Тайна Черного графа

– Если так неловко от моей помощи, тогда позвольте навестить вас завтра, чтобы убедиться в благополучном приезде в поместье.

– Я совсем не буду против, рада нашей встрече, граф Мюррей, – ответила девушка с улыбкой.

Граф помог детям и Джейн забраться в карету и откланялся.

«Что это со мной?» – думала девушка, прикладывая руку в перчатке к щекам. «Почему меня так смутило внимание графа Адама Мюррея?»

Через час карета подъехала к старинному особняку. В темноте поместье казалось мрачным и пустым, словно в нем давно никто не жил. Но фонари возле входа и несколько светящихся окон указывали на то, чтоособняк не пустует. Дом больше походил на замок, находился на возвышении и был виден издалека. Однако из-за метели его было не рассмотреть. Проехав кованые ворота, карета, наконец, остановилась. Дверь открылась, и показался слуга графа Блэкуорта.

– Слава Богу, мисс, мы так волновались. Но что же произошло? Почему вы в другом экипаже?

– Дилижанс, в котором мы ехали, чуть не перевернулся на повороте. Колесо повредилось и мистеру Уокеру пришлось отправиться за помощью в соседнее графство. Господин Мюррей был так любезен и одолжил свой транспорт.

Все это Джейн говорила, когда помогала детям выходить из кареты. Казалось, Эмми и Тед заснут на ходу.

– Скажите, готовы ли комнаты для детей?

– Да, мисс, все подготовлено для вашего приезда. Позвольте вам помочь с багажом, а миссис Гилмор покажет вам ваши комнаты.

Глава 7

Женщина, что встретила их в холле, была экономкой в поместье. Она представилась, как миссис Долорес Гилмор. Худощавая, невысокого роста, в опрятной одежде, она сдержанно улыбнулась Джейн, но более тепло посмотрела на детей.

– В такой поздний час дети еще не в постели, но я рада, что вы благополучно добрались в такую метель. Следуйте за мной наверх.

При всей своей строгости, эта женщина, чьи волосы уже посеребрила седина, обладала мягким сердцем, но редко кому это показывала. Чуть приподняв юбки, она стала степенно подниматься по лестнице вверх. Джейн же была поражена. Несмотря на старинную мебель из мореного дуба и деревянную отделку стен, несмотря на то, что все в этом доме говорило о прошедших веках, от кафеля в шахматном порядке, золоченых рам зеркал и витиеватых бра до высокого расписного потолка и хрустальных люстр. Несмотря на все это, в доме было проведено электричество. Стоило только нажать на включатель, как особняк словно оживал.

Джейн попросила еду в комнату, а после ужина подготовила детей ко сну.

Уходя, она оставила гореть ночной светильник, чтобы дети не боялись спать в незнакомом месте. Пока она ехала в поместье, она представляла встречу с графом, а вот теперь у нее просто выскакивало сердце от страха и внутреннего волнения. Он даже не вышел и не поинтересовался, что их задержало в дороге. Сразу видно, что ему безразлично. Но ведь он опекун детей и мог бы хотя бы сделать вид, что обеспокоен их состоянием. Так поступил бы любой приличный человек, способный переживать, у графа же черное сердце.

Джейн знала это, но все равно внутренне возмутилась его безразличию. Может, слышал, как подъехала карета, и решил не отвлекаться от дел? А, может, и того хуже, спит уже, раз не поприветствовал их вместе со слугами.

Думая так, Джейн победила свой страх, теперь его место заняли возмущение и обида за детей. Лег спать? Отлично! Она намеревается побеспокоить его сиятельный сон и рассказать, с чем пришлось столкнуться детям на дороге. Надо только узнать, где комната графа. Дети измотаны и напуганы, и если голод утолил легкий ужин, который принесли в комнату, то страх перед незнакомым опекуном остался. Ребята ничего не спрашивали о графе, но только потому, что боялись. Бог мой, знали ли дети, что господин Крейг Блэкуорт и Черный граф – одно лицо?

Если бы знали, не сомкнули бы глаз все эти последние ночи перед отъездом и не радовались бы так поездке. Но дети хорошо умеют чувствовать. Они видели, как встревожена их учительница, и вопросов не задавали. А она? Разве она могла рассказать им правду?

Нет. Она и дальше постарается огородить детей от неприятной действительности. Может, со временем, сердце графа откроется для детей. Джейн решительно направилась по коридору в сторону, где, как она думала, находится лестница, ведущая в холл. Она расспросит кого-нибудь из прислуги о графе. Но девушка ошиблась и пошла в другую сторону. Она поняла это поздно, окончательно заплутав в слабо освещенных коридорах. Она попробовала громко звать, но, кажется, оказалась совсем в другом крыле дома. Уставшая, она прислонилась к стене, закрыв глаза.

– Как вы здесь оказались?

Джейн вздрогнула от неожиданности всем телом и испуганно распахнула глаза. Прямо перед ней стоял граф.

– Я…хотела найти вас, – неожиданно сказала девушка, рассматривая необычное увеличительное стекло на уровне лба мужчины. Оно держалось на круговом креплении вокруг головы.

Она бровь графа вопросительно приподнялась.

– И могу я узнать, зачем понадобилась моя персона в столь поздний час?

Джейн держала паузу.

– Вы не встретили детей, – наконец произнесла она и все также продолжала молча смотреть на графа.

– Я был занят, – просто ответил он.

– Занят? – девушка пришла в себя и вспомнила, зачем искала графа. Да как он может быть таким равнодушным? Сам же вызвал их в свое поместье. Зачем ему дети, если даже в первый день приезда он не вышел встретить их?

Джейн почувствовала, что теряет самообладание. В присутствии этого человека она не могла сохранять спокойствие, всем своим видом он действовал на нее, подобно дразнящему коту. Да она сейчас от злости зарычит как самая настоящая собака! Она последовала за сиротами и даже согласилась работать на этого ужасного человека, чтобы быть рядом с детьми. А сейчас от возмущения еле сдерживалась, чтобы не нагрубить. Вздохнув и выдохнув и все еще сохраняя остатки самообладания, Джейн задала вопрос:

– И чем же таким важным вы, граф, были заняты?

– Есть желание увидеть?

Он издевается? Джейн сделала шаг вперед навстречу хозяину дома и совсем не ожидала, что и он сделает шаг в ее сторону. Он сложил руки на груди и склонился, продолжая всматриваться в лицо девушки. Его лицо оказалось почти напротив ее.

Игру в «долгие гляделки» она проиграла. Близость графа подействовала на нее не так, как она предполагала. Злость прошла и на ее место пришла растерянность. Девушка поспешно отстранилась. Сердце все еще взволнованно отбивало такт. В голову пришла мысль, что губы-то у графа необычайно привлекательные. Девушка готова была застонать от разочарования. Она явно переутомилась сегодня, раз думает о таком.

– Я работал над устройством, которое способно перемещать на этажи. Это специальная кабина, к которой крепятся железные тросы, они поднимают или опускают человека на необходимую высоту. Довольно полезное изобретение.

Пока граф говорил, девушке почему-то вспомнился ее робот-слуга, и на душе стало так тоскливо. Помимо основной работы по восстановлению старого здания, он любил что-то создавать своими руками. Хотел порадовать детей и провел электричество в приют.

Граф замолчал, ожидая услышать вопрос от юной учительницы.

– Вы любите изобретать? – спросила она.

– Да, было время. В юности даже мечтал стать ученым и с горячностью, так свойственной мальчишке, думал решать проблемы человечества, – граф снисходительно улыбнулся себе самому. Джейн во все глаза смотрела на графа. Мужчина, стоящий перед ней, открывался с совсем другой стороны.

– Потом надолго забросил, – добавил он.

– Но все же это невежливо с вашей стороны игнорировать приезд детей, – с упреком сказала Джейн.

– Извините меня, я действительно должен был смотреть за временем. Я слишком увлекся.

Джейн недоверчиво смотрела на графа. Он что только что извинился? И звучало это действительно как извинение, а не просто как обычные слова, которые произносят, не чувствуя за собой вины. В письме, что он прислал ей, он говорил о том, что будет ждать с нетерпением. А тут он так заработался, что забыл обо всем. Да и как можно не заметить разницы в несколько часов? Они задержались на час, а потом она с детьми поужинала. С момента их приезда прошло еще почти два часа.

– Как доехали? – вежливо поинтересовался граф Блэкуорт.

– Спасибо, что спросили, – девушка не удержалась от тонкого намека на его безразличное отношение. – Благодаря помощи графа Адама Мюррея, так любезно предоставившего нам свою карету, мы смогли, наконец, покинуть лес, полный хищников.

Граф молчал, лишь слегка хмурился. Он совсем не удивился ее словам. Это наводило на мысль, что он видел их приезд в другом экипаже или что ему сообщили об этом. Тогда почему…

Додумать свою мысль она не успела.

– Жаль, что вам пришлось столкнуться с трудностями, следуя к поместью по моему приглашению. И я рад, что граф Мюррей оказал вам помощь и благодарен ему за это.

– Свою благодарность вы сможете выразить ему завтра лично. Граф Адам Мюррей намерен утром нанести визит в Блэкхилл.

– Какого…? – начал граф и резко смолк, меряя девушку недовольным взглядом. – Это совсем необязательно.

– О, граф Мюррей так хорошо воспитан, он очень волновался о том, чтобы мы доехали до поместья. Просто рвался проводить нас до Блэкхилла. И ведь ему надо вернуть свою карету.

– Вернуть могут и слуги, для этого не стоит так беспокоиться и приезжать самому.

– Я повторю, что граф Мюррей, как настоящий джентльмен, хочет убедиться своими глазами, что мы добрались до особняка без всяких происшествий.

– Скорее, как настоящая заноза, – процедил сквозь зубы хозяин Блэкхилла.

Еще между их отцами шла негласная война.

Старый граф Мюррей мечтал о соседних землях, и именно ему проигрался тогда его отец. С двойной переплатой графу Блэкуорту удалось вернуть утраченные земли и родовой замок и только лишь благодаря одной слабости графа Адама. Дорогая, модная одежда стоила немалых денег. И надо же было мисс Джейн встретиться с ним сегодня и при таких обстоятельствах. А он с ума сходил от беспокойства.

Метель разыгралась не на шутку. Он уже спускался вниз, чтобы приказать заложить карету, как услышал мелодичный голосок девушки. Тревога отпустила, сердце радостно застучало, но испугавшись нахлынувших чувств, он отошел в тень, а потом и вовсе поспешил в свои покои. Эта рыжеволосая девушка захватила все его мысли. Он не переставая думал о ней все эти дни. Она все же приехала, сопровождая детей в поместье, но готова ли она остаться? И почему мысль о том, что она захочет уехать, расстраивает его?

Он не готов к тем переменам, что произошли с ним в последнее время. Воспоминания робота, которые воспринимались им, как его собственные, пугали и настораживали его. Запах девушки, ее мягкие прикосновения, взгляд голубых глаз, смотрящих на него из-под длинных ресниц с нежностью, преследовали его даже во снах. Он просыпался, встревоженный теми ощущениями, что вызывали эти воспоминания. Но стоило только закрыть глаза, и он снова бредил этой девушкой. Во сне она ему улыбалась, а ее распущенные волосы горели огнем, завораживая его взгляд.

Граф нервно сглотнул и посмотрел на стоящую девушку. Чуть поджав нижнюю губу, в дорожном костюме, который она так и не сняла, девушка вопросительно поглядывала на хозяина замка.

– Что вы намерены делать дальше, мисс Уэйнрайт? Вы готовы принять мое предложение? – неожиданно спросил граф, пытаясь не выдавать своего волнения.

Он не хотел спрашивать, боясь получить отрицательный ответ. Эта же причина заставила его уйти в другое крыло и занять себя работой. Но, похоже, он не в силах дождаться утра.

– Неужели вы думаете, я оставлю детей на такое бездушное чудовище, как вы?

Граф неожиданно улыбнулся ее ответу. А она подумала, что улыбка ему очень идет. Когда он так смотрит на нее, как сейчас, она забывает о его темной стороне души.

– И вы совсем не боитесь этого чудовища? – спросил мужчина, снимая увеличительное стекло с головы.

Девушка только фыркнула.

– Вы предложили мне место гувернантки, смотрите, чтобы вы сами не пожалели о своем решении.

Граф смерил ее странным взглядом, от которого у нее вспотели ладони, и участилось дыхание.

– Возможно, я жалею об этом сейчас, – тихо произнес он, обжигая ее горячим взглядом.

Джейн замерла от его слов. Это очередная его игра? Она чувствовала опасность, исходящую от мужчины, стоявшего перед ней. Такой человек привык подчинять и не привык отказывать себе в своих желаниях. Красивый, умный, опасный. Именно такие определения приходили на ум, когда Джейн смотрела в черные глаза графа. Он сильно ошибается, если думает, что на нее подействуют его слова и то, как он произнес их. Хотя, на секунду, она должна признать, что сердце ее предательски дрогнуло. Но она помнила его слова о том, что должна по своему желанию прийти к нему. Он хочет поиграть? Хочет влюбить ее в себя?

Ну, что ж. Она принимает условия его игры, в которой ставкой будет ее сердце. Она никогда не полюбит такого монстра. Да и как посмеет? Она всего лишь гувернантка и знает свое место. Джейн хотела сказать ему, что не подастся его коварному обаянию, насколько бы он ни был обольстительным, но услышала шаги в коридоре. Кто-то приближался к ним.

– Мисс Джейн? Мы искали вас.

Управляющая миссис Гилмор неодобрительно смотрела на девушку, потом с почтением склонила голову перед хозяином дома.

– Простите граф, что побеспокоили вас. Я немедленно покажу комнату мисс Уэйнрайт.

– Все в порядке, Долорес. Мы говорили о детях. Завтра я намерен показать им особняк, который отныне станет их домом. Потрудитесь, чтобы детей утром хорошо покормили.

– Конечно, господин, можете не волноваться по этому поводу. Все будет выполнено, как вы того и желаете.

– Да, и завтра граф Адам Мюррей намерен посетить Блэкхилл. Полагаю, он позавтракает с нами.

– Да, мой господин, – ответила управляющая и обратилась к учительнице: – Следуйте за мной, мисс, я отведу вас в вашу комнату.

Она произнесла это тоном, не терпящим возражения. «Эта миссис Гилмор под стать своему хозяину» – подумала Джейн.

– Спокойной ночи, граф.

– Хорошо и вам выспаться на новом месте, – пожелал девушке Крейг Блэкуорт.

Комната оказалась небольшой, но очень милой. Обои спокойного зеленого тона, небольшой мраморный светлый камин, над которым висело прямоугольное зеркало. Окно драпировано тяжелыми занавесками песочного цвета с фалдами, удерживаемыми золотыми шнурами с бахромой.

Возле окна невысокий полированный столик и кресло, обшитое тканью в тон обоям. С левой стороны возле стены стояла кованая кровать, по центру комнаты на полу лежал ковер приятной расцветки. Теперь эта комната ее, и Джейн только сейчас поняла, как изменилась ее жизнь в последнее время. Барт подарил ей надежду, внес краски в ее привычные будни, но теперь его нет рядом. Почему же она никак не может принять его гибель? Словно Барт никуда не исчез, и, как и раньше, ее ангел-хранитель продолжает ей помогать.

Джейн верила, что ее слуга теперь в лучшем месте. Она и мечтать не могла о такой комнате, что будет жить в старинном особняке. Омрачал тот факт, что хозяином дома является ненавистный ей человек. Личность графа оставалась для нее загадкой, тайной, скрытой за семью печатями, но сегодня его душа чуть приоткрылась для нее. Граф позволил узнать об одной его стороне, и почему-то ей кажется, что это только начало. Джейн обошла комнату, прикасаясь к мелочам на каминной полке, вглядываясь в свое отражение в зеркале. Это все реальность, теперь эта красивая комната ее. Завтра граф, наконец, встретится с детьми. Надо бы встать пораньше и подготовить их к этому. Девушка улыбнулась своим мыслям, быстро приготовилась ко сну и с наслаждением легла в постель.

Уснула она мгновенно.

Глава 8

Утром Джейн надела свое самое красивое платье синей расцветки, с буфами на рукавах и тонким кружевом на груди. Спереди оно было чуть коротковатым, открывая ноги до щиколотки, но теперь она не в церковном приюте, можно и надеть. Дети встретили ее радостно, им ужасно понравился дом, но узнав, что граф лично хочет показать его, немного приуныли. Джейн даже засомневалась, вдруг дети что-то знают, и поспешила их успокоить. Она сказала, что их опекун очень занятой человек, но для них нашел время, поэтому им надо показать себя с лучшей стороны и понравится графу. Дети быстро позавтракали кашей с омлетом. Джейн попросила их вести себя вежливо. У графа не должно возникнуть неприязни к детям. У Эмми волосы были аккуратно заплетены, а у Теда уложены и приглажены. Сорванцов было не узнать. Граф не сказал, когда освободится и пожелает встретиться с детьми, но лучше быть заранее готовыми. Настенные часы показывали девять часов, когда в комнату вошла управляющая.

– Мисс Джейн, прибыл граф Мюррей, прошу вас спуститься вниз к завтраку.

– Но разве я должна завтракать с господами? – удивилась учительница.

– Конечно, мисс. Это пожелание хозяина.

Девушка почувствовала, что голодна. Ей не принесли завтрак, она уже подумывала спуститься на кухню и попросить его. Неудобно, конечно, напоминать о себе, но о ней банально забыли. Так вот, значит, почему.

– И вы всегда должны присутствовать при трапезе господина, – добавила управляющая.

Джейн уже ничему не удивлялась. Она на все согласна, лишь бы ее покормили. Вчера она от усталости почти ничего не съела. Обещав детям, что она зайдет за ними, она покинула комнату и устремилась в гостиную.

– Мисс Джейн, я счастлив вас видеть, – приветствовал ее Адам Мюррей.

Сегодня он выглядел особенно хорошо. Однотонный серый костюм, черная жилетка, только платок, небрежно повязанный на шее, выделялся яркостью цветов и выгодно оттенял голубые глаза. Светлые волосы не были приглажены назад и свободно ложились волнами, достигая плеч. Когда граф поднялся и с улыбкой поприветствовал Джейн, у нее участился пульс. Конечно, на нее обращали внимание молодые люди, порой даже грубо задирали, но никогда она не привлекала мужчину настолько утонченного и изысканного, как граф Адам. А Джейн чувствовала, что нравится ему.

– Доброе утро граф Мюррей, господин Блэкуорт, – обратилась она к раннему гостю и хозяину дома.

Господин Блэкуорт был мрачен, лишь кивком выразил почтение, так и не поднявшись из-за стола. Граф Адам, казалось, совсем не замечал, что ему тут не рады. Вел себя непринужденно, а в глазах светились искорки веселья. Поцеловав кончики тонких пальцев Джейн, он помог ей сесть за стол.

– Как же приятно встретить в сельской глуши такое очаровательное создание. Покинув Лондон, я думал предаться скуке, а в день приезда не успел даже поменять одежду, как был вовлечен в ваше спасение. Подозреваю, у вас, мисс Джейн, есть какой-то секрет. Признайтесь, что вы не даете унывать людям, окружающим вас.

– Ну что вы, граф Мюррей. Моя жизнь на удивление проста и непримечательна, – смущенно ответила девушка, разглаживая салфетку на коленях.

– Мисс Уэйнрайт, слова проста и непримечательна, вам совсем не подходят.

– Вы мне льстите, граф.