Помоги проекту - поделись книгой:
Отлипнув от зеркала и оставив Ованеса в покое, я, наконец, уделила время окнам. Выходили они на море, а дворец был построен вдоль высокой скалы, уходящей в воду. Из моей комнаты было видно кусочек сада, море и город, спускающийся от гор к воде и простилающийся в бухте.
С двух сторон город был окружен высокой горной цепью, с третьей — морем. Высунувшись из окна, я смогла насчитать ещё три этажа вверх и два вниз. На улице было зябко, я бы сказала, что ранняя весна, потому что снег ещё лежал, но вокруг витал запах пробуждающейся природы.
А затем мысли о произошедшем вернулись. Неужели Карина погибла? Не могу сказать, что я её сильно любила. Скорее уважала за твёрдость, умение слышать свои желания и исполнять их. Она была сильной личностью и точно не заслуживала смерти в портале! В душе иссушающим вихрем пронеслось отчаяние, хотя слёз больше не было.
От размышлений меня отвлёк стук. За дверью стояла очаровательная курносая девушка с глазами цвета гречишного мёда и выражением паники на лице.
— Добрый вечер. Проходите, пожалуйста.
Девушка держала в руках поднос и переминалась с ноги на ногу.
— Лунного вечера вам, госпожа Алина. Я Салли, горничная ваша. — девушка отчаянно побледнела.
— Проходите, Салли. Поставьте, пожалуйста, поднос на стол.
— Вы только не убивайте меня, пожалуйста. — девушка явно была напугана до икоты.
— Салли, с чего вы взяли, что я буду вас обижать?
— Ну так вы императора ножиком. И плевались в него.
— Салли, проходите. Вас ко мне прикрепили насовсем или только на вечер?
— Насовсем. — и столько отчаяния было в этом слове, что мне даже стыдно стало.
— Салли, я защищалась. Я вообще никогда ни на кого первая не нападаю, уж тем более на императора. Он сам виноват, и огнём меня жёг, и обзывался, и унижал. Применил ко мне подчиняющее заклинание, мне это совсем не понравилось, вот мы и повздорили. Обижать порядочных девушек я ни за что не стану.
Она прищурилась и долго смотрела мне в глаза, прикидывая верить мне или нет. Затем расслабилась и принялась меня пытать.
— И что, вы правда его ножиком-то? Как жеж, он же в бою как вихрь? Мы тренировки его видели, даже среди их братии магов мало кто так двигается. Есть у него десятка, вот они как сойдутся, то чисто демоны. И вы ко мне на ты обращайтесь, так положено. — затараторила она.
— Салли, я вижу, что дворцовое радио работает лучше всяких похвал, но надеюсь, что ты не обидишься, если я не буду тебе рассказывать подробности наших с будущим мужем размолвок. Лучше расскажи мне про дворец, кто тут живёт, что происходит? И если ты согласишься со мной поужинать, то я буду рада.
— Нельзя мне с вами ужинать. Но я вот тут могу пыль с камина вытирать.
Салли провела рукой по кристально чистой полке. Я улыбнулась.
— Действительно, там непозволительно много пыли. Ты не против, если я начну есть? Они меня с самого утра голодом морят, изверги.
— Кто? — у Салли аж глаза загорелись в предвкушении новой сплетни, вот только я не поддалась на провокацию.
— Не важно. Ты лучше рассказывай.
Стараясь не накидываться на еду, я примерилась к подносу. Суп, тушёные в сливочном соусе овощи и рыба, ломтик жёлтого желе на десерт и сдобная булочка необычного бордового цвета. Отлично, морить голодом меня не собираются, по крайней мере пока.
Салли рассказала, что у императора тринадцать фавориток, но жениться он будет на мне. Так Совет решил. Фаворитки живут во дворце, но в другой его части, рядом с императором. А меня поселили в «Морское крыло», где живут слуги и нежелательные гости, потому что тут очень холодно, промозгло и сыро. Что ж, учтём.
Эринара боятся, Эддара любят, что вполне ожидаемо. Неожиданностью стал срок правления. Император всего полгода назад пришёл к власти, унаследовав престол за отцом и старшим братом. Они были убиты в результате покушения, организованного Минхатепом. Это такое государство на юге, через море. Альмендрия для них лакомый кусок, так как тут климат умеренный, а у них — пустынный, и ничего не растёт, только стекло они делают очень красивое.
— Старый император был совсем самодур, а Его Величество Эринар справедливый. Сначала выслушает, потом наказывает. И наказывает не жестоко. Неподчинения не терпит, он военный и вырос, считай, в казарме. Поэтому у нас теперь дисциплина и суборнация.
— Субординация?
— Он вам тоже уже сказал, да? Вы его за это ножичком-то? Зря вы так. Он суровый, но это потому что несчастный. — тараторила Салли. — Не получается у него с женщинами, он их обжигает и очень расстраивается. Их потом лекари лечат, поэтому и фавориток у него аж тринадцать, он с каждой только раз в месяц может быть.
— Огненные маги все такие?
— Нет, что вы, — Салли выразительно замахала руками. — гораздо хуже. У нас за полгода ни одного пожара даже не было, ну пара матрасов сгорела, но это ж ерунда. Просто он очень сильный маг, понимаете? Как он в силу вошёл, с нами даже Ковен не связывается больше. Уж раньше-то сплошные требования и ноты протеста, а как проявился дар у молодого господина, он плетьми отходил одного архимага так, что три года Ковен молчал.
— Из-за чего же он так осерчал на архимага?
— Так тот мальчишку какого-то чуть не убил. Тот что-то разбил ценное, артефакт какой или вазу. А господин Эринар вступился.
— Салли, а можно вопрос? — девушка кивнула. — А у вас в Альмендрии все брюнеты?
— Это да, и в Альмендрии, и в Минхатепе. Другие масти есть на севере, но это очень далеко, через Штормовое море. Порталов туда нет, а корабли очень долго идут, но нечего туда ходить, бедная земля и люди дикие. Так все говорят. — покивала девушка, словно подтверждая, что да, все-все именно так и говорят.
— То есть моя внешность для вас непривычная?
— Ну странная да, но вы не такая уж страшная, даже симпатичная.
— Сказали, что страшная?
— Ага, и страшная, и опасная. Чуть что не по-вашему — сразу ножичком. — Салли самозабвенно потыкала кулачком в пространство.
— Прекрасная репутация, ничего не скажешь. — вздохнула я.
— Ой, ну ничего, пусть боятся. А если мямлей прослыть, то уж во сто крат хуже. Опять же, всем понятно, что у Его Величества невеста должна быть под стать. Чтобы наследники были крепкие, и тоже Ковен плетьми охаживали, если будет такая необходимость.
— А почему Ковен не любят?
— Так детей они забирают, творят что хотят, а спросу с них никакого нет. Только и знают, что магичить, да людей простых обижать. Никто их не любит.
— А в империи маги есть?
— Есть, конечно. Так соревнование целое, кто быстрее деток-то к рукам приберёт, Ковен или Магистрат. Но Магистрат — они с Советом и императором должны договариваться. Своей территории у них нет, они среди людей живут. Опять же, деток хоть навещать можно в Магистрате-то, да и заботятся о них. Так что у кого выявится дар магический — тех скорее в Магистрат увозят, а Ковен — они силой забирают. И с Магистратом они ох на каких ножах теперь, потому как Магистрат два года назад аж три дюжины деток отбил. Операция была под предводительством самого Его Величества Эринара, он тогда ещё только заместителем главнокомандующего был.
— Подождите, Салли, я не поняла, он военный или маг? Он в Магистрате служит?
— Он боевой маг, в Магистрате учился на военной кафедре и служил потом в Гвардии. Это не в столице, это на западе. А Эддар вырос в столице, он тоже маг, но воздушный и погодный. Он учился тут, а служил потом в Столичном Корпусе. Альмендрия, она вытянутая, наша столица Арластан, но есть ещё западная столица Сарканá. Там Магистрат и Гвардия, а у нас Император и Столичный Корпус. Ежели война, то войска рядом. А ещё при каждом городе большом свой гарнизон, там тоже маги обязательно есть.
— Ясно. Спасибо за информацию, Салли.
— Ой, да я только рада. Вам что-то нужно может?
— Да, если можно мыльные принадлежности всякие, полотенца. И камин разжечь. Сейчас я спать лягу, а завтра ты утром приноси завтрак и проводишь меня в библиотеку. Очень мне интересно почитать историю Альмендрии. — я не сдержалась и зевнула, а Салли улыбнулась и побежала дальше сплетничать.
Хотя за окном ещё было светло, я чувствовала, что ужасно устала, поэтому завалилась на большую, холодную и влажноватую кровать. Хотелось бы верить, что при работающем камине в комнате скоро станет суше, но сейчас было мерзко. Хорошо, что Ованес отлично согревал и влагу не пропускал, единственное, что пришлось попросить у него капюшон, потому что подушка тоже была влажная.
Быстро уснуть не удалось, я снова и снова возвращалась мыслями к Карине и произошедшему. Остыв, я поняла, насколько глупо и недальновидно поступила, но менять что-либо было уже поздно. В итоге так и пролежала без сна, пока в комнате не стемнело. Путешествие и конкурс невест в другом мире больше не казались ни хорошей идеей, ни приключением. Но мысли о тех, ради кого я на это решилась, примиряли с горькой действительностью.
Завтра нужно быть умнее, не скандалить и заводить врагов, а приспосабливаться и узнавать как можно больше.
Глава 5
Следующее утро я встретила в подавленном настроении. Спала в итоге без подушки, так как она была слишком влажная и пахла плесенью. Не хотелось бы свалиться с пневмонией, тем более после вчерашних приключений на металлическом полу.
Рассвет над морем был прекрасен. За ночь в комнате стало очень холодно, дрова в камине полностью прогорели. Разжечь его заново у меня не получилось, пришлось ждать возвращения Салли. Думаю, не появись у меня Ованеса, ночью я бы сильно заболела.
Такое отношение вызывало горечь и обиду. Вот почему император грозился именно сырым подвалом, я выросла в регионе с низкой влажностью и, видимо, не до конца осознавала проблему сырости. Я мысленно набросала список вопросов к Салли для обустройства быта.
Завтрак меня приятно порадовал: горячая густая каша из незнакомого мне злака, мёд, сухофрукты и сыр. В качестве напитка горячий морс, от которого шёл пар. На него я накинулась с остервенением и жадно грела руки о большую кружку.
— Салли, доброе утро, нам нужно в этой комнате поменять матрас, одеяло, подушки и простыни на сухие. Дальше, ночью камин прогорел, к утру стало холодно. Есть ли какой-то способ укладки дров или вид древесины, чтобы огонь горел всю ночь?
— Всё сделаем, госпожа Алина. Я уж удивилась, обычно господ в других покоях селят и кормят с другой кухни. — Салли вдруг замерла и вытаращилась на меня. Видно, проболталась.
— Меня поселили рядом со слугами и кормят со служебной кухни? — спросила я, а Салли медленно кивнула в ответ. — Ну что ж теперь, зато вкусно и сытно. Главное, что голодом не морят.
— Вы не будете ругаться?
— На тебя? Разве это ты распорядилась меня сюда поселить?
— Нет. — девушка даже немного побледнела и замотала головой.
— Так почему я должна на тебя ругаться? Я тебе благодарна за информацию. Одежду мне тоже не предоставили, правильно?
— Нет, госпожа.
— Не переживай, Салли, меня поставили в такое положение, чтобы заставить просить. На данный момент мне одежда не нужна. Остальное ты сможешь раздобыть в общем порядке? Без того, чтобы идти к кому-то на поклон?
— Постельное могу, дрова для камина могу, еду с общей кухни. Платья тоже могу раздобыть, но самые простые. И ещё у нас есть такая комната, куда складывают всё забытое гостями. Ежели вы на ту комнату набредёте и там поищите, то кто вам слово поперёк скажет? Вы-то не служанка, которой там брать ничего нельзя. Вы только не обижайтесь, там и новое есть! Хотя платья-то быстро из моды выходят, зато сорочки точно есть новые, и сапожки, и другое.
— Какая интересная мысль, обязательно проинспектирую эту комнату, про которую ничего не знаю и мне никто ничего не рассказывал. — подмигнула я, а Салли просияла. Судя по реакции, подмигивания тоже самое означают.
— Ох уж сурово с вами, госпожа.
Я рассмеялась.
— Разве это сурово? Мне обещали сырой подвал и хлеб с водой. Так что прекрасные условия, но просить я никого ни о чём не стану, это уже вопрос принципа.
Салли посмотрела на меня, склонив голову набок, и видно было, что не очень ей понятен этот принцип, но спорить не стала.
— Вы в библиотеку хотели, так это в другом крыле. Я провожу.
— А крыла всего два?
— Да, Морское и Городское, мы его ещё господским называем. И Центральная часть, библиотека там и находится. Вообще дворец очень большой, тут и зимний сад есть, и учебная часть, и казначейство. И комнат очень много всяких, и лаборатории магические, а уж какие залы для приёмов и танцев — не описать!
— А музыкальные комнаты есть? В Морском крыле?
— Есть, большая и малая, только некому играть, не обучены мы.
— Я обучена. Любопытно посмотреть, какие тут есть инструменты. У тебя бывает свободное время?
— Да, каждый день после ужина и один выходной в неделю.
— Отлично, тогда сможешь меня после обеда проводить в музыкальную комнату? И если найдётся что-то подходящее, то вечером после ужина я тебе сыграю и спою пару иномирных песен.
— А можно я с подружками приду? — загорелась она.
— Думаю, что да. Только сначала понять бы, что у вас тут за инструменты.
Путь в библиотеку занял добрые пятнадцать минут, мы сначала спускались, потом поднимались, в итоге оказались на самом верху просторной башни. Библиотека занимала три этажа. Заправлял здесь старик с огромными пушистыми бакенбардами. Он был невысок, но недостаток роста с лихвой компенсировался объёмом талии. При нашем появлении он закряхтел и вылез из-за массивного деревянного стола.
Стараясь произвести хорошее впечатление, я разулыбалась и протянула руку. Местного этикета я всё равно не знаю, поэтому решила не скромничать и представиться по обычаю моего мира. Слегка растерявшись, библиотекарь взял мою ладошку двумя пальцами, после чего я накрыла наше неловкое рукопожатие второй рукой и потрясла в воздухе.
— Здравствуйте, меня зовут Алина Шиманская, прибыла к вам из другого мира, и просто умираю от любопытства. Но языком пока что владею только общим.
Старик озадаченно посмотрел на свою руку, потом на меня, пожамкал губами и представился сочным раскатистым басом.
— Главный библиотекарь дворца, альтен Тавредий Кораус.
— Очень приятно! — я улыбнулась ещё шире. — У меня столько вопросов, просто голова кругом. Вас не затруднит дать мне некоторые пояснения?
— До обеда я в вашем распоряжении, госпожа Шиманская, — прошамкал он, словно пробуя мою фамилию на вкус. — А после обеда придут ученики и студенты, тут уж не до того будет.
— Конечно, я всё прекрасно понимаю и буду благодарна за любое время, которое вы мне готовы уделить. А что значит альтен?
— Альтен — это учёная степень, всего мы различаем пять уровней образования. — хорошо поставленным голосом начал объяснять он. — Тен — обученный грамоте. Батен — получивший специальность такую как ювелир или даже кузнец, освоивший профессию, которая требует специфических навыков. Далее, медтен — получивший образование в университете. К примеру, счетовод при казначействе тоже медтен. Альтен — это тот, кто внёс вклад в развитие науки или магии, изобретение какое-то создал. Кузнец тоже может быть альтен, ежели он придумал что-то эдакое, что остальные кузнецы признали важным и полезным. И самый высокий статус — асальтен, это руководитель в своей отрасли научного знания. Например, ректор в университете — асальтен. А вот кузнец, будь он даже главой гильдии, асальтеном стать уже не сможет.
— Согласно вашей квалификации в моём мире я бы стала медтеном. Я на юриста училась и хотела судьёй стать. Судьи в нашем мире — это такие люди, которые знают законы и могут рассудить других людей в случае спора или наказать при нарушении правопорядка.
— Законница стало быть? Интересно. И таким молоденьким можно быть судьями?
— Нет, что вы! Я же только училась. Потом нужно получать опыт, секретарём, помощником судьи или в другой похожей должности. А через несколько лет можно уже заявку подавать, но там конкурс очень большой и экзамен сложный, не у всех получается. Опять же, позиций мало. Ну это если очень коротко рассказывать.
— У нас судьи тоже есть, суд есть мирской и магический. Магов только маги могут судить.
— А военный?
— У военных нет судей, решает тот, кто в чине выше. Но это только если между собой, а если с простыми горожанами спор, то в мирском суде его рассматривают.
— Можно мне, пожалуйста, какую-то литературу на общем о структуре общества и истории Альмендрии? Или что-то ещё, что вы могли бы посоветовать человеку, который совершенно не ориентируется в вашей жизни тут?
— Проходите за стол, я принесу. Если у вас будут вопросы, то задавайте, госпожа Шиманская. Имя-то какое у вас непривычное.
— Это фамилия, — я засмеялась, — А зовут меня Алина.
Поделиться книгой: