Случайная беременность

Всё так!

– Да? – всё же спрашиваю, уставившись на носы своей обуви.

– Подготовься, – говорит мне и попутно кивает своим мыслям.

Не понимаю, о чём он говорит.

– К чему? – поднимаю на него взгляд. Я ведь и так знаю, что нужно надеть платье, сделать причёску, макияж. В общем, стать куклой. Но я знаю это и без него.

– К завтрашней ночи.

Не поняла… Он думает, я не смогу лечь на вторую сторону кровати с незнакомым мужчиной? Да, волнительно, но я же не заниматься интимом с ним собралась. Я так не могу.

– Приедешь, поужинаете, – даёт наставления. – А затем полностью отдашься своему жениху.

– Пап, ты чего? – от его слов вокруг холодеет. Называю его папой, потому что он так просил. Каждый раз одёргивал меня, когда называла его по имени и отчеству. Говорил, что хочет стать мне отцом, которого у меня не было.

Пальцы мёрзнут как на руках, так и на ногах. От волнения, шокирующих слов.

– Зачем мне делать это?..

– Ты думаешь, ему светские беседы интересны? Или разговоры о погоде? – высказывается чересчур резко, с иронией. – Ему нужна баба для одного. Причём не полностью, а по отдельности. Рот и то, что…

– Я поняла! – обрываю его быстро. Не хочу грубости эти слышать. – Но почему? Зачем так сразу? А как же знакомство? Я его имени не знаю! Только прозвище. Беркут.

– Тебе его имя знать и не надо, – опять чем-то недоволен.

– Но я так не могу… – громко выдыхаю. Это ненормально! – Просто переспать с мужчиной в первый день знакомства? Я не буду этого делать.

– Во второй, – поправляет, игнорируя мои слова. – Уже можно.

– Нет, я не согласна! – восклицаю ещё раз, уже громче, и тут же жалею о своих словах. Отчим поворачивается ко мне. Кидает злобный взгляд. А в следующую секунду хватает меня за плечо и одним движением вдавливает в стенку лифта. Больно бьёт спиной о пластиковую поверхность стены.

– Ты должна, – цедит сквозь зубы отчим, нависая надо мной. – Должна. Без него ты окажешься на помойке.

– А как же…

– Я? Я помогу, конечно, своей любимой дочери, – он ласково второй рукой водит по моим волосам. Успокаивает. Но этим он нервирует меня и пугает только сильнее. – Но что с тобой будет после моей смерти? Мне уже седьмой десяток пошёл, милая. Смерть не за горами. А тебе нужен покровитель. Богатый муж. Чтобы твои дети росли в достатке, да и ты ни в чём себе не отказывала. Это ведь всё ради тебя. Я пообещал твоей маме перед смертью.

Он говорит это и сверху поливает сладким сиропом. Слишком неправдоподобно и к тому же… Жестоко.

– Поэтому завтра ты сделаешь то, что я сказал тебе. Поняла?

Поджимаю губы и киваю.

Только бы он разжал свои пальцы у меня на плече.

Нет, я не собираюсь этого делать!

Но пока соглашаюсь, только бы он отошёл.

Отчим отпускает меня, и я облегчённо выдыхаю. Но на этом всё не заканчивается. Пока мы одни – он даёт наставления и рассказывает, как надо вести себя с таким мужчиной, как Беркут. Слушать противно.

Учитывая, что болтовня не прекращается до самого дома.

Глава 2

Временно я живу в доме своего отчима. Я не люблю его – поэтому после переезда много учусь и гуляю, чтобы не появляться на глазах у родственников.

А всему виной…

– Марина! – слышу за спиной голос дочери отчима.

Вот она – главная причина.

Не успеваю зайти в комнату, оборачиваюсь на оклик Юли.

– Мирослава, – сдержанно поправляю её. Устала повторять одно и то же, потому не настаиваю. У неё память как у рыбины.

– Ой, – отмахивается и морщится. – Никак запомнить не могу.

Да ей и не нужно. Сводная сестра, как мне сказали её считать, меня не переваривает. И мечтает, когда я съеду от них. Я тоже. Устала от этого дома, но у меня есть свои причины остаться здесь.

Завтра наша мечта исполнится, слава богу.

– Ну и ладно. Папа попросил помочь тебе собрать вещи.

– У меня уже всё собрано, – я не разбираю свой чемодан, в любой момент готовая уехать обратно домой. Там у меня бабушка, сестра, подруги.

Но здесь где-то Матвей. Он мне не парень, просто друг, который однажды приезжал ко мне в другой город по работе. Он живёт здесь, и будет рад, если я перееду. Он ещё не знает, что я здесь, хотя несколько раз я порывалась ему позвонить или написать.

Мне нравится с ним общаться. Познакомились в каком-то ресторане, когда я подрабатывала там и уронила на него лимонад. Думала, Бахрамов – босс – меня убьёт, но нет… Повезло.

Не сказала бы, что он – парень моей мечты. Просто приятный молодой человек. С ним очень уютно, и он всегда поддержит.

И я бы сразу с ним встретилась, но… До сих пор не связалась с ним. Потому что отчим сказал мне сразу – я должна буду выйти замуж за его партнёра.

Первое время я сопротивлялась. Не хотела уезжать от родной семьи, всё бросать. Но Сергей Анатольевич подкупил меня. Не деньгами, а словами. Убедил, что, разыскав богатого мужа, я смогу обеспечить достойную жизнь не только себе, но и сестре.

Как и здоровье.

Мила – баскетболистка. Недавно у неё была травма ноги – перелом, из-за чего не могла долго играть. И буквально два месяца назад, не полностью восстановившись после сломанной конечности, эта дура пошла играть, не выдержала нагрузки, оступилась, и… И в придачу к сломанной ноге теперь прикована к инвалидному креслу. Нужна не одна операция на позвоночник. Моих заработанных денег не хватает, бабушкина пенсия тоже быстро улетает.

Я виню себя в том, что Мила теперь не может ходить, играть… Я вижу, как она пересматривает матчи знаменитых баскетболистов, и каждый раз становится плохо. Это я недоглядела. Может, возвращайся я домой пораньше или если бы тщательнее занималась её жизнью, всего бы этого не произошло.

Но поздно. И я хочу это исправить. Отчим всего лишь предложил решение ситуации, и я его приняла.

Хотя брака этого не желаю всей душой.

И каждый день с надеждой жду, что придёт отчим и скажет, что он поможет мне, и я могу уехать.

Но нет…

Я здесь. Не успеваю удержать Юлю, которая залетает в мою комнату.

– Нет. Нам нужно собрать другой чемодан.

– Какой другой? – начинаю возмущаться, заходя в свою комнату. Маленькую, но уютную благодаря моим ручкам. – Мой уже собран. Там мои вещи.

– Те, как у лохозавра? – кривит нос.

– Нет!

– Их по-другому не назовёшь. Ты будто не из Питера к нам приехала, а из села, – закатывает глаза. – Папа сказал нормально тебя одеть. На все случаи с мужем. Бельё, бельё, бельё, короткое платье…

Она загибает уже четвёртый палец.

– Обязательно туфли на шпильке, – бубнит. И снова палец загибает. – Три пары! В одной ходить – моветон. Придётся тебе свои отдавать. Но ладно, батя потом новые мне купит. Так, а ещё духи!

Как только она говорит о последнем, меня словно простреливает:

– Не надо духи, – иду к кровати, на которой уже лежит чемодан. Как Юля всё успевает? Закидывает в него вещи, которые я вытаскиваю и укладываю назад в шкаф. Почему меня поселили именно в её бывшую комнату, которую она переделала в гардеробную? – Они воняют.

– Ты офигела? – смотрит за моими действиями. Отталкивает меня от шкафа, из-за чего я падаю. Царапаюсь больно локтем об острый угол стола и задеваю торшер, который тут же приземляется мне на голову. Чёрт! – Духи ей мои воняют! Скажи, это Шанель! В общем, не лезь.

Я шиплю от боли, смотрю на рассечённый локоть.

– Ты совсем с ума сошла? – злостно выплёвываю. – Хоть отдавала бы отчёт своим действиям!

Подпрыгиваю с места и быстрее иду в ванную – там лежит аптечка.

Плевать мне уже на сборы. Никуда не хочу. Вот возьму завтра – и сбегу!

Поеду к Матвею. Скажу, что приехала. Вот он мне и поможет! Если бы, блин.

А пока промываю порез и заклеиваю пластырем.

Именно поэтому я не люблю этот дом. Сестра издевается – и часто не следит за руками. То тарелку разобьёт прямо в ногах, то лужу возле моей двери разольёт, а я упаду. И всё в этом роде. Лариса, мать Юли, гнобит за каждый неверный шаг. Особенно в готовке. Говорит, девушка должна вкусно готовить.

Я и готовлю!

Но у нас различаются кардинально вкусы. И как бы я ни давала отпор – две фурии считают, что они сильнее. Так и есть. Не могу противостоять им двоим. Они же отбитые – никак не реагируют на слова. Думала, таких людей не бывает, но нет. Существуют.

Дверь в ванную неожиданно открывается, и я подпрыгиваю на месте, роняя аптечку из рук. Дура, блин! Сердце из груди чуть не вылетает.

– Ты чего встала? Растяпа, – необычайно заботливо произносит сестра. Натягивая улыбку, подходит прямо ко мне. – Тут тебе звонят. Держи.

Да она никогда со мной так не разговаривала! Никогда! А тут…

Смотрю на свой телефон в её руках. И быстро выхватываю его из чужих пальцев. Прислоняю к уху.

– Да?

– Долго отвечаешь, – слышится из динамика телефона знакомый и пугающий голос.

Беркут. Уверена. Только он так может говорить. Невыносимый тип.

– Ну, извините, я… – хочу сказать, что была занята. И вообще могу не ответить с первого раза. Но он меня грубо перебивает:

– Плевать. От меня на звонок отвечай сразу.

– Но я же не могла знать, что это вы! – восклицаю, зло сжимая в руках телефон. И тут же холодный пот по спине катится, когда понимаю одну маленькую немаловажную деталь. – Стоп. Откуда у вас мой номер?

– Я звоню не за этим. А из-за твоего идиота-отца, который не отвечает на звонки. Ненавижу это, и кажется, у вас это семейное. Напомни ему об этом, иначе наша сделка сорвётся.

На мгновение я ощущаю себя паршивой овцой, которую пытаются впарить изо всех сил, лишь бы продать.

– Хорошо… – выдыхаю. Кажется мне, я долго с ним не выдержу. Пошлю на первый же день нашего совместного проживания. – Так зачем вы позвонили?

– Твоё обследование у гинеколога. Оно должно быть у меня.

– Что? Какое обследование? – не понимаю.

– Справка. Что ты ничем не болеешь.

– Да я!..

Хочу накричать на него! Да в свои двадцать один я до сих пор девственница! Какую я могу принести заразу, если даже ни разу не спала с мужчиной? Да, целовалась, но не спала! А через поцелуй ничего не переносится. Только если раны есть. Да и я бы заметила, ну!

– Мне неинтересно, – выпаливает. – Жду результаты завтра к утру.

– Постойте. Я ничего не проходила, – говорю честно. И завтра точно не смогу ничего сделать. Там же анализы, кровь из вены. Как так быстро придут результаты? Лучше уж сразу сказать, что ни о чём таком я не слышала.

Отчим ни разу не заикался по этому поводу. Я только раз обмолвилась под его жёсткими расспросами, что до сих пор не спала с мужчиной. И всё.

– То есть твой отец меня обманул? – слышится тихо и обманчиво спокойно. Нет, даже затаившись. Хрипотца и низкий бас ничего с собой хорошего не несут.

– Нет! – восклицаю, пугаясь. – Всё нормально. Я вспомнила. Вспомнила, что проходила совсем недавно и… Всё пришлю к утру.

Придётся пропустить пары и мчаться в клинику, только бы ничего не сорвалось. Хотя было бы лучше, чтобы сорвалось. Но мне деньги нужны. Поэтому придётся немного потерпеть.

– Если солгала…

Я выключаюсь. Быстро, резко, неожиданно.

– Ты дура? – летит лёгкий толчок в плечо. Я совсем забыла, что Юля здесь. – Ты ему что сказала? Папу решила подставить?!

– Да нет же, – пытаюсь её успокоить. – Всё в норме. Я уладила.