Помоги проекту - поделись книгой:
- Не ходи с ним, - сказал Бен. - Это все моя вина, просто позволь ему убить меня, я не позволю тебе пойти с ним...
- У тебя нет выбора, младший брат.
Хоуп поднялась на ноги, а ее брат умоляюще посмотрел на нее.
- Не делай этого, Хоуп. Oни - чудовища. Прости, что у меня проблемы с азартными играми, прости, что я так поступил с тобой, только, пожалуйста, позволь мне заплатить за свои ошибки.
Хоуп не знала, что ему ответить. Он был прав, это все его вина.
- Могу я хотя бы развязать ему руки, прежде чем мы уйдем? И если я пойду с тобой, даешь ли ты мне слово, что не причинишь ему вреда и долг будет погашен? - спросила она лысого громилу.
- Да, милая, ты можешь развязать ему руки, и я
Хоуп не видела другого выбора. По крайней мере, таким образом она спасла жизнь своему брату. Пока что.
Девушка присела возле брата и развязала ему руки. Ей даже удалось улыбнуться ему.
- Скоро увидимся, - сказала она, не веря в это ни на секунду, и слезы, блестевшие в его глазах, дали ей понять, что он тоже не верит. Девушка встала. - Хорошо, идем.
ГЛАВА 4
Хоуп и ее сопровождающий добрались до места назначения менее чем за полчаса, проехав от ее родного города Кентербери до приморского городка Рамсгейт. За все время пути мужчина не сказал ей ни слова. Хоуп просто не могла представить, что с ней произойдет, и с каждой минувшей милей ее страх усиливался.
Они припарковались на длинной подъездной дорожке ветхого викторианского дома на Восточном утесе Рамсгейта. Большинство домов на этом участке были превращены в квартиры и выглядели так, словно в них жили наркоманы, бандиты и другие маргинальные личности. Этот дом стоял в самом конце дороги в одиночестве, вокруг него была пустая обширная территория.
- Выходи, - рявкнул мужчина.
Хоуп вышла из машины на дрожащих ногах. Они приехали сюда на машине, которую Хоуп могла назвать только "членовозкой"; помятый "Порше", который выглядел так, словно его достали из мясорубки. Он не был ни красивым, ни комфортабельным. На заднем сиденье было бы тесно и миниатюрному пуделю.
Когда они подошли к входной двери, девушка ожидала увидеть очередь по меньшей мере из шести звонков, учитывая размеры дома, но звонок был только один.
Мужчина открыл дверь ключом, и они прошли в прихожую. Внутри дом оказался не таким обшарпанным, как снаружи. На самом деле он был почти величественным, в типично обветшалом, но декадентском стиле приморского города. С высокого потолка свисала люстра, но некогда богатый красный ковер выцвел, а обои с цветочными узорами обесцветились и местами отслоились от стен. Прямо перед ней была широкая лестница, а справа от нее по всей длине коридора находились три двери.
Затем мужчина схватил ее, и декор стал самым незначительным для нее.
- Разденься, детка, мы не позволяем мясу носить одежду здесь.
- Подожди секунду... эй!
Мужчина разорвал ее хлипкое платье пополам, так что оно клочьями свисало с ее талии. Ее руки взлетели вверх, чтобы укрыть голые сиськи, но, как и в доме, он без труда прижал их к бокам.
- Не прячься, сучка.
С этими словами он стянул остатки платья с ее тела, оставив девушку стоять в одних черных хлопчатобумажных трусиках и черных туфлях на высоком каблуке.
Она все еще боролась и пыталась закрыться, но мужчина быстро пресек ее попытки.
- Если ты будешь продолжать сопротивляться, клянусь Богом, твой брат умрет. Так-то лучше. А теперь будь хорошей девочкой и сними свои трусики. Туфли можешь оставить.
Вопреки своему стеснению, девушка вылезла из трусиков на дрожащих ногах.
Никогда в жизни она не чувствовала себя такой голой, такой беззащитной и униженной. Хоуп сомкнула ноги и незаметно вытянула волосы перед собой, чтобы длинные рыжие локоны скрыли ее грудь.
- Очень хорошо. Мик был прав, ты идеальна.
Хоуп не знала, кто такой этот Мик. Она знала только, что ее брат проиграл ему огромную сумму денег в покер, но была уверена, что никогда не встречала его.
Мужчина медленно обошел вокруг нее, осматривая каждый дюйм ее тела.
- Да, действительно, очень хорошо.
Он встал перед ней так, что она оказалась на уровне его широкой мускулистой груди. Девушка поймала себя на том, что любуется твердыми линиями его торса, даже не успев осознать, что делает.
- Раздвинь их, руки за голову, - приказал он.
Потрясенная, она сделала, как он просил. Как только Хоуп заняла нужную позицию, мужчина обхватил ее сиськи своими массивными ладонями. От его прикосновения по ней пробежала дрожь, а соски мгновенно затвердели.
Он сжал ее большие сиськи, приподнимая их, словно проверяя их вес. Потом отпустил их и спустился к ее лобку. Рыжий кустик был аккуратно подстрижен, но мужчина с отвращением дергал ее за волосы на лобке.
- Это придется убрать. У фабричных девушек нет волос на теле, здесь пёзды не прячут.
Когда его пальцы проникли в ее "киску", она вздрогнула.
- Не двигаться, - приказал он.
Девушка не шевелилась, пока его кончики пальцев нежно исследовали губки ее щелки. Он провел пальцами по внутренним половым губам, раздвигая мясистые складки и нащупывая клитор.
Хоуп застонала, когда он прикоснулся к ней, с ужасом ощутив, что его пальцы стали скользкими и горячими.
Ошеломленная, она обнаружила, что действительно мокрая.
- Похотливая маленькая шлюшка, - пробормотал он, подняв руку ко рту, чтобы высосать ее липкое возбуждение со своих пальцев. - Иди к лестнице и нагнись.
Словно в кошмарном сне, Хоуп подошла к лестнице. Она уперлась руками в шестую ступеньку и прогнулась в талии, выставив свою упругую попку.
Девушка почувствовала, как руки мужчины исследуют контуры ее спины, а затем его пальцы возобновили свои липкие исследования ее пизды. На этот раз он трахал ее пальцами, и она корчилась от отвращения.
- Хватит, - сказал глубокий мужской голос, и мгновенно его палец выскользнул из ее пизды. - Ты сделал свою работу, теперь отвали. Ты знаешь, что не сможешь трахнуть ее, пока не начнутся тренировки.
- Да, сэр. Извините, сэр.
- Неважно. Твои услуги требуются в комнате F сейчас.
- Да, сэр.
Хоуп оставалась в той же позе во время всего разговора, какой-то природный инстинкт подсказывал ей не поворачиваться, пока не прикажут.
- Встаньте прямо и повернитесь, Хоуп Хилл.
Хоуп так и сделала, и оказалась лицом к лицу с мужчиной лет пятидесяти в дорогом костюме. Он был высок и хорошо сложен, его темные волосы начали седеть на висках, что придавало ему презентабельный вид.
Даже не будучи представленной, она сразу поняла, что это должен быть печально известный Мик.
И еще в нем было что-то очень знакомое, но она никак не могла определить, что именно.
- Пожалуйста, следуйте за мной, - сказал Мик, едва заметно мотнув головой.
Девушка пошла за ним, и мужчина открыл перед ней вторую дверь справа. Она оказалась в комнате, которая была похожа на респектабельный офис. Посреди просторной комнаты стоял большой дубовый стол. Пол был устлан бледными буковыми досками, а стены выкрашены в белый цвет. Вся обстановка так не сочеталась с коридором, как будто каждый из них находился в разных зданиях.
- Меня зовут Майкл Купер, но все зовут меня Мик. Вы здесь потому, что ваш брат должен мне много денег. Но я уверен, что вы уже разобрались с этим.
Хоуп терялась в словах. В этом человеке было что-то настолько властное и опасное, что девушка боялась заговорить, вдруг она скажет что-то не то. От него исходили харизма и власть.
А может быть, все дело в том, что она была обнажена перед незнакомцем в официальной обстановке офиса.
В любом случае, из-за крайнего унижения ей было трудно сохранять видимость самообладания.
- Что вам от меня нужно? - сумела вымолвить она. - Что это за место?
- Пожалуйста, садитесь, - мягко сказал Мик, усевшись за большой письменный стол и жестом руки предлагая ей сесть на пластиковый стул так, чтобы их разделял большой дубовый стол.
Она так и сделала, покорно сложив руки на коленях и склонив голову. Ей хотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила ее. Даже ад был бы лучше этого.
- Я рад приветствовать вас на Фабрике Плоти, Хоуп. И, конечно, вы можете уйти в любое время. Итак, давайте посмотрим...
Он взял со стола очки и надел их, а другой рукой потянулся за листом бумаги. Он изучил напечатанный текст на листе формата А4, слегка нахмурившись от сосредоточенности.
- Хоуп Хилл, двадцать девять лет, студентка второго курса юридического факультета Кентерберийского университета, работает почти тридцать часов в неделю в пабе "Лиса и Гусь", чтобы оплачивать свою учебу. Родители погибли в автокатастрофе, когда ей было девятнадцать лет, а ее брату Бену было всего девять. Поэтому ей пришлось воспитывать его в одиночку, несмотря на давление властей забрать его под опеку. Много работала, чтобы оплатить ипотеку. Однако, с трудом справлялась с ответственностью, и у младшего брата развилась довольно скверная зависимость к азартным играм. В возрасте двадцати семи лет она решила, что хватит, и решила получить юридическую степень, чтобы выбраться из того дерьма, в котором оказалась. Бен был уже достаточно взрослым, чтобы найти работу на полставки и помогать с ипотекой, в конце концов...
- Потеряла девственность в возрасте двадцати лет со своим тридцатилетним парнем. Он бросил ее через месяц. У нее было не так много парней, она всегда была слишком занята работой и ролью матери. Все это привело ее в уныние. Все верно?
Несмотря на страх, в ней зажглась искра возмущенного гнева. Самым тревожным было то, что он был прав насчет парней. Вернее, в их отсутствии. После Крейга - парня, который бросил ее и разбил ей сердце - она спала в общей сложности с тремя мужчинами.
- Откуда, черт возьми, вы все это знаете?
- Болтовня стоит дешево, моя дорогая. Но, несомненно, вопрос, который ты должна задать, это "
- Что ты хочешь от меня? – перестала тоже выкать девушка.
- Мне нужна ты, Хоуп. Когда твой брат сказал, что его старшая сестра работает в пабе, я должен был пойти и посмотреть. Бен задолжал мне много денег, и, скажем так, ты - побочный ущерб. К счастью для Бена, ты такая красивая, и это единственное, что помогло ему выжить.
- Это абсурд. Я знала, что ты выглядишь знакомо. Ты был в пабе, осматривал меня, как корову на фермерском рынке.
Мик рассмеялся.
- Я бы вряд ли назвал тебя коровой, моя дорогая. Как я уже сказал, ты можешь уйти в любое время.
- О, пожалуйста. Мы оба знаем, что случится с моим братом, если я это сделаю.
Мик просто пожал плечами.
- Никто не заставляет тебя быть здесь, Хоуп.
- Как я уже говорил, я хотел бы поприветствовать тебя на Фабрике Плоти.
- Что это за место? - прошептала она сквозь потрескавшиеся губы, сердце учащенно заколотилось.
- Это замечательная организация, Хоуп, удовлетворяющая прихоти богатых и влиятельных людей. После того, как наши девушки проходят тщательную подготовку, они становятся эксклюзивной, роскошной игрушкой одного из моих
Хоуп не могла поверить в то, что услышала.
- Это бордель? Ты хочешь продать меня тому, кто больше заплатит? Я не проститутка!
- Нет, нет, нет, дорогая Хоуп. Проститутка - это такое страшное слово, и это ни в коем случае не бордель. О девушках здесь заботятся. Наркотики, алкоголь, даже сигареты запрещены. К тому времени, когда они станут роскошным подарком для взыскательного джентльмена, они будут находиться на пике физической формы. О наших девушках заботятся, их физическое благополучие имеет для меня первостепенное значение.
- Ты собираешься продать меня, - ошеломленно произнесла она.
У Хоуп закружилась голова. Все это было слишком. Внезапно ей стало трудно перевести дыхание, а комната приобрела зернистый, черно-белый цвет.
- Не выгляди жалкой, Хоуп. Так получилось, что я не собираюсь продавать тебя. Я планирую оставить тебя себе.
Она заставила себя посмотреть ему в глаза. Они были ослепительного, сверкающего изумрудно-зеленого цвета, и от них у нее забурчало в животе.
- Для себя? - тупо повторила она, едва в состоянии воспринять его слова.
- Я предлагаю тебе чертовски выгодную сделку, чтобы вытащить твоего брата из дерьма, в котором он оказался. И чтобы еще больше подсластить ее, скажу, что тебе придется отработать всего год. В обмен на жизнь твоего брата, ты станешь моей игрушкой на один год. Даю тебе слово, что в течение этого срока тебе не причинят никакого вреда, а в назначенный день ты станешь свободной. Я даже составлю для тебя контракт. Я понимаю, что слишком много информации вылил на тебя. Тебе нужно хорошенько выспаться, и на свежую голову, уверен, ты примешь правильное решение. Мы еще поговорим утром, - oн нажал на зуммер интеркома на своем столе и наклонился, чтобы дать указание в микрофон. - Матрона, пожалуйста, проводите наше новое пополнение в ее комнату.
Почти сразу же дверь в кабинет открылась, и в дверном проеме появилась солидная женщина лет пятидесяти с волосами, убранными в пучок. Она была одета в простой черный пиджак и юбку длиной до колена.
Она выглядела властной, и Хоуп сжалась на стуле.
- Встань, девушка, ты должна стоять, когда кто-то входит в комнату. Я вижу, ты не уважаешь других. Что ж, полагаю, этому ты научишься во время своего пребывания здесь.
Поделиться книгой: