Подари мне крылья

– Адриана. Ты прости, не думала, что здесь кто-то будет сидеть. Что-то случилось? – спохватилась я, начав испытывать беспокойство. Кому-то из мужчин стало плохо? Целитель не долечил Алана?

– Вы просили сообщить, когда проснется Алан. Но когда это произошло – вы уже спали, – почти ровным тоном произнес он.

Но мои глаза, привыкшие к темноте, все равно заметили, как подрагивают его руки.

– С ним все в порядке?

– Да, госп… Адриана. Мне разбудить его, чтобы вы могли удостовериться в этом? – запнувшись, но все же произнеся мое имя, спросил Дилан.

– Нет, не нужно. Завтра уже с ним поговорю, когда вернусь с работы. И на будущее: если я попрошу о чем-либо сообщить мне и усну – лучше будите меня, хорошо? – не сдержав зевок, миролюбивым тоном отметила я.

Несильно кольнула совесть, когда в полной мере осознала, что все время, что я спала, Дилану пришлось сидеть под моей дверью, чтобы выполнить мою просьбу. Или в данном случае вернее сказать «приказ»? Кто же знал, что они воспримут мои слова настолько буквально?

– Простите, госпожа, мы не знали, – перепуганно воскликнул Дилан, вновь позабыв мое имя. В его глазах снова начал плескаться нешуточный страх.

– Дилан, все в порядке. Конечно, вы не знали. Я же говорю: на будущее. Да и в принципе не стоило ждать меня под дверью почти всю ночь, чтоб просто сообщить, что Алан проснулся. Можно было это сделать и утром, – ободряюще улыбнулась ему я и попыталась обойти, чтобы направиться в желанный душ.

Но не тут-то было. Оказывается, его сюда привело не только это дело.

– Также я пришел, чтобы получить свое наказание, – быстро выпалил Дилан и даже немного сжался после этой фразы.

Я остановилась и с мученическим видом уставилась на него. Едва сдержалась, чтобы не схватиться за голову. Боги, вот за что мне это?

– Какое наказание? – почти ласково спросила я в надежде, что что-то не так поняла.

– Заслуженное.

– Слушай, может, тебе просто нравится, когда тебя наказывают? Может, ты и по Райзеку скучаешь? – не скрывая раздражения, в сердцах выпалила я, не подумав.

Мгновение спустя Дилан не просто побледнел, скорее даже посерел. Часто-часто заморгал, сдерживая непрошенные слезы, и со жгучей обидой посмотрел на меня, не проронив ни слова дрожащими губами.

Меня обдало волной стыда. Вот как будто не знаю, что передо мной парень с практически искалеченной душой. Я тут же с сожалением схватила его за руку, отметив, как сильно он дернулся от прикосновения, но даже и не подумал выдернуть свою конечность из моей ладони. Принялась ласково поглаживать его по тыльной стороне ладони и до локтя, словно успокаивая перепуганного котенка.

– Прости-прости, сказала, не подумав. Не хотела тебя обидеть, прости. Больше никогда такого не скажу, не обижайся. Просто объясни нормально, о чем ты говоришь? – ласково, как к ребенку, обратилась я.

– Нет, я не хочу, чтобы меня пороли лишний раз. Но сейчас должен ответить за проступок. Нарушил ваше правило – испортил имущество, тем более любимое. Безумно благодарен, что не продали меня за это, и готов получить все, что мне за это причитается. Знаю, что виноват, заслужил любое наказание, – чуть дрожащим голосом глухо произнес он, опустив голову.

– Ты о чашке, что ли? Забудь о ней. Разбил и разбил, не велика беда – куплю новую, – поспешила заверить его я. Как можно в данный момент успокоить парня – понятия не имела.

– Нет, я провинился и должен быть наказан, – зажмурившись, упрямо мотнул головой Дилан.

Я чувствовала, что еще пару секунд, и он просто зальется слезами. У меня буквально перехватило дыхание от жалости к нему.

– О, боги, ну хочешь, разбей еще одну и успокойся, а? Можешь еще и тарелку кокнуть за компанию, – с тоской протянула я, на что Дилан в ужасе замотал головой, распахнув свои бездонные глаза, полные слез.

Внезапно меня озарило, как можно выйти из этой ситуации с наименьшими потерями для обеих сторон. Став на цыпочки, я осторожно дала Дилану легкий подзатыльник. В ответ он с ярко выраженным недоумением уставился на меня.

– Вот тебе. За разбитую чашку, – тихо сказала я, испытав сильное смущение.

Глаза же парня стали совсем уж невероятных размеров, в них зрело неимоверное удивление. Сам же Дилан выглядел теперь и вовсе несчастным.

– И сладкого завтра никому из вас не дам. Алану и не рекомендуется, тебе – за чашку, а Тайлеру – за то, что не остановил тебя и отправил стоять под моей дверью, – зачем-то добавила я уже совсем тихо, уверенная, что полукровка знал о решении Дилана, и от этого испытывая возмущение.

– Я сам так решил, Тай к этому не имеет никакого отношения, – запротестовал было Дилан, но тут же сник и сжался, будто ожидая от меня удара за такое своеволие.

Я сделала вид, что ничего не заметила. Между тем, вспомнила еще об одном важном моменте.

– Тебе же негде спать, диван рассчитан максимум на двоих. Еще раз прости, совсем вылетело из головы. Где-то на чердаке должна быть раскладушка, но ее еще найти нужно и спустить вниз. Пока могу предложить этот диванчик в гостиной. Он небольшой, но, может, как-нибудь поместишься? – с сомнением сказала я, оглядев размеры диванчика и долговязое тело Дилана.

– Наказание закончено? – недоверчиво выдохнул Дилан, даже не шевельнувшись.

– Да-да. Ты получил за порчу моего имущества сполна. Не изверг же я, чтобы всерьез ругаться за случайно выпавшую из рук несчастную чашку. Сейчас принесу тебе плед и подушку, – спохватившись, сказала я и, быстро вернувшись в комнату, вынесла ему оттуда плед, в который обычно куталась, когда замерзала, и одну из своих подушек. Что поделать, привыкла спать, обнимая еще одну подушку. Ее же и пожертвовала парню.

Дилан заторможенно принял вещи, продолжая с несчастным видом смотреть на меня. В его глазах была целая гамма эмоций. И недоверие, и удивление, и растерянность, и облегчение, может, еще что, но, самое главное, в данный момент страха я там не заметила.

Удовлетворенно кивнув, не удержалась и, потянувшись, взъерошила его волосы, отчего некоторые прядки упали ему на глаза. Но парень от неожиданной ласки застыл, кажется, даже не дыша. Хотя нет, пару мгновений спустя я услышала его судорожный вздох, но Дилан по-прежнему ни на миллиметр не сдвинулся.

– Ложись спать. Я сейчас в душ схожу и тоже буду ложиться, – мягко сказала я и, оставив парня в смятении, направилась в сторону душа.

Глава 12

Под тугими струями горячей воды я нежилась довольно долго, словно смывая с себя все события сегодняшнего дня. Наслаждалась каждой минутой, проведенной там.

Вышла оттуда уже посвежевшей и значительно подобревшей. На ночь на улице ощутимо похолодало, и по дому теперь гуляли легкие сквозняки. В коридоре я быстро озябла в своем тонком халате на влажное тело. Да и деревянные полы без коврового покрытия неприятно холодили босые ноги.

Я постаралась быстро проскользнуть в свою спальню, но остановилась в гостиной, где должен был спать Дилан. Обнаружила его скрюченного на твердом полу, замотавшегося в плед и прижавшего к себе мою подушку, подложив под голову свою сложенную рубашку. В первое мгновенье мелькнула мысль, что с ним что-то случилось: заболел или плохо стало. Но когда приблизилась к нему, поняла, что он спокойно себе спал.

Несмотря на то, что успела уже прилично замерзнуть, пройти мимо не смогла. Присела возле Дилана и осторожно тронула за плечо. В ту же секунду он распахнул глаза и с ужасом дернулся, затравленно озираясь и пытаясь проморгаться.

– Он уже здесь? – беспомощным голосом жалобно спросил он, еще до конца не проснувшись.

– Он больше не твой хозяин, – сразу поняв о ком речь, мягко сказала я.

– Адриана… – с облегчением прошептал он, на губах даже мелькнула слабая улыбка, которая мгновенье спустя исчезла, и на лице вновь отобразился страх.

– Простите, госпожа! – воскликнул он, став сначала на колени, но потом, видимо вспомнив мое неприятие этой позы, вскочил на ноги.

– За что ты извиняешься? Впрочем, можешь не отвечать, – с тоскливым вздохом сказала я. Глупо надеяться, что парень сумеет так быстро откинуть свое прошлое.

– Почему ты спишь на полу? Диванчик слишком маленький? – спросила я между тем, пока взгляд Дилана заполошно метался то на меня, то утыкался в пол, то переходил на, собственно, диван.

– Простите. Мне на нем очень неудобно, лучше на полу. Но если вы прикажете, я, конечно… – начал быстро говорить он.

– Постой. Это моя вина, нужно было днем позаботиться об этом, хотя бы отыскать в кладовке или на чердаке матрас, спал бы на нем этой ночью. Что же делать с тобой? – прервала его я, крепко задумавшись.

– Если позволите, я мог бы так и спать на полу, – осторожно предложил Дилан, тут же съежившись, будто испугался собственной смелости.

– Пол жесткий, да и сквозняки тут – еще не хватало, чтоб ты заболел, – покачала головой я, мучительно пытаясь найти выход из ситуации.

– Я и у прежнего хозяина спал на полу. На коврике у его кровати, даже пледа и подушки не было, – неожиданно тихо сказал Дилан.

Я поморщилась от очередного упоминания того, как по-зверски раньше обращались с мужчинами, которых теперь могу назвать своими. Дилан, восприняв мою гримасу на свой счет, тут же машинально чуть сжался и сощурил глаза, вжав голову в плечи, будто ожидая удара. Хотя, почему будто? Уверена, раньше так и было.

Из глубины души вновь поднялась жгучая волна жалости к нему. Разве мало выпало испытаний на его долю? И теперь попалась глупая хозяйка, которая даже не озаботилась тем, чтобы найти ему спальное место на ночь.

На краю сознания смутно забрезжила мысль, как можно все исправить. Сперва хотела отбросить ее, как невозможную, но взглянув на Дилана, смотревшего на меня глазами несчастного побитого щенка, решилась.

– Ты храпишь, ворочаешься во сне? – хмуро спросила я.

– Нет.

– Ладно, бери плед, подушку и пошли за мной, – сдалась я, направившись в свою спальню.

Дилан безропотно последовал за мной, остановившись на границе белоснежного пушистого ковра, который мне обошелся в половину месячного жалованья и был моей тайной гордостью.

– Вы позволите мне спать на ковре у вашей кровати? – почти восхищенно спросил он.

– Это у тебя вызывает радость? Я не сержусь, возмущаюсь или обвиняю, просто интересно, – поспешно добавила я с недоумением.

– Если хозяин или хозяйка позволяет рабу спать у своей кровати, значит, это любимый раб. Я ошибся? Простите, го… Адриана, – неуверенно сказал Дилан и даже почти сразу назвал меня по имени.

– Необязательно постоянно извиняться, если хочешь что-то спросить или не знаешь чего-либо. Это нормально. Сегодня ты спишь на моей кровати. Вон та половина твоя. Забирайся, одеялом своим не поделюсь – у тебя есть плед, – неловко отведя взгляд, быстро сказала я, ложась на свою сторону кровати, бросая настороженные взгляды исподлобья на Дилана.

Не думала, что еще когда-нибудь решусь уснуть в одной кровати с мужчиной. Причем вполне осознанно. Впрочем, какой из Дилана мужчина? Мальчишка он еще. А сейчас и вовсе впал в ступор.

– Ложись, я выключаю свет, – добавила я, видя, что он замер на месте, а из глубин его глаз наружу вновь начал выползать страх.

– Но я не умею ничего… – выдохнул вдруг он.

– Спать не умеешь?

– Я с девушками никогда не… – покраснев, начал признаваться Дилан.

– И слава всем богам, больше шансов, что и ко мне не попытаешься притронуться. Правила просты. Не храпи, не ворочайся и не пытайся меня коснуться. Спросонья могу запросто отшвырнуть воздушной волной. Это понятно? Если да – спокойной ночи. Спи, – сказала я и выключила все же свет.

Спустя несколько секунд почувствовала, как кровать немного прогнулась, и Дилан осторожно улегся на самый край. Он не то, что не ворочался, кажется, даже дышал через раз.

Спустя некоторое время я не выдержала, почти физически чувствуя в воздухе разлившееся напряжение и волны страха, исходящие от раба.

– Дилан, расслабься. Просто спокойно спи и не трогай меня, – не выдержав, негромко сказала я.

– А если я вдруг случайно коснусь вас во сне? – дрожащим голосом спросил он, шумно выдохнув.

– Тогда отправишься спать на пол. Шучу. Если не будешь во сне хватать меня за разные части тела, выступающие и не очень, – все будет нормально. Случайные касания не в счет, – постаралась успокоить его я.

– А если во сне захраплю? – чуть ободрившись, задал следующий вопрос он.

– Больше спать со мной в одной комнате не будешь. Все, мне рано завтра вставать. Потом что-нибудь придумаю для тебя с нормальной кроватью. Спи, – сказала я сонным голосом.

Уже засыпая, почти на грани слышимости, услышала: «Спасибо, Адриана», наполненное искренней благодарностью. От этого на мои губы набежала легкая улыбка. Все же, день хоть и был насыщен многими не очень приятными событиями, был прожит не зря.

На удивление, уснула быстро. Мирно сопящий Дилан совсем не мешал. Кажется, за всю ночь он действительно ни разу не сдвинулся со своего места. Или же я за день вымоталась настолько, что мне стало абсолютно все равно.

Во всяком случае, это все вылилось в то, что в очередной раз проспала, не услышав сигнала артефакта, настроенного на определенное время. Проснулась от тихого и чуть дрожащего голоса Дилана.

– Адриана, вам, наверное, вставать нужно. Артефакт уже подавал сигнал несколько раз. Адриана, прошу вас, – почти шептал он. Чудо, что я его вообще услышала.

Открыв глаза, увидела парня, сидящего на полу у моей кровати так, что наши лица были на одном уровне. Вид у него вновь был крайне перепуганным. Подумалось вдруг, а увижу ли я его когда-либо без печати страха на лице, полностью умиротворенного? Хотелось бы верить.

– Ты чего на полу сидишь? – спросила первое, что пришло в голову.

– Ваш артефакт подавал сигнал, – с несчастным видом сообщил он.

– ***! – выругалась я, бросив взгляд на часы.

На работу опаздывала безбожно. Это заставило меня подорваться с кровати и умчаться в сторону ванной. В коридоре едва не столкнулась с Тайлером, который выглянул из кухни.

– Прекрасного утра, Адриана. Что желаете на завтрак? – как всегда безукоризненно вежливо спросил меня он.

– Без разницы, я опаздываю! – буркнула на ходу я, продолжив свой путь.

Быстро покончив с водными процедурами, помчалась уже в сторону своей спальни, рабочий день должен был начаться меньше, чем через пять минут, а я еще совсем не собрана.

Влетев в спальню, принялась лихорадочно метаться по комнате, пытаясь вспомнить, куда дела свою запасную форму боевого мага, так как вчерашняя была измята. В первую минуту даже не заметила Дилана, который вжался в дальний угол комнаты, стараясь не привлекать моего внимания.

Бросив взгляд в зеркало, не сумела сдержать страдальческого стона.

– Что-то случилось, Адриана? – все же рискнул подать голос Дилан.

– Мои волосы! Уснула с мокрыми волосами – как теперь этот ужас привести в порядок? – жалобно задала риторический вопрос я, не надеясь на ответ.

– Если позволите, я умею ухаживать за волосами. До того, как попал к Райзеку, приведение волос хозяйки дома в порядок – было моей прямой обязанностью, – с заминкой, все же неуверенно сказал Дилан.

Для меня это было очень неожиданно. И само предложение, и в принципе, что Дилан подал голос, предложив свои услуги.

– Сделай с ними что угодно, только как можно быстрее, – не стала кочевряжиться я и безропотно уселась на край кровати, вручив растерянному Дилану расческу и ленту для волос.

После секундной заминки, парень забрался на кровать позади меня и чуть дрожащими пальцами принялся перебирать прядки моих волос. По телу пробежала волна удовольствия. Честно говоря, даже не думала, что может быть так приятно лишь от того, что кто-то аккуратно возится с моей шевелюрой.

В этот момент я уже забыла и об опоздании, и о нагоняе, который непременно получу за это от Колина. Сосредоточилась лишь на удивительно нежных касаниях и к волосам, и к коже головы.

В какой-то момент Дилан дернул меня за волосы чуть сильнее, ненароком вырвав пару волосков. Я бы и не обратила на это внимания, в поспешных сборах редко бываю аккуратной со своей шевелюрой. Но парень довольно громко испуганно вскрикнул. В следующую секунду Дилан уже оказался передо мной на полу в раболепной позе, сжав побелевшими пальцами несчастную расческу.

– Госпожа… – начал было он дрожащим голосом, протягивая мне расческу.

– Если опять заикнешься о наказании, больше не пущу к себе в комнату. Успокойся, все нормально. Просто, прошу тебя, закончи побыстрее с моими волосами, я оденусь и побегу, – перебила его я, почти взмолившись.

К счастью, Дилан не стал спорить, настаивать или дальше предаваться самобичеванию, а безропотно продолжил возиться с моей прической. Надо отдать ему должное, буквально через минуту он уже повязал мне ленту. Счастливо вздохнув, я вновь потрепала ладонью его по голове, отчего Дилан даже, как мне показалось, довольно зажмурился. Затем выставила парня из комнаты, чтобы одеться.