Двойной Вася без сахара

Захлопнула крышку, уселась на унитаз и поджала ноги. Едва не плача, вытащила сотовый:

– Мама? Да, прости… Нет, у меня всё в порядке. Просто… Когда у тебя зарплата?

Выслушав всё, что мать думает обо мне и безответственности, молча отключилась. Не вариант. Увы, знакомый, к которому я не добралась, был очень недоволен… Целых пять минут, а потом взял другую выпускницу, так что работы у меня не было… Кроме жуткой кабалы у монстра! Этот гад в ответ на мой намёк, куда следует запихнуть его предложение, попросил оплатить счёт из салона красоты, и я поняла, что первое впечатление было верным: «Сказка» – оплот Сатаны! Нельзя за перекраску волос требовать стоимость хорошего автомобиля!

Пригорюнилась: если я хочу сбежать, нужно придумать, где достать деньги на откуп. Хлопнула дверь, раздались голоса.

– Секретутку Василия Михайловича видели?

– Откуда хоть она свалилась?

– Ха-ха, свалилась она эффектно! Витька говорил, что едва удержался, чтобы не повалиться следом, да босс на её дырочки уже глаз положил.

– Думаешь, дала?

– А ты бы не дала? – Вздох. – Отравить её, что ли?

– Если вторая секретутка попадёт в больницу с отравлением, Василий Михайлович может разозлиться…

– Это да. – Снова вздох. – Ничего, мы придумаем, как от сучки избавиться!

Голоса удалились, хлопнула дверь. Меня затрясло. Зато стало понятно, куда делась девушка, чей пиджак висел на спинке стула в приёмной, и почему боссу так срочно понадобилась секретарша. А при мысли, что вместо новогодней вечеринки у Галки, мне придётся идти с чудовищем на деловой обед, хотелось побежать за девчонками и умолять их дать мне яду прямо сейчас. Ну какой монстр будет требовать подчинённых работать в новогодний вечер?! Василий Михайлович.

Глава 6. Василий

– Клиенту улыбаться, не хамить, и вообще, вести себя как будто он твой любимый американский дядюшка, а ты его единственная наследница. Поняла? – обратился я к двум соблазнительным полушариям, выпирающим из декольте.

– Поняла, – зарычала грудь, завораживая своим колыханием.

Напою Ваську сегодня, точно. А потом утащу свой подарок под елку. У меня дома шикарная зеленая красавица. Чем-то напоминал прежний цвет волос моей грудастой зазнобушки.

Отлепив глаза от шикарного декольте, я подхватил девчонку под руку и повел на зал. Пробегающая мимо официантка своим нежно-пурпурным цветом лица подсказала, что клиент уже за столиком. Громкое «Неси, чё стала» подтвердило мои подозрения. Потомок дворянского рода Эдуард Аврелин с несвойственной ему скромностью взял от своих родовитых предков только фамилию. А остальное добрал у четких пацанчиков с семками.

Заметив нас, Эдуард исполнил наисложнейший для него акт вежливости. Оторвал свои сто двадцать кило от стула и гаркнул на весь зал:

– О, Василий! Дарова! Чика зачет!

Чика рядом затряслась. Мои расчеты попали в яблочко. У Васька не могло не быть острой аллергии на быдланов. А вид шарообразного дядьки с красной дедморозовской шапочкой над пропитым лицом, да жёваной сигарой в зубах, кого угодно доведёт до паники.

– Ниче так сиськи. Ты ее уже шпилишь?

Настолько сальная ухмылка была перебором даже для меня. Васенька мило булькнула и захрустела кулачками. Я сжал локоток покрепче и широко улыбнулся:

– Во всех позах.

– Красавчик! – Эдик почесал пузо. – Ну так, значит, угадал я, с новогодним прЭзентом. Айн момент. Чика, держи!

Если бы мне позволяло воспитание, я бы упал на пол, и катался по нему, дрыгая ножкой от смеха и пристукивая кулаком по лакированному паркету. Это было даже круче того случая, когда моя бабуля, да полиняют все ангелы от ее вечного брюзжания, решила, что если на моих кассетах нарисованы кресты, то значит там записаны церковные песнопения. В нашем доме чуть не случился массовый инфаркт, когда бабуля решила духовно обогатить своих престарелых подружек.

Васька сейчас тоже обогатилась. На каменный елдак. Здоровый такой и, детализированный с величайшим мастерством. Она стояла посреди банкетного зала с членом в руках и натянутой улыбкой, а я прямо видел, как с нее обтекает. Даже музыка притихла, венчая важность момента гробовой тишиной.

– Забавляйся Чика. Гы-гы. Ну-с, пожрем, что ли? Шампусика тащи!

Васька отмерла. Как робот, поставила презент на стол, прошипела что-то про уборную, и на негнущихся ногах заковыляла прочь. Эдик проводил ее тем же сальным взглядом. С его габаритами и образом жизни он вряд ли мог осилить большее, чем трах на словах.

– Братан, прикинь, все ж в курсах что ты всякую чертовщину собираешь! Ну так я ж со всем уважением. Продаван мне клялся своими мудями, что с помощью этого красавца можно любую чику завалить. Только надо типа волос ее намотать. Прикинь, классно?

– Не то слово, – я задумчиво рассматривал праздничный хер.

Резка по камню выполнена топорно, но видно, что вещь старая. Так и веет историей… При мысли, какими именно историями веет от каменного члена, я усмехнулся. Возможно, мне в руки попался действительно раритетный экземпляр. Сам я предпочитал готические игрушки и в сказку о магической силе хера не поверил, но знал одного типа, – владельца сети магазинов секс-шопа, – который за этот камешек бы душу продал.

Зачем мне душа друга Мишки, я пока не знал, но чуял, что подарок аристократа будет полезен, хотя пока он только отпугивал официанток. А Эдуард через «че» и «ваще» затарахтел про дела. Вот же вынесли лихие девяностые всякое говно наверх. Но деньги, как известно, не пахнут.

Васька прискакала обратно через пять минут. Быстренько в себя пришла. Волшебный, древний ХУ, я его так назвал, гордо возвышался посередине украшенного еловыми веточками стола. Заценил композицию и хмыкнул: нет, не отдам Мишке! Поставлю у себя на витрине. Ну а что? Сейчас креатив в моде. Ходил я недавно на выставку. Еле пробился к самой популярной картине. Одни ляпки и кляксы. По-любому художник ее ХУ и рисовал. Загонял себе в одно место краску, а потом извергал свой богатый внутренний мир на холст.

Эдуард ел не по аристократичному шумно и неаккуратно: во все стороны летели брызги. Жирная капля попала на декольте позеленевшей Васьки. Впрочем, секретутка тут же покраснела варёным раком, ибо клиент стянул шапку с лысины и с удовольствием повозил ею по груди девушки. От шока даже салфетку выронила. Я усмехнулся и вынул из кармана платок, протянул булькнувшей нечто благодарное Ваське. И вновь девчонка, стуча каблучками, сбежала в туалет.

А я удивлённо уставился на невесть откуда взявшийся в тарелке волос. Длинный, зелёный… Может, когда вынимал платок, достал? Но это означает, что волос прицепился ещё в первый день знакомства с Васькой. Я был в другом костюме… Странно. Приподнял волосок и посмотрел на каменное украшение новогоднего стола. Губы медленно расплывались в ухмылке: а что, если хер действительно волшебный? Поразвлечься, что ли?

Взял ХУ, под испуганными взглядами подливающей вино официантки, намотал зелёный волосок, да поставил обратно. Оглянулся на двери: где же Васька? Возникло странное, казалось, давно забытое ощущение ожидания чуда. Застучали каблучки, секретутка, не поднимая глаз, примостилась на стул и уткнулась в тарелку. Я был слегка разочарован: никакого эффекта! Чего и следовало ожидать. Раздражённо отбросил вилку: хоть бы поерзала для приличия.

До толка с Эдуардом мы дошли только через два часа. К этому времени клиент был изрядно пьян, да и у Васьки щечки покраснели. Не то от вина, не то от фирменных анекдотов про Ржевского.

Распрощавшись со свиньей в дорогом костюме, я изъял свою секретутку из-за стола, и решил продолжить спаивание в машине, без посторонних. И каково же было мое удивление, когда в холле фешенебельной гостиницы, в ресторане которой мы ужинали, девушка вдруг покачнулась и, облокотившись на меня, издала тихий, но очень отчетливый стон!

Глава 7. Василиса

Он втолкнул меня в гостиничный номер, с силой захлопнул дверь и привалился к ней. Я во все глаза смотрела на босса и не узнавала его. Холодно-саркастичный в обычной жизни, сейчас он напоминал пылающего демона! Словно в него вселился дух одной из чудовищно-жутких масок, что в избытке украшают стены нашего офиса. Сглотнула и невольно отступила на несколько шагов.

За окном творилось безумие, стены номера освещали разноцветные вспышки, а между нами росло напряжение. Казалось, сейчас воздух заискрится ярче салюта. Василий Михайлович не двигался, дышал тяжело и рвано, да не сводил с меня потемневших глаз. В зрачках словно заворачивалось тёмное пламя, чувственные губы подрагивали, хриплый голос прозвучал властно:

– Раздевайся!

Едва сдержала стон. Не знаю, что за вино подают в этом ресторане, но у меня реально поехала крыша. Я бы никогда не сказала того, что вертелось на языке. Но в эту новогоднюю ночь всё иначе…

Глава 8. Василий

– Раздевайся, – прорычал, пугая самого себя хриплым голосом. Таких низких нот я не выдавал даже когда мы с дворовыми парнями решили сколотить музыкальную группу. Меня определили в солисты, хотя на моих ушах сплясал медведь, а подростковым ломающимся голосом можно было натурально пытать.

Но моя зеленушка даже не вздрогнула. Уперла одну ручку в бок, а второй продемонстрировала так хорошо мне известную комбинацию из трех пальцев.

– А вот хренушки! – Обломщица помахала кулачком, чуть не съездив мне фигой по морде. – Сам раздевайся!

Даже завис на секунду. А Васька осмотрела меня таким плотоядным взглядом, что вдруг очень захотелось прикрыть срам ладошками и крикнуть басом «Помогите, насилуют!»

– Стриптиз хочу, – вынесла вердикт она, и прищелкнула пальцами. Типа «Ну-ка, сообрази!»

Какой стриптиз, мать вашу?! В этой комнате если и был шест, то только между моих ног и уже знатно побаливал! Хотя можно и без шеста. На стульях же пляшут! И без них… Схватился за голову, чуть не выдрав клок волос. О чем думаю?! Не собираюсь же я исполнять её приказ? И тут же оперативно расстегнул пару пуговок на рубашке. И что я делаю?! Мужики не танцуют! Но руки и ноги зажили самостоятельной жизнью. Похоже, у волшебства, которое бросило Ваську в мои объятия, оказались побочные эффекты.

Что ж. Если бы существовал конкурс на самый ужасный стриптиз, то я победил бы по всем номинациям. Да полупьяные подростки на сельских дискотеках, просто балет Тодес по сравнению со мной. Ходил вприсядку, делал наклоны, вилял, чтоб Ваську все демоны поимели, бедрами и все это сопровождалось скрипом моих зубов и хихиканьем зеленушки. Наглая девчонка сверкала глазками своими голубенькими, да в ладошки хлопала!

Ну, секретутка криворукая, ну креативщица убогая, выпорю! Дай только танец закончить! С ненавистью смотрел на развалившуюся на кожаном диванчике Ваську и ожесточенно возил галстуком по голым ягодицам, натирая их, как чистильщик обуви натирает чей-нибудь сапог. Мой шест, вопреки творящемуся безобразию не собирался опадать и болтался как стрелка барометра, которая никак не могла определиться, буря сейчас произойдет или тотальный Армагеддон.

Натерев многострадальные булки до слепящего блеска, отшвырнул ненавистный галстук и застыл в коронной позе Фредди Меркьюри. Да! We are the champions!

– Браво! Бис!

В меня полетели смятые рубли, а я чувствовал себя сейчас последней дешевой проституткой. Но тело получило долгожданную свободу, и я, рыча униженным медведем, бросился на довольную жертву. Васька заверещала, когда задрал ее юбчонку. Красные трусики были безжалостно разорваны. Сейчас ее попка будет такого же алого цвета!

– Это тебе за стриптиз! – Хлоп. Звонко как! Аж для слуха приятно. – Это за обломанный кайф! – Хлоп. Огладил нежную ягодицу. – Это за все твои «Нет»! – Хлоп. А она попочку оттопыривает, будто не желает, чтобы я руку убирал. – Это… это…

Так и хотелось начать стандартное «За папу» и «За маму», но родственники сейчас были точно не в кассу. Да и Васькины тихие стоны окончательно растворили в себе мое красноречие. Ей что, нравится пожестче? Я удивленно глянул на две аппетитные дольки, задорно торчащие вверх. Кожа на них оказалась лишь чуточку розоватой. Понятно. Звука много, эффекта – ноль. Да и ладно, формальности, как говорится, соблюдены, пора приступать к заслуженному десерту.

Опрокинув малышку на спину, нетерпеливо устроился сверху. Моя проказница облизнулась и заерзала. Не будь девственницей, уже стонала бы от каждого толчка. Но приходилось терпеть до сжатых в горошинку яиц. Я же не животное какое-нибудь! Аккуратно все сделаю. Нащупав пиджак, который в порыве стриптиз-вдохновения бросил Ваське, извлек из кармана защиту. Дети – цветы жизни, но, пожалуй, пока обойдемся без них.

Мой позор чуть не повторился от первого движения вглубь неизведанной территории. Как хороша! Узкая… и мокрая вот прямо насквозь. Да и я на пределе уже! Второй толчок и застонали мы уже синхронно. И ей, кажется, не больно совсем! Вон как подмахивает. Не поймешь, то ли я ее беру, то ли она меня. Острые коготки вонзились в мои горящие огнем ягодицы. Подпихнули вперед. Ну, если дама настаивает…

Шикарная грудь колыхалась, диван поскрипывал, Василиса постанывала и царапалась, а я понимал, что еще немного и взорвусь окончательно. Такого кайфа не испытывал даже в свой самый первый раз, дорвавшись до тощенького тела моей соседки сверху. Год за ней ходил с цветами и писал унылые стихи. Наверное, все-таки разжалобил. Победа казалась сладкой. Но Василиса перебила этот восторг с лихвой. Сколько там у меня презиков? Ох, не хватит на эту ночь…

Глава 9. Василиса

Вид привычно-саркастичного властного босса, который по моей команде вдруг пустился вприсядку, вызвал такой гомерический хохот, что я едва не свалилась с дивана. Его колом стоящий член, словно стрелка компаса, положенного на магнит, дёргался, как сумасшедший. Это веселило… и возбуждало! Василий Михайлович первый, кого я вижу в таком… откровенном «наряде Адама». Вживую конечно. Разумеется, мы с Галкой просматривали горячие видео в интернете, а более продвинутая в сексе подруга ещё и комментировала. Поэтому я понимала, что размер у моего шефа… весьма приличный! Галя, глядя на стволы порноактёров, мечтательно закатывала глаза и желала, чтобы у Алекса отрос такой же. Мне желать не приходилось…

Впору бы задуматься, почему я вдруг ощутила непреодолимое желание прижаться к своему боссу, почему кивнула в ответ на предложение подняться в номер… Но особенно, почему ехидный и требовательный Василий Михайлович, который дня не упустил, чтобы унизить и уколоть меня, выполняет мои приказы, но думать об этом совершенно не хотелось. А когда мой красавец-босс задрал мою юбку, последние мысли разбежались испуганными белками.

Ощутив, как ожгло ягодицы, я… возбудилась ещё сильнее! Внутри всё разгорелось, живот свело сладкой болью, лоно запульсировало. Даже испугалась: неужели, я, как героиня одного известного фильма, люблю… подобное обращение? Но шлепки босса не были болезненными, хотя и сопровождались весьма громким звуком. Страстно хотелось, чтобы после шлепка он погладил меня чуть дольше, а ещё лучше – проник пальчиками между ягодиц и… От таких мыслей едва не задохнулась. Какая же я порочная!

Он перевернул меня, прошептал, что будет нежен, и я поверила. И расстроилась. Не хотела нежности! Страстно желала того, чего ещё не знала. Казалось, не возьми он меня, я просто взорвусь, растаю, как Снегурочка над костром своей страсти. Желание выворачивало наизнанку, и я шептала такие непристойности, от которых сворачивались трубочками собственные уши. Словно некто за меня говорил это моими губами. Просила, умоляла. Глубже! Сильнее! Острее!

Василий захрипел, рыкнул и, вдолбившись в меня с такой силой, словно хотел разорвать, обмяк. Едва не задыхаясь от острого накрывшего пика наслаждения, любовалась плавающими по потолку разноцветными кругами, и, кажется, это не были отсветы от громыхающего салюта. Вот это кайф! И я столько лет лишала себя удовольствия в ожидании «того самого»!

Прикусила мочку уха моего босса и когда он вздрогнул, прошептала:

– Ты великолепен!

– О, да! – выдохнул Василий, и у меня засосало под ложечкой от очень уж хитрого взгляда. В офисе за таким вот зырканьем обычно следует нечто унизительное. – Я вот тут давно мечтаю кое о чём… Ты же не откажешь? Судя по стриптизу, не должна. Магия Ху!

Он взял меня на руки и, нехорошо так улыбаясь, понёс во вторую комнату номера.

– Что ты задумал? – испуганно пискнула я.

– О, – загадочно протянул он, опуская меня на кровать, – много чего! Для начала сделаю так…

Закинул мои руки вверх и, привязал ремнём запястья к узорчатой спинке кровати. И когда успел его из брюк вытащить? По затылку прокатилась ледяная волна, голос дрогнул:

– Зачем ты это делаешь?

– Васёк, – едко хмыкнул он, накрывая мои веки повязкой. Из воздуха её что ли достал этот фокусник? – Делаю, чтобы исполнить всё, о чём мечтал все эти дни, когда ты трясла упругими грудками и манила кругленькой попочкой… и ты уже не скажешь мне «Нет»!

Лишив меня возможности видеть и сопротивляться, прижал своим телом, да накрыл губы властным поцелуем, проник внутрь языком. По шее побежали мурашки, даже волосы, казалось, встали дыбом. Я не могла видеть, и от этого чувства стали острее. Жадные горячие губы босса рисовали замысловатые узоры на моей шее, груди. Когда он легонько прикусил сосок, я громко застонала, а когда опустился к лону, уже кричала в голос. Но мой мучитель не торопился тушить разгоревшийся пожар моей страсти. Он нежно вылизывал ноющий от напряжения бугорок, но, стоило мне ощутить приближающуюся волну наивысшего наслаждения, этот монстр со смехом отстранялся.

Я билась, умоляла, грозила, а босс наслаждался моей беспомощностью и упивался своей властью. Ощутила его горячее дыхание на щеке:

– Вот как я ощущал себя день за днём, Ёлка ты моя колючая!

– Прости, – всхлипывая, прошептала я. Полностью обессиленная, дрожала и жаждала ощутить его твёрдость внутри, слиться с мучителем и достигнуть желанного пика. – Умоляю, прости… Я хочу тебя! Очень хочу! Пожалуйста…

– О, – гортанно протянул босс. – Кто же может устоять, когда красивая обнажённая и влажная в нужных местах женщина умоляет? Вот только я ещё не наигрался…

Раздалось шуршание, и я снова ощутила на горящей коже лона его влажный язык. Подалась нетерпеливо, как вдруг в губы ткнулось нечто тёплое гладкое. И хриплый голос босса:

– Оближи его!

Послушно раскрыла рот, а Василий ехидно прокомментировал:

– Какая покорная! Интересно, это навсегда? – Тут же чертыхнулся: – Ох, нет! Второго стриптиза я не переживу.

Ответить я не могла, босс погружался в меня, раз за разом всё глубже, да и сам застонал и приник к моему лону. Обжигающая волна взорвала мир, темнота рассыпалась яркими осколками, а я, оглушённая, тяжело дыша, пыталась понять: в окно влетел фейерверк или настолько яркий оргазм на миг лишил меня сознания. По губам стекали горяче-тягучие струи. Но босс и не думал останавливаться, исследовал моё тело и раз за разом доводил до пика и меня, и себя… казалось, мы даже переплюнули все просмотренные ролики. Лишь бы я потом смогла сесть…

Глава 10. Василий

Кто бы сказал, что первое января я проведу в офисе за изучением каменного елдака, послал бы к врачу особо-тайными тропами. Но вот как проснулся один, среди вороха простыней и кучи использованных резинок, так первая мысль была – на работу, к своей библиотеке. И срочно. Ну, не совсем первая… Для начала я Васеньку всеми ласковыми вспомнил. Какая, она к волшебному ХУ, девочка! Наездница, блин, лихая. Я еле себя от постели отскреб. Барометр между ног на отметке «Полный штиль», на заднице волдыри от галстука, а все тело ломит, как в былые времена после хорошего махача «стенка на стенку».

В душе немного в себя пришел и сразу в волшебный свой кабинет. В здании тихо, как в фильме ужасов, со стен офиса на меня маски африканские таращатся. Словно удивляются, чего боссу не спится, как всем нормальным… А босс ненормальный истово скидывает с книжных полок дорогущие старинные оккультные фолианты.

Книг у меня много всяких разных. Такой информации в интернете не найдёшь! Да и книг подобных. Некоторые в единственном экземпляре! В этой, например, листы из настоящей кожи, да написано кровью… Продавец мамой клялся, что человеческой. Надеюсь, мама его в здравии. Рыкнул и отбросил фолиант. Уже с десяток просмотрел, а про магический дрын ни полслова! И где Эдик его откопал? Надо адрес конторки вызнать. Но сейчас звонить было бесполезно. Четкий пацанчик ста двадцати кило аристократии наверняка видел в хмельном сне свои самые лучшие сексуально-активные годы. Цапнул следующую книгу с кованым замком в пол-обложки величиной.

Перелистнул последние несколько страниц и недовольно цыкнул. Опять мимо! Уже четвертый час копаюсь, а все потому, что решил – надо повторить. Еще, еще и еще. Как она стонала! А как на мне прыгала! И ротик ее просто райское искушение, куда там тому баунти… Штиль в штанах сменился на легкий бриз.

Нет, это просто невозможно! Потом досмотрю! Сначала утихомирить друга… Васька сбежала, значит, действие ХУ закончилось. Где бы новый волосок достать? Что же я, дурак, на простынях не посмотрел? И возвращаться бесполезно, в номере уже всё вылизали.

Ударил кулаком по ладони: вот же! Интересно стало про елдак разузнать, сразу в офис двинул, а о биоматериале и не позаботился… Тут еще праздники новогодние, все отдыхают. Васька моя трубочку точно не возьмет, а если возьмет, то пошлет в пешее. Да так глубоко, что и не снилось.

Глава 11. Василиса

Прислонилась к стене и вытерла рот. Всё тело пронизывала слабость, перед глазами плясали разноцветные круги. Ввалившаяся с утра подруга не облегчала моей участи.

– Траванулась ты, мать, – ворчала она. – Что пили-то?

– Да кто же знает, – простонала. – Но цена за бокал равнялась месячной аренде моей квартирки…

– Это ничего не значит! – тоном знатока заявила Галка. – Отравиться королевским крабом можно ты же легко, как и просроченным бургером из ночной забегаловки! Отличия лишь в том, сколько денег ты спускаешь… в унитаз!

– Буду знать. – Спорить сил не было.

Галка поставила на столик пакет и, перебирая коробочки, проворчала:

– Вот так тебе! Прокатила меня с вечериной… Впервые за десять лет отдельно Новый год встретили. Но я как чуяла, что с белым другом обнимаешься, зашла в аптеку… Где-то был активированный уголь. Вообще-то, я хотела организм почистить от шлаков… и похудеть после новогоднего стола. Знаешь, моя знакомая глотала по десять таблеток на кило…