( Не ) мой ребенок

Побоялась трогать? Да, я не подарок спросонья, но это же не причина, чтобы оставлять меня спать на куске мяса?!

Шея сзади начинает нестерпимо чесаться. Тяну руку под ворот рубашки.

Там что-то есть!

Достаю и долго смотрю на листок жухлого салата. Нет, я еще могу как-то понять, что вырубился мордой в тарелку, но как мне за шиворот попал гребаный салат? Оглядываю столовую и неожиданно понимаю — эта сука вывалила мне на голову миску с едой, пока я спал! Кто так вообще делает?

Она охренела?!

Человек устал, вырубился за столом, а она на него салат… Что за выходки?

Это очень непохоже на мою послушную Мышь. Кто ей хвост прищемил, что она так себя ведет? Уж точно не я, у нас в последнее время не было конфликтов, все идеально.

Вот почему не идет ко мне. Боится! И правильно боится. Получит за дело по полной программе.

— Иди сюда, Мира, — цежу с издевкой.

Деться ей некуда, все равно придет.

Достаю телефон, набираю ее номер, а он недоступен.

— Какого…

Мире запрещено отключать телефон. Она должна быть доступна двадцать четыре часа в сутки. Она замуж для чего вышла? Жена должна быть в полном распоряжении мужа. Всегда!

Щеку почти нестерпимо щиплет. Провожу по ней рукой и на ладони остается след от чего-то красного, полузасохшего. Включаю фронтальную камеру на телефоне и любуюсь своим лицом, которое залито чем-то красным. По запаху очень напоминает… чесночный соус с кинзой!

Эта дрянь мало того что не позаботилась о моем комфортном сне, но вдобавок вылила на меня соус! Она решила, что бессмертна?

— Обалдеть…

Спешу в ванную, скидываю грязные шмотки прямо на пол. Мира потом уберет.

Встаю под горячий душ.

Вода помогает немного прийти в себя. Также понимаю — ну не мог я сам вот так вырубиться, причем надолго. В меня будто транквилизатором жахнули.

Отчего-то вспоминаю чересчур сладкий вкус вишневого компота, прямо как бабский ликер. Нетипичный вкус для компотов жены. Зачем она так насладила? Может… Мира хотела замаскировать сладостью другой привкус? Какой?

Отчаянно тру щеку, которую до сих пор немного щиплет, хотя я три раза ее намылил и смыл. Как я не почувствовал жжение во сне? И тут меня осеняет: Мышь наверняка подсыпала мне снотворное, иначе я бы проснулся раньше. Точно! Вот почему я вырубился, другого объяснения просто не может быть.

Для чего моей Мыши это могло понадобиться? Чтобы собрать вещички и свалить от меня? Ну это она зря. Не в этой жизни. Она от меня уйдет!

Наскоро моюсь, выскакиваю из ванной в одном полотенце на бедрах, спешу к шкафу, где я выделил для Миры целых две полки под вещи. Но шмотки там, пусть их вроде бы стало меньше. Или не стало?

Иду в кладовую, проверяю, не исчезли ли чемоданы. Они тоже на месте, не хватает только спортивного рюкзака, который она зачем-то купила в прошлом году. На сраную йогу решила ходить. Ну я и загрузил ее работой по полной, чтобы дурь в голову не лезла.

Значит, взяла рюкзак…

Натягиваю джинсы, свитер, хватаю ключи от машины, выскакиваю на улицу, готовый рвануть за женой.

Но на полпути резко торможу.

Я что, терпила какой? Мы это уже проходили.

Я один раз уже так унижался, ездил за ней к родителям. После этого резко поумнел, предпринял кое-какие меры, чтобы подобное не повторялось. У меня с ее отцом договоренность — если еще когда-нибудь она вот так явится к ним с чемоданом, он приволочет сучку обратно. Я его зарядил как надо, он теперь работает в администрации, в команде отца, так что ему выгодно, чтобы мы с Мирой жили долго и счастливо.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​А если я сейчас за ней сам поеду, после того что она устроила в столовой, это ж какой королевной она себя почувствует. Примадонна, чтоб ее… Напакостила, а муж помчался за ней в ту же секунду. Не жирно ли будет?

Я подожду, пока эта дрянь вернется домой, как побитая собака, ведь родители ее не примут.

Это будет ей хорошим уроком на будущее, чтобы больше так делать не смела. Не хочу, чтобы она от меня бесконечно бегала. Что это за мода — чуть что не по нраву, сразу собирать вещи? Брак — это навсегда, вообще-то. Мы с ней такие клятвы друг другу давали, и я свои клятвы держу.

Кто бы знал, чего мне стоит вернуться обратно в дом.

Меня всего аж поджаривает изнутри от нетерпения. Скоро повалит пар из ушей.

Захожу в столовую, сажусь на диван напротив стола. В который раз осматриваю устроенный Мирой хаос. Думаю серьезную думу — как стану наказывать мою Мышь за этот спектакль. Но что ни приходит в голову, все кажется слишком мелким и незначительным по сравнению с ее проступком.

— Кирдык тебе, маленькая дрянь.

Она месяц будет валяться у меня в ногах.

Потом прощу… как-нибудь. Наверное. Я же люблю эту маленькую сучку.

Но ей придется очень постараться, чтобы заслужить мое прощение.

Глава 5. Долгожданный визит

Антон

Когда сидеть на месте становится почти невыносимо, поднимаюсь. Так и подмывает броситься вон из дома и мчать за Мирой.

Но сдерживаюсь.

Умный человек не будет устраивать погоню за женщиной, тем более за женой.

Ну куда она от меня денется? Некуда ей.

Иду по столовой, намеренно наступая на разбросанные по ковру куски полузасохших помидоров и жухлого салата. Вдавливаю их подошвой тапочек в бежевый ворс сильнее, чтобы было сложнее вычистить. Еще и мясо на пол сваливаю — так, для компании с овощами.

Пусть гниет, ждет своего часа. Точнее, хозяйку, которая все это уберет.

Желудок воет как потерпевший. Еще бы — вчера толком не поел, а сегодня и маковой росинки во рту не было, хотя уже обед.

Открываю холодильник и задумчиво чешу затылок. Пусто. Ни одного блюда.

Нет, там валяется тот же салат, пара помидоров, яйца. Но ничего готового. Мира специально так сделала, сучка такая? Обычно у нее всегда имелось про запас первое, второе и десерт. Она знает — я никогда не ем ничего дважды, поэтому старается готовить разные блюда на случай, если проголодаюсь. Однако вчера ничего, кроме стейка, не приготовила.

Заранее подготовилась к уходу!

Кирдык ей… Я покажу мерзавке, как делать можно, а как нельзя.

Она что думала, я сам себе жрать готовить буду, что ли?

Достаю телефон, ищу номер какой-нибудь доставки, как будто я гребаный холостяк, честное слово. Делаю заказ, жду.

Через час мне привозят стейк с салатом. Специально заказал такое же блюдо, чтобы убедиться, что она вчера нарочно приготовила мне хрень.

Достаю еду из пакета, не утруждаю себя поиском тарелки, режу стейк прямо в контейнере. Кладу кусок едва теплого мяса в рот и морщусь.

Картон.

А денег содрали, как за килограмм золота!

Стейк чересчур сухой, а салат кислый, соус абсолютно неподходящий. Не такой, как делает Мира.

Тяжело вздыхаю, злюсь на жену еще больше. Из-за нее приходится давиться дерьмом! Ей что, лень было что-то приготовить перед уходом? Она же понимала, что меня это взбесит. Или вправду не собиралась возвращаться? Ну, это бред! Она меня вообще-то любит.

В этот момент слышу звонок. Аж подпрыгиваю на месте от этого звука.

Выглядываю в окно, но вижу только железную калитку. Непонятно, кто пришел.

Впрочем, Мира мелкая, ее из-за калитки и не может быть видно. Но зачем ей звонить? У нее же есть ключи.

Почти сразу вспоминаю, что ее ключи я видел в прихожей, а калитку сегодня утром нарочно запер — чтобы она поняла, что не жду ее с распростертыми объятиями.

Значит, точно Мира.

В груди гулко ухает, кровь бежит по венам с бешеной скоростью.

Сейчас увижу ее, сейчас потрогаю.

Затащу в дом и…

Нет, сначала пусть объясняется со мной на улице, за калиткой. Пусть извиняется за беспредел, и не раз. А потом уже затащу в дом и сделаю с ней что-нибудь сладко-нехорошее. В голове сразу всплывает пара-тройка вариантов.

Нет, надо сначала наказать, а потом уж…

Впрочем, почему я должен лишать себя удовольствия?

Секса хочется так, что аж сводит скулы — грубого, животного. Мире так не нравится, Мире нежно нравится. Но пусть терпит, сама виновата.

Так, значит, сначала в спальню, а потом заставлю ее драить столовую, чтобы на ковре не осталось ни пятна.

Снова звенит звонок.

А почему только столовая? Пусть и кухню драит!

Беру и разом сметаю со стола заказанную еду. Все равно на вкус — картон. Соус вперемешку с салатом пачкает пол, мясо отскакивает к холодильнику.

Довольный собой спешу на улицу.

Полюблю ее как мне захочется, потом пусть выдраит мне весь дом и готовит царский ужин. Уже завтра решу, как ее наказать.

Несусь к калитке, открываю ее настежь.

Долго стою, долго пялюсь.

Нет-нет, совсем не на симпатичную физиономию супруги.

Передо мной наш сосед-алкаш.

— Доброго здоровьечка, — тянет он и спешит улыбнуться, оголяет ряд гнилых зубов. — Прошу прощения за беспокойство, не одолжите чуть-чуть на лекарство, так сказать?

Я в жизни не испытывал разочарования сильнее. Аж всего переклинивает от злости. В глазах темнеет, руки ходуном.

— Пошел на хрен! — рычу на соседа, еле сдерживаясь, чтобы не врезать.

Намять бока — отличный способ снять стресс, а все же не могу так рисковать. Отец вот-вот выбьется в мэры, нашей семье конфликты не нужны.

С шумом захлопываю калитку, скрежещу зубами, вспоминая, как вывалил на пол кухни еду. Желудок урчит от голода, голова пухнет от перенапряжения.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​А потом до меня как-то неожиданно доходит: если Мира ушла вчера, ее тесть вчера бы и приволок, так? А он не приволок. Значит…

Несусь в дом за ключами от машины.

Если понадобится, я весь город объеду, но найду эту маленькую дрянь!

Глава 6. Новая реальность

Мира

— Ко мне, — слышу строгий оклик Антона.

Ноги деревенеют, сердце эвакуируется в пятки. Еле заставляю себя повернуться и вижу его перекошенное от злости лицо.

Не могу заставить себя подойти. Да что там, я и шагу ступить не могу. Замерла на месте и трясусь как осиновый лист. А муж злится все больше, ведь он терпеть не может, когда я мешкаю с его приказами. Сам шагает ко мне. Тут-то я понимаю: со злости может и прибить. Потираю затылок — он болит фантомной болью от воспоминания о том, как во время одного из ужинов Антон дал мне такую затрещину, что я ударилась носом о стол.

Хочу убежать, но не могу.

— Кирдык тебе, Мира! — рычит он, а потом тянет ко мне руки.

Мотаю головой, хочу крикнуть «нет», а изо рта ни звука. Я будто онемела.