Падение летающего города 2. Путь воина

— Я подумываю усвоить озарение «Пророческий Сон». Оно входит в ветку возможных для сословия Помогающих Создателям. Ты знаешь, что один яркий кристалл «Пророческого Сна» стоит пятьсот тысяч золота?

— Я даже не знаю, что это за озарение такое.

По её словам «Пророческий Сон» позволял увидеть во сне предсказание того, как могут развиться некоторые события в жизни человека. Чем выше ступень озарения, тем точнее и разнообразнее предсказание. Мастера этого озарения умели даже предсказывать не только свою, но и чужую жизнь.

Если бы я не знал, что озарения реально работают, то заподозрил бы в «Пророческом Сне» обычное шарлатанство.

На всём протяжении дня Реоа Ронгоа находила любую возможность пройти мимо меня, или постоять рядом, пока я обсуждал в кругу товарищей предстоящие тренировки. Она постоянно торчала на площадке, наблюдая за нашими тренировками на внутреннем дворе.

Было очевидно, что девочка страстно влюбилась в Самирана. То есть — в меня. А я, как это бывает в ста процентах школьных влюблённостей, больше интересовался красивой и заносчивой Саной Нугвари.

Эта девушка пришла в Дом Опыта с целью выскочить замуж за богатого наследника славного рода. Я же таким однозначно не являлся. В особенности теперь, когда переехал из богатого дома родителей в трущобы Восьмого Кольца.

Поиск женихов Сана Нугвари вела с виртуозностью мастера. Она не опускалась до наглых подкатов к богачам, а каким-то образом умудрялась делать так, что они сами, свесив языки, искали её общества. А девушка, одарив их презрительным взглядом, отходила в сторону.

Но ровно в тот миг, когда кандидат в богатые женихи готов был признать поражение, девочка подпускала его к себе и одаривала смутной надеждой на ответное чувство.

Это манипулирование похотью молодых самцов вызывало моё восхищение. Кажись, я — единственный из всех парней, кто замечал манипуляцию. Замечал, но и сам попадал под её очарование. Ведь это я только внутри злой и плешивый учитель истории из транспортного колледжа, снаружи — я подросток с бушующими гормонами. Молодое тело влияло на старое сознание.

У Саны Нугвари образовалась целая свита из горячих юношей, каждый из которых надеялся, что красавица станет его. Так же в свите было несколько девушек, некоторые из которых были красивее Саны, но совершенно не умели вести себя так, как она. Поэтому терялись на её фоне.

От мамы Самирана я узнал всё о семье Нугвари. Они действительно были нашими соседями, у которых жилище когда-то превосходило наше. В нём было около тридцати огромных комнат.

Семья Нугвари формально не принадлежала к какому-то роду, но отец Саны был богатым и влиятельным членом сословия Помогающих Создателям. Он служил в храме Двенадцати Тысяч Создателей в Четвёртом Кольце. Поэтому мог позволить себе содержать в Шестом Кольце огромное жилище, населённое бедными родственниками жены.

— Некоторые приживалки и приживальщики прибыли на наше Кольцо прямо с Ветроломов, — презрительно рассказала мама Самирана. — Поговаривают, что все они произошли от низких, которые незаконно проникли на летающую твердь.

Год назад отец Саны Нугвари погиб. Вот как это произошло:

Один из жителей пришёл в храм, чтобы получить благоволение. Как и положено, он прошёл «осмотр» у служителя храма, то есть отца Нугвари, который заверил, что Создатели готовы наградить просителя.

Житель отправился в комнату для благоволений, где вместо награды получил вдруг наказание: Создатели отняли все его свободные грани и истончили Линию Духа до паутинки. А толщина этой Линии оказалась важной для жителя: без нужной толщины он не мог использовать своё яркое озарение в полной мере.

Неожиданное наказание повредило ум просителя. Он решил, что служитель храма намеренно обманул его. Выхватив кинжал, безумец отыскал отца Нугвари и всадил ему лезвие в горло.

К сожалению, в храме не оказалось ни сильных целителей, ни нужных кристаллов. Отец истёк кровью и умер, а обезумевший проситель бегал по храму, пыряя кинжалом всех встречных, пока не прилетел небесный стражник и не проткнул безумца копьём.

Обстоятельства смерти отца Саны показались мне ужасными, но мама Самирана улыбалась, когда рассказывала об этом.

— Бывает, что Создатели, наказывая одного, наказывают многих, — давясь смехом, сказала она.

В этом презрении к чужой смерти проявилась чванливость сословия целителей. Ведь для Возвращающих Здоровье кинжал в горле — это вовсе не причина умереть. Даже не причина истечь кровью.

После смерти отца семья Саны Нугвари впала в бедность. Сначала они выгнали всех приживальщиков. В огромном жилище осталась только мама Саны и несколько молодых сестёр, которые рассчитывали найти себе мужей в богатом районе.

Чтобы оплатить налог на огромное жилище, Нугвари продали богатый и большой акраб. Потом начали распродавать утварь и одежду. Потом начали продавать и комнаты жилища. Только это и позволяло им удерживаться в Шестом Кольце.

Так я узнал, что даже покупка земли или жилища в собственность не избавляла от уплаты налогов. Сколько именно платили дивианцы я так и не понял. Мама Самирана сказала, что каждый дивианец должен платить столько золотых граней, сколько места занимает его жилище или земля. Точной формулы она не сказала, но заметила, что чем ближе к Сердцу Дивии, тем сильнее возрастало количество золотых граней. То есть цена за недвигу могла колебаться даже в пределах одного кольца.

Поэтому многие дивианцы среднего достатка предпочитали покупать побольше земли в Пятом и Шестом кольце, нежели ютиться в престижном Четвёртом. И тем более — Третьем.

На сегодняшней день во владении мамы и дочери Нугвари осталось три жалкие комнаты, не считая кухни и стойла для Служанки и Слуги. Сёстры так и не нашли мужей и вынуждены были переехать на Восьмое Кольцо.

Мадхури Саран подытожила историю семьи наших соседей:

— Теперь мамаша Нугвари вкладывает все свои доходы в дочку, наряжая её, как акраб на продажу. Всё надеется найти для Саны богатого мужа. Поэтому ты, Самиран, держись от неё подальше.

Я всё понимал. Сана — расчётливая и, скорее всего, злая хитрюга. Одно её умение торговать своим телом, показывая его части в обмен на подарки, исчерпывающе описывало её взгляды на жизнь.

Но сердцу не прикажешь.

А сердце было не моё, а Самирана. Как и остальные части его тела и органы. И их влекло к Сане.

8. Лайфхак и стыд прикосновений

✦ ✦ ✦

Рано утром я покинул казарму, все молодые воины только-только проснулись и выстроились в очередь в туалеты.

Самовольный уход был нарушением дисциплины, но я уже стал для всех товарищей по отряду кем-то вроде отщепенца. Поэтому меня никто не остановил. Даже Хаки Энгатти.

Мочи-ку я положил в простой сумку и повесил её на плечо. На новый футляр денег уже не было. Туда же бросил набор из двенадцати вязок, выданный мне Илиином.

Путь из Восьмого Кольца в Четвёртое, где находился Дом Опыта, не близок. Я добежал до лестницы Седьмого Кольца. Не сбавляя хода, взбежал на вершину стены Кольца, потом так же резво сбежал вниз.

За месяцы тренировок я и без Внутреннего Взора видел, как окрепла моя Линии Тела. Ощущение выросших физических возможностей было для меня диковинкой. В прошлой жизни я много раз начинал вести спортивный образ жизни. Я читал какие-то книжки по саморазвитию, смотрел какие-то видео с лайф-коучами на Ютубе, потом записывался в качалки, на тренировки и в бассейны. Но быстро забрасывал их все, не успев стать сильнее.

После ежедневных бойцовских тренировок тощие руки Самирана стали жилистыми и мускулистыми. Пробежки перестали быть для меня смертельным испытанием. Я научился прыгать и быстро двигаться, что было необходимо для воина, избравшего своим оружием мочи-ку.

Пробежав немного по улицам Седьмого Кольца, я наконец нашёл стоянку акрабов и долетел до Дома Опыта. Я появился в Доме Опыта раньше обычного, но у входной арки в зал Скрижалей Знания меня уже ждала Реоа Ронгоа.

— У меня был тревожный сон, — тут же сообщила она. — Приснилось, что тебя сожрал огромный чёрный мухит. А я ничем не могла помочь, так как была слишком далеко…

— Надеюсь, сон был не пророческий? — ужаснулся я.

На её худом лице, похожем на обтянутый кожей череп, выразилось искренняя забота.

— Нет ещё. Но я встревожилась и решила, что должна прийти в Дом Опыта пораньше. Не знаю, зачем…

Я был тронут:

— Тебе точно нужно брать «Пророческий сон».

— Почему?

— У меня послезавтра поединок. Пусть и не с огромным чёрным мухитом, а с товарищем по отряду. Вот и предсказала бы.

— Ой! — всплеснула руками Реоа. Многочисленные золотые браслеты зазвенели. — Как ты будешь биться, если не владеешь ни одним боевым озарением?

— Сегодня я должен усвоить хоть что-то.

Она помотала головой:

— Ты столько времени готовился, но теперь будешь принимать озарения в спешке. Это не дело. Я и без «Пророческого Сна» могу предсказать исход поединка.

— Таков Путь…

Но на умную девушку эта глупая фраза не подействовала.

— Какой ещё Путь и куда? Ты усвоишь озарения, которые будут с тобой всю жизнь. И сделаешь это, руководясь не здравым смыслом, а предстоящим поединком. Но жизнь — больше, чем один поединок.

— Не один, — согласился я. — Но мой выбор озарений предназначен не для одного поединка, а для всех двенадцати тысяч. Пошли скорее к Скрижали Выбора.

✦ ✦ ✦

Я решил, что мой набор озарений будет сформирован по распространённой схеме: одно озарение яркой ступени, четыре светлых, три заметных и одно мерцающее. У меня останется тысяча свободных граней, которые я могу использовать для слияния кристаллов. Когда нас обучат этому.

Весь вопрос в том — каким будет яркое озарение?

Я склонялся к «Порыву Ветра» — самое популярное у всех воинов. Оно предлагало множество способов победить противника ещё на расстоянии. Отбросить его, или наоборот — притянуть и придавить к земле вихрем.

Ещё казался неплохим «Огненный Смерч», его рекомендовали тем, кто носил мочи-ку, как главное оружие. Вообще огонь казался логичным выбором для того, кто хотел воевать.

С другой стороны, взять тех же наёмников. Их любимое боевое озарение вовсе не «Порыв Ветра», как у небесных воинов и стражников, и не что-то банальное, связанное с огнём или другими стихиями.

«Призыв Зверя» — вот, что наёмники любили больше всего. Это было одновременно и боевое и управляющие озарение. Ведь призрачные звери явно были порождениями той же группы озарений, что и «Игра Света».

Вид и размер призванного животного зависел от ступени озарения. Незаметное озарение призывало всякую мелочь, типа призрачных мух, тараканов и жуков. На тусклой ступени можно призывать небольших животных, типа крыс и змей. Мерцающее озарение призывало стаи небольших и злых птичек и другой летающей мелюзги.

Заметное — давало в распоряжение озарённого призрачных животных среднего размера, что-то вроде собак, кабанов и волков. А так же тех самых орлов и других летающих монстриков. Светлое озарение «Призыв Зверя» ставило под твоё управление саблезубых тигров, носорогов, буйволов и прочих сильных и тяжёлых животных. Наконец, яркое озарение призывало порождения грязи, тех самых энгаров, гракков, вьевву и прочих мухитов, о которых я всё ещё знал очень мало.

Наёмники применяли «Призыв Зверя» в связке со «Смятением Духа». Поэтому атаки призрачных орлов, которых я видел во время резни во дворце Карехи, навели на меня невыносимый ужас.

Количество призванных зверей зависело от Линии Духа, а срок их жизни от Линии Тела.

Я уже дважды стал свидетелем того, что наёмники, понимали в искусстве боевых озарений не меньше, если не больше, небесных воинов и стражей. Так что их опыт нельзя отбрасывать только из-за того, что в Совете Правителей наёмников посчитали теми, кто ушёл во тьму, и всех их ждало низвержение в грязь.

Заметив мой интерес к этому озарению, Реоа Ронгоа сказала:

— Высокое Моральное Право защищает от призванных зверей. Чем оно толще и твёрже, тем меньше вреда наносят призванные звери. И наоборот — крепкое Моральное Право усиливает призванных тобою зверей.

— Странно, но в Скрижали нет ничего о Моральном Праве…

— Ха. В скрижалях Дома Опыта много чего нет. Учителя ленятся вносить в них дополнительные знания. Поэтому самые подробные описания озарений хранятся в скрижалях домов сословий.

— Ясненько.

Урсаг Намеш, учитель по бою на мочи-ке, рекомендовал мне усвоить «Тяжёлый Удар». Это озарение во много раз усиливало сокращения мускулов озарённого, что придавало всем его ударам огромную силу. Важно было то, что «Тяжёлый Удар» зависел и от Линии Тела, и от Линии Духа. То есть мой потенциальный удар мочи-кой мог вдолбить противника в землю. Или проломить его доспехи и щит.

Мне же это озарение показалось каким-то невзрачным. Даже призыв буйволов круче. Кроме того… мне всё-таки ужасно хотелось крылья. Как можно жить в летающем городе и не летать самому?

Озарение «Крылья Ветра» стало моим навязчивым желанием. Это при том, что все вокруг отговаривали меня от него.

— «Крылья Ветра» сделают тебя уязвимым в полёте, — сказал старец Танэ Пахау. — Ты умрёшь раньше, чем подлетишь к противнику.

Я не мог поверить, что возможность летать не давала больших преимуществ.

— Но ведь это не так, — поспорил я с Маджей Патнуга. — Нанесение удара с воздуха по противнику, который прикован к земле — это же чистая победа!

— Было бы победой, — кивнула Маджа, — но только не в случае, если противник готов к воздушной атаке. Кроме того, твоё главное оружие — мочи-ка, а не метательные ножи или солнечный круг. Толку-то, что ты будешь летать с мочи-кой в руках?

А Хаки презрительно добавил:

— Летают только слабаки-разведчики, а не настоящие воины.

Для Хаки все, кто не мог забить врага голыми кулаками, были ненастоящими воинами.

Тогда я пошёл за советом к Урсагу Намешу, учителю фехтования на мочи-ке. Надеялся, что есть какая-то тайная техника боя, предполагающая наличие «Крыльев Ветра».

Но и он меня расстроил:

— Тому, кто бьётся мочи-кой нужны не крылья, а ноги. «Проворство Молнии» или «Ускользающий Свет» — вот что тебе надо.

✦ ✦ ✦

Тогда я отыскал в Скрижалях описание «Ускользающего Света». Оно оказалось озарением, которое ближе к магии, чем к тому, что можно объяснить наукой. Оно вызывало изумление и вопрос: «Да блин, как это вообще возможно?»

Если верить скрижали, то озарённый «Ускользающим Светом» исторгал луч света (в Скрижали указано, что «из очей своих»), и моментально перемещался вслед за этим лучом.

Каждая ступень озарения открывала новые возможности. На светлой ступени можно перемещать вдоль луча не только себя, но и других людей или объекты. На яркой ступени можно мгновенно перебросить целый отряд воинов на огромное расстояние. Какое именно расстояние в скрижали не указано, вместо этого написано просто: «Так далеко, насколько простирается зоркость очей твоих».

«Ускользающий Свет» напоминал «Проворство Молнии», которое тоже позволяло очень быстро перемещаться. Оба эти озарения значились как и боевые, и управляющие.

Но в случае с молнией, ты именно что перемещался, а это занимало некоторое время, увеличивающееся с расстоянием. Тогда как «Ускользающий Свет» работал со скоростью света. К тому же лучу света не мешали ямы и обрывы.

Всё из-за того, что перемещение с помощью луча или со скоростью молнии можно обратить во вред противнику. Например, переместить его вдоль луча куда подальше. Или ударить об скалу. Или нанизать на копья. Или наоборот — не трогать противника, а телепортировать на его голову огромный валун.

Если «Ускользающий Свет» только перемещал людей и предметы, то «Проворство Молнии» имело опцию дополнительного электрического поражения всех врагов, расположенных вдоль твоей траектории движения.

Урсаг Намеш, учитель боя на мочи-ке, обладал светлым озарением «Проворство Молнии», которое не раз нам демонстрировал. Он молниеносно проносился между рядами манекенов, за считанные секунды поражая их электричеством и одновременно разбивая их деревянные головы мочи-кой. Выглядело впечатляюще.

— Конечно, живые люди не будут стоять и ждать, когда вы поразите их молнией и стукнете мочи-кой, — сказал Урсаг Намеш. — Более того, они будут ставить заслоны для вашего озарения. Но в преодолении этих заслонов и будет заключаться ваше мастерство.

Я не мог не согласиться, что для воина с мочи-кой и «Ускользающий Свет», и «Проворство Молнии» предпочтительнее, чем медленные «Крылья Ветра».

Но я всё равно хотел летать.

Моим доводом в пользу усвоения «Крыльев Ветра» стали небесные стражники. Ведь все они летали и переносили арестованных в Прямой Путь именно на крыльях!