На пороге счастья

Людмила Павловна, находясь в своей спальне, услышала за стенкой пение дочери, доносившееся с гостиной. Затем отворилась дверь, и на пороге появилась сияющая Оксана.

– Мама, все получилось! Он покупает мой ресторан! Я сейчас смотаюсь туда, объясню что и как, что бы они держали язык за зубами, а то выдадут меня с потрохами, потом может случиться непоправимое. Все мама, я поехала! А ты отдыхай! Ча-о!

Оксана не успела пройти гостиную, как у нее раздался телефон. На мониторе красовалась фотография Евгения. Она нажала клавишу.

– Оксана привет! – первым заговорил Мальцев.

– Привет дорогой, как отдыхаешь, как плавание?

– У меня для тебя хорошая новость, – ответил Евгений, мгновенно переводя, разговор на другую тему, – Можешь подыскивать себе свадебное платье!

– Не поняла, ты серьезно, или это так на тебя морская качка действует?

– Слушай, я сейчас вполне серьезно говорю. У меня появились такие аргументы для твоего отца, перед которыми он не устоит, и непременно согласится на наш брак.

Оксана, сдерживая улыбку, что бы радость ни переросла в безудержное ликование, прикусила губу, затем спросила.

– Что-то шумно у тебя там! Ты сейчас где?

– Я в городе. Мне нужно, что бы ты проехала со мной в одно место, там все узнаешь. Если я заеду за тобой через час, будет нормально? – спросил Евгений.

– Ладно заезжай, рада буду тебя видеть. Все целую! – сказала Оксана, придавая голосу нотки растерянности.

Отметив про себя актерские способности, она принялась вальсировать по просторной гостиной, и остановилась у зеркала. Покрутившись перед ним некоторое время, пока в комнату не вошла молоденькая горничная с пылесосом в руках, она тут же перевела взгляд.

– Маша! – окликнула ее Оксана.

– Да, Оксана Эдуардовна!

– Ко мне должен приехать мужчина. Если я не успею возвратиться, пусть подождет меня в гостиной. Мама отдыхает, в спальню не заходи, не буди ее. Предложи гостю кофе, или чай, чего пожелает! Пусть обязательно меня дождется, поняла?

– Хорошо! Напою и чаем и кофе, не переживайте!

Оксана схватила ключи от машины, и выскочила во двор.

Когда стрелки на часах показывали начало третьего дня, возле ворот особняка остановилась машина такси. Из нее вышел Мальцев с тем же черным дипломатом в руках. Он подошел к калитке, на которую падала густая тень от пышной туи, росшей у забора, и нажал на кнопку домофона, встроенного в кирпичную опору.

– Кто? – спросила горничная.

– Евгений Мальцев, – представился мужчина, и тут же услышал щелчок электронного замка.

– Проходите! – прозвучало в домофоне.

Евгений прошел через озелененный двор, открыл входную массивную дверь особняка, и попал внутрь, где его встретили молодая горничная в переднике, и породистая собака Эмма.

– Эмма свои! – произнесла девушка, придерживая собаку за коричневый ошейник, после чего пригласила гостя в дом.

– У вас здесь прохладно! – отметил Мальцев, обращая внимание на работающий кондиционер, установленный под потолком прихожей.

– А где Оксана? – поинтересовался он.

– Она скоро будет,– ответила горничная, потом провела его в гостиную и предложила сесть за стол.

Евгений уселся на угловой стул, поставив у ног черный дипломат. Перед глазами Мальцева неожиданно стали всплывать картинки будущей жизни, которая уже маячила у него на горизонте. Вот он, будучи законным мужем, спускается со спальни второго этажа в халате и тапочках, и просит горничную подать в его личный кабинет, чашечку кофе. Потом он гуляет у фонтана с Эммой. А, одна картинка, которую в деталях нарисовала его фантазия, ему очень понравилась. Она доставила ему особое удовлетворение. Он якобы сидит за столом вместе с тестем, и они обсуждает кредитную политику банка, который принадлежит тестю. Тесть хлопает его по плечу, и сообщает о своем желании переписать банк на своего любимого зятя. Перед его глазами сразу замелькали пачки банкнот, слитки золота, железные сейфы и рассыпанные по столу драгоценности. Фантазии, взявши под руки, уже несли будущего банкира в заоблачные дали. Что-то хлопнуло за окном, и он встрепенулся, быстро моргая глазами, и смахивая с себя сладкие видения. Затем, придав лицу деловой вид, бросил взгляд на старинные напольные часы, стоящие в углу комнаты. Время начинало поджимать.

– Вы что предпочитаете чай, или кофе? – спросила молоденькая горничная.

– Пожалуй, выпью чашечку кофе, – ответил Мальцев, постукивая пальцами по полированному столу.

Горничная вышла, а через какое-то время, снова появилась с чашкой ароматного кофе. Она поставила кофе на стол, пожелала приятного аппетита, затем нырнула в кладовую, располагавшуюся под лестницей. Гость с удовольствием втягивал ноздрями кофейный запах, отпивал жидкость маленькими глотками, и прислушивался к послевкусию. В это время девушка стала выносить из кладовой кое-какие вещи, мешавшие уборке, и вместе с ними вынесла черный дипломат, похожий на тот, который стоял у гостя под ногами. Когда Мальцев увидел его, у него в груди что-то заныло, и он встал. Странное предчувствие заставило его подойти поближе и рассмотреть похожий дипломат, который был уж слишком ему знаком. Пока горничная копалась в кладовке, Евгений взял дипломат в руки, и повернул к себе торцом, после чего обомлел. Когда-то поставленная царапина в виде небольшой подковы свидетельствовала о том, что горничная с кладовки вынесла его настоящий дипломат. Опустив его на пол, Мальцев быстро подошел к столу, и принялся рассматривать второй, нафаршированный деньгами. Но, знакомой царапины так и не обнаружил. Положив дипломат с деньгами на стол, он медленно сполз на стул, машинально обхватывая голову дрожащими руками. Теперь все пазлы странной головоломки сложились в его голове, и он увидел реальную картину. Первая мысль, которая пробила его сознание и овладела его существом – это то, что его просто хотели купить. И не просто купить, а купить как вещь.

– Ну, конечно! Еще бы, кто такой Мальцев? А, никто! Голодранец! – тут же вспомнились унизительные слова отца Оксаны, в момент знакомства с ее родными, – Простой пищевой технолог, который, попытался просунуть свое рыло в золотое корыто сливок общества! Это великолепный урок, для таких, как я. И правильно! С такими так и надо, что бы ни зарывались!

Мальцев схватил дипломат с деньгами и подойдя к кладовке, постучал в приоткрытую дверь.

– Можно вас на минутку,– позвал он горничную.

Девушка показалась в двери с надетыми на руки резиновыми перчатками.

– Произошла небольшая путаница, поэтому ее дипломат , я оставляю здесь, – сказал Мальцев, ставя дипломат с деньгами у ног девушки, – А, вот этот, который стоял у вас в кладовке, принадлежит мне, поэтому я его я забираю с собой. Как приедет Оксана Эдуардовна так ей все и объясните! Скажите гость вернул ее дипломат в целости и сохранности! Пусть она не переживает!

Горничная, смотрела на гостя туманным взглядом, пытаясь разобраться в путанице с дипломатами, но так ничего не поняла.

– А меня не уволят? – спросила она в конце, – Оксана Эдуардовна запретила мне, и касаться этого дипломата.

Евгений видя, что в разговоре с невинной девушкой был резок и явно перегнул палку, постарался ее успокоить.

– Не переживайте! Оксана Эдуардовна просто перепутала дипломаты, и по ошибке взяла мой. Понимаете? Ну, ну, только не плачьте, я ей все объясню! Я даю вам гарантию, что вас никто не уволит!

Мальцев, забрав свой дипломат, удалился из особняка. Закрывая за собой кованую калитку, он еще раз бросил взгляд на серое двухэтажное здание, построенное в стиле Модерн, которое дышало послеобеденной жарой. Но, почему-то теперь, от его каменных стен, веяло холодом и безразличием. Ощутив небольшой озноб, Мальцев, стал быстро удаляться от неприятного места, с которым теперь его ничего не связывало. Направляясь к центру города, он издали заметил, знакомую белую Тойоту, которая быстро приближалась, двигаясь ему навстречу. Успев вовремя спрятаться за угол магазина, Евгений на миг увидел сидящую за рулем Оксану, машина которой пронеслась мимо, и не сбавляя ходу затерялась, среди остальных машин.

Мальцев поднял голову, и стал рассматривать медленно плывущие белые облака. По их очертаниям, он попытался прочесть свою замысловатую судьбу, что бы найти ответы на свои жизненные вопросы. Однако бездонное небо по-прежнему было равнодушным и безмолвным к его судьбе.