Блондинка хочет замуж-2, или Весна в Хьюстоне

Племянник Глории, временно обосновавшийся в трейлере Аудри, был постоянным посетителем аукционов подержанных автомобилей. Как я поняла, машины на аукционах он покупал дешево, а потом продавал дороже частным клиентам, не вложив в них никакого труда. Он обещал взять меня с собой на аукцион как минимум пять раз, и каждый раз находилась причина, почему никак нельзя этого сделать. То дождь пошел, то аукцион якобы отменили, то еще что-нибудь… Ввиду того, что эти торги проходили каждые три дня, бросила надежду попасть туда я только через пару недель, а до этого верила в реальность такого обещания.

Уже через несколько дней, проведенных в ограниченном трейлерным поселком пространстве, я начала не на шутку томиться. На этот раз я даже не знала, как добраться до аэропорта, чтобы арендовать машину, общественный транспорт в Пиарленде не функционировал, а до ближайшей остановки автобуса на границе с собственно Хьюстоном было более двадцати километров. Дочь Глории согласилась отвезти меня в аэропорт рано утром, по дороге на работу, с тяжелым вздохом – совсем не в тему ей было такие круги наворачивать. Как обычно, я оформила заказ на машину заранее, с отменой бронирования, поэтому и страховку на машину собиралась заказывать, как всегда прежде делала, прямо перед стойкой фирмы, через интернет, у третьей стороны – компании Альянс, относительно дешево.

Но перед стойкой выяснилось, что правила изменились, и теперь Альянс страхует машину за 24 часа до ее оформления на стойке регистрации. К тому же за стойкой стояла молодая афроамериканка, а они меня терпеть не могут. Дама отказывалась выдавать мне машину без страховки, страховка непосредственно от арендатора стоила сотню долларов в день, даже самая дешевая. Деньги это были для меня совершенно немыслимые, поэтому я закрыла свою бронь и никакую машину у этой фирмы брать вообще не стала. И вот осталась одна в аэропорту, без общественного транспорта, чтобы домой вернуться, и звонить кому-то с просьбой о помощи посчитала неприличным, рабочий день в разгаре. Поспрашивала на других стойках в аэропорту, машин либо нет, либо опять только с бешеными страховками «от производителя». Пришлось засесть прямо там в интернет и искать у фирм-посредников. По счастливой случайности нашла за 59 долларов в день плюс их собственная страховка 11, так что машина вышла 70 долларов в день. Но ввиду того, что поездка на такси из аэропорта домой вышла бы в половину этой суммы, пришлось раскошелиться.

Безумно счастливая за рулем новой красивой машины, я решила водить весь день, точнее, оба дня. Но здравый смысл уже не просто подсказывал, он кричал: «Только расходы и никакого прихода, этак и в нищету можно вскоре скатиться!» Да, этот случай наглядно продемонстрировал, что машину арендовать стало очень затруднительно, я поменяла место жительства, переехав из центра Хьюстона (дом Оксаны, книга «Блондинка в Южных Штатах») в пригород, компании-арендаторы поменяли условия… Пришлось всерьез задуматься о покупке собственного автомобиля.

Узнав, как называется сайт с местной доской объявлений, я попыталась посмотреть машины там и позвонить по предоставленным телефонным номерам, но ни с кем из респондентов не смогла договориться о встрече. По-видимому, нужно было обладать какими-то неизвестными мне навыками, в дополнение к пониманию речи на слух. Люди отвечали расплывчато, было не ясно, то ли продают они машину, то ли нет, то ли это вообще фрики какие-то, подавшие объявление с неизвестной, но явно криминальной целью. Один из собеседников неожиданно заявил мне, что я грубая, со мной иметь дело он не будет, и бросил трубку. А я вовсе не грубая, я напористая, и так мы разговариваем по телефону в Москве – по делу, без всяких там расшаркиваний. Много позже, на языковых курсах, профессор объяснил мне, что наша экспатская привычка чеканить каждое слово делает речь действительно грубой для восприятия американцев, у них есть определенный ритм предложения, с выделением одного смыслового слова во фразе из, скажем, четырех слов – но тогда я этого и близко не знала.

Поэтому выход я видела только один –попросить Марка, пусть он поговорит по телефону, раз уж я такая грубая… Марк неизменно был для меня самым полезным человеком в Хьюстоне, и, хотя познакомились мы при весьма комичных обстоятельствах (Книга «Блондинка хочет замуж, или Зима в Хьюстоне»), он неизменно проявлял благотворительность при непонятной мне мотивации, и вроде бы даже получал удовольствие от процесса оказания помощи.

Не откладывая дела в долгий ящик, я предложила Марку забрать меня из аэропорта, когда придет время отдавать арендованную машину, то есть назавтра. Мы приехали к нему домой, Марк открыл тот же самый сайт, но видел там что-то другое, чем до этого видела я, потому что никому не звонил. Я сперва наслаждалась процессом, глядя, как Марк искал машины – он напоминал мне орла, обозревающего с высоты долину и выискивающего добычу. Но терпение мое быстро закончилось, и я попыталась вмешаться. «Учишь ты повара суп варить? Нет? Вот и оставь меня в покое», – пытался отвязаться он от меня, вызвав в памяти забавные воспоминания о недавней варке борща. Но потом снизошел все же до объяснений: «Объявлений здесь очень много, просто море, но многие из них от дилеров, то есть придется заплатить 200-300 долларов сверху настоящей цены. Поэтому надо больше, чем на сами автомобили, смотреть на людей, которые их продают, это должна быть приличная семья белых американцев». «Как же узнать, кто там продавец?» – недоумевала я. «По стилю объявления уже многое понятно, а звонить я буду, только когда отберу два-три самых подходящих варианта», – сказал он, как отрезал.

Через час мы выехали на просмотр первой машины. Находился адрес на краю географии даже для Хьюстона, за автомобиль 1999 года выпуска хозяйка просила 900 долларов, короткий тест-драйв показал, что машину нужно просто выбросить на помойку немедленно, а не просить за нее каких-то денег. На этот просмотр мы ехали около часа, по следующему адресу – еще час…

Так я поняла, что за тысячу долларов ничего не куплю. Дешевых машин вроде было и много, но когда выезжаешь на них смотреть, жалко времени потом, выглядят они вовсе не как на фото, а уж едут… Непонятно, следующие двести метров проедут или заглохнут. Точно так же разбились и мои надежды показать авто перед покупкой мастеру для определения поломок, поэтому я машину выбирала просто уже по звуку мотора. Ведь поехать в мастерскую в этих условиях, когда сначала встречаешься с продавцами после длительного проезда к ним, а потом неизвестно, насколько быстро стемнеет, где находится механик и, если даже близко, он скорее всего окажется знакомым этих людей и скажет то, что им надо. Подытожила свои невеселые мысли: новая, неизвестная мне среда, слишком специфичны люди, разговаривают иначе (если я их вообще понимаю), другой менталитет – вобщем, без Марка действительно идея не подлежит воплощению. Но Марк не будет меня бесконечно катать, вот он выделит день, максимум два, а потом своими делами займется, и все на этом, конец проекта. Поэтому буду покупать машину гораздо дороже, чем собиралась, и одному Богу будет известно, что там у нее внутри. Но мне это должно быть не так уж важно, это будет моя первая машина здесь, и, скорее всего, не последняя.

У молодой семьи, что приехала на следующую встречу, прихватив своего двухмесячного малыша, автомобиль оказался самым приличным из просмотренных в этот день. Правда, кожаная обивка на передних сиденьях была здорово потерта, но ведь можно и чехлы на них надеть. Марк заливался соловьем, демонстрируя качества классного продажника, а в нашем случае покупателя, виртуозно умеющего торговаться. Молодые супруги очень загрустили, когда Марк назвал финальной такую цену, что была почти вдвое меньше начальной, но для меня и эта, новая, цена все равно казалась слишком высокой. Девушка стала звонить отцу, живущему по соседству, тот через пару минут приехал и вдруг заявил: «Иностранке лучше не продавать, потом от нее (иностранки то есть, и меня конкретно) могут возникнуть всяческие неприятности». Это был неожиданный ход, я распрощалась с мыслью о покупке машины, но пара обещала «подумать до завтра».

И вот с утра – долгожданный звонок, мы с Марком мечемся по разным банкоматам в поисках наличных, которые надо отдать за автомобиль, а молодые люди приезжают с готовыми уже документами на куплю-продажу. Подписание бумажек, передача американских дензнаков из одних рук в другие – и вот я уже еду в Пиарленд за рулем своей личной машины!

Будем считать, что под жарким солнцем Техаса белый цвет предпочтительнее))) Наслаждаюсь прохладой кондиционера, тревожно прислушиваюсь к работе двигателя, и стараюсь отогнать от себя мысль, что без страховки ездить нехорошо, и что рано или поздно этим вопросом придется заняться, надо только дать возможность Марку немного отдохнуть от моего общества.

Припарковавшись на площадке у трейлера, я вылезла из машины с видом триумфатора, еле отодрала от себя визжавшую от восторга Глорию и побежала в дом, подключаться к интернету. С наслаждением отменила резервацию машины, на всякий случай заказанную на ближайшие выходные, мысленно показывая комбинацию из трех пальцев и той афроамериканке, что не давала мне страховку в прошлый раз, и всем арендным компаниям, вместе взятым – больше от меня они денег не увидят!

Через некоторое время я прошла перерегистрацию машины на нового владельца в специальной инспекции, и техосмотр перед тем, как пройти эту самую перерегистрацию, а даже страховку сделала. Но на аукцион подержанных автомобилей через много месяцев все же удалось попасть – не для покупки машины, а просто для общего развития и знакомства с местными реалиями. Пригласил меня туда мой старинный приятель – архитектор Фабио, который вдруг решил, что пришла пора ему параллельно заняться частным бизнесом, и подумывал о скупке подержанных машин с их последующим ремонтом и реализацией.

Итак, мы вошли в большой ангар, в котором по центру было установлено что-то типа помоста, там восседал человек в ковбойской шляпе и что-то очень быстро говорил в микрофон. Я даже сначала подумала, что это предварительное выступление юмориста, для «разогрева» публики перед аукционом, например, потому что все вокруг громко смеялись. Но прислушавшись, стала разбирать, как выступающий тараторил: "Лот № 2, начальная цена 500 долларов, кто больше, брум-брум-брум-брум-брум (буквально так! Но, возможно, и рум-рум). Вот тот парень, слева во втором ряду, 900 долларов, кто больше, брум-брум…"  и так далее. Машины заезжали в ангар по очереди, одна за другой, покупатели осматривали их навскидку, причем на каждую машину уходило около одной минуты, не больше. В целом все действо продолжалось минут двадцать, после чего Фабио пояснил мне, что все (!) машины оказались проданными. По каким критериям оценивали их присутствовавшие покупатели, так и осталось загадкой, но опыт в таком деле нужен колоссальный, конечно.

Потом мы поехали в ресторан, где Фабио угостил меня обедом. За соседним столиком сидел ветеран Второй мировой войны, старый дедушка, которого Фабио знал – периодически переводил ему какие-то деньги в качестве благотворительности. Я обратила внимание, что старичок был вооружен, почувствовала себя немного неуютно в этом ресторане и пожаловалась Фабио. У нас тут же возникла дискуссия по этому поводу. Он обратил мое внимание на то, как много людей в Техасе носят с собой оружие, то у одного, то у другого из-под куртки виднеется краешек рукоятки. В основном это пистолеты, все они заряжены и готовы к немедленному применению. Но бояться этого, по убеждению Фабио, не надо. «Вооруженные люди – самые мирные в США, они проходят медицинский осмотр, хорошо знают, как обращаться с оружием, и несут полную ответственность. Оружие носят только для защиты» – утверждал он. Сам Фабио всегда возит свой пистолет уложенным возле сиденья под правой рукой, а когда выходит из машины, перекладывает во внутренний карман куртки. Обойма с патронами всегда полна. Ввиду того, что я этого никогда не замечала, так виртуозно он проделывал эти манипуляции, и до сих пор не выработала еще собственного однозначного отношения к этому явлению, долго спорить не стала, изменить все равно ничего не смогу.

Эпизод 2. Сан-Антонио, Остин и Даллас

Машина вела себя вполне прилично, пару раз мы протестировали ее в поездках на пляж, и вот решились, едем в Сан Антонио. Всего-то три часа по трассе, с заказанным детьми Глории отелем и выданными средствами на посещение ресторанов.

Этот город просто великолепен! Такая маленькая Венеция, только без плесени на стенах зданий. Ожидаемой толпы туристов, правда, нет и в помине. Тишь да гладь, в ресторанчиках у воды можно приятно посидеть в тенечке, наслаждаясь бокалом мартини и глядя на речные медленные воды, от которых веет прохладой. По реке плавают барки с желающими покататься за смешную цену, а ближе к вечеру кругом слышна живая музыка, на каждом метре буквально. К ночи толпы все же собрались, разномастный народ слонялся туда-сюда по набережной, а молодежь выплясывала на открытых дискотеках.

Река – извилистая и с притоками, вдоль берега сооружен пешеходный помост из камня, посажены тропические растения, установлены скамеечки, сделаны искусственные водопадики… Красота! Все гуляют, и каждые сто метров есть лесенка, с выходом наверх, на улицу и проезжую часть, и там тоже очень красивые дома. Не ожидала такого в Техасе. Теперь Эль Пасо кажется пыльной деревней, а Хьюстон – индустриальным монстром без единого уголка живой природы.

Город врачей и студентов, здесь есть несколько университетов и большой медицинский центр трансплантологии. Жаль, что у нас мало времени, ведь здесь столько музеев, парков и особенно музыкальных фестивалей! В Сан Антонио надо приезжать на неделю минимум, и приедем когда-нибудь, конечно. А пока что – две бессонных ночи, два дня на ногах – ценой неустанных гуляний деньги, выданные семьей, удалось-таки освоить!

Глория очень рада новым впечатлениям, и мы постоянно с ней хохочем – я научилась шутить на испанском, куда деваться…

Вдохновленные первым успехом, на следующей же неделе мы собрались в новую поездку. Те же три часа, но по другому шоссе – и вот мы в Остине, столице Техаса.

«Снова в дорогу, снова в дорогу нам торопиться, надо узнать, надо узнать, что там за птица?» (детская песенка). Действительно, почему столицу Техаса разместили в относительно маленьком городе Остин? Выясним, конечно, только вот кто придумал такое ограничение скорости на прекрасных многополосных автострадах? Для россиянки за рулем это просто мука)))

Как оказалось, это такая особенность устройства США – столицы штатов располагают почему-то всегда в небольших городах, в стороне от промышленных центров. Таким образом, вероятно, уменьшают трафик и в целом удешевляют обслуживание государственных учреждений, но уж очень непривычно. Впрочем, население Остина растет невероятными темпами, так как он стал столицей еще и для компьютерщиков и прочих специалистов в области высоких технологий, и по популярности теперь соперничает со знаменитой Силиконовой долиной в Калифорнии.

Но при первом же взгляде на Капитолий приходится соглашаться – да, столица. Величественно, монументально, супер, как патриотично. Тем более с 1840 года аж… с такой древней историей не поспоришь, однако.

Узнала, наконец, кто такие рейнджеры. Первое неформальное подразделение техасских рейнджеров было создано «отцом Техаса» Стивеном Остином в 1823 году для защиты американских переселенцев на территории Техаса, принадлежавшего в то время Мексике. Они охраняли общественную безопасность, а именно: занимались расследованием уголовных преступлений, поимкой разыскиваемых преступников, восстановлением общественного порядка – серьезные ребята.

Здесь, в парке возле правительственного здания, девушки по мексиканскому обычаю отмечают кинсеньеру – вступление в пору зрелости. Неосведомленные могут только удивляться, откуда в одном месте столько нарядных невест без женихов – а это родители девушки в долги залезли, лишь бы справить ей приличное платьице на пятнадцатилетие.

Кроме парка, в Остине оказалось множество симпатичных мест для отдыха, ботанический сад один чего стоит. Опять же Hot Springs (горячие источники) – осуществилась наконец моя подростковая мечта – помочить ноги в реке Колорадо.

Изумительная музыкальная жизнь города прошла мимо… потому что таких пробок нет, наверное, больше нигде, хотя казалось бы трудно удивить бывшего водителя по Москве. Остин – город-пробка, всегда, во всех направлениях. Однако уличные музыканты почти компенсировали все разочарования, один человек сумел изобразить целый джаз-банд.

Глории так понравилось разъезжать со мной по городам и весям, что остановить ее было невозможно, она снова и снова выпрашивала у своего семейства денег нам на дорогу в новые неизведанные дальние дали. Следующим в списке стоял Даллас – второй по величине город в Техасе после Хьюстона. Но на этот раз дети призвали мамашу к совести и предложили пожить не в отеле, а у знакомой, как у нас сказали бы, «седьмая вода на киселе». Лучшая подруга по колледжу той самой незадачливой невестки Мидии, по имени Есения, обосновалась в Далласе, как-то очень удачно выйдя замуж (в отличии от Мидии, имевшей несчастье связаться с выпивохой – сыном Глории). Есения готова была нас принять в своем большом доме в престижном районе Далласа, а также сопроводить нас на экскурсию по городу на своем фешенебельном автомобиле.

До Далласа мы ехали 5 часов, и моя новая машина развивала какую угодно скорость, главное – на патруль бы не нарваться на трассе. Быстро нашли нужный дом, побросали сумки, перекусили и поехали осматривать центр.

Есения попросила меня сесть за руль ее автомобиля, мотивировав это тем, что обычно ездит только в булочную за углом, не дальше, а на дороге к центру города будет неуютно чувствовать себя за рулем. И вообще боится хайвеев и связанной с ними толкучкой. Мне не составило никакого труда отвезти всю компанию в даунтаун (с нами напросилась маленькая дочка Есении), и для парковки мы выбрали самую центровую стоянку, как позже выяснилось, частную. Напротив Пионерского парка мы совершенно легально припарковали автомобиль, заплатив за три часа, так мы прикидывали по времени свою прогулку, немалые деньги. Только вот как именно оплачивать, было не ясно, у выхода стоял автомат, и инструкции в нем было очень невнятными. Вывернувшийся неизвестно откуда молодой парень предложил нам помощь. Он бойко декламировал инструкции, появляющиеся на экране, а в нужный момент принял у меня денежные купюры и вложил их в автомат. Затем он выдал мне квитанцию об оплате, которую рекомендовал положить изнутри машины на лобовое стекло – все было сделано честь по чести.

Даллас сразу же впечатлил своим ухоженным старым центром, где высотные здания очень гармонично перемежались со старинными особняками. Затем мы пошли на Pioner Plaza, которая названа так в честь первопроходцев Америки. Пионер Америки – это охотник или ковбой, человек зрелый и опытный. На этом самом месте когда-то была ярмарка скотоводов, с той ярмарки город и начался. Чтобы напомнить об этом, а заодно развлечь туристов, местные жители поставили здесь «скромный» памятник: десятки круторогих быков и коров в сопровождении трёх конных ковбоев переходят речку, все из бронзы в натуральную величину, причем речка хоть и небольшая, но настоящая.

Мне понравилось фотографироваться с ковбоем. Чувствовала себя, как та девушка, что «на позицию провожала бойца».

Забегая вперед, скажу, что на следующий день, уже на моей машине, мы съездили в другое примечательное место – Форт-Уорт, где жители оставили практически нетронутым старый район “Скотный Двор». Именно здесь можно найти “настоящие” ковбойские салуны, в специальные часы представлений по местным дорогам пастухи, как и раньше, прогоняют стада длиннорогих (long horn) быков, а на местных аренах постоянно устраиваются родео.

А в тот солнечный день мы посетили и другие достопримечательности центра Далласа, пообедали в соседнем Мак Дональдсе наскоро и поспешили вернуться на стоянку – время парковки подходило к концу. Каково же было наше удивление, когда машину Есении мы увидели «демобилизованной» – другими словами, к передним колесам было прицеплено специальное устройство, не позволяющее им крутиться. Устройство было заперто на замок, и было непонятно, кто же такое умудрился сделать и почему. На лобовом стекле под дворником нашлось объяснение происходящему, в виде желтого листика с телефоном владельцев парковки, а точнее, менеджеров, занимающихся нарушениями парковочных законов и правил. Я бросилась звонить, но мне ничего не объяснили по телефону, а пообещали прислать «представителя».

Действительно, довольно быстро прикатил на мотоцикле парень, и объяснил нам, что наша квитанция об оплате парковки пробита вроде бы и на то время, что мы отсутствовали, но на вчерашнюю дату. Мы достали этот квиточек из машины и долго вертели в руках, не понимая, как такое могло случиться – в самом деле, дата была не актуальная! Потом успокоились немного, вспомнили по частям весь процесс оплаты и догадались, что добровольный помощник успел подменить нам квитанцию в какое-то мгновение ока – мы ведь втроем стояли рядом и смотрели на него! Вот уж точно «ловкость рук и никакого мошенства»… А главное – зачем? Он что, хотел настоящую квитанцию использовать для легальной парковки своего автомобиля, то есть, припарковаться за нас счет? Как-то уж очень сомнительно.

Позже Марк поведал мне золотое правило парковки в любом американском городе: никогда не оставлять машину в даунтауне! Все мошенники сосредоточены именно вокруг старого центра, и обман доверчивых приезжих приносит неплохие дивиденды. Ловкачи действуют в сговоре с владельцами стоянок, делят прибыль и живут припеваючи. А делить было что… Когда «представитель» озвучил сумму штрафа в 400 долларов, которые он мог принять только наличными, мы впали в прострацию. Есения стала звонить мужу, потому как машина была оформлена на его имя, да и вообще, очевидно, это был традиционный способ решения всех проблем, перекладывать все на супруга. Но связь была плохой, и он ничего не понял, только осознал, что что-то пошло не так в нашей прогулке, и зашелся неистовым криком – Есения сбросила звонок и отключила телефон. Я, мрачно подсчитывая в голове общие убытки, предложила поделить сумму между нами тремя, и только Глория не впала в уныние. Она заявила парню, что мы сейчас вызовем полицию и будем проводить расследование – искать того мошенника, что подменил нам квитанцию, затребовать записи с видеокамер, чтобы это доказать и прочее в том же духе. «Но ведь вы же с ребенком, на улице такая жара, а вызов представителей власти с последующими разборками займет весь остаток дня? – в растерянности лепетал парень, видимо, он рассчитывал совсем на другую реакцию. – Вас будут бесконечно вызывать в суд, дело затянется на месяцы…. А у меня, вообще-то, рабочий день заканчивается через двадцать минут. Поэтому думайте, как собрать деньги, вон банкоматы за углом, а я в сторонке подожду». Встав «в сторонку», он принялся лихорадочно звонить куда-то, а мои латиноамериканские подруги принялись болтать, обсуждая ситуацию, всплескивая руками, закатывая глаза к небу, громко удивляясь, как можно было так опростоволоситься – все, что угодно, только никто не вызывал никакую полицию и не собирался идти в банкомат.

Парень без энтузиазма смотрел на все это действо, и через двадцать минут потерял терпение. «Сколько у вас есть?» – спросил он, снова приблизившись. «Мы, может быть, найдем пятьдесят», – отвлеклась от ахов и охов Глория, но, порывшись в кошельке, нашла сорок пять. «Давайте хоть это», – недовольно процедил «представитель», открыл замки механизмов своим ключом, отцепил их от колес в помощью специальных инструментов и укатил восвояси. Мы тоже уехали, но настроение было далеко не приподнятым, Есения всю дорогу причитала, предвкушая, как ей сейчас достанется от мужа.

Отдохнув несколько дней после приезда из Далласа, Глория неожиданно попросила меня еще об одной поездке – в городок Порт Лавака, расположенный у моря, если направляться на юг, крошечный и ничем особо не примечательный. Я не могла отказать подруге, всего-то три часа езды по сельским дорогам – удовольствие, не работа! Там мы прошлись по маленькому пирсу, проехали вдоль и поперек все четыре улицы, заглянули в каждую почти кафешку – все это выглядело очень загадочно, а Глория мрачнела на глазах. Наконец, она мне поведала романтическую историю своей любви, прояснив, зачем мы здесь: «Я думала, может, встречу его случайно на улице или в баре, когда мы расстались двадцать пять лет назад, он жил здесь, в Порт Лавака. Но, как видишь, не встретила».

По дороге обратно Глория то смеялась, то плакала – очень уж расчувствовалась, предаваясь воспоминаниям. Вот ее история. В Гондурасе она была любимой дочкой в весьма зажиточной семье, ни в чем не знала отказа, закончила колледж, получив специальность секретаря-референта и освоив основы английского языка. Родители же подобрали ей жениха, поэтому долго работать не получилось, по местным традициям, женщина должна ухаживать за мужем и детьми и все свое время посвящать этому занятию. Детей они родили пятеро, но кому и зачем пришла идея перебираться всей семьей в США, Глория умолчала. Почему-то именно ее оправили первопроходцем. Приехав в Хьюстон, первым делом Глория влюбилась в рок-музыканта, гринго (белого американца родом из северных штатов), и воспоминания об этом чувстве греют ее исстрадавшуюся душу до сих пор. Этот парень взял ее с собой на гастроли, везде они ездили на мотоцикле, она обнимала его за талию, а волосы развевались по ветру… Я поняла, откуда у Глории такая тяга к музыкальной культуре тех лет, а также поистине энциклопедические знания по этой теме. Затем они поженились (!), потому как Глория соврала, что свободна от брачных уз, никаких отметок в паспорте у нее не было, и уж тем более она умолчала об оставшихся в Гондурасе детях. Все собиралась и собиралась рассказать своему новоиспеченному мужу, но не было случая, к тому же она боялась и не хотела разрушить свою сказочную идиллию. Но разрушилась она совсем с другой стороны.

Обеспокоенные молчанием жены и мамы, родственники в Гондурасе подняли тревогу. Мобильные телефоны тогда еще не были в таком широком ходу, найти и достать Глорию было сложно. Тем не менее она вышла на связь сама, позвонив старшей дочери. Урания была подростком, но позицию заняла решительную. «У меня есть папа, и других отцов мне не надо, – декларировала она, – и если ты так уж влюблена, оставайся со своим музыкантом, а я тебя больше знать не хочу, и всем остальным скажу то же самое. Забудь, что у тебя есть дети!» Оповестив всю родню о том, что Глория нашлась, Урания организовала сильное давление и с их стороны, в ход шло все – уговоры, ссылка на семейные традиции и чувство долга. Глория сдалась. Мучительно объясняя свою ситуацию любимому, она не смогла подобрать правильных слов, а может, он бы и не понял даже самых правильных, так был обижен. Контактов своих не оставил, развод оформил самостоятельно, Глория вернулась в Гондурас пристыженная. Семейные ценности восторжествовали, вся семья постепенно перебралась в Техас, но первый муж Глории не прижился на американской земле – сначала лучшим другом его стал стакан виски, затем он заболел диабетом и располнел так, что не мог встать с кровати, на ногах развивались трофические язвы… Глория самоотверженно ухаживала за супругом, он болел долго и тяжело, вся семья снабжала его лекарствами и алкоголем, от которого он уже не мог отказаться, не смотря на болезнь. Глория овдовела за семь лет до моего приезда. Урания дает ей деньги по первому требованию и, несомненно, до сих пор чувствует свою вину в том резком прекращении маминой «лебединой песни».

Эпизод 3. Майкл и «белоснежное чудо»

Глории позвонила подруга из Нью-Орлеана, они вместе учились в колледже в Гондурасе. Наверное, свежие впечатления молодой души – вместе слушать скучных преподавателей или списывать друг у друга контрольные, влияют на то, что такие связи остаются самыми крепкими на годы, во всяком случае, на примере Глории это было так. Нина, так звали подругу, утверждала, что Глория по молодости была невероятно насмешлива и любимым ее занятием было хохотать до упаду. Глядя на юношескую фотографию Глории, в это можно было поверить.

Нина умилялась этим воспоминаниям и говорила, что нужно непременно встретиться. Сама она была из еще более зажиточной семьи, родители по достижении определенного возраста даже выделили ей несколько отелей в Гондурасе во владение. Из этого источника Нине пошёл стабильный постоянный доход, при всем при том, что текущими вопросами занимались менеджеры, живущие на месте. К этой «путевке в жизнь» родители добавили очень зажиточного жениха, гражданина США, происхождением также из Гондураса. Нина не работала, жизнь вела размеренную, муж оказался спокойным, трудолюбивым и добрым человеком, дом был полной чашей. Она обещала показать нам Нью-Орлеан и окрестности, и приглашала пожить как минимум неделю.

За пару дней до намеченной поездки я зашла в кафе, подкрепиться между какими-то своими разъездами по городу, и за столик ко мне подсел очень представительный джентльмен, назвавшийся Майклом. Узнав, что я русская, он засыпал меня вопросами о России, затем принялся показывать видеоклипы с видами Кремля в своем телефоне, а затем объявил, что было бы интересно встретиться со мной на выходных и поговорить подробнее. Я ответила, что, к сожалению, в следующие выходные я занята, уезжаю в Нью-Орлеан. «На этом корыте, что ли? – так неуважительно Майкл отозвался о моем автомобиле. – Не могу поверить, что на такое можно решиться, это ведь очень длинная дорога». «У меня нет других вариантов, и у моей латиноамериканской подруги тоже, – обиделась я. – Вообще-то, мы на этой машине уже весь Техас объехали вдоль и поперёк, и ничего». «Это до поры до времени ничего… и потом, лето, жара, вы запасной автономный кондиционер с собой взять не планируете, на тут случай, если с этой старушкой что-нибудь случится?" – продолжал посмеиваться он. Я уже не знала, что отвечать, когда он резко встал, взглянув на часы: "Когда выезжаете? Послезавтра? В восемь утра будь возле проката автомобилей Энтерпрайс на Бродвее в Пиарленде, я вас отправлю на нормальный машине", – и стремительно покинул кафе. Я осталось сидеть с открытым ртом, даже попрощаться и то не успела.

Поразмыслив, я решила считать шуткой это заявление, но какая-то сила привела меня тем не менее к порогу агентства по прокату автомобилей в назначенное время. Дома ждала озадаченная задержкой Глория и собранные в дорогу сумки. Майкл появился на полчаса позже, на ходу через плечо бросая фразы с оправданиями по поводу пробок. Не разговаривая особо со мной, он сразу же метнулся в агентство. Как выяснилось, он заказывал машину заранее – из окна диспетчер указал на новую Тойоту Авалон, которую я сразу же про себя окрестила «белоснежным чудом». Майкл подписал странный контракт, в котором нигде не была указана моя фамилия, и вручил мне ключи от машины. «Пять дней хватит?» – спросил он деловито, уже направляясь на парковку к своему огромному джипу. «Да, конечно, но ведь нужна страховка?» – ничего ещё не могла понять я. «Страховка автоматически гарантирована моей золотой картой», – ответствовал он, уже открывая дверь своей машины и давая понять, что ему некогда отвечать на глупые вопросы. «Рядом мексиканская граница, и ты меня всем не знаешь, не боишься, что я ее угоню, и не найдут ни меня, ни Тойоту?» – сделала я финальный заход. «Я почему-то уверен, что ты хорошая девочка, и всё сделаешь правильно. Не забудь в день окончания контракта бросить ключи вот сюда, в это окошечко», – инструктировал он, уже довольно нетерпеливо, порываясь закрыть дверь. «Мы ещё увидимся?» – кричала я вдогонку. «Да, конечно, как только у меня выдастся свободное время», – он послал мне воздушный поцелуй и резво покатил по проспекту. Я же не могла наглядеться на это почти произведение искусства, которое получила в пользование таким необычным путем. Тронувшись с места, оценила все отличные ходовые качества "белоснежного чуда", а встречавшая меня Глория не могла поверить своим глазам.