Помоги проекту - поделись книгой:
На ней черное кружевное белье, и я стону, когда вижу сквозь прозрачную ткань розовые твердеющие соски.
Наконец платье лужицей растекается вокруг ее ног, облаченных в каблуки, и я громко рычу, упиваясь почти обнаженным телом Тесс.
Черт, она идеальна.
Безупречная и соблазнительная во всех, мать его, нужных местах.
Тесс такая аппетитная, что так и хочется откусить кусочек. Что, собственно, я и собираюсь сделать.
Поцелуями я опускаюсь вниз по ее груди, параллельно расстегивая застежку лифчика и стягивая его с плеч.
Она стонет от поцелуя Ноа, тихо издавая при этом сладкие мяукающие звуки.
Я срываю с себя футболку и отбрасываю вместе с её лифчиком. Стоит мне коснуться ее кожи своим телом, как Тесс всхлипывает.
Я разрываю их поцелуй с Ноа, разворачиваю её и прижимаюсь к её распухшим губам своим ртом.
Наши языки сплетаются, и я стону от удовольствия.
Нежно поглаживаю её живот, и когда она начинает часто дышать, я лишь продолжаю своё движение, пока не нахожу пальцами её трусики.
— Черт, красотка, — стону я, чувствуя, насколько она влажная. — Кажется твоя сладкая киска просто истекает соками и жаждет нас?
Тесс кивает, тяжело дыша.
— Знаешь, что сделает её еще более мокрой?
Вместо ответа она лишь прикусывает губу, её грудь поднимается и опускается в такт дыханию, и в этот момент Ноа отодвигает волосы Тесс в сторону и целует в шею.
— Мой язык.
Она судорожно вдыхает, когда я внезапно опускаюсь перед ней на колени.
Я целую ее живот, пальцами дразня край трусиков, прежде чем зацепить ткань и стянуть их.
Ноа стоит на коленях позади нее и помогает мне стянуть мокрые трусики вниз по бедрам, пока они не падают к ее ногам.
Я стону, пожирая глазами сладкую маленькую киску, и мой член, мать его, рвется в бой, заточённый тканью джинсов.
Черт, её запах похож на смесь мёда и секса, и от этого сочетания на моём члене выступила капля преэякулята и впиталась в ткань боксеров.
Мои яйца набухли от желания оказаться внутри, и, наконец, заявить на Тесс свои права.
Но сначала я планирую проскользнуть языком между этих сладких губ и попробовать запретный нектар.
Я целую низ её живота и медленно раздвигаю ноги.
Поднимаюсь рукой вверх по бедрам, пока пальцы, наконец, не начинают скользить по ее гладким, пухлым складкам.
Тесс стонет, её глаза широко раскрыты, пока она смотрит вниз и наблюдает за мной.
Двумя пальцами я раздвигаю ее лепестки, и двигаюсь дальше.
Она вскрикивает, когда мой язык начинает скользить по ее киске, дразня, прежде чем подняться чуть выше, чтобы помассировать клитор.
Член в нетерпении дёргается так сильно, что мне приходится опустить руку и погладить себя, пытаясь снять напряжение.
На вкус она как гребаный рай, и я стону, когда просовываю язык глубоко внутрь.
Она ахает от неожиданности и прижимается ко мне, и я точно понимаю, что же задумал Ноа.
— О, черт, подождите.
Тесс всхлипывает, когда мой приятель проводит языком по ее заднице, дразня влажным кончиком, отчего пальцы на ее ногах поджимаются.
— Я никогда. я хочу сказать. ты не можешь.
— Уверена, что хочешь, чтобы он остановился?
Я рычу, отстраняясь и целуя ее бедро, когда смотрю на нее.
Лицо Тесс сияет от удовольствия, рот приоткрыт, и ее тело горит.
Ноа стонет, уткнувшись в нее, руками крепко сжимая ее попку, пока дразнит ее своим языком.
— Нет, — наконец выдыхает она, качая головой. — Нет, не думаю, что хочу этого.
— Тогда держись, красавица, — стону я, крепко удерживая ее бедра, когда снова вхожу в нее. — Потому что мы собираемся перевернуть твой чертов мир с ног на голову.
Мой язык проникает обратно между ее лепестков, дразня ее клитор, пока Ноа делает то же самое с ее тугим маленьким анусом.
Тесс мечется в экстазе между нами, задыхаясь все громче и громче, пока звук ее удовольствия не заполняет комнату.
Спасибо, черт возьми, за звукоизоляцию этого места.
Мы вдвоем крепко держим ее, стоя на коленях по обе стороны. Тесс помогает себе руками, запутавшись в наших волосах, не позволяя себе осесть между нами.
Мой язык движется все быстрее и быстрее, и когда я завожу палец в ее тугое отверстие, она сильнее прижимается ко мне.
Ноа громко рычит, крепко сжимая ее попку и широко раздвигают ее полушария руками, когда начинает трахать самое интимное место своим языком.
Мы безжалостны, стонем и пробуем ее на вкус, пока внезапно Тесс не взрывается между нами.
Крик удовольствия вырывается из её рта, дыхание превращается в один большой сдавленный стон, когда вихрь удовольствия разрывает ее на части.
Она почти падает, но мы оба крепко держим ее, языками доводя до очередного оргазма, пока Тесс не превращается в стонущую, задыхающуюся, красивую смесь из эмоций.
Медленно мы поднимаемся, крепко держа её тело и одновременно прижимаясь к ней как можно ближе.
Я целую её, позволяя ощутить её же собственный сладкий вкус, оставшийся на моих губах, и стону, когда Тесс в ответ лишь углубляет поцелуй.
— Боже, что это было?
Она часто дышит, и я чувствую, что на ее лице расплывается широкая улыбка, когда Тесс утыкается мне в грудь.
— А, это, красавица, лишь начало.
Глава 11
Мы наполовину тащим, наполовину несем Тесс в сторону огромного дивана, стоящего у стены. Падая на него, и я и Люк одновременно начинаем касаться губами её кожи, получая в ответ стоны и полное растворение в процессе. Целуя её спину, я срываю с себя рубашку, а Люк располагает Тесс сверху. Пульс грохочет в венах, и я впервые ощущаю нечто подобное. Мое сердце бьется со скоростью сто миль в час, и с каждым поцелуем, который я оставляю на обнаженной коже, внутри меня разрастается чувство привязанности к Тесс.
Какого хрена со мной происходит?
Я никогда ни в кого раньше не влюблялся — даже близко чего-то подобного не испытывал. На самом деле, я скорее гордился тем, что сумел к своему возрасту не попасть в эту сеть, не увяз в отношениях с какой-нибудь цыпочкой в отличие от многих своих друзей. Конечно, я ходил на свидания, но они всегда были. ну, я бы даже не назвал их «случайными». Скорее правильнее сказать это были «мимолетные» встречи. Ни одни мои отношения с женщиной не длились долго, потому что я никогда не испытывал того чувства, о котором, по всей видимости, и пытается рассказать каждый, кто «угодил в сети».
Только не я.
Однажды я даже «встречался» с одной девушкой одновременно с Люком. Продолжалось это всего пару недель максимум, и, если быть честным, я определенно чувствовал себя в этих отношениях третьим лишним. Ей нравился Люк, а еще хотелось когда-нибудь похвастаться подругам забавной историей о том, как она трахалась с двумя парнями одновременно. В конце концов, сначала ушел я, а следом и Люк.
Как я уже сказал, они (отношения) всегда имели свойство заканчиваться.
И происходит это отчасти и потому, что я никогда не чувствовал ничего по типу «вот оно, то самое».
Еще некоторое время назад я бы заявил, что это очень дерьмовое описание чувств — то, что долгое время пытаются навязать людям голливудские фильмы. Главная цель таких фильмов — вызвать слезы у зрителя при помощи эмоциональной сцены с ярким выражением чувств, которых в реальном мире и не существует вовсе.
В этом плане друзьям всё же удалось подобраться чуть ближе и убедить меня, что подобное чувство действительно реально, пусть и сами они никогда ни в кого не влюблялись. Но стоит ли им верить полностью, я всё же не знал.
До этого самого момента.
Чувства, которые я испытываю, когда касаюсь кожи Тесс, сравнимы с чувствами, которые испытывают, когда встречают что-то очень родное — то, что искали всю жизнь. Поцелуй ее подобен неоновой вспышке, которая заставляет внутренний голос кричать: «Да, именно такие ощущения ты и должен испытывать во время поцелуя, идиот!»
Стоны её удовольствия, её смех, улыбка, этот огонь в глазах, это нахальство — все это словно серебряная пуля проходит сквозь стены, которые я воздвиг вокруг себя.
Она вдребезги разбивает подобную хрень, и именно поэтому могу сказать, не колеблясь ни секунды, что я, мать его, влюбляюсь в Тесс.
И у меня нет никакого желания это останавливать.
Я пришел сюда сегодня вечером вместе с Люком по его просьбе. И я точно ничего не ожидал, кроме, может быть, какой-нибудь новой телки, которая хотела бы познакомиться поближе с нами двумя. Но то, что произошло с Тесс, буквально рушит все мои представления об отношениях. Чувства к ней словно вернули меня на землю, отбросив прочь всё, что я, как мне казалось, знал до этого.
И в голове осталась лишь одна абсолютная истина: она — та самая.
Пусть я даже не совсем понимаю, что это значит, так как никогда раньше не испытывал ничего подобного, но точно знаю, что это правда.
Это она, та единственная, и будь я проклят, если отпущу ее сейчас.
Проявляется ли это в физическом плане? Еще бы. Я хочу сказать, мать его, да ни одной девушке до этого момента не удавалось настолько сильно возбудить меня! Ни от одной девушки моя кровь не закипала, а тело не охватывала мучительная боль. И теперь я сгораю от единственного желания и потребности — погрузиться в Тесс, коснуться каждого сантиметра ее тела и заставить ее испытать оргазм такой силы, который она не представляла ранее.
А затем повторять это снова и снова, пока она не забудет своё имя. И единственное, что будет для нее важно — это я и то, что происходит между нами в данный момент.
Именно этим я и планирую заняться.
Люк тянется к ремню, одновременно углубляя свой поцелуй с Тесс. Я стягиваю с ее лодыжек трусики и подношу их к своему носу — стону как измученное животное, вдыхая ее сладкий запах. Мой член дергается лишь от этого. А когда слышу, как мой друг расстегивает молнию, то знаю, что пути назад нет. Я сбрасываю штаны и боксеры, одной рукой обхватываю и начинаю гладить свой толстый член, поцелуями спускаясь к ее попке. Другой рукой я заставляю ее слегка расставить в сторону бедра. Провожу языком по ее намокшей киске, получив в ответ стон удовольствия. В этот же момент Люк приспускает свои джинсы.
Тесс делает резкий вдох, вызывав ухмылку на моем лице.
Знаете, я из тех парней, кого называют «упакованный». Девять толстых дюймов, которые не очень-то любят «простаивать». И меня точно нельзя отнести к тем, кто может быть недоволен подобными размерами.
Но Люк? Я усмехаюсь про себя, слушая, как перехватывает дыхание Тесс. О, да, Люк — гребаный жеребец. Нет-нет, он и сам по себе большой парень, но его одиннадцатидюймовый член каждый раз приводит к тому, что у девушки отвисает челюсть. Хорошо, что в нем есть еще и доля мимишности, потому что, если бы у него была только темная сторона, он действительно мог бы причинить кому-то боль этой штукой.
К счастью, в ситуации с Тесс темная сторона есть у меня, а это значит, сегодня от нас она получит как долю нежности, так и полного разврата. Для подтверждения своих намерений, я приподнимаю ее зад, присаживаясь на диван и провожу языком от клитора к ее заднему отверстию. Медленно.
Тесс стонет, а я делаю это еще дважды, прежде чем скользнуть вверх по ее спине до тех пор, пока губами не касаюсь ее уха. Люк снимает джинсы, откидывается на диван, расставив ноги так, что её взгляду открывается пульсирующий от возбуждения член.
— Черт возьми, — шепчет Тесс, глаза широко раскрыты, а рот слегка приоткрыт от того, что она видит перед собой.
Я опускаю руку вниз и проскальзываю пальцем в её влагалище, вызывая у Тесс тихий стон.
— Почему бы тебе не попробовать его на вкус? — шепчу я ей на ухо. — Хочу посмотреть, как широко растягивается твой милый ротик вокруг его большого члена.
Мои слова дразнят ее, а большой палец скользит по клитору, отчего Тесс стонет, выгибая спину. Она протягивает руку, тяжело дыша, и медленно обхватывает своими маленькими пальчиками толстый ствол Люка. У нее не получается полностью обхватить его рукой, но, черт возьми, ее попытки выглядят такими возбуждающими. Люк стонет, еще сильнее напрягая мышцы в тот момент, когда она медленно проводит рукой вверх и вниз. Белые капли смазки на кончике члена плавно начинают стекать по стволу. Она рукой размазывает жидкость, делая скольжение более легким.
— Соси его большой член, детка, — стону я. — Соси его, пока каждый дюйм моего члена будет погружаться в твою сладкую маленькую киску.
Дыхание Тесс прерывается, когда я целую ее спину, медленными и глубокими движениями языка еще несколько раз проводя по её вагине и анусу. А затем встаю на колени сзади нее. Поглаживая член рукой, я подаюсь вперед, проводя головкой по ее клитору. Прижимаюсь к ней бедрами, скользя верхушкой члена между ее лепестками и клитору, позволяя Тесс почувствовать все мои девять дюймов, готовых погрузиться в нее. Я смотрю, как она наклоняется вперед, и когда Тесс медленно скользит губами по головке Люка, он громко стонет.
Я дразню клитор еще раз головкой члена, прежде чем прижать его к главному отверстию. Она всхлипывает, во рту у нее член Люка, и в этот самый момент я толкаюсь внутрь. Я стону, мои глаза прикованы к тому месту, где соединяются наши тела. Я наблюдаю за тем, как ее гладкие розовые губы плотно обхватывают мой ствол. Руками сжимаю ее задницу, широко раздвигая ягодицы, и снова дюйм за дюймом погружаю свой член в нее, пока яйца не упираются в клитор.
Чертов. Ад.
Хватая ртом воздух, я рычу и крепко прижимаю ее к себе, стискивая зубы. Тесс — гребаное совершенство. Я ощущаю райское наслаждение, и мне так чертовски хорошо, что приходится сдерживаться, чтобы не погрузиться в это ощущение полностью, оттягивая тем самым момент, когда наконец наполню её своей спермой.
Но еще рано, не сейчас. Покерный турнир снаружи будет длиться вечно, и, честно говоря, мне наплевать, даже если бы он закончился прямо сейчас, и Тесс была бы нужна там.
К черту всё. Потому что прямо сейчас этот идеальный, милый, невероятный ангел — наш, и я точно знаю, мы оба планируем взять максимум от этой встречи.
Я снова борюсь за самоконтроль, прежде чем достаю член из её влагалища, оставляя внутри неё лишь головку. Стенки её киски сжимают меня сильнее, легкими подрагивающими движениями засасываю член обратно, заставляя яйца ныть и молить об оргазме. Я ввожу член внутрь, заставляя Тесс громко стонать вокруг члена Люка, вхожу в неё на всю длину. Взглядом окидываю всё ее тело, наблюдая, как она втягивает щеки, пытаясь чуть глубже взять член Люка в свой маленький ротик. Она отстраняется, тяжело дыша и постанывая, затем снова пододвигается и медленно облизывает его член от самого основания до головки. Я стону, наблюдая, как ее маленький розовый язычок танцует у основания члена моего друга. Люк рычит в ответ, пресс его напрягается, когда она опускает голову и нежно берет в рот одно из его яйц.
— О, черт, вот так, милая, — стонет он, откидывая голову назад и проводя рукой по ее волосам.
— Соси его яйца, детка, — велю я, подчеркивая каждое свое слово толчком бедер, погружая тем самым член глубоко внутрь. — Погладь этот большой член и оближи его яйца, как послушная маленькая девочка.
Тесс стонет, выгибая спину и толкаясь навстречу моим движениям. Она обхватывает обеими руками член Люка, поглаживая его влажный ствол, пока языком проходится по его яйцам. Я рычу, погружая каждый дюйм своего члена как можно глубже. Она громко стонет, отстраняясь от Люка и довольно кричит, когда я начинаю трахать ее быстрее. Стиснув зубы, я впиваюсь руками в её кожу, погружая свой член в скользкое, горячее лоно.
Убирая одну руку, я шлепаю её по заднице, ожидая реакции Тесс. Когда в ответ она громко вскрикивает и выгибает спину, а ее киска крепко сжимается вокруг меня, я понимаю, что попал в точку.
Поделиться книгой: