– О чём вы плачете? – спросила Верочка.
– Госпожа наша дорогая, младшая сестра ваша, благодетельница наша святая и добрая заболела из-за клеветы неправедных людей! Мне она много добра сделала, жалко её… – ответила одна из крепостных девиц.
– И мне много добра сотворила ваша сестра! Жалко её, все мы её любим! – вторила со слезами другая крепостная девица.
Верочке стала очень стыдно, она побежала в горницу младшей сестры. Болезненно бледная Любовь лежала в кровати с балдахином, а вся семья, включая братика Артёмку, пытались утешить её.
–Хочешь, Любонька, конфет, вкусных, шоколадных? – спросил Артёмка.
– Хочешь, доченька, мы тебе платье красивое у портнихи французской закажем? – предложила Светлана.
– Хочешь, артистов бродячих позовём, пусть посмешат тебя? А не хочешь, так поедем в театр! – попытался поднять настроение дочери Виктор.
Верочке стало стыдно и неприятно, жар прилил к щекам. Девушка уже начала жалеть о своём поступке. «Бедная Любаша! И всё из-за меня! Я так виновата!» – думала Верочка, когда бежала в отцовскую библиотеку за книгой «Как поднять настроение».
– Вот! – крикнула Верочка – В этой книге мы найдём способ поднять Любаше настроение!
– Ах, оставьте меня! Я хочу побыть одна, мне нужно пережить это! – отвечала тихо Любовь, с трудом поднимаясь с постели.
– Надо её на воды отвезти… – тихо предложил отец, Светлана в скорби молчала, у Артёмки капали слёзы из огромных глаз.
А тем временем Любовь спустилась в гостиную, села за рояль и стала играть минорную красивую гармоничную мелодию.
«Что же я наделала! Ужас! Как я могла так согрешить!» – печалилась Верочка, но спустилась к сестре и попробовала утешить её:
– Любанечка, сестрёнка, да никто не поверил тому офицеришке! Ты – придворная дама императрицы, ты юна и красива, ты найдёшь жениха!
– Главное, что Сергей поверил! Другого жениха мне не надо, я не смогу никого больше полюбить… – напевно отвечала Любовь.
– Ну, хочешь померить моё свадебное платье? – предложила Верочка, но Любонька отвечала:
– Зачем? У меня готовое платье уже в сундуке лежит, с белыми розами, не хуже твоего, да только не пригодится мне оно. Кстати, Вера, ты непротив, если я на вашу с Сергеем свадьбу это платье одену, а то я не успею другое сшить…
– Конечно, не против, – отвечала Верочка, желая хоть как-то помочь сестре.
В день венчания настроение у Верочки было неважное, хотя её всем домом наряжали в шикарное платье и полог с венцом: ей было тяжело смотреть на страдания младшей сестрёнки.
Сергей прибыл тоже не в духе, даже не взглянув на Верочку, взял её под руку и пошёл с ней к гостям: торжественная процессия должна была двинуться в церковь. Среди гостей было много важных особ и даже сама императрица Елизавета Петровна. Гости выстроились перед церковью, а жених и невеста проходили мимо гостей, карет…
Вдруг Сергей увидел Любовь среди гостей и с такой нежной любовью и сочувствием посмотрел на девушку, а Любовь ответила ему столь же влюблённым и тоскующим взглядом, что Верочка не выдержала и громко, краснея от стыда, изрекла:
– Знаешь, Сергей, я на чужом месте, так что венчаться я с тобой не пойду! Дело в том, что Любовь не виновата перед тобой: она действительно, невинна, а кольцо я дала Боброву специально, чтобы поссорить вас! Мне стыдно, но это так. И я вижу, что вы с Любашей по-прежнему любите друг друга, так что проси прощения у неё, и, если она простит, я исправляю свою ошибку, уступаю место…
Сергей сначала, потрясённый словами Верочки, застыл, а потом со слезами встал на колени перед Любашей и торжественно изрёк:
– Ангел мой, прости, что поверил клевете, я люблю только тебя одну, стань моей женой, прошу тебя, я сделаю тебя самой счастливой женщиной на Земле!
Любовь заплакала и затрепетала от счастья, прильнула к Сергею со словами:
– Милый мой, я с радостью сплету наши жизни в одну!
Вера почувствовала, будто бы сняла грех с души или камень с горла, выдохнула и с доброй улыбкой накинула на сестру полог и водрузила на причёску венец.
– Идите же венчаться, счастливая влюблённая пара! – воскликнули все, и Сергей с Любашей отправились в церковь, а после службы молодожёны так нежно, заботливо, аккуратно и целомудренно поцеловались и обнялись, что все умилились. Родители были счастливы за младшую дочь, Светлана прослезилась. Верочку же никто ругать не стал, наоборот, похвалили за то, что вовремя призналась в интриге…
Вера находит своё счастье
Любовь стала супругой Яснова и уехала из отчего дома, но часто проводила выходные в церкви или с родителями и братиком Артёмкой. Артём же взрослел и набирался сил, становился красивым юношей, и вскоре тоже сыграл свадьбу с хорошей благородной девушкой, но решил остаться в усадьбе и досмотреть Светлану и Виктора за то, что они приложили столько усилий к тому, чтобы он догнал в развитии сверстников и стал счастливым человеком.
Вера же затосковала, грустно размышляя: «Видно мне быть старой девой за то, что я чуть сестре жизнь не испортила…».
Но однажды Артём беседовал с друзьями, и один из друзей пристально посмотрел на Веру. Его взгляд ореховых очей, пронзительный и спокойный, поразил Верочку.
– Что вы на меня так смотрите, молодой человек? – удивлённо и возмущённо спросила Верочка.
– Вы прекрасны, графиня! Можно, я напишу о вас сонет? – отвечал кавалер.
– Какой вы интересный, а как вас зовут? – заинтересовалась Вера.
– Князь Игорь Клинков, графиня Вера!
Вера улыбнулась, а Игорь восхитился:
– Вера, как вы хороши, когда улыбаетесь!
Девушка смутилась и убежала в свою горницу, Артём последовал за ней и изрёк:
– Не бойся и не смущайся, сестра. Клинков – мой хороший приятель и интересный человек, он хочет прогуляться с тобой по саду…
Вера нарядилась в нежное персиковое платье и вышла к Игорю, и они отправились в сад. С тех пор каждое воскресение Игорь и Вера беседовали в саду, и лето, и осень пролетели весело и не заметно, Вера посвежела, перестала грустить, а после Рождества Игорь посватался к Вере. Вера вздохнула от счастья: она выходила замуж по любви…
Всеобщее примирение и счастье
… В тот год на Рождество у Виктора и Светланы собрались все дети со своими семьями: Любовь с Сергеем и тремя доченьками, Артём с супругой, ожидающей ребёнка, и Вера с Игорем и маленьким сыном.
Дружно и весело справляли при свете свечей и блеске стеклянных игрушек всей семьёй праздник Рождества Христова Добросердовы.
– Скажи, Любовь, ты меня простила? – спросила вдруг Вера.
– Конечно, простила, Верочка! Ты же мне сестрёнка! – ответила Любаша и обняла Веру.
– Спасибо Господу за то, что в нашем доме всегда жила и живёт и будет жить вера во Христа! – воскликнули все дружно.
Христианин и блудница
Молодая игуменья женского монастыря Надежда, милая хрупкая девушка в монашеском одеянии с серыми распахнутыми очами, которые, казалось, светились любовью к Господу, ехала в машине в свой монастырь и раздавала ласковым, совершенно не приказным тоном, монахиням указания по телефону. Старческий голос спрашивал:
– Игуменья, вы уже решили, куда мы везём пасхальную снедь?
– На Пасху мы поедем детские дома «Колокольчик» и «Тропинка», а так же в дом престарелых «Дом милосердия», я уже созвонилась и договорилась, что мы привезём снедь и открытки… – отвечала молодая игуменья.
– А когда мы будем проведывать больных раком?
– Ну, это я ещё пока не знаю, нужно взять благословение у батюшки и приготовить подарки… – таким же невозмутимо-добродушным тоном отвечала молодая монахиня.
– Матушка, позвольте предложить сделать это на Радоницу!
Молоденькая игуменья поменялась в лице: побелела, загрустила, осунулась. После долгого молчания Надежда тихо произнесла:
– Нет, на радоницу я занята, прошу простить Христа ради. И я сегодня не смогу решить этот вопрос, я неважно себя чувствую…
– Ох, какая скорбь, матушка! Мы помолимся за вас! – нежно изрёк старческий голос монахини.
Надежда же отключила телефон и попросила шофёра:
– Остановите, пожалуйста, машину, я выйду. Я пойду пешком!
Весна находилась в самом зачаточке, крохотулечные зелёные почечки украшали берёзки, на небольших проталинах росла и благоухала верба, лаская щёчку Надежды мягкими катышками.
А Надежда прошлась по парку, села на качели и заплакала: она вспомнила историю своего обращение к православной вере, вспомнила человека, которому посвящала всегда радоницу…
Всё началось в тот день, когда Надежда ещё жила в миру и была Верой, хрупкой сероглазой девушкой шестнадцати лет. День этот стал последней каплей в чаше терпения Веры, потому что её родители, которые часто употребляли алкоголь, привели в квартиру компанию грязных нетрезвых собутыльников.
– Всё! – закричала Вера, собирая в маленькую спортивную сумочку нехитрые пожитки – Я ухожу из дома!
Вера выполнила угрозу и поселилась у подруги, Юли, девицы лёгкого поведения, устроилась работать уборщицей, но скоро оказалась в долгах, как в шелках.
– Юля, что мне делать? Я в отчаянии! Я не могу прокормить себя и учиться! Что мне делать?
Юля, ярко накрашенная девица в модном красном платье, вальяжно ответила:
– Верунчик, просто нужно зарабатывать таким же способом, как я!
Сначала Вера серьёзно обиделась, но потом задумалась:
– Страшно… А как это делается?
– Давай я тебя приодену, и мы с тобой пойдём в торговый центр и там подцепим богатеньких мужчин!
Тошно от одной мысли о таком падении было Вере, но, переодевшись в тёмно-синие платье и ботфорты Юли, девушка пошла за подругой.
Смешно смотрелась замученная худая юная вера в вульгарном наряде не по размеру.
Юля уже через полчаса пришла с деньгами, потом снова уехала с кавалером на дорогой машине, пропала на два часа, а к Вере никто не подходил, не обращал на неё внимания. Сама Вера дрожала, как осиновый лист, бледнела от стыда и страха и боялась затронуть кого-то первой.
Переминаясь с ноги на ногу, сжавшись от мук совести, испуганно, как птичка, смотрела вокруг Вера.
Вдруг в торговый цент вошла шумная компания молодых людей. Среди пятерых ребят примерно семнадцати лет особенно выделялся худенький высокий бледный юноша с длинными каштановыми волосами, лучезарной улыбкой и большими карими глазами. Выделялся он не только обаянием и располагающей внешностью, но и одеждой: одет он был в синюю рубашку и тёмные классические брюки, это добавляло ему культурности и аккуратности.
Шумная компания сначала очень напугала Веру, но, когда девушка разглядела, что ребята не намного старше её, она набралась храбрости и затронула лучезарного юношу:
– Молодой человек, не хотите отдохнуть? Предоставляю услуги любви…
Длинноволосый юноша по-доброму посмеялся и ответил:
– Извини, услугами блуда не пользуюсь по религиозным убеждениям. Да и малая ты ещё к нам клеиться!
Молодой человек отправился в отдел, где продавали наушники. Вера посмотрела с отчаянием ему в след, и ей пришла мысль:
«Раз он – верующий, может он даст мне денег, как благотворительность, просто так? Или хотя бы даст в займы?».
Вера со слезами на глазах окликнула юношу:
– Молодой человек, дайте в займы, пожалуйста! Мне очень нужно! Выручите, умоляю!
Молодой человек с большими карими глазами принял серьёзный вид и спросил:
– Деньги я дам тебе, можешь не отдавать, только скажи, зачем они тебе!
– Я задолжала всем, когда работала уборщицей, поэтому мне срочно нужны деньги, а то я своим не очень честным ремеслом ничего не зарабатываю…
– Так, – вдохнул молодой человек – А зачем ты устроилась уборщицей, когда тебе учёбой заниматься надо? Где твои родители?
– Я бы с радостью, но дома я не могу учиться, родители мои злоупотребляют алкоголем, и я, честно говоря, сбежала из одного ада в другой… – призналась Вера, и так девушке стало тяжело, что она заплакала.
– Ладно, тебе носом хлюпать, не театр здесь. Не бойся, я тебя в беде не брошу, на то и христианин. Знаешь притчу о добром самаритянине?
– Нет… А что?
– Ну, по пути расскажу, меня, если что, Глеб Ладонов зовут. Садись в машину…
Вера от испуга чуть не вскрикнула, побледнела и спросила:
– Ты, что, покупаешь мои услуги?
– Обижаешь, нет, конечно! – оскорблёно оттолкнул Глеб новую знакомую – Мы едем долги твои оплачивать и устраивать тебя на нормальную работу!
Вера от счастья подпрыгнула. Тут Глеб обратил внимание на её внешний вид и, забавно закатив глаза, произнёс:
– Как тебя зовут?
– Вера…
– Так вот, Вера ты моя, в таком виде тебя на работу не возьмут, а пошлют сюда обратно. Я тебе куплю приличную одежду и обувь!
В одном из недорогих бутиков Глеб подошёл к стойке с блузками и длинными юбками, выбрал изящную блузку и синюю длинную юбку, подал «это благолепие» Вере со словами:
– Иди в примерочную!