Подари мне крылья

Эльф не стал со мной спорить и, положив свои ладони мне на плечи, ощутимо сжал их. Большими пальцами принялся массировать впадинку на шее, у основания головы. От одного только этого действия хотелось мурлыкать натуральным образом.

Затем и вовсе начал творить что-то немыслимое и с шеей, и с плечами, отчего я раз за разом, окуналась в эйфорию. Когда же он спустился с плеч на саму спину, моя выдержка меня подвела. Такое удовольствие и от секса не всегда получала.

В какой-то момент даже принялась тихонько постанывать в такт его нежным, но выверенным неторопливым движениям, задействовавшим, казалось, каждую клеточку моего тела. Никогда не думала, что массаж может дарить такой экстаз.

Я будто потерялась во времени, ощущая лишь неимоверное удовольствие, плыла на волнах блаженства, пока не достигла пика, и мой мир не взорвался яркими осколками сильных ощущений. По-моему, последние минуты себя уже толком не контролировала, и мои стоны перестали быть «тихонькими». Не знала, что от простого массажа можно получить настолько мощный оргазм. И это даже не снимая рубашки. О каком тогда «большем эффекте», которого можно достичь без одежды, могла идти речь?

Некоторое время полежала, приводя дыхание в порядок, пока Алан чуть дрожащими пальцами гладил меня по спине, вдоль позвоночника, разгоняя по телу волны приятной дрожи.

Наконец нашла в себе силы перевернуться на спину и встретиться взглядом с Аланом. На его лице красовался неописуемый коктейль из ошеломления, радости, возбуждения и недоверия. Впрочем, почти сразу он постарался принять невозмутимый вид. Только главное я увидеть уже успела.

– Спасибо… за массаж. Мне уже намного лучше, – чуть дрогнувшим голосом произнесла я.

Глава 23

Как только я немного пришла в себя после произошедшего, меня окутало жаркой волной стыда. Буквально почувствовала, как покраснели щеки, и неловко отвела взгляд в сторону.

– Это было прекрасно, Адриана, – вдруг едва слышно выдохнул Алан.

От этого я стала себя чувствовать еще более неловко. С силой зажмурилась, словно надеялась, что от этого все, что только что тут произошло – канет в никуда. Но открыв глаза, все также увидела Алана, который теперь смотрел на меня обеспокоенно.

– Алан, выйди, а? – обреченно попросила я, откинувшись на подушку и уткнувшись бездумным взглядом в потолок.

– Да, Адриана, – услышала я его практически спокойный голос, а затем звук закрывшейся двери, знаменующий, что меня оставили одну.

Теперь я позволила себе тихий и тоскливый стон. Во всяком случае, попыталась им передать такие эмоции. Но по жилам все еще растекались остатки эйфории. И как-то выразить грусть голосом у меня совсем не получилось.

Так, нужно собрать мысли в кучу. Вот что такого страшного сейчас произошло? Ну, узнал Алан, насколько сильно я люблю массаж. Заодно и для себя это знание открыла. Ну и что? Тем более что он за свою жизнь явно и не такое видел. Да, неловкая ситуация, так что теперь, голову пеплом посыпать? Лучшим выходом будет вести себя так, как раньше.

К тому же, со дня на день я и вовсе мужчину сюда приведу и с ним явно не в крестики-нолики буду играть. И уж точно не без звукового сопровождения.

И вообще, я взрослая и самодостаточная женщина. Какое мне дело, что обо мне подумают те, кого мне навязали? Мда, сама себе вру. Дело есть, как и чувство неловкости. Но отмотать все назад все равно не могу, так что просто постараюсь забыть.

С этими мыслями я сделала глубокий вдох и направилась к выходу из комнаты, намереваясь в гостиной взять почитать какую-нибудь книгу. Да и проверить, вернулись ли Дилан с Тайлером со двора или так и торчат на улице.

Но когда уже бралась за дверную ручку, поняла, что слышу в коридоре возмущенные голоса своих мужчин. Открыв дверь, недалеко от своей комнаты увидела Алана и Тайлера, стоящих друг напротив друга. Чуть дальше стоял Дилан и с недоумением и растерянностью смотрел на парней, явно не понимая, что происходит. Видимо, он только вошел в дом.

В это время у полукровки едва ли не искры сыпались из глаз от непонятной мне злости, и весь его вид показывал крайнюю степень раздражения. Да и Алан выглядел сердитым. Ну, внешне он, конечно, оставался все таким же невозмутимым, но, насколько успела понять, это его привычная маска. А на деле, голова наклонена чуть под другим углом, пальцы рук, скрещенных на груди, аж побелели от напряжения. Жаль только взгляда его не видела. Я уже успела сообразить, что по нему в первую очередь можно понять, что испытывает Алан. Да и в целом напряжение в воздухе было практически осязаемым.

– Вы чего это тут? Деретесь, что ли? – растерянным тоном негромко спросила я.

Они аж дернулись от неожиданности от звука моего голоса. Ладно Алан, но Тайлер? Так увлекся выяснением каких-то своих отношений, что даже не услышал меня? Бросил на меня какой-то странный взгляд и постарался даже улыбнуться, показывая, насколько он сейчас мирный.

– Что вы, Адриана, мы просто разговаривали, – ответил он, обнажив в неискренней улыбке зубы.

Я перевела взгляд на Алана, который тоже немного отступил от Тайлера и уже не выглядел таким напряженным.

– Никто не дерется. Мы действительно просто разговаривали, – невозмутимо ответил тот.

Ну-ну. Как будто я не видела. Но да ладно. Какая разница, что они не поделили, сейчас же взяли себя в руки. Поэтому я сделала вид, что поверила, и прошла мимо них к книжному шкафу, где взяла книжку, что начинала читать в тот день, когда меня только осчастливили тремя рабами. Помнится, тогда еще умудрилась уснуть с ней. Привыкнуть бы теперь еще, что все находится на своих местах. И та же книжка лежит на полке, а не на полу спальни, на кухне, в ванной или еще где.

Раньше я предпочитала читать книги в гостиной, лежа на диване или на полу, особенно летом. Но сейчас, в свете последних событий, предпочла побыстрее ретироваться в свою комнату с облюбованным приключенческим романом.

На всякий случай еще немного постояла у двери, прислушиваясь, не будет ли скандала или драки между мужчинами. Но все было тихо. Они о чем-то разговаривали, причем довольно спокойно. Потом же, судя по всему, и вовсе ушли к себе. Возможно, прихватив с собой какие-то книги.

Вспомнила, что так и не поговорила с Тайлером насчет продажи кексов. Но решила, что учитывая его непонятную злость, лучше отложить разговор на потом.

Хотя так и подмывало узнать, что же они там успели не поделить. Не мог же Тайлер услышать мои… мой…. короче, то, насколько сильно мне понравился массаж? Дилан же тоже был растерян, но не перепуган или ошарашен, то есть, меня точно не слышал. С полукровкой они были вдвоем на улице.

С другой стороны, а если они как раз возвращались или даже просто стояли на крыльце, и тонкий слух полуоборотня услышал то, что никому из них, вообще-то, слышать было нежелательно? Скорее всего, все так и было.

Вот только в данном контексте и вовсе непонятно почему Тайлер разозлился. Решил, что я начала использовать их, хотя обещала этого не делать? Похоже на правду. С другой стороны, почему тогда злился на Алана, а не на меня? Я уверена в том, что напряжение было именно между ними двумя. Сплошные вопросы.

Решив больше не забивать себе этим голову, удобно устроилась на кровати и с головой окунулась в чтение. Сюжет книги неожиданно меня захватил, и я совсем забыла о времени. Когда в очередной раз перевернула страницу, бросила взгляд на часы и увидела, что уже далеко за полночь. Пора ложиться спать. К тому же, сегодня вновь кровать лишь в моем распоряжении.

Позевывая, я переоделась в свой халат и вышла из комнаты, намереваясь отправиться в душ. На мое удивление, в гостиной был включен магический светильник. На диване сидел Дилан и увлеченно читал какую-то книгу. Это меня заинтересовало и заставило остановиться.

– Почему ты не спишь? Уже поздно, – спросила я.

– Простите. Если прикажете – тут же пойду спать, – чуть испуганно сказал он, вскакивая на ноги.

– А если не прикажу – так до утра и будешь сидеть? Расслабься, если хочешь – читай дальше. Пока мне особо нечем вас занять, так что можете ложиться спать и вставать в любое время. Лишь бы в доме было чисто, уютно, никто не скандалил, и мне не приходилось задумываться о готовке, – хмыкнула я и прошла дальше в душ.

Закончив с гигиеническими процедурами, отправилась обратно в свою комнату мимо Дилана. Он уже не читал, вернув книгу на место, лишь с непонятной надеждой смотрел на меня. Я, делая вид, что совсем не понимаю назначения этих взглядов, подошла к своей двери.

– Адриана! – не выдержав, позвал меня Дилан.

Обернулась, смерила его внимательным взглядом, от которого он даже поежился и принял совсем уж несчастный вид.

– Да, Дилан?

– А вы… Мне теперь никогда нельзя будет спать с вами? – запнувшись, выпалил он на одном дыхании и, казалось, даже перестал дышать в ожидании моего ответа, уставившись на меня своими огромными печальными глазами.

Я досадливо поморщилась. Стало его невероятно жаль, хотелось позволить что угодно, лишь бы только не смотрел так. Только ведь ясно как день, что это лишь попытка манипулировать мной.

– Чего ты сейчас добиваешься? Почему не спишь в своей комнате? – устало вздохнув, спросила я.

– Раскладушку мы отдали Алану, она узкая, но длинная – ему как раз то, что нужно. Диван для него немного коротковат, но нам с Тайлером нормально, хоть и тесно. Но Тайлер сильно пинается во сне, вот я и… – запинаясь, начал говорить Дилан, отведя глаза в сторону.

Мне в этот момент стало очень неприятно. Вижу ведь, что врет. Но вот зачем? Ладно, пусть даже не совсем врет, но это же явно не вся правда. И уж тем более не основная причина. Что такого он может скрывать, что нельзя честно сообщить мне?

– Стоп. А теперь правду. Почему ты хочешь спать у меня в комнате? Причем, насколько поняла, даже не обязательно на кровати. Брать к себе в любовники я никого из вас не собираюсь. Но, думаю, ты не этого добиваешься. Тогда что? Коротко и по существу, – приказным тоном строго сказала я, глядя прямо на него.

На его лице отразился страх, который сменился отчаянием. Он поднял на меня лихорадочно блестящие глаза и просто ответил:

– С вами не страшно.

– Объясни, – я нахмурилась.

– Пока вы находитесь рядом, я верю, что уже больше не принадлежу ему, что все издевательства, через которые успел пройти, останутся в прошлом. Но когда остаюсь один – все возвращается. Днем просто кажется, что я лишь сплю, и вот-вот это все закончится, начнется еще один день моего личного кошмара. Присутствие Алана и Тайлера совсем немного уменьшает эту уверенность. Но ведь они и там были со мной. И все же как-то легче осознавать, что здесь все по-другому. Но чем ближе ночь, тем больше меня окутывает страх… – срывающимся тихим голосом начал говорить Дилан, в то время как его всего вновь начала колотить крупная дрожь.

Сказав это, он замолчал на несколько секунд, уставившись широко открытыми глазами куда-то в пустоту.

– Вы не представляете, насколько искусно он владел магией иллюзии. Райзек мог даже пробраться в голову, заставить увидеть то, чего не существует, заставить поверить! И как только дневной свет сменяется тьмой, мне кажется, что я вот-вот услышу его шаги, ненавистный смех… – глухим, полным безнадеги голосом сказал вдруг Дилан, сгорбившись и обхватив себя руками.

Сейчас он смотрел, казалось, сквозь меня. Перед его взором наверняка оживали ужасы прошлого. Парня буквально окутывала тяжелая аура отчаяния и страха.

– Дилан, но то, о чем ты сейчас говоришь – невозможно… – начала было я, но осеклась, наткнувшись на полубезумный взгляд парня.

Магически создать то, о чем он сейчас говорил, было действительно нереально. Но кто знает, к каким уловкам прибегал этот садист, к каким потаенным уголкам души Дилана имел ключи?

– А вы… Он бы не смог создать, придумать в своих иллюзиях такую, как вы: светлую, настоящую, «живую»… Только рядом с вами понимаю, что все это на самом деле реально, и могу спокойно уснуть. Знаю, что вы – наш ангел, который может защитить и дарит нам крылья, позволяя чувствовать себя почти свободными, – сказал он практически безжизненным голосом и вовсе странную фразу.

– Дилан, я все понимаю. То, что с тобой, со всеми вами, произошло – ужасно. Да, я не такая, как ваш бывший хозяин, постараюсь не только словом, но и делом это доказать. Но сейчас ты этого не можешь знать. Как бы там ни было – Тайлер правильно делает, что мне не доверяет. У вас просто еще нет для этого причин. Почему же ты так слепо веришь в меня? – осторожно попыталась прояснить для себя сразу и этот вопрос.

– Я не верю – знаю, чувствую, – серьезно сказал он, и на его губах тенью мелькнула улыбка.

Впрочем, так же быстро исчезла, во взгляде появилась осмысленность, и передо мной вновь был все тот же перепуганный дрожащий Дилан, с ужасом глядящий на меня.

– Простите, госпожа. Я забылся, больше не побеспокою, простите, – принялся шептать он, и в его глазах вновь заблестели слезы.

Наверное, успел уже себе вообразить, что я тут же понесусь продавать такого странного раба. Но у меня он сейчас вызывал не просто жалость, а сочувствие. Помню, как сама долгие месяцы приходила в себя после своего личного кошмара, случившегося со мной наяву. Тогда тоже бывали моменты, когда я путала реальность со снами, пропитанными ужасом, где сталкивалась с все тем же монстром, принявшим по ошибке человеческое обличье. Именно поздно вечером эта грань была тоньше всего.

Помнится, в какой-то момент я не выдержала и выговорилась Колину, который был тогда рядом со мной, не осознавала, что и кому говорю. Просто на тот период он стал моим якорем, не давшим мне окончательно замкнуться в себе. После этого стало легче.

Возможно, Дилан сейчас просто тянется ко мне, как к единственной живой душе, никаким образом не связанной с тем, что с ним было. В конце концов, это все происходило с ним не один год, еще и в таком раннем возрасте. Немудрено, что его психическое состояние нестабильно.

Тяжело вздохнув, я запустила одну руку в свои волосы и немного разлохматила шевелюру, пытаясь убедить себя же, что поступаю правильно. Окинула еще одним внимательным взглядом Дилана, по щекам которого текли слезы, а вся фигура была воплощенным памятником глухому отчаянию.

– Ладно. Хорошо. Из тебя отличный будильник получается, да и прически с утра делаешь красивые… Но отказываться из-за тебя от личной жизни я не собираюсь, понял? – постаралась сказать строго, но голос звучал как-то жалко, да и нормально сформулировать свою мысль я в данный момент не сумела.

В голове все перепуталось, осталась лишь ненависть к тому чудовищу, которое практически сломало парня, едва не превратило его в несчастное забитое существо.

– Да… – неуверенно ответил Дилан, не понимая, к чему я клоню.

– Хорошо. Значит, решено: когда я привожу в дом мужчину – ты спишь в комнате с Аланом и Тайлером, – уже чуть более уверенно сказала я.

– А в остальное время? – немного заторможенно спросил Дилан, но в глубине его глаз уже начала проглядывать такая безумная надежда, что у меня даже мороз пошел по коже.

– А в остальное время – со мной. Но на прежних условиях: не храпеть, не трогать… – поспешно начала перечислять.

– Спасибо, Адриана, – выдохнул Дилан и буквально рухнул на колени, но его лицо озарила счастливая улыбка. На фоне мокрого от слез лица она выглядела немного странно.

– Не нужно падать на колени, говорила ж уже. И я спать хочу, пойдем, – нарочито грубо сказала я и пошла в свою комнату. Чувствую, не скоро еще смогу наслаждаться возможностью спать одной.

Глава 24

Полночи я не могла уснуть, все думала о том, что мне сообщил Дилан, который едва слышно сопел сейчас рядом. То, что он сказал о Райзеке, понятное дело, было сильным преувеличением. Да и вполне логично ожидать нечто подобное – Дилан попал к нему совсем юным, почти ребенком, по сути. И с тех пор его всячески «ломали», подчиняли его волю.

Более того, временами своим поведением он напоминал четырнадцатилетнего мальчика. Учитывая все, что с ним произошло – это вполне ожидаемо. Но во время сегодняшнего разговора парень будто стал взрослее, показал, каким может быть. Теперь я верю, что ему восемнадцать.

Видимо, это просто защитная реакция, способ закрыться. Чисто на подсознательном уровне сообразил, что чем младше ты – тем бережнее к тебе относятся. Во всяком случае, несмотря ни на что, серьезной травмы он ни разу не получил, как мне сказал Тайлер.

Промаявшись так долгое время, мне все же с трудом удалось уснуть. Снилось что-то непонятное, мутное, оставившее после себя неприятное послевкусие. Но уже под утро приснилось мое далекое счастливое детство. Один из самых радостных моментов моей жизни. Я до мелочей помнила тот солнечный день, когда отец на праздник подарил мне огромного плюшевого медведя, почти с меня ростом. Долгое время спала только с ним.

Вот и сейчас я с нежностью прижала игрушку к себе и уткнулась носом в его мех. Тут же уловила исходящий от него тонкий запах своего шампуня. Странности. Да и сам мишка стал казаться каким-то не таким. Но сонный мозг никак не мог уловить, что же не так. Да еще и сама игрушка пыталась осторожно от меня отползти, сбивая с мысли… Стоп! Отползти? Я тут же открыла глаза, окончательно просыпаясь.

Во сне я перекатилась на сторону Дилана. Более того, этим не ограничилась, еще и подгребла практически под себя особо не сопротивляющегося парня, который сейчас, казалось, даже дышал через раз.

Я лежала на боку и одной рукой крепко прижимала к себе его разгоряченное тело. Чувствовала, как вздымается его грудная клетка. Под ладошкой ощущалась горошинка его соска. Еще и умудрилась закинуть на парня одну ногу. Ну, да. Насколько помню, со своим мишкой именно так и спала.

– Ты спишь? – шепотом спросила я на всякий случай, осторожно убирая с Дилана свои конечности.

Была надежда, что он не ответит, и я с чистой совестью откачусь на свою половину кровати и буду досыпать дальше. Ну, или вставать, смотря, сколько времени сейчас. Но, конечно же, мне не могло так повезти.

От моего невинного вопроса тело Дилана совсем окаменело. Я приподнялась на локте, ожидая его ответа. Вновь умудрилась попасть в неловкую ситуацию. Впрочем, проживая в одном доме с тремя мужчинами – неудивительно.

– Нет, – на грани слышимости ответил Дилан голосом, полным ужаса.

Поворачиваться ко мне он не торопился. Наверное, бедняга пережил не самые приятные минуты, когда его спросонья схватила в охапку. Меня понемногу начала мучить совесть.

– Прости, что залезла на тебя, просто снилось… впрочем, неважно. Больше такого не будет, – постаралась как ни в чем не бывало сказать я.

Вести себя так, будто ничего не произошло – судя по всему, скоро это станет моим девизом. Я поправила полу своего шелкового халата персикового цвета, в котором спала. Задумалась о том, что не мешало бы в воскресенье купить себе нормальную пижаму. В халате неудобно, к тому же, он в принципе не предназначен для сна. Да и ребятам многое нужно купить. От гигиенических принадлежностей до одежды. Тот же Дилан сейчас спит еще в тех шортах, что дала ему в первый день из своих запасов.

– Я… Вы больше не позволите мне здесь спать? – практически без эмоций спросил Дилан.

– С чего ты взял? А, установленные мной правила. Ну, это же я к тебе полезла, а не ты. Все нормально, – тут же поняла его опасения я.

Парень тут же перекатился на спину и уставился на меня с облегчением своими нереально красивыми глазищами.

– Я думал, что это не имеет значения. Коснулся же. Вы правда не сердитесь? – с надеждой спросил он, не сводя с меня взгляда.

– Правда, – тепло улыбнулась я.

Сейчас он выглядел довольно мило. Не мишка, конечно, но тоже так ничего. Не удержавшись, протянула руку и уже знакомым жестом взлохматила его шевелюру. Вновь улыбнулась, заметив, как он довольно зажмурился от этой ненавязчивой ласки.

В который раз подивилась мягкости его волос. Дилан чуть изменил наклон головы и немного поднял подбородок, словно щенок или котенок, желающий получить еще поглаживание. Тут же настороженно и совсем капельку испуганно посмотрел на меня из-под челки, оценивая мою реакцию, не разозлюсь ли. Невольно рассмеялась, ласково почесала его пальцами под подбородком, у Дилана тут же скользнула по губам счастливая улыбка.

Когда уже убирала руку, шутливо скользнув пальцем по его шее, случайно коснулась ошейника. Меня словно морозом обожгло. От этого легкого прикосновения в ладонь будто иголки впились. Удивленно нахмурилась – так не должно было быть, ни при каких обстоятельствах. Что за ошейник такой? Дилан уставился на меня в недоумении, не понимая, почему я изменилась в лице.

– Что с твоим ошейником? Откуда он у тебя? – тут же спросила я, сев на кровати.

Когда на раба оформляется магический договор, тогда же надевают ошейник, заверенный особыми маг-печатями, которые накладывает штатный магический нотариус. Это нечто вроде персональных документов, не только аксессуар, обозначающий принадлежность к рабскому сословию. Все, что есть в магическом договоре, можно узнать через ошейник, просканировав его особым артефактом. Также через него идет связь с магической формулой подчинения. Если раб сам снимет ошейник, и это будет обнаружено – последствия для него будут крайне печальны.

В дальнейшем хозяин может сменить этот аксессуар на другой по дизайну, но вновь обращаясь в соответствующие службы. Самой не раз приходилось видеть и даже пару раз накладывать печати подобного рода, когда рядом не было магического нотариуса. В своих руках держала различные ошейники. Даже были с вшитыми в них простенькими артефактами. Но сейчас я коснулась чего-то кардинально нового.

– Он на мне с первых дней моего официального рабства, – удивленно захлопал ресницами Дилан.