Наездник

Сергей Ситарис

Наездник

Где-то там, за пределом познания, где загадка, туманность и тайна, некто скрытый готовит заранее все, что позже случится случайно.

(Игорь Губерман)

 В конце рабочего дня 10 декабря 2024 года, начальника экспериментальной лаборатории биохимии и биотехнологий Ивана Бугрова срочно вызвали к генеральному директору АО "Заслон" Александру Анатольевичу Горбунову.

– Проходи, садись, – судя по озабоченному лицу шефа, разговор предстоял серьёзный.

– Давай сразу к делу. На нас вышли представители "Газпрома", интересуются детищем твоего Коромыслова.

– А откуда они узнали? Проект же засекречен.

– Я думаю, вопрос решался на самом высшем уровне. Всё серьёзно, если к нам обратились, не дождавшись отчёта службы внешней разведки по Штатам.

– Кстати, Александр Анатольевич, а есть какие-то новости? Уже три месяца как передали образцы. Коромыслов извёлся.

– Насколько мне известно, люди работают, но, сам понимаешь, нас не посвящают ни по целям, ни по срокам. Остаётся только ждать. Какой бы ни был результат, мы о нём узнаем.

 Генеральный перестал энергично, в некотором возбуждении, расхаживать по кабинету и устроился в кресле напротив Бугрова. Это был высокий, лет шестидесяти, плотного телосложения мужчина с обильной проседью в уцелевших только на затылке волосах и лицом, география и рисунок морщин на котором говорили о большей предрасположенности его владельца к проявлению оптимизма, нежели уныния.

– Итак, собственно, почему я тебя вызвал, – начал он, оценивающе, как бы вновь для себя открывая, оглядывая собеседника. – В Сингапуре через неделю состоится международная научная конференция, ты должен туда поехать.

 Генеральный выставил вперёд руку и дал возможность Бугрову получше рассмотреть его линию жизни на внутренней стороне ладони, останавливая ожидаемую нервную реакцию и возражения.

– Там испытаешь наш препарат, не дожидаясь результата из Штатов, – продолжил он. – Тут уже не на кого будет пенять. Всё будет зависеть только от тебя.

 И, сочувственно взглянув на сникшего Бугрова, добавил:

– Так надо, Ваня. Жизнь заставляет торопиться. Будешь нашим засланцем на конференции поскольку, извини за каламбур, являешься заслонцем и имеешь честь представлять АО "Заслон".

– Но почему я?

– Слишком узок круг посвящённых и это должен быть учёный, а не разведчик. Вариантов, кроме тебя, нет. Придётся тебе выступить в новой для себя роли.

– Что я должен делать? Какая конкретно моя задача? – Бугров понял, что сопротивление бесполезно и хотя в лаборатории было полно неотложных дел, лететь придётся.

– Думаю тебе известно, что в Европе жесточайший газовый кризис и Германия давно пытается снизить свою зависимость от российского природного газа. Однако все альтернативные варианты, включая сланцевый и сжиженный газ, или не отвечают европейским экологическим требованиям или значительно дороже и сказываются на рентабельности, а значит и конкурентоспособности их продукции. Поэтому мыслительная работа немецких учёных была направлена на поиск внутренних ресурсов и никогда не прекращалась, а ты знаешь, когда мозг находится в постоянном возбуждении и поиске, любое случайное событие может подсказать решение. Так было с Исааком Ньютоном, когда ему на голову упало яблоко, то же случилось и с немецким учёным Олафом Хольцем. Исаака осенило в саду, а Олафа дома, в туалете, когда он пукнул.

– Эврика! – вскричал он, подскочив на унитазе. – Вот же он газ! Внутри нас! И не "грязный" российский, а чистый арийский! Хольц вдруг вспомнил, как будучи маленьким мальчиком, когда ещё не было освежителей воздуха, он зажигал спичку в туалете, сжигая газ, чтобы избавиться от неприятного запаха. Тогда это ещё было возможно, теперь же такого расточительства ни он, ни Германия себе позволить не могли. Выпускать в атмосферу, разбазаривать ценный ресурс, когда во многих домах жгут антикварную мебель, чтобы согреться – это ли не преступление против нации? Это ли не "деньги на ветер"? Необходимо обуздать эту энергию и направить её на служение людям. Ведь десятком хороших пуков можно заправить зажигалку, парой сотен вскипятить чайник, а за тёплое время года напер…, накопить запасов газа на весь зимний отопительный сезон. Главное – научиться этот газ улавливать и сохранять. А какую лепту в дело энергетической безопасности Германии могут внести пенсионеры, чей организм работает как газогенератор без устали и круглосуточно? Если на рынке труда, чем старше человек, тем меньше от него пользы, то здесь всё с точностью до наоборот. Насколько поднимется в обществе уважение к старикам? Как их будут ценить в каждой немецкой семье? Ведь они смогут генерировать дополнительный доход. А если в качестве катализатора использовать горох? А если задействовать крупный рогатый скот? Ведь коровий или лошадиный пук несут в себе гораздо больший потенциал.

 От радужных перспектив у Олафа закружилась голова. Его охватила эйфория.

 "Ай да Пушкин! – сказал бы Пушкин. – Ай да сукин сын!"

 "Зиг хайль!" – по старой немецкой привычке, сказал Хольц. – Что означало: "Да здравствует победа!"

 Да! Он, именно он, Олаф Хольц, прославит Германию, принесёт ей свободу и газовую независимость.

 После отказа "зелёных" во главе с Анналеной Бесвбок от российского газопровода в стране давно уже шла битва за постоянно дорожающие ресурсы – воду, электроэнергию, тепло, газ. С целью экономии электроэнергии вернулась мода на подсвечники и канделябры 19 века. Многие стали использовать свечное освещение, а некоторые и лучинное. Романтизм и одухотворённость пришли в немецкие дома.

 Местными учёными было доказано, что если поддерживать температуру воздуха в квартирах выше 18 градусов Цельсия, то резко возрастают риски заболеваний кишечной инфекцией и слабоумием. Несмотря на это, большие семьи опять стали собираться вместе в одной комнате, приглашать друзей, знакомых, чтобы согреться. С ностальгией вспоминали недавнее прошлое, когда газа было навалом, отогреваясь не только телом, но и душой. Обретшие небывалую популярность печники раздобыли чертежи и научились класть русскую печь, но предложение не успевало за спросом. Такую печь (в Германии она называлась украинская) хотела иметь каждая вторая немецкая семья.

 Теперь что касается воды.

 Людям объяснили, что, принимая душ каждый день, они наносят вред здоровью, смывают с кожи природные жиры, производимые организмом для защиты эпидермиса. В результате этого кожа не только иссушается, но и становится восприимчивой к бактериям и вирусам.

 Многие владельцы домашних животных, выгуливая их по утрам, с целью экономии воды и сами стали справлять нужду под кустики и деревья. Когда это приняло массовый характер и растения от избытка азотных удобрений стали засыхать и гибнуть, оголяя ландшафт, товарищества собственников немецкого жилья стали устанавливать во дворах нужники. Общество расслоилось: кто побогаче и статусом повыше могли себе позволить все удобства в квартире, большинство же водой дома не пользовалось вообще, посещая уличные туалеты, общественную баню раз в неделю и умываясь по утрам слезами.

 В этой обстановке идея Олафа Хольца нашла горячую поддержку в бундестаге. В Германии, совместными усилиями инженеров и медиков начались поиски решения по обузданию уходящих попусту в атмосферу и, вносящих свою негативную толику в парниковый эффект, газов из живых организмов.

 В общем, – подытожил генеральный, – немцы изыскали внутренние ресурсы в буквальном смысле этого слова и на наш: "А у нас в квартире газ!" дали свой жёсткий и циничный ответ: "А у нас из попы газ!"

– Охренеть, я извиняюсь за свой французский, – не выдержал Бугров. – Немецкая практичность и экономность давно уже стала темой анекдотов, но тут попахивает Нобелевской премией. Попахивает, правда, не очень приятно.

 "Квадратиш, практиш, гут", как в их рекламе шоколада. Всё, что просто и практично – хорошо!

– Так вот, – продолжил Горбунов. – У них уже готова рабочая документация и проведены успешно внутренние испытания. "Газпром" обеспокоен. Твоя задача – познакомиться на конференции с Хольцем и с помощью нашего препарата получить доступ ко всему пакету документов. Остановить процесс мы не можем, но в состоянии первыми запатентовать открытие и зарегистрировать на него юридические права.

 "Кто первый – того и тапки!" – это как раз тот случай. Теперь надежда только на препарат Коромыслова и твой профессионализм. Ты понимаешь всю степень ответственности?

– Теперь, да.

 –Ну, с богом, Ваня! О нашем разговоре никто не должен знать, – пожимая руку на прощанье, сказал генеральный. – Соответствующие документы подпишешь в компетентных органах. Там же получишь инструкции и всё необходимое для операции.

– Да, как всё завертелось с рождением звезды Коромыслова,– думал Бугров, спускаясь в лифте на свой этаж. – А ведь каких трудов стоило ему пять лет назад устроить его на работу.

 С родителями Ахилла Коромыслова он жил на одной лестничной площадке, общался с ними по-соседски и знал его с детства. Ахилл был единственный поздний и желанный ребёнок в семье. Поначалу он ничем не отличался от других детей, разве что в детском саду никогда не принимал участия в любых публичных выступлениях. На детских утренниках обычно прятался за роялем или сидел где-нибудь тихонько в углу и крутил в руках робота-трансформера. В школе учился легко и на "отлично", но и там всё ярче проявлялся его крайний индивидуализм. Кого бы ни сажали к нему за парту, очень скоро он оказывался за ней один. Как кукушонок выталкивает из гнезда конкурентов за место и пищу, так и Ахилл не терпел за своей партой никого, кто мог посягнуть на его личное пространство. С учителями отношения складывались непросто. Любую зарождающуюся конфликтную ситуацию можно легко погасить в зародыше, если вовремя пойти на компромисс. Ахилл никогда не делал никаких шагов в этом направлении и позволял событиям развиваться своим чередом, проходить все степени зрелости и, если не отступали педагоги, разрешаться скандалом. Как в дуэли лётчиков, идущих в лобовую атаку друг на друга "на слабо" – у кого первым сдадут нервы, Ахилл никогда не сворачивал.

 В старших классах он превратился в красивого русоголового юношу с правильными славянскими чертами лица и выразительными, почти всегда немного грустными, серыми глазами. Улыбался крайне редко, но улыбка очень шла ему и преображала его лицо, вызывая неодолимую к нему симпатию. Девочки оказывали ему всяческие знаки внимания, но он был к ним равнодушен, а всё своё свободное время уделял лягушкам, ужам, кузнечикам, стрекозам и другим представителям живой природы. Он прочёл всего Фабра и повторил за ним многие его опыты и эксперименты. На загородной даче он всё меньше помогал по хозяйству и вскоре на него махнули рукой. Пока другие копали, пололи, сажали и поливали, он всецело был занят своими наблюдениями и предоставлен самому себе. В его комнату в квартире никто не смел заходить. Она была вся заставлена книгами, аквариумами для наблюдения за земноводными и насекомыми, растениями и оборудованием. Любимыми предметами в школе стали биология, а затем и химия. Ведь любое изменение в поведении живого существа – радость, гнев, страх, любовь, оргазм – это химия, выработка и выброс в кровь определённого набора гормонов и других веществ.

 Незадолго до окончания 11 класса родителей Ахилла вызвали в школу.

– Не хочет писать тренировочное сочинение к ЕГЭ, – пожаловалась встревоженным родителям учительница русского языка и литературы, женщина предпенсионного возраста. – Все дети пишут, а он не считает нужным. Я не уверена, что он не то что хорошо сдаст ЕГЭ по русскому, а что он вообще его напишет. Большая просьба объяснить вашему сыну, что подготовка которой мы сейчас занимаемся – это важно, прежде всего, для него.

 Но сколько ни бились родители дома, пытаясь заставить сына не обострять отношения с учителем на ровном месте и быть, как все, написать хоть что-то, убедить Ахилла не удалось.

 Ответ был один:

– Я не собираюсь тратить время на всякую ерунду.

 ЕГЭ Ахилл сдал с результатом в 298 баллов, а сочинение написал на максимально возможные 100 баллов, лучше всех в городе. Выбрал тему по одному из произведений Достоевского, полное собрание сочинений которого он к этому времени прочёл, как и многих других классиков.

 В школе его успех посчитали заслугой той самой учительницы и это благоприятно сказалось на её рейтинге репетитора.

 Вскоре он легко поступил в один из самых престижных вузов страны на факультет биотехнологий, но продержался там всего полгода. Он хотел заниматься только тем, что ему интересно, а приходилось выполнять много обязательной, невыносимой для него, работы в соответствии с программой вуза. Сокурсники его бесили, педагоги раздражали, большинство предметов отнимало драгоценное время.

 На призывной комиссии, куда его вызвали после отчисления из вуза, его протестировали и направили на обследование в клинику пограничных состояний. Там конкретного диагноза не поставили, но признали негодным к несению военной службы и посоветовали наблюдаться.

 Для его родителей мир рухнул в одночасье. Мать постарела за год на десять лет. Ребёнок, с которым было связано столько радужных надежд, сидел целыми днями в своей комнате, обложившись книгами и жил в каком-то своём иллюзорном мире. Без какой-либо "корочки об образовании", без работы, без социума.

 Бугров и сам был из породы "ботаников", давно был в разводе и в бытовом плане вёл достаточно безалаберную жизнь. Со спортом и диетой не дружил. В свои неполные сорок лет нажил пузцо и всё реже задумывался о создании семьи, с каждым прожитым годом ему всё труднее было менять свои привычки и под кого-то подстраиваться. Периодически появляющиеся ненадолго в его жизни женщины не могли смириться с ролью младшей жены, поскольку старшей всегда оставалась наука. Жаль только она не могла готовить, стирать, убирать и пришивать пуговицы.

 Он был учёным, кандидатом наук, но всё равно не мог понять женских капризов и обид по пустякам.

 Вот хотя бы последний случай.

Иван смотрел вечером футбол по телевизору, сидя на диване, когда его девушка, выполняя ногами танцевальные па, а руками плавательные движения, приблизилась к нему и запрыгнула на колени, как пантера на ветку баобаба. По-хозяйски взяла его голову в свои руки и полностью закрыла собой телевизор. Иван пропустил голевой момент, но ни один мускул не дрогнул на его лице. Взъерошив его изрядно поредевшие спереди волосы, она медленно, сверху вниз, начиная с глаз, начала покрывать его лицо лёгкими поцелуями, пока не добралась до губ и не отпустила поводья страсти. В этот момент Иван вдруг слегка отстранил её и потянулся рукой к лежащим рядом с диваном на тумбочке блокноту и ручке. Ему пришла в голову мысль, которую нужно было записать, чтобы не забыть, для статьи, над которой он работал по заданию редакции одного из научных журналов. Черкнув пару строк, он вернул руки на талию, прикрыл глаза и вытянул вперёд губы трубочкой, в ожидании продолжения банкета. Казалось бы, что такого – целуй себе дальше, отвлёкся всего на минуту, от силы полторы, но девушка, которая только что терзала его губы, как лошадь удила, внезапно охладела, обиделась и ушла. Вот как понять их после этого?

 Став руководителем лаборатории, Бугров науку не оставил и не погряз в административной рутине.

 Историю Ахилла он знал со слов его родителей и сочувствовал им. Мать просила помочь с его трудоустройством и социализацией, хотя сама прекрасно отдавала себе отчёт, насколько это непростая задача, по крайней мере по двум причинам.

 Во-первых, какую работу ему могли предложить с его вводными?

 Во-вторых, он сам не хотел работать, так как был одержим своими идеями и исследованиями и не собирался тратить время на что-то ещё.

– Что ты будешь делать, когда нас не станет? – плакала мать. – На что будешь жить? Ни образования, ни профессии…

 Ахилл избегал общения с новыми людьми, но Бугров был частый гость в их семье, поэтому как-то они разговорились на общую интересующую их тему. Иван вечером после работы зашёл к его отцу посоветоваться насчёт ремонта квартиры и его пригласили выпить чаю.

 За столом, он начал рассказывать о новой инновационной теме исследований своей лаборатории и заметил сначала живой интерес со стороны Ахилла, а затем, по мере общения, был поражён его глубокими специальными знаниями, которыми может похвастать не каждый аспирант. В процессе разговора стало понятно, что Ахиллу для серьёзной работы и проведения своих опытов очень не хватает доступа к современному дорогостоящему лабораторному оборудованию.

 Бугров сразу ничего не стал говорить Ахиллу, а решил посоветоваться сначала с его родителями. Решено было попытаться его трудоустроить в лабораторию Бугрова, сыграв на его заинтересованности в доступе к уникальному оборудованию и реактивам.

 Однако доброй воли Бугрова и согласия семьи Коромысловых оказалось мало.

– Вы шутите? – выслушав просьбу Бугрова, спросила начальник отдела управления персоналом, Марина Николаевна, молодая шатенка 30 лет с непропорционально большими очками, едва держащимися на маленьком курносом носике. Она вытянула лицо и попробовала сделать глаза идеально большими и круглыми, как у Киркорова, выражая тем самым крайнюю степень удивления. – Вы же знаете, у нас даже грузчики с высшим образованием, а тут даже профессионального нет.

– Грузчикам может и нужно высшее образование, может быть даже Оксфорд, не знаю, – сказал Бугров, – но мне в лаборатории важнее не образование, а свежие идеи, результат. Вы знаете, во что обходится заводу её содержание? У меня есть подчинённые с прекрасным образованием, которые многие годы протирают штаны и пробирки. Их всё устраивает, они неплохо устроились: стабильная зарплата, зимой не холодно, летом не жарко, чаёк-кофеёк опять же в приятной компании, сплетни-анекдоты. Меня только не устраивает такое положение и завод в моём лице. Моя бы воля – разогнал половину. А у парня не зашоренное мышление. Надо дать ему и всем нам шанс.

– Иван Алексеевич, извините, но это невозможно, – Марина Николаевна откинулась на спинку офисного кресла, увеличивая дистанцию между ними. – У нас очередь из желающих трудоустроиться. И все с высшим образованием. У меня регламентные процедуры по приёму на работу, которые, кстати, вам прекрасно известны. Как я объясню руководству их нарушение?

 Иван пошёл к генеральному.

– Ну и в чём Марина не права? – спросил тот, когда Бугров ввёл его в курс дела. – Я тоже не понимаю, почему мы должны брать непонятно кого и заниматься благотворительностью, когда у нас большой выбор из претендентов с профильным образованием?

– По-моему Авиценна когда-то сказал:

"Отчаянный недуг врачуют лишь отчаянные средства".

Как показывает мой опыт, все эти претенденты мыслят шаблонно и примитивно, как их в институте учили, а нам нужен прорыв, нечто особенное, на которое обычный, заурядный человек неспособен. Думаю, Ахилл способен, хотя бы потому что он "пограничник".

– Ну и что? – не понял Горбунов. – А я на флоте служил. При чём тут это?

– Да нет! Не в этом смысле. "Пограничниками" называют тех, кто уже не здоров, но ещё не болен, – пояснил Иван. – Людей с пограничными расстройствами психики. Такие люди очень амбициозны и одержимы. Для большинства из них деньги вообще не важны. Это идеальные работники с гигантской внутренней мотивацией. Конечно, с дисциплиной у них проблемы и для работы на конвейере они точно не годятся, но в творческой сфере им цены нет. Такой молодёжи всё больше, а использовать их возможности общество пока не научилось. Как итог – если эта энергия не контролируется, не направляется в продуктивное русло, то она одинаково может стать и опасной, могут появляться не только добрые гении, но и злые.

– Если позволите, немного теории, – Бугров слегка разволновался. -

 Существует такая неординарная концепция, согласно которой, способность человека к речи, абстрактному мышлению, письму, счету, словом, тому, что отличает человека от животного, с точки зрения психики этого самого животного, является аномалией. Эти способности называются перемещаемостью в системе коммуникации людей. Пример: люди могут говорить о том, что в данный момент с ними не происходит, сообщать о времени происходящего, оперировать абстрактными категориями. В сравнении с функциями мышления животного все это, по сути, представляет бред. Однако все эти способности были поддержаны эволюцией и закрепились как устойчивые признаки в человеческой популяции. Выходит, те, у кого эти способности развиты наилучшим образом, согласно этому мнению, выглядят безумными и в человеческой среде.

 Профессор психологии из университета Южной Калифорнии Элин Сакс убеждена, что страдающие психозом пациенты не способны отсеивать бредовые мысли, подобно тому, как это делают здоровые люди. Зато у них есть уникальная способность одновременно аккумулировать противоречивые идеи и замечать детали, которые мозг здорового человека сочтет неважными и недостойными занимать место в сознании. Конечно, избыточность бредовых мыслей в сознании делает его деструктивным, но вместе с тем и весьма креативным.

 Например, страдающие биполярным аффективным расстройством пациенты во время стандартного теста придумывают к слову, в среднем, втрое больше ассоциаций. Мозг психически нездорового человека рождает множество идей, которые не подавляются сознанием и могут оказаться чрезвычайно ценными.

 Доктор медицины Григорий Сегалин считал, что одарённость гениев проявляется только благодаря их душевным болезням, передающимся по наследству. Он был уверен, что у любой выдающейся личности прослеживаются отклонения от нормы, при этом, чем гениальнее человек, тем в большей степени он неадекватен. Вывод Сегалина парадоксален: каждый человек потенциально гениален, но будучи здоровым, он не в состоянии реализовать свой потенциал. В ходе исследований он обнаружил, что организм людей с поврежденной 11 хромосомой, которая отвечает за психическое состояние человека, работает в интенсивном режиме, усиливая, в том числе, и интеллектуальные способности.

 Другой наш учёный, профессор Карташов из госпиталя им. Бурденко отмечал, что научившись лечить психические болезни, человечество навсегда избавится и от гениальности. Когда мы говорим об одержимости идеей, как о болезни, то порой забываем, что под этим флагом люди способны сделать и немало хорошего. Так, если мы обратимся к истории науки, то редкие большие открытия обошлись без элементов одержимости. То же самое можно сказать и про многие гениальные произведения искусства и литературы, географические открытия, изобретения, духовные озарения. Конечно, как и почти любая другая вещь в этом мире, сверхценная идея не может рассматриваться в какой то одной плоскости, однако вопрос о том приносит ли она вред или благо очевидно стоит рассматривать с двух точек зрения – с точки зрения самого человека (страдает ли он от своей одержимости или для него это подарок судьбы) и с точки зрения общества (полезно это или вредно для окружающих).

– М-да! – протянул генеральный, когда Иван умолк. Он был несколько ошарашен. – Даже не знаю, что тебе сказать…

– Я знаю, Александр Анатольевич! – решительно сказал Иван. – Скажите: "Хорошо Бугров, возьми его лаборантом на минимальную зарплату с испытательным сроком под свою ответственность".

– Ох, подведёшь ты меня под монастырь…– подумав, вздохнул Горбунов. – Хорошо, я распоряжусь.

 Лаборантом Ахилл был никудышным, но Бугров был к этому готов. Каждый день, после окончания рабочего дня, Коромыслов оставался на работе, получал, наконец, доступ к оборудованию и колдовал у электронного микроскопа с пробирками и реагентами. Никто ему не мешал – это было его время, как и все выходные. Днём же он был вялый, не выспавшийся, бил лабораторную посуду и норовил прикорнуть где-нибудь в углу.

 Бугров иногда выгонял его насильно с работы отоспаться и не давил на него, пустив процесс на самотёк.

 Отношения между ними строились не так, как с остальными сотрудниками. Бугров понимал, что этот тип личности вообще не воспринимает насилия, сразу испытывает стресс и уходит в глухую защиту, с ним можно только договариваться. Если многим работникам его лаборатории хороший пинок был порой только на пользу, то в случае с Коромысловым это было исключено. Длительные периоды замкнутости и концентрации на работе иногда выливались у Ахилла в кратковременные выплески долго сдерживаемых эмоций. В общении с близкими людьми, к которым с некоторых пор относился и Бугров, как единомышленник, разделяющий его интересы, он становился разговорчивым и делился своими идеями и планами, о которых мог говорить часами. В один из таких моментов он и поделился с Бугровым темой своих исследований, которая интересовала его с самого детства.

 Почему одни представители животного мира заботятся о своём потомстве, а другие не только бросают выживать самостоятельно, но и могут сожрать, если вовремя не смыться? Что происходит в организме матери с рождением ребёнка? Что такое материнский инстинкт с точки зрения химической реакции? Отчего у одних матерей присутствует тревога и беспокойство за ребенка, желание опекать его и заботиться о нем, а другие остаются холодны? Что происходит в организме матери, если отбросить воспитание, на бессознательном уровне?

 Объектом его пристального внимания и изучения стали осы-наездники. Назвали их так благодаря их «волшебной» способности превращать свою добычу или врагов в «зомби». Учёные доказали, что осы-наездники способны индуцировать других насекомых в состояние, похожее на состояние зомби. Ещё более поразительным является тот факт, что, как только насекомые становятся зомби, осы-наездники могут их контролировать.

 Осы-наездники откладывают свои яйца внутри тел молодых гусениц пядениц. Личинки внутри гусениц выживают, питаясь жидкостями организма хозяина. После того, как личинки полностью развиваются, они выбираются из тела гусеницы, проедая её кожу. Затем они создают кокон и прикрепляются к листу или ветке. И вот далее начинается самое интересное. Гусеница-носитель яиц осы-наездника не покидает кокон, вместо того, чтобы заниматься своими собственными делами, гусеница действует как телохранитель кокона, защищая его от различных хищников.

 Исследователи провели эксперимент, который показал, что инфицированные гусеницы действительно становятся «зомби телохранителями» ос-наездников, поставив их лицом к лицу с жуками щитниками. Гусеницы, которые не были заражены, ничего не делали, чтобы остановить жуков щитников, проходивших рядом с коконом. В отличие от них инфицированные гусеницы защищали кокон, сбивая жука с ветки. Учёные не знают, почему заражённые гусеницы защищают кокон. Тем не менее, эта невероятная способность ос-наездников играет решающую роль в их выживании.

 Во всём сложном процессе взращивания яйца паразитоида в теле жертвы Коромыслова заинтересовало не подавление иммунитета жертвы, воздействием на него вводимыми осами-наездниками вместе с яйцом поли-ДНК-вирусами с целью предотвращения его инкапсуляции и лишения питания, а выделение и синтез только тех вирусов, которые влияют на поведение жертвы. Его интересовало именно поведение. Долгое время он изучал ос-браконид, откладывающих яйца во взрослых божьих коровок. Личинки этого вида во время своего развития выделяют РНК-содержащий вирус DcPV из группы пикорнавирусов, который накапливается в нервной системе жука. После того, как паразитоид выползает наружу для окукливания, вирус вызывает у божьей коровки тремор и временный паралич. На целую неделю божья коровка замирает над куколкой паразитоида, прикрывая её собственным телом от возможных невзгод, превратившись в послушного раба, самоотверженно заботящегося о своём поработителе.

 Несколько лет упорного труда позволили Коромыслову выделить РНК-содержащий вирус, влияющий на поведение человека. После первых же испытаний на добровольцах, сотрудниках лаборатории, проект был строго засекречен и получил кодовое название "Наездник". Результаты были ошеломляющими. Ахилла сразу хотели куда-то забрать и дать ему свою лабораторию, чем изрядно его напугали. Он в категоричной форме заявил, что работать будет только с Бугровым. Тогда их обеспечили всем необходимым и Ахилл смог продолжить свои эксперименты в привычной обстановке, правда уже не в должности лаборанта.

Ещё почти год не торопились с выводами, всё перепроверяли, испытывали и разрабатывали удобные для использования формы образцов. Вскоре часть их была затребована службой внешней разведки для испытаний в Разъединённых Штатах Америки.

 В Сингапуре Бугрова встретил сотрудник нашего посольства и на своём автомобиле доставил в отель Marina Bay Sands, известный своим панорамным видом и бассейном на крыше отеля. Здесь же, в одном из залов, оборудованных экранами и самыми современными средствами презентаций, с завтрашнего дня стартовала трёхдневная научная конференция. После оформления на ресепшн, сотрудник посольства поднялся вместе с Бугровым к нему в номер и передал инструкции, полученные по безопасным каналам образцы препарата и контакты для аварийной связи. Фото Олафа Хольца, его биографию и тему выступления на конференции Иван изучил заранее, ещё дома. Немного отдохнув с дороги, Иван поднялся на крышу, освежился, искупавшись в бассейне, поужинал и вышел немного прогуляться в окрестностях отеля. Постоял у Мерлиона – символа Сингапура, Льва – русалки, изрыгающего воду изо рта у смотровой площадки, в ожидании начала лазерного шоу. Отсюда были видны многие достопримечательности Сингапура, подсвеченные разноцветными огнями: одно из самых больших в мире колёс обозрения, музей науки и искусства, мост Хеликс в виде молекулы ДНК, эспланада – здание культурного центра в форме экзотического фрукта возле залива Марина, крыша здания которого сделана из более 7000 стеклянных элементов, что придаёт ей вид дуриана.

 Вскоре на крыше его отеля, который был перед ним, как на ладони, загорелись огни прожекторов и под музыкальное сопровождение, началось лазерное шоу.

 Смотровую площадку от здания отеля отделяло несколько сот метров воды залива и отсюда шоу воспринималось как цветомузыкальное представление: пляска разноцветных чередующихся сплошных и прерывистых, как следы трассирующих пуль, лазерных лучей на фоне чёрного неба, то на миг сходящихся в одной точке на поверхности воды залива, то веером устремляющихся высоко в небо, синхронно, в такт музыки, меняющих траекторию своего движения. В дополнение единой гармонии, переливались цвета подсветки зданий у подножия отеля на берегу – малиновый, фиолетовый, зелёный…

Иван прогулялся ещё немного по набережной, зажатой между водой канала и высотными зданиями многочисленных офисов крупных международных корпораций и банков, вдыхая влажный воздух, настоянный на аромате цветущих магнолий и любуясь прогулочными лодочками, различных размеров и конструкций, украшенными разноцветными огоньками. Затем вернулся к отелю, купил традиционное местное лакомство – мороженное с манго в хлебе и, пока ел, посмотрел шоу ещё раз, уже со стороны отеля, где спустя час оно повторялось, но визуально воспринималось совсем иначе, как объёмная меняющаяся голографическая картина.

 В номере Иван сразу включил телевизор.. Пока принимал душ и готовился ко сну, послушал последние новости.

 На всех каналах уже с неделю трубили об очередной, переходящей в завершающую стадию, крупной сделке на рынке слияний и поглощений – покупке одной из ведущих российских компаний интеграторов «Стер» корпорации «ZАpple» и проведении ребрендинга. Новая компания должна будет носить исконно русское название «Репа», которое будет отражать заложенную в её основе концепцию «проще пареной репы», направленную на внедрение гениальных в своей простоте технологических инноваций. На бегущей строке внизу экрана отображались текущие котировки акций, сырьевых товаров, индексов и валютных курсов.

 Бугров обратил внимание, что курс доллара резко подскочил до 90, хотя когда он вылетал из Москвы, за доллар давали всего 85… копеек.

 В известном выражении «хлеба и зрелищ», хлеб стоит на первом месте, как и в современном бытовом толковании: «сначала холодильник – потом телевизор». В переломный момент кризиса, когда весь мир крайне неэффективно использовал дешёвые деньги, усугубляя и без того накопившиеся в сфере финансов дисбалансы, экономика России, удовлетворяющая базовые мировые потребности в еде, воде, тепле, энергии, со словами Гагарина: «Поехали!», ракетой взлетела в космос. Тогда весь мир, затаив дыхание следил за полётом первого человека, а сейчас за экономическим и политическим экспериментом в России, сопровождающимся рекордным ростом валового внутреннего продукта на фоне упадка в других странах. Без кирпича дом не построишь, а высокотехнологичный продукт без базовых элементов, в том числе редкоземельных, на кои Россия, с её, во многом ещё не изведанными просторами, оказалась богата. Поменялась шкала ценностей в мироустройстве – чем больше территория страны, тем большие ресурсы она контролирует: различные климатические зоны, воздушные и морские пути, сельскохозяйственные угодья, запасы пресной воды, древесины, полезных ископаемых и многое другое, а значит, тем выше её самодостаточность, независимость и безопасность.