Его любимая зараза

Я насупилась. Вот гад он. Как есть, гад!

— Лесь, это действительно был намек, — как всегда, намного раньше разобравшись в ситуации, как-то недовольно хмыкнул Аарахарн. — На церемонии мы быть обязаны. А вот на неофициальной встрече — нет.

— А будет еще и такая? — изумилась я.

В ответ на меня со всех сторон посмотрели так, что мне стало очень стыдно…

Ну да, ну да. Где тотальные знания темноэльфийского политического этикета, а где я?

— Сам ей объяснишь? — опуская руки, небрежно хмыкнул дроу. И едва глянул в сторону младших братьев, но и этого хватило, чтобы вся не святая троица разом встала по стойке «смирно». — А вы домой. Живо.

И пф-ф-ф! Только крылышки в воздухе махнули!

Вот я поражаюсь местной логике. Для чего поручать трех малявке такой же малявке, если есть суровый старший брат? Они ж при нем даже неправильно дышать боятся!

Но да, воспитывать подрастающее поколение — это не мужское занятие в границах Забытого Леса. У них тут вообще, дети до определенного возраста за эльфов не считаются. Им многое позволено, с них ничтожный спрос и к ним до чертиков снисходительное отношение. Как с домашних хомячков, блин!

Собственно, поэтому Дрогар ди Рейн, обучающийся сейчас в академии, официально считается младшим в королевской семье. Три самых мелких телепузика просто ни в счет!

— Лесёнок, боюсь, что наш с тобой выходной обломается, — мягко улыбнулся Аарахарн. И бросил мимолетный взгляд куда-то за мое плечо. — Прямо сейчас.

Я окончательно впала в уныние, только губы растянулись в такой улыбке, что чуть не треснуло лицо:

— Мое присутствие не обязательно, но слинять я не успею. Они уже здесь. Да?

— Ага, — пнув какой-то мелкий камушек босой лапой сорок восьмого размера с по-детски розовой пяткой, подтвердил дракон.

Пришлось нехотя повернуться… и застонать со всем имеющимся у меня отчаяньем, с трудом различив тройку приближающихся к пляжу мужчин. Нет, факт их присутствия меня не слишком парил, если честно. Хотя единственный день, выделенный нам Алантаной на отдых, было искренне жаль.

Больше пригибало к песочку осознание, что всех троих послов домена я прекрасно знала.

И, судя по их вытягивающихся лицам, они меня тоже запомнили раз и навсегда…

Но что поделать, если с их начальником мы познакомились именно в тот момент, когда мне было особо хреново?

Да что там хреново? После истории с женским магическим пансионом, мне было так тошно, что хоть в петлю лезь!

Ну, я, собственно, заработав приличный нервный срыв, в нее и лезла. И конкретно за этим занятием меня дракон и застал. Бедный! Он настолько привык к женскому вниманию, что совсем растерялся при виде зареванной девчонки, пытающийся покончить жизнь самоубийством в забытой богами таверне на краю драконьих земель. Перепугался, несчастный, хотя все местные забулдыги к тому времени меня уже знали, как облупленную, очередной раз охотно протягивая свой плохо отмытый кинжал.

Ну, не виновата я, что воскресала быстрее, чем они успевали за упокой моей души выпить! Пусть спасибо скажут тому, кто в сарае за таверной алтарь отгрохал. Ну, и еще кое-кому, да…

Я уже не помню, как чувствительную драконозябру занесло в те места, но он прилично обалдел, увидев среди пропитых рож мою ревущую мордашку. Драконы в принципе баб не обижают, а этот вообще моралистом занюханным оказался: напридумывал невесть что, и решил тут же отомстить за мою поруганную девичью честь!

Ну а пока глазищами своими сверкал, местных алконавтов распугивал, я у него ножичек-то и того. Умыкнула!

И в очередной раз выпилилась, на глазах у светлейшего, не ожидавшего от меня подобной пакости. Бедолага, да он же себя виноватым признал!

Но не успел толком разозлиться, только пламенем из ноздрей полыхнул, как я, уже целая и невредимая, в окровавленной рубашке, хмуро усаживалась за тот же стол, отшвыривая бесполезный кинжал.

Аарахарн чуть заикой не остался.

Слава богу, психика у чешуйчатых крепкая, и мне понадобилось всего пару раз эпично себя грохнуть, чтобы он поверил — убить меня в самом деле нельзя. Правда, поить его тогда все-таки не стоило. После трех литров сивухи этот хвостатый поганец все понял, осознал, принял и вошел во вкус!

В запое мы с ним пробыли несколько недель. Тогда же и перепробовали все известные способы смертоубийства, придумав заодно парочку новых. Я даже зауважала парнишку — с его-то талантами ему прямая дорога к палачу, сменить некомпетентного беднягу.

Свита Аарахарна, кстати, пила вместе с нами, но в отличие от своего начальника, знатно косела, бледнела и седела на глазах, не рискуя вмешиваться. Но пару раз честно воззвала к совести обоих, и даже откопала допуск в пыточные соседнего королевства. Вот тогда было весело!

А потом этот чешуйчатый мерзавец заразил меня чумой. Еще и сам заразился, черт знает каким образом!

Я, естественно, в очередной раз померла, его, естественно, откачали. После этого дракон с пагубным членовредительством завязал напрочь, а меня, пребывающую в депрессии, предложил отправить в Зандаран. Мол, чего таким талантам пропадать?

Я отказалась, пытаясь присосаться к яду с трудом выдоенной кобры — они в этом мире на вес золота. А он, чтобы я не брыкалась, стукнул по темечку, да лично уволок в школу лучших наемных убийц этого мира. И вот тут жизнь заиграла новыми красками!

Трех месяцев круглосуточного обучения среди самых отъявленных садистов и изуверов согнали прочь тоску и безнадегу, заткнув лучших психологов за поясок. Они такие изощренные методы знают, сразу расхочется умирать, даже если ты бессмертный!

И это при условии, что убивать своих учеников они даже не пытаются. Но они мастерски умеют держать кого угодно на грани жизни и смерти, и охотно эти навыки применяют.

Вот такая вот «позитивная» история начала нашей с Аарахарном крепкой дружбы.

Ну и стоит ли порицать теперь его свиту, которая при виде меня начала судорожно прятать всё имеющееся у них оружие и осматривать местность в поисках потенциальной угрозы?

Их, по-моему, даже темноэльфийский принц принял за слабоумных!

— Спокуха, ребят, со мной все в порядке, — три рослых дракона, отчаянно косящих на меня, выглядели настолько потешно, что я не удержалась от смешка. — Никто никого убивать не собирается.

— Я о чем-то не знаю? — только и спросил Аттанхэш, сразу уловивший, откуда дует ветер странностей.

— Неужели любимец Алантаны не всемогущ? — золотоволосая язва, как всегда, за словом в карман не лезла. — За каким упырем вы здесь?

— Аарахарн, — коротким кивком поприветствовав свое начальство, особо не кичащиеся титулом и властью, заговорил один из них. Молодой мужик мне всегда напоминал какого-то нашего актера, но какого, я вспомнить так и не смогла. — Прости, что дали о себе знать раньше, чем ты просил. Но дело срочное.

— Наш дрожащий наследник снова во что-то вляпался?

Такого укоризненного взгляда я еще не видела. И, о чудо! Дракончику на миг стало вроде как стыдно, но с таким напрягом, что все его истинное отношение было написано на лице крупными рунами:

— Дражайший. Я имел ввиду — дражайший. Что на этот раз?

— Дело не в нем, — отрицательно мотнул светло-золотистой головушкой, блестящей, как новая луна, самый старший из послов. — В домен прибыли гости.

— И? — на эту новость Аарахарну, которого я, к слову, для удобства частенько звала Арахном или вообще, просто Ханом, было глубоко плевать. — Без меня протоколы этикета внезапно перестали существовать, или вы забыли, где находится посольское крыло?

— Это был представитель черных драконов, — небрежно молвил третий. — Известный тебе Радахан.

Я задумчиво покивала, думая, как всегда, о чем-то своем.

Ну, или как о своем?

Самые напряженные отношения между рептилиями всегда царили меж теми, кто носил тьму и золото на чешуе. Не солгу, если скажу, сколько раз их домены делили территории и фактически находились на грани войны. Почему так? Да понятия не имею! Архан не любит об этом говорить, а типа официальной исторической справке нет резона доверять на слово.

Проще говоря, я понимала, что за дружочком моим прибыли явно с непростым делом. Но вот почему после того, как причина несвоевременного визита была озвучена, все уставились на меня, осталось полной загадкой!

— Чего? — не выдержав морального давления, посмотрела я на всех и сразу. — Причем тут я?

— Он искал девушку, — кашлянул один из драконов. — По описанию очень похожую на вас. И грозил расправой в случае возможного укрывательства.

— Странно, — я задумчиво тряхнула волосами так, что бусины на косичках отозвались глухим стуком. — Может, совпадение? Я его имя впервые слышу.

Представители посольского двора неуверенно переглянулись, сразу засомневавшись в той причине, которую озвучил им черный дракон.

А вот Аттанхэш с Ханом почему-то переглянулись…

Да и еще и дружбанчик мой, нахмурившись, зачем-то шлепнул свою ладонь с длинными, музыкальными пальцами мне на лоб, серьезно спрашивая:

— Ты в порядке вообще?

— Ты за дурочку меня держишь? — в свой черед изумилась я, стряхивая его надежную, горячую, но от чего-то обезумевшую конечность. А еще внутренне немного порадовалась традиции проводить встречу без галстуков перед официальным приемом. — Если б я его знала, я б об этом сказала! Мне скрывать какой смысл? Если б я знала хоть одного представителя черных драконов или встречалась с кем-то с таким именем, я бы об этом сказала. Во всяком случае, тебе!

Аарахарн потемнел лицом еще больше, да и темноэльфийский принц выглядел не лучше. И они снова, уже, наверное, раз в третий, переглянулись, вызвав у меня дикое желание топнуть ногой.

Почему они мне не верят?

И что с ними, собственно, не так? Я, правда, никакого черного дракона по имени Радахан в упор не знаю!

— Не знаешь? — вдруг вкрадчиво поинтересовался мой дракончик. — Или не помнишь?

— Да если б знала, с чего должна его забыть? — еще больше возмутилась я. — Проблемами с памятью никогда не страдала!

— А ты и не страдала, — вдруг как-то понимающе усмехнулся Аттанхэш. — Ты ими наслаждалась.

Я снова почувствовала сильное, неподвластное мне желание изобразить крота и закопаться поглубже в песок. И пускай, я не такая милая, не столь пушистая, не слепая, и маникюр мой не сравнится с его когтями… Меня хотя бы никто не станет донимать своими глупыми домыслами и обвинениями!

Я ведь, правда, никого такого совсем не помню. Да и что такого этот дракон мог мне сделать, что я предпочла забыть факт его существования? А, главное, как это возможно сделать вообще?

— Лесёнок, ты академию помнишь? — вдруг вкрадчиво поинтересовался Архан.

Я невольно скривилась, чувствуя, как заныли все зубы разом:

— Такое забудешь. Помню, Хан. И, увы, во всех подробностях.

— А кто ее директор, помнишь?

— Конечно, — небрежно фыркнув, кивнула я. — Он…

И осеклась, понимая, что не могу произнести его имя по одной простой причине.

Я просто его не помню!

Что за?..

Глава 2

— Что и требовалось доказать, — с видом победителя, ухмыльнулся Аарахарн, пока все остальные, включая меня, хмурили брови, силясь понять хоть что-то из возникшей ситуации.

И только темный эльф, малость подустав от этого невнятного театра абсурда, невыразительно закатил глаза. А после и вовсе, легко отодвинув послов, кивнул Хану:

— Отойдем.

И, эти двое, подцепив меня под локотки с двух сторон, абсолютно без усилий отволокли за ближайший валун. В ответ я только ногами в воздухе подрыгала, но и это без особого энтузиазма — меня куда больше волновали внезапно возникшие провалы в памяти.

— Ну? — как только мою особо важную персону поставили на пятки, и небрежным взмахом установили тонкий барьер от подслушивания, заявила я, грозно сдвинув брови. — Вы мне ничего не хотите объяснить?

— Ты помнишь, как зовут твоего друга? — вместо ответа, начал допрос Аарахарн.

— Естественно! — фыркнула я. — Но зачем…

— Без вопросов, — перебил дроу. — Имя!

— Агилар, — сдалась я на милость этих двух шпионов. В конце концов, они в данном вопросе явно больше меня знают!

— Куратор?

— Магистр Тиас.

— Змей?

— Саас. Сааразас.

— Темный Князь?

На этом моменте я конкретно запнулась. Но так как такие понятия как «стыд» и «совесть» наследникам темноэльфийского престола в принципе не завозили, мои укоризненные взгляды были для него равносильны подзатыльнику в моем исполнении в адрес звериной ипостаси Хана.

— Дари…

— Тихо, — быстренько шикнул на меня мой золотой во всех смыслах друг. — Не хочу тебя пугать, Лесёнок, но его имя в твоих устах может сработать, как маяк. Что?

— Ничего, — хмыкнул Аттанхэш, которому был адресован последний вопрос. — Нет нужды разводить таинственность, Аарахарн. Обо всем, что нужно, я уже давно догадался.

— Какой ты умный, — в очередной скривилась я. В голове билось какое-то смутное подозрение по данному поводу. Но обдумать еще и его, я решила позже. — Это всё? Допрос с пристрастием, я надеюсь, окончен?

— Нет, — драконище отрицательно качнул головой, и его роскошная шевелюра блеснула чистым золотом. — Мое солнце и звезды, скажи… Ты помнишь, что это за озеро?

— Это? — я машинально оглядела чистейшую водную гладь, чьи мелкие волны с каждым порывом теплого ветра пытались облизать мои ноги. — Озеро, как озеро. Что, в Забытом лесу водоемов мало?

— Ясно, — внимательно всмотревшись в мое лицо, хмыкнул темный эльф… и вдруг, протянув руки, рванул рубашку на моем плече!

— Эй, какого упыря?! — шуганулась я от него, как Агилар от деревянной ложки. — Это моя любимая рубашка!

— Угомонись, — даже не подумав меня отпустить, парировал Аттанхэш. И с тем же непробиваемым спокойствием, принялся разматывать белую тряпицу на моей руке чуть ниже плеча. Назначение и причину появления которой, к слову, я тоже не помнила от слова совсем! — Так я и думал. Ничего.