Илос. Начало

– Мы слышали, что там ранее жили варвары, сбившиеся в племена и поклоняющиеся огню, – неожиданно поделился с нами третий местный правитель.

При первой встрече пару недель назад он запомнился мне гораздо больше остальных из-за курчавой светлой бороды. Я прищурился в попытках припомнить его имя. Сильван или Сиван. При упоминании поклонения огню его коллеги неодобрительно зацокали языками. Несмотря на годы, воспоминания об извержении вулкана у всех были свежи.

– Что ещё вы знаете про людей с юга? – неожиданно вырвалось у меня.

Все с недоумением повернули головы в мою сторону.

– Не так много, но о тех районах у нас в библиотеке сохранилось несколько книг, – ответил самый старший.

– А карты?

– Карт нет, да и теперь они бесполезны. Как мы слышали, пустыня разрослась из-за падения Звезды.

– Я хочу эти книги, – заявил я, вызвав недоумение на лицах членов Сената.

– Н-но… это скорее сборники легенд, – попытался отговорить меня Сильван-Сиван, чем только укоренил моё желание их заполучить.

– Зачем тебе эти книги, Илос? – уточнил Шейн.

– Отдам отцу или подарю Тее. Она любит сказки.

– Отличная идея, надо привезти что-то с севера в подарок сестре, – поддержал меня Каид.

– С каких пор книги о южных племенах – достойный подарок с севера? – поддел Шейн. Средний брат обладал семейной тягой к сарказму, но из-за его спокойного тона все фразы теряли нужный окрас и скорее напоминали обычный вопрос.

– С тех пор как Илос их захотел, – с присущей наглостью ответил Каид.

Исар задумчиво потёр подбородок, приглаживая отросшую бороду.

– Сколько у вас книг про юг? – обратился он к Сенату после непродолжительного размышления.

– Не больше двух томов. Н-но они часть древней коллек…

– Отлично, мы возьмём оба, – в своём любимом, не терпящем возражений тоне оборвал Исар. – Две книги, еда и ночлег – ничтожная плата за наши труды.

Кажется, северянин хотел снова возразить, но предусмотрительно захлопнул рот. В конце концов, мы рисковали жизнями, проверяя пещеры, но не взяли за это ни единой монеты.

Исар привстал, давая понять, что разговор окончен, но Сильван-Сиван поднял руку, останавливая брата.

– У нас есть ещё одно предложение. Лучший гарант и залог наших длительных дружеских отношений.

Повисла напряжённая тишина, Исар нехотя опустился обратно на стул.

– У нас есть подписанный договор, – напомнил он.

– Конечно, – с искренним почтением кивнул старший северянин, но мы с братьями напряглись, чувствуя, что разговор принял неожиданный оборот, а нам не нравились неожиданности. – Однако это просто бумага. Может, стоит создать более весомую связь. Насколько известно, вашей сестре прошлой осенью исполнилось восемнадцать, и её брак…

– Нет!

Я не помнил, в какое мгновение успел встать на ноги. Ни один из братьев не стал меня осаживать, все как один смотрели на членов Сената, а в их глазах зарождалось безмолвное предупреждение.

– Мы только предлагаем прекрасную возможность объединить Континент с юга до самого севера. Вы – Первые, но сейчас вы все живёте в Астаре, однако если кто-то из вас поселится на другой территории, то будет легче удерживать мир.

– Наш младший брат ясно выразился, – с притворной расслабленностью Каид встал рядом со мной, но его синие глаза остались внимательными и оценивающими. – Вы не первые, кто додумался нам это предложить.

– У нас найдутся сильные кандидаты, достойные…

– Не смеши меня! – рявкнул Каид, раздражённый упрямством собеседника. – Руки нашей сестры достоин лишь тот, кто окажется сильнее меня и моих братьев. Есть такие?!

– Вы же П-п-первые, – едва не проглотив язык, промямлил мужчина.

В комнате стало светлее, пальцы Каида невольно засветились, собирая дневной свет сквозь широкие окна.

– Это не ответ на вопрос, – холодно отозвался брат, игнорируя собственное проявление Дара.

– Н-нет, – тяжело сглотнув, ответил за коллег Сильван-Сиван.

– Правильно. Достойных среди вас нет, – отрезал Каид, распрямляя плечи и стряхивая свет с пальцев словно воду.

– Мой брат дал чёткий ответ, – поднявшись на ноги, завершил разговор Исар, пока северяне не додумались ляпнуть что-то ещё. – Можете оставить при себе любые доводы. Сестра останется с нами. Пришло время вам проявить гостеприимство, мы не ели со вчерашнего вечера и замёрзли.

– Конечно. – Члены Сената почти одновременно встали, один из них взмахом руки подозвал трёх присутствующих служанок, пока другой мужчина продолжил говорить: – Мы приготовили для вас четыре лучшие комнаты, чтобы…

– Две, – оборвал его Исар, беря в руки свой плащ и документы. – Нам нужны две спальни, в каждой по две кровати. Комнаты должны быть соседними.

– Такие у нас есть, но кровати там меньше по размеру. Вас же мы хотим расположить со всем удобством.

– Нет. Две комнаты рядом. Больше не нужно.

* * *

– Кровати действительно узкие, – проворчал Каид, падая на одно из двух спальных мест.

– Если комнаты недостаточно хороши, мы приготовим другие, – смущённо пробормотала служанка, наблюдая, как Каид сбросил сапоги, снял меч с пояса и попытался вытянуть ноги, укладываясь на кровати.

– Не нужно. Эта и соседняя комнаты нас полностью устраивают, – ответил Исар, не давая возможности светловолосому брату высказать противоположное мнение. – Также мы хотим помыться. Ужин для моих братьев подайте в эту комнату, а я поем с Сенатом.

Исар вполуха выслушал ответ девушки, прежде чем настойчиво выпроводить её из помещения и закрыть дверь. Каид продолжал вертеться на кровати, примеряясь к размерам, пока Шейн подошёл к окну, чтобы взглянуть на вид за тяжёлыми шторами. Помещение вполне просторное для двоих. Кровати и вправду выглядели узкими, но, судя по запаху, были застелены свежим постельным бельём. В камине огонь разожгли недавно, поэтому воздух в помещении стоял прохладный. Небольшой стол окружали три кресла, а тёмный мягкий ковёр приглушал шаги.

– Они предложили раздельные комнаты, Исар. Зачем ютиться в мелких? Нам ещё предстоит провести в Цере какое-то время, несколько рек продолжают пересыхать, стоит мне ослабить контроль. Придётся около недели регулировать течение, чтобы удостовериться, что они не иссякнут после нашего отъезда, – привлёк наше внимание Шейн.

Он заметно расслабился, оставшись с нами наедине. Не из-за неприязни к незнакомцам, а из-за бесконтрольного считывания чужого настроения и эмоций. Свой побочный Дар Шейн отключал с трудом. Ему помогало только нахождение рядом с нами, так как родственная кровь, по словам брата, сильно приглушала побочную способность. В крайнем случае вспомогающими средствами служили одиночество и дистанция. Чтобы чужие эмоции Шейна не терзали, ему нужно было находиться минимум в трёх метрах от людей.

– Отец предупреждал, что с северянами будет тяжело. Они своевольные и до безрассудства отважные, поэтому я никому здесь не доверяю. Лучше держаться вместе. – Исар бегло осмотрел комнату.

Я взял кочергу и подвигал брёвна, помогая огню разгореться. Мы долго пробыли на улице, и холод словно поселился в моих костях.

– Шейн, ты будешь спать в этой комнате вместе с Каидом. Илос будет со мной.

– Лучше я останусь с Каидом, – воспротивился я.

– Нет. Вас двоих я не желаю видеть вместе. Каид на тебя дурно влияет.

– Я учу Илоса тому, что ты не собираешься ему объяснять, – возмутился Каид, приподнимаясь на локте.

– Знаю я, чему ты его учишь! Мне рассказали, как ты отвёл его в бордель в Сабоне. И не смей трогать служанок в этом дворце, Каид! – предупредил Исар, нравоучительно тыча указательным пальцем в брата. – Родители не обрадуются толпе внуков у наших ворот через год.

– Обижаешь, брат. В этом вопросе я аккуратен, – нагло парировал Каид.

– Надеюсь, что и Илосу ты разъяснил про аккуратность.

Шейн шокированно округлил глаза, внимательно разглядывая мой профиль.

– Проклятье, да Илос даже не покраснел!

Я едва сдержался, чтобы не усмехнуться. В действительности Каид водил меня в таверны уже давно, хотя старательно за мной следил, не позволяя напиваться. А в борделе я впервые побывал в шестнадцать лет. Меня удивило, что Исар решил, будто только в Сабоне я узнал о подобных местах и сексе.

– У меня три старших брата, я видел, что вы делаете с девушками, раньше, чем понял, что происходит. Но ладно я. Кто знает, сколько видела и слышала сестра, – ровно ответил я, наслаждаясь видом притихших и пристыженных братьев.

Придя в себя, Исар яростно швырнул меховую накидку в Каида.

– Это всё твоё воспитание! Маме сам будешь объяснять, почему в нашей компании Илос растерял все манеры.

– Чтоб дома вёл себя прилично! – наигранно строго отчитал меня Каид, а я состроил гримасу невинного недоумения. – Видишь, Исар, всё под контролем, а язык у Илоса всегда за зубами.

С улыбками на губах мы замолчали, уставшие после всех пережитых трудностей. Я развалился в мягком кресле, наслаждаясь нагревающимся воздухом. Шейн прислонил меч к стене, запустил руку в длинные чёрные волосы и почти моментально выругался, наткнувшись на колтун.

У Исара вырвался смешок, а затем брат обвёл нас задумчивым взглядом.

– Я попрошу, чтобы вас подстригли. Вы все обросли за время похода. Родители не призна́ют.

Я невольно поднял руку, чтобы проверить. Мои прямые чёрные волосы отросли до плеч. Исар упрямо придерживался короткой стрижки, ненавидя лезущие в глаза пряди. Светлые волосы Каида доросли брату до середины шеи. Шейн единственный из нас напрочь отказывался стричься в походе. Волосы у него и раньше были длинными, но в то время почти закрывали ему лопатки.

– Я не стану стричься, – вновь напомнил брат старшему.

– Тогда заплетай их в косу, я больше не стану тебе помогать с колтунами.

– Если бы не твой рост, Шейн, со спины я бы принял тебя за девицу, – поддел Каид. – Не ходи по дворцу один, я тревожусь, что ты можешь приглянуться какому-нибудь северянину.

Шейн одарил брата скучающим взглядом, слыша эту шутку не в первый раз. Мы все тренировались с детства на равных, но Шейн продолжал оставаться жилистым. Даже я, будучи младшим, превосходил брата по весу и мускулам. Шейн пошёл в отца, который хоть и обладал крепким телосложением, но не терял гибкости. Брат в целом был почти его копией, унаследовав в том числе и его раскосые глаза, лишь их карий оттенок Шейн получил от мамы. А мы с Теялой – наоборот. От отца взяли разве что его серые глаза да чёрный цвет волос.

– Как бы нам не пришлось тебя наравне с Теялой защищать от воздыхателей, – притворно сокрушался Каид, а потом захохотал, когда Шейн кинул в него серебряный кубок для воды, от которого брат с лёгкостью увернулся.

Кубок со звоном отскочил от спинки кровати и упал на пол.

– В хрониках могут нечаянно записать, что у нас было две сестры, – поддакнул я и незамедлительно получил водой из кувшина в лицо.

Шейн редко пользовался Даром, чтобы проучить нас, но в тот момент он был достаточно раздражён. Утерев влагу с лица, я только рассмеялся, а Каид одобрительно аплодировал моей шутке.

– Заткнитесь, придурки! – фыркнул Шейн.

– Но почему ты их растишь? – серьёзнее спросил я, и вправду заинтересованный в его ответе.

Мои волосы тоже нельзя было назвать короткими, но я никогда не отращивал их ниже плеч.

– Год назад Теяла сказала, что мне пойдут длинные волосы, – спокойно пояснил Шейн. – Изучая культуру отца, сестра узнала, что в древности «люди востока» воспринимали волосы как гордость и состригали исключительно при поражении. Отец подтвердил её сведения, а мне понравилась эта идея.

Мы замолчали, раздумывая над услышанным, никто более не смеялся. Мы все скучали по Теяле, а я в особенности, так как с нашего рождения мы впервые расстались на столь длительный срок. В первые месяцы похода меня преследовало нервное чувство одиночества.

– Значит, через неделю мы отправимся домой? – перевёл я тему, пересаживаясь в другое кресло, поближе к огню.

Исар замялся с ответом, возводя глаза к потолку, и я моментально напрягся. Шейн и Каид ощутили заминку и тоже не выглядели обрадованными, предчувствуя ответ. Светловолосый брат сел на кровати, спустив ноги на пол.

– Проклятье, Исар, нет! – раздражённо заговорил Каид, подтвердив мои безрадостные догадки. – Хватит с нас путешествий. Треклятый север и местные снегопады! Мы выехали в конце лета с надеждой, что всё закончится через три месяца, а в итоге из-за метелей и снега мы застряли в Сабоне и той местности почти на всю зиму! Ты мог бы разогнать снеговые облака на нашем пути, а сам палец о палец не ударил. Я начал думать, что тебе уже понравилось там жить.

– Я потратил слишком много времени, регулируя ветряные потоки, чтобы разрушить многолетнюю работу, – отмёл его претензию старший брат. – В нас с тобой течёт северная кровь по отцу, и я знаю, что тебе по нраву пейзажи заснеженных гор.

– Да! По нраву! Из окна тёплого дворца с кубком местного горячего глинтвейна! А вот скакать по этим заснеженным горам, отмораживая задницу, чтобы прирезать местных воров, даже и близко не входит в список моих любимых занятий. Не уходи от темы! Когда мы уезжаем?

Мы с Шейном переглянулись – идея задержаться ещё где-то нас не радовала. Стук в дверь и оповещение служанки о том, что ванны готовы, спасли Исара от серьёзного спора.

Старший брат устало выдохнул и согласно кивнул.

– Как только Шейн скажет, что реки в порядке, мы незамедлительно уедем. Я тоже надеюсь, что недели ему хватит.

Удлиняя очередную повисшую паузу, мы продолжали напряжённо молчать и немигающими взглядами следить за Исаром, уверенные, что это не всё, что он намеревался сказать.

– Но… – Исар неловко закашлял, подбирая слова, – …по дороге домой я ещё раз хочу ненадолго заехать в Сабон.

– Зачем нам делать крюк? – с недовольством уточнил Каид, когда старший брат направился к двери, намереваясь избежать дальнейшего допроса.

– Затем, что я там кое-что забыл, – напоследок добавил Исар и распахнул дверь, лишая нас уединения и возможности обсудить дела.

Глава 4

Несмотря на все задержки и трудности, в середине весны мы наконец вернулись домой. Больше полугода мы провели в разлуке с родителями и Теялой.

Как и предрекал Шейн, ещё неделю он вместе с Каидом работал сообща. Каид притягивал свет, чтобы растапливать замёрзшие потоки с гор, а Шейн направлял воду в правильное русло. Шейн и сам в состоянии растопить лёд, но в таком случае он тратил бы больше сил и мы засели бы в Цере на лишнюю неделю. Уставшие от морозов и жизни в дороге, мы наконец вернулись в Астару, где вовсю зеленела трава, а розовые цветы вишни распустились во всей красе.

Я почти до мельчайших подробностей помню тот предзакатный час, когда перед нами открыли ворота дворца, а мы удивились возросшему количеству стражи. По-прежнему никто не был официально коронован, но вся власть находилась в руках нашей семьи, и остальных людей, похоже, всё устраивало. К тому же Астара процветала, и у нас всего было в достатке, а благодаря восстановленному тёплому климату природа вокруг почти круглый год радовала глаз насыщенными красками.

Наш дворец разросся, и его обнесли внушительной стеной. В основном постройки с изогнутыми крышами и охранными статуэтками имели либо один, либо два этажа. Вся Астара стала оплотом памяти восточной культуры отца, а все выжившие «люди востока» сплотились вокруг него и преобладали среди населения. Если кому-то это и не нравилось, то они держали свои мысли при себе или же всегда могли перебраться чуть севернее, где города восстанавливались в знакомом для Континента облике.

Родители настолько любили природу, что половина дворцового комплекса состояла из различных садов, рукотворных прудов и каналов, созданных Шейном. Главный павильон занимали наши родители, там же располагался основной зал, где проходили встречи с министрами. Мы, уже будучи взрослыми, получили по отдельному павильону. До нашего пятнадцатого дня рождения мы с сестрой жили вместе, но потом мама решила нас расселить. Вначале без сестры мой личный павильон казался пустым, но позже я привык.

Не успел я спешиться, как услышал её.

– Илос!