Во власти Тьмы

– Почти на все. Я не хожу только на лекции по истории и на стихийные курсы.

–Стихийные курсы? Что-то типа изучения магии огня, воды и так далее? – задала вопросы Эврика.

– Все верно.

– И почему ты на него не ходишь? Это, в моем понимании, очень нужный урок, – недоумевала Рика.

– У меня нет предрасположенности к стихийной магии, только магия жизни и смерти и магия света, – ответил Дэн, – смотри, все уже собираются, так что иди.

–Ок, давай, пока, – и Рика пошла в свой кабинет.

***

–In lympha tacita truciora latent aconita… Кто-нибудь знает, что это означает?

Урок истории всегда был любимым уроком Эви. Ей нравилось слушать рассказы и легенды разных стран, ей так же симпатизировали древние языки, но Эдгар никогда не поддерживал ее любовь к мертвым языкам:

–Что ж, как я и думал…– пробормотал профессор Варгаса.

–В тихой воде таится более грозная отрава, – прервала Рика лектора.

– Хорошо, хорошо. А как вас зовут, милая леди?

–Эврика Маркова, профессор.

–А! Иномерянка, слышал я про вас, слышал. Позвольте поинтересоваться, от куда у вас такие познания?

Еще одна странность, более старшие или, наоборот, более юные мужчины не меняли голоса.

–Мне всегда нравилась история, это был мой любимый урок детства, – ответила Рика. Ей нравился этот старикан, он выглядел лет на шестьдесят с плюсом, был немного рассеян и безумно любил свой урок.

–Сколько лет обучаю детей, но никто мне еще не ответил. А нет был один такой, хороший ученик. Между прочим, вы на него чем-то похожи. Ой, заболтался я, так вот, как нам уже сказала мисс Маркова, переводиться это выражение как в тихой воде таится более грозная отрава или в современном варианте в тихом омуте черти водиться…

" -Эн, почему мужчины другого возраста со мной не меняют голоса?"

" – Это связано с необходимостью мужчин жениться. Этот ректор точно не жениться на тебе, поэтому ему нет смысла подлизываться к тебе. И мелкий юноша не жениться на тебе слишком стара ты для него."

"-Эй"

"-Ну ты поняла меня, теперь слушай урок"

–Эта фраза хорошо подходит ко всем великим событиям произошедшем в нашей истории. Взять сирено-вампирскую войну "Три знамени", король Ларг был великим правителем, но жестоким, беспощадным и злопамятным, – окинув класс взглядом, он продолжил, – Королевство Сирен высказалось плохо о его правлении на всемирном съезде, ведь он по происхождению был обычным рабочим. В течении десятилетий Ларг собирал соратников для войны с сиренами. Это стало огромной трагедией всего мира. Миллионы существ были убиты либо от оружия и магии, либо от голода, но самое страшное, что королевство сирен исчезло с наших карт, а эти бедные существа находиться под риском и вовсе исчезнуть. А всем известный Десмонд Хейлорв? Вроде бы обычный вампир, но разве кто-то мог подумать, что он окажется таким кровожадным и бесчестным существом. Вот вам еще один пример, ведьмо-оборотная война под названием " Война Красного облака и черных холмов". Началась она из-за самовлюбленного вожака оборотней, который получил отказ от одной из ведьм, и что он сделал? Начал войну! Полностью истребил такую сильную и такую, даже по тем временам, малочисленную расу. Ведьмы, не получив поддержку от других королевств, покинули наш мир и сколько было попыток вернуть их, но ничего, совсем ничего. Одна надежда на то, что у кого-то проснётся ген ведьмы.

***

Когда Эврика вышла, у входа в кабинете уже стоял Адриан в окружении некоторых ее однокурсников.

–А, Эврика. Простите, дамы, но мне пора.

–Ой, прости, не хотела тебя отвлекать- пошутила Рика.

–Издеваешься? Ты стала лучиком света во всей этой кромешной тьме, – драматично высказался Дан.

–Ой, хорош придуриваться,– проговорила Эн, сидя на плече у Эви

–Хорошо, какой у тебя следующий урок?

–Ммм, медитация, – ответила Рика, – в 2879.

–Пошли, – сказал Адриан

–У меня еще один вопрос, – вдруг сказала Эврика, – Почему ты со мной возишься?

–Во-первых, меня ректор попросил меня помочь тебе здесь обустроиться…

–И последить, – заявила Рика.

–Эм, нет, вовсе нет.

–Да ладо тебе, будь я на месте ректора, я бы поставила тебя следить за мной, – сказала Рика.

–Хорошо, он попросил меня приглядеть, – он сделал ударение на этом слове, – за тобой. Как бы ты сюда не попала, но девушки в этом мире остаются на вес золота. Так что ничего плохого он бы не попросил меня сделать.

– Поверь, меня не расстраивает то, что ты следишь за мной…

–Присматриваю! – Дан вмешался в монолог Рики.

–Присматриваешь за мной, – исправилась Эврика, – Я бы больше расстроилась, если бы он этого не сделал.

–Странная ты, – удивился Адриан, – Если бы кто-то из наших девушек узнал бы об этом, то как минимум она закатила бы истерику.

–Мне закатить истерику? – задала провокационный вопрос Рика.

–О, прошу, помилуйте, – умолял Адриан, – Никогда не умел успокаивать женщин.

За весь период их разговора, они успели зайти в лифт и оказаться у нужного Эврике кабинета.

– Я пойду, удачи, – сказала Эви. С каждой минутой этот парень ей нравился все больше и больше. Хоть он и был красив, но что-то ещё цепляло Эврику, что-то более душевное, не такое поверхностное как внешняя привлекательность. Прямо у кабинета ее остановила Эн:

– Я дальше не пойду.

– Почему?

– Этот урок подразумевает концентрацию внимания на своей внутренней энергии, а я и мои мысли будут отвлекать тебя. Поэтому, до конца урока я отключу нашу связь. Если что потом можешь найти меня в саду или в комнате.

– Хорошо, до встречи.

***

Эврика вошла в огромный зал с высокими потолками. Если кабинет историка модно считать обычной аудиторией, то это настоящий спортивный зал, правда без специального инвентаря. У входа был расположен коврик, где была оставлена вся обувь, на полу были постелены ковры: мягкие и пушистые. А также здесь было довольно много подушек. Быстро сняв обувь, Эви устроилась на полу прямо у самого окна. Как из не откуда появилась женщина средних лет. Старой назвать ее язык не повернётся. По ее виду можно сразу сказать, что она- источник неконтролируемой энергии и, одновременно, ледяного спокойствия:

– Итак, приветствую вас на своем уроке, – проговорила Варвара Демидова, – Хочу начать с того, что знаю, – тут она остановилась и сразу продолжила, – Многие из вас будут прогуливать мой предмет. Это связано с тем, что ученики считаю его бессмысленным и бесполезным,– ее голос был мелодичным и приятным, а все проговоренные ею слова были успокаивающими,– Но хочу привести статистику, что те ученики, которые посещали мои уроки сдали экзамен на семьдесят пять процентов лучше, чем те, кто моими стараниями пренебрегал. Конечно, вам думать. Этот предмет не подразумевает ни выставку оценок, ни сдачу экзаменов, так что, все незаинтересованных прошу на выход!

И вдруг резко открылась дверь. Все, кто был в комнате, обернулись.

– О, Дементий, я уж думала, ты забыл о сегодняшнем уроке.

– Задержался, – его ответ был кроток, но профессор не обиделась, а лишь жестом пригласила его пройти в класс. Дементий разулся и пошел к стене, прямо напротив, Эви, но потом покачал головой и сел с другой стороны окна, возле Эврики.

" Очень странное поведение, нужно держаться от него подальше и выяснить про него какую-нибудь информацию"

– Так давайте ещё раз повторим. Вы можете находится в любом удобном для вас положении. Как только вы выберете комфортное положение, закройте глаза и представьте отдельный уголок несуществующего мира. Здесь никогда не будет боли, войны, болезней и других раздражительным фактор. Все, что угодно, но не это. Ваша задача, отключится от реальности и полностью перейти в мир грез и желаний. Приступаем!

Именно этот урок стал началом конца для Эврики.

Антимония- пустая болтовня.

Глава 9

– Устройтесь поудобнее на ваших местах. Можете принять положение лёжа или сидя, как вам удобно, – сказала Варвара Демидова, – Сделайте глубокий вдох, – секундная пауза, – и выдох. Вдох. Выдох. Представьте, как ваша энергия скапливается в районе груди. Вдох. Выдох. Придумайте свой собственный мир, где никто не сможет вас побеспокоить. Это может быть место у моря, в горах, на природе, в библиотеке или музыкальный кабинет или ещё где-то. Следите за дыханием, оно должно быть гладким и глубоким, пусть оно скапливается не в груди, а в животе.

Эврика все делала по инструкции. Села, облокотившись об стену, прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и представила себе уединённое место в середине леса: где-то в далеке слышится маленький водопад, в небо перекликаются птицы, Эви услышала запах ранних цветов и лесных ягод. Уже к середине речи профессора она находилась далеко в себе: прогуливалась по лесу босиком, трогала деревья и кусты, обращала внимание на различных животных. И вдруг, она наткнулась на огромное дерево с дуплом. Оно совершенно не отличались от других таких же деревьев, но у Рики возникло ощущение того, что ей нужно заглянуть в дупло. Оно манило ее, приманивало и гипнотизировало нашептывало ей о чем-то. Не ведая, что она делает, Рика приблизилась к этому дереву. Поднялся сильный ветер, на небе собрались тучи, начался грибной дождь, но с каждым шагом Эви, дождь усиливался. Голоса становились все сильнее и громче, но из-за их многочисленности невозможно было понять, о чем они говорят. И вот остался последний шаг до дерева, Рика встаёт на торчащий корень, поднимается на носочки и заглядывает в дупло. Оттуда резко вылетели птицы, совершенно разные: черные, белые, коричневые, большие и маленькие. Все они кричали, говорили, просили, требовали, молили. Окружив Рику, они стали летать вокруг нее, образуя торнадо. Эви никак не могла отбиться от них, птицы врезались ей в голову, грудь, живот. И в один миг, Эврике показалось, что пернатые пытаются отнести ее куда-то. Но не успела она закончить эту мысль, как вдруг поняла, что не чувствует земли под ногами. Она упала в озеро, где смогла на время справиться от птиц. Она все падала, и падала, и падала.

Внезапно, Эви увидела перед собой женское лицо, оно разговаривала с ней, но из-за воды Рика ничего не поняла. Лицо так было ей знакомо, но Рика точно уверена, что никогда не видела ее раньше. Эврика не слышала слова, но чувствовала, там слова любви, тоски и извинений.

Вдруг, Эви почувствовала руки на своем теле. Сначала, она ощутила страх и желание избавиться от объятий, получить свободу. Да потом поняла, что эти руки выталкивают ее из воды. Вода приятно омывало тело Рики. Через некоторое время Эви заметила, что женский образ исчез и ощутила тоску и горе, за ними последовали чувства злости и желание мести. Со временем отражение луны все приближалось и становилось яснее, всплеск воды, и вот он, долгожданный глоток воздуха.

***

–Она просто уникум, как можно было попасть ко мне уже во второй раз за неделю? – ворчал себе под нос Локвуд, шаркая по полу ногами, – Как будто у меня других дел нет, ходить и нянчиться за ней.

–Выражайся о леди должным образом, – прозвучал чей-то голос.

Эврике он показался очень знакомым, но голова так трещала, что легче было вообще ни о чем не думать и лучше ничего не вспоминать.

–Конечно, сир. Простите, сир, старого глупца, – извинился Локвуд.

–Она мне тоже не нравиться, – сказал голос, – Не понимаю, почему ректор возится с ней, надо было давно сдать ее королю, чтобы он сам разбирался с ней.

–О, не переживай, ректор уже давно связался с королем, – прохрипела с кровати Эви, – Именно по его указу я все еще здесь.

– Леди, вы в сознании, -удивился Демид, – На уроке по медитации вы, эм, пропали, потеряли связь с реальностью. Мы заметили это не сразу, только по окончании урока, а когда попытались подойти и разбудить вас, то поняли, что вы окружены щитом. Я пытался пробить его, но после некоторого количества неудач услышал запах вашей крови и остановился. У меня было странное чувство

– Какое? – перебила его Эви.

– Никакого, – запротестовал Демид, – Я смог пройти через купол, и тогда поднял вас на руки и отнес в лазарет. Варвара Демидова очень переживала за вас, но ее обязанности, как учителя, сообщить о происшедшем ректору Аарону.

– Как долго я без сознания?

–Точно не знаю, но в лазарете мы находимся около пяти минут, – ответил Демид.

Тут открывается дверь и вбегает женщина- преподаватель по медитированию:

–Где эта бедная девочка?

Сразу за ней в лазарет широкими шагами вошел ректор.

–О, бедненькая, что с тобой случилось? Расскажи мне все! – начала Варвара Демидова, – Ты вторая такая на моей практике, но тогда я была не опытна и не знала, что делать… о я обещаю тебе, что твой конец будет совсем другим.

– О чем вы? Я н…

– Варвара Демидова! -вмешался ректор, – Думаю, вы напрасно нагружаете девочку. Тем более, у меня к ней есть разговор. Попрошу вас оставить нас на едине!

– Простите, ректор, – это стал быть Демид, – Но вы нарушаете этикет. По возрасту вы еще подходите.

– Что за чушь? -возмутился Аарон, – Мои принципы преподавателя дают мне думать об Эврике, только как об студентке. Не больше!

– Демид-то правильно говорит, – поддержала Варвара, – Давайте, я останусь

– Всем вон! -взревел Аарон, а глаза его окрасились в ярко-красный цвет. Всех, словно ветром сдуло, но не Демида.

– Что-то не понятно, Демид, – выплюнув, сказал Аарон.

– Я не позволю вам разговаривать в таком виде с девушкой, даже если она из другого мира.

Пока эти два петуха спорили и пытались доказать свою правоту, Эврика сражалась с головной болью. Никогда еще в своей жизни она не испытывала такие муки. Даже открытый перелом ноги, полученный ею во время спуска с Эвереста, был не столько мучительным. Рика даже не заметила того, как в комнату вошел ее верный проводник и, наверное, друг – Адриан. А еще голоса. Они резко появились в голове Эврики, что-то старательно нашептывали. Такое многообразие женских голосов постоянно говорил о чем-то! Шепот перешел в речи, а речи в крики. Не стерпев этот шум, Эви стала просить всех заткнуться, она стала умолять о тишине и покое. Но голоса не перестали кричать, не услышали ее, а вот ребята услышали. Слово взял Адриан:

– Простите, леди, за не подобающее повед…

– Заткнитесь! Заткнитесь! Я прошу вас! Умоляю! – тело Рики было еще слабым, но движение ее тела дало понять присутствующим, что дело в другом.

– Демид! За лектором, Адриан попробуй помочь и хотя бы успокоить ее, – отдал приказы Аарон.

Демид сразу испарился во тьме, а Адриан поднял голову слабой Эврики и положил себе на колени

– Дууһа аймалҕана

таҥара тылын эмтиир

оннук эмтээһинтэн да

дьиксинии да барар.

Айыы тойон эппитэ: "мин эмиэ баарым буолуо

сурукка суруллубут барыта,

маҥнайгы күүскүн толор