановился, ожидая нас. Хлестанув ладонями Сашку по рукам со звонким шлепком, вынудив его разжать пальцы, вырываясь на свободу. Марина тут же оказалась возле меня. Парни расступились, как по приказу. Мы, «надев короны», расправили плечи, и стараясь делать уверенные шаги, а не шатаясь из стороны в сторону, проплыли мимо них с высоко поднятыми головами.

Поскольку после первой же моей ночи в гостях у Маринки, подруга решила перебраться на мансарду, уговорив своего отца собрать старую кровать, то и теперь, не желая показываться родителям в пьяном виде, она, следом за мной, прошмыгнула наверх. Еле переодевшись в шёлковые пижамы, то и дело, падая на пол и хохоча над собственной неуклюжестью, мы забрались под одеяло. Но, сон не шёл. Слишком много было потрясений для одного дня. И, мы решили устроить дискотеку. Выключили свет, врубили магнитофон, и принялись сотрясать пол.

Вскоре, словно, в песне «Эй вы там наверху», что исполняет Алла Борисовна, к нам вломилась Лариска. Быстро оценив ситуацию, она дополнила своим присутствием нашу пижамную вечеринку, и порадовала нас графином холодной водой.

Глава 5 ЗОВ СИРЕНЫ

На следующее утро нас ждала расплата за безудержное веселье в виде сбора чёрной смородины, в кустах которой, буквально утопал приусадебный участок. Мы собирали ягоду в пластиковые вёдра и сразу выносили их на базар, что растянулся вдоль трассы. Торговая точка представляла из себя деревянную скамейку с вешалкой для рыбы.

Продажа вяленного чебака стала для нас с подругой личным бизнесом. Окунувшись в процесс, мы всё делали сами: чистили рыбку от чешуи зубными щётками, солили в большой бочке, обваливали в растительном масле и вывешивали сушиться на сквознячке в тенёчке.

Устав от одного вида смородины, я сменила Ларису у прилавка. И, надо же было такому случиться, что именно мне достался нервный клиент…

Ещё издали приметив массивный чёрный джип, который в километре от меня остановил патруль ГАИ за превышение скорости, моя интуиция подсказала, что теперь его владелец будет искать козла отпущения, на которого можно выплеснуть скопившийся негатив.

И, ЭТОЙ КОЗОЙ СТАЛА Я!

Джип подлетел к моему прилавку на высокой скорости и резко затормозил. Сидя в полуметре от асфальта, я чуть не свалилась с табурета, на мгновение подумав, что эта махина снесёт меня вместе со всем товаром.

– Эй, ты! – донеслось до меня, стоило осесть придорожной пыли.

– Вы это – мне?! – усмехнулась я, взглянув на хама. Сохраняя внешнее спокойствие, внутри напряглась, не зная, чего от него ожидать.

– Ну, разумеется – тебе, – брезгливо ощетинился мужик, лет сорока.

Я вальяжно встала и медленно подошла к прилавку:

– Чего изволите, барин? – решила вырулить ситуацию на юморе. Но, клиент воспринял мою шутку за сарказм.

– Чо, борзая такая? – удивил он меня, неприятно перейдя на личности.

«АХ, ТЫ Ж ГНИДА!» – закусила я нижнюю губу, пытаясь не потерять самообладание.

– Вы остановились что-то купить или чисто, скинуть на меня свой негатив. Я видела, как вас остановили. Приятного мало. Но, так я тут причём, – выпалила, глядя в его чёрные, узкие глазки, зависшие поверх затемнённых очков.

– Ты как со мной разговариваешь, девчонка?! – расплёскивал желчь мужик.

Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, стала озираться по сторонам, встречаясь взглядами с местными жителями, которые, к великому сожалению, не спешили мне на помощь. Даже когда злобный потомок Чингисхана, ступив на бренную землю, двинулся на меня, оцепеневшую от страха, желающих вступиться за меня не прибавилось.

– Ты чего такая дерзкая? – усмехнулся он в усы, торчащие, словно щётка, просканировав меня чёрным взглядом с головы до ног. – А, если я сейчас возьму и, разнесу машиной твой прилавок ко всем чертям?

– Вы этого не сделаете, – предельно спокойно произнесла я, пытаясь не выдать свою дрожь.

– Это ещё почему? – подошёл он вплотную, оказавшись со мной одного роста.

– А, зачем Вам это? Ну, правда. Судя по тому, что вы направляетесь в Чолпон-Ату, можно сказать, что Ваш отдых только начался. Не думаю, что у Вас в планах спустить все деньги на штрафы, – взглянула я в сторону патрульной машины.

Мои слова, похоже охладили буйную голову, но тут я увидела её:

– Ты что сопля себе позволяешь?! – завизжала казашка, высунувшись из-за задней двери джипа.

НУ НАДО ЖЕ. КАКИЕ ЛЮДИ И БЕЗ АКЦЕНТА!

– Ты как с моим мужем разговариваешь? Он тебе в отцы годиться!

ОШИБОЧКА ТЁТЯ! МУЖЧИНЫ НЕ ЛЮБЯТ ВСПОМИНАТЬ О СВОИХ ГОДАХ В ПРИСУТСТВИИ ЮННЫХ ОСОБ!

– Закрой дверь, женщина! Сам разберусь, – рявкнул он на жену. Второй раз ему повторять не пришлось. А, я, невольно, улыбнулась, когда дверца машины с шумом закрылась.

– Так почём твоя рыбка? – спросил он, сменив тон с грубого на слащавый.

Не ожидая от него такого контраста, я неприятно поморщилась, но обрадовалась стихшей буре.

– Сто сом связка.

– Что так дорого?

– Так, чебак из Сон-Куля.

– А, смородина?

– Двести сом ведро, – отрапортовала я.

– Да, что ж у тебя за цены такие?! – начал «свой базар» клиент.

– Так, смородина везде такая. А, чебак – эксклюзив. В Иссык-Куле его уже давно нет. Форель поела. Впрочем, если Вам не по карману, поищите где подешевле, – закинула я удочку.

– Не, ну вот наглая! – по-доброму, усмехнулся казах. – Это у меня то денег нет? Да я сейчас весь твой товар скуплю вместе с вёдрами.

ПОПАЛСЯ КАРАСЬ УСАТЫЙ!

– А, забирайте, – дёрнула я плечами, будто мне всё равно.

Всё ещё не веря в то, что сам творит, он резким движением выдернул из портмоне две бумажки по тысяча сом. Схватив меня за запястье, вложил купюры в мою ладонь, и позвал жену себе на помощь.

Испепеляя меня взглядом, она принялась снимать с толстых гвоздей связки вяленой рыбы. Я тут же предложила ей пакет. Какой никакой, а сервис!

Схватив два ведра смородины, мужчина, открыв багажное отделение, установил их между двумя чемоданами и запаской.