Цвет будущего

– По мне фильм никакой, хороший актер не спас бы положение, корень зла в сценарии…– говорил он с паузами.

– Анна, кто это? – спросила Фредова, смотря как кто-то пытается войти в пустой дом Викандеров.

– Я не знаю, может почтальон?

– Почтальоны в дом не ломятся.

Они открыли калитку.

– Эй, что вам нужно? – Спросил Влад.

– Я…о-о-о… Я как раз пришел поговорить с тобой Анна.

– Я вас не знаю.

– Конечно, не знаешь. Я Мэт Викандер, далекий родственник. Я разговорил с мамой на счет твоего переезда… – смотрел в оба голубых глаза тощий с сединой мужчина.

– Чушь… Аделаида никогда бы не отдала дочь какому-то далекому родственнику. – Последние слова она сказала, как можно грубее.

– Попридержи язык… в прочем, давай те поговорим в доме!

– В каком веке вы живете? Убирайтесь нахер или мы вызовем полицию за проникновение на частную территорию. – Он пошел на них.

Обе сжали руку Влада и потянули в сторону, чтобы он мог пройти. У калитки мужчина остановился:

– Будешь трепать языком в таком же духе, не удивляйся от ножа в глотке. – И быстро зашагал по тротуару.

Фредова сглатывала слюну и все не могла напиться, горло только сильнее пересыхало.

– Пошли в дом. – Сказал Влад.

Дождавшись отца, рассказали ему о произошедшем.

– Родственник дальний есть, но он живет в десяти тысячах километров и не о каком переезде не было и речи. – Сказал он. – Вас разыграли неудачники.

– А…

– Если он вернется, позвоните мне. – Высокий полный мужик пошел к холодильнику.

– Ладно, мы пошли.

– Пока-а… – грустно растянуло Анна.

– Зачем незнакомцу так разыгрывать? – Размышляла вслух Фредова.

– Может он педофил или чего похуже. – Он следил за её реакцией, – главное мы знаем, что он знает её, а значит следит за ней.

– И что…что мы будем делать?

– Если еще раз увидим его около дома, позвоним в милицию… – он оглянулся и увидел того мужчину, выходящего из магазина вещей «все за 34 рубля». – смотри, это он. Проследим за ним.

У Фредовой в голове крутилась мысли «зачем? Не стоит этого делать…».

Он зашел в переулок, они следом.

– Тупик. Но…но где он? – Влад подумал, что мужик прячется за мусорным контейнером. – Выходи, мы знаем, что ты здесь. – Он смело шагал в тупик, а за ним трясясь шла подруга.

– Не надо, Влад, пошли отсюда… – шептала она и буквально чувствовала отторжение и…каждый шаг давался тяжело.

– Знаете? – насмешливый голос шел отовсюду. – ВЫ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТЕ. – Раскат голоса оглушил их.

Не могли сдвинуться с места, словно приклеились. И правда, куда не посмотри везде текла густая прозрачная субстанция. Они сняли обувь и побежали как им показалась, на самом деле сделали два шага и вновь приклеились. Он вышел из укрытия и направился к ним. Фредова со слезами на глазах стала кричать, звать на помощь, а Влад пытался разглядеть мужчину, угрожая ему:

– Если вы с нами что-то сделаете, об этом все узнаю и вас посадят, пожизненно… – мужчина вышел на свет, он испускал прозрачную жидкость, будто таял на солнце его перекосило, на мгновение, лицо исчезло и осталась неестественно широкая улыбка, из рта вытекала рубиновая слюна, а кожа на нижней челюсти, словно тяжелый груз свисала и тут закричал Влад…

Очнулся, но не открывал глаза…пролежал минут 10, гремит звонок. Соскочил и побежал к телефону, понимаю почему-то, кто звонит.

– Дорогой ты в порядке? – спросила мама, увидев его полуголого с трубкой.

– Да, я…а как я…

– Тебя привез дядя Витя, сказал у вас солнечный удар.

– Солнечный удар? – Про себя повторил он.

– Удивительно, что вы оба отключились. Хорошо, что он вас вовремя заметил. – Телефон всё трезвонил.

– Мне надо ответить.

– Конечно. – Она направилась к раковине.

Влад отошел к лестнице.

– Фредова, не говори, что нам это приснилось. Просто…я не знаю…Алло, Фредова ты тут? – Он нахмурился.

– Конечно это сон, – говорит мужской голос, – наслаждайся им, ведь впереди ждет тьма, в которую ты нырнешь в ночь на 1 августа…

– Откуда вас мо-мой номер?

– Знаешь, почему так долго ждать? – Влад оттянул трубку от уха. – Кроме тебя еще сотнями надо запастись, куда входят все твои близкие. – Он отчетливо это слышал…

Колба (7,7%). Скукота.      Колба (7,7%). Скукота.

– Надо рассказать всё милиции, это преследование, его посадят.

– По идее да, но если нам не поверят то… – Они сидели у Фредовой, попивали чай на кухне. Отец смотрит телевизор в зале, а мать в фитнесс клубе.

– Что тогда? Намекаешь на доказательства? – спросила она.

– Я боюсь… что он почувствует силу безнаказанности, нашу беспомощность и…

– Я поняла…

Друзья отправились в магазин, закупались на ужин: семья Фредовой ждет гостей.

– Молодожены придут в гости. – Хвасталась она, но Влад не понимал к чему такой высокомерный тон. – Они прилетели из Великобритании и собираются тут обживаться. Ну и как мы…мама, знакомы, будут у нас гудеть.

– Они будут жить в нашей дыре? – возмутился он.

– Они хотят достичь всего сами, а не жить за чек дедушки. И мы ИХ встречаем.

– Какая честь.

– А у них есть дети? – полюбопытствовала Анна.

– Неа. – Фредова взяла миндальное молоко, – Ник такой красавчик…

– У тебя написано топленое молоко!

– Я себе беру. – Покраснела она.

Расплатившись, мы собирались разойтись

– Приходи, на ужин, если хочешь . Будет весело.

– Посмотрим.

Влад провожал Анну. Теплый еле заметный ветерок игрался с его челкой. Лиственные деревья величественно наблюдали, как и он за ними.

– Почему она позвала тебя, а меня нет? – спросила Анна-Мария.

– Ну что за вопрос, маленькая для таких ужинов.

– Вы устроите оргию?

Влад закашлялся.

– Что? С чего ты взяла? И где вообще об этой узнала?

– Мама разговорила по телефону, что готова устроить оргию, ведь та сучка будет только за, и жаловалась, почему лучшее достается другим и…

– Ладно, я понял. Ничего такого там не будет. Просто будем есть тяжелую еду, от которой у тебя будет пучить живот.

– Я могу посидеть за столом с водой.

– Ты мне не дала договорить, мест за столом не осталось.

– Буду стоять.

– Успокойся и отдыхай дома, там будет скучно, Уж в чем-чем, но в этом я уверен. – Он открыл калитку и остановился.

– Кажется, ты скоро умрешь! – Вырвалось у Анны, стоя спиной к Владу.

– Что ты сказала?

– Не умри со скуки. – Её улыбка пропала, когда она повернулась.

– Пока Анна, – в смятении и страхе, быстро зашагал в сторону дома.

Над головой летали и жужжали большие, внушающие страх потери крови, безвредные комары-долгоножки. Не питались, не имели цели, летают себе, проникая в дома и садясь на людей, живут свободно, ожидают смерти.

Владислав Юрьевич уселся на заправленную кровать, постель которой съехала в угол, образовав бугорки. Считал сколько до ужина времени, он осознал, что хочет кушать. Часа четыре. Время есть. Перекушу. Спустился на кухню. Посмотрел в окно: широкое зеленное дерево, в некоторых местах отсутствовала листва, напоминая ему большую уродливую голову с глазницами без глаз. Когда идет на кухню всегда смотрит на это дерево и, перебираясь по путине памяти, перекидывает на мысли о девушке, которая спрыгнула с единственного высотного здания в городе. Сделал себе бутерброд: как мог тонко нарезал хлеб, колбасу, сыр, помидор и намазал соусами; налил черный чай и включил огромный телевизор, который вещал мульт "Мегас экс-эл-ар". Но Влад не смотрел, не слушал, неважно, что комедийный мультик пытался завлечь экшеном, Влад смотрел себе под нос думая, как много смысла в жизни или смысл в смерти?! Еще чуть полежал и пришло время собираться для похода в гости.

Джинсы? Слишком неформально. Школьные брюки – слишком формально. Черные джинсы, подчеркивающие достоинства и скрывающие недостатки, то есть не обтягивающие, но и не широкие – идеально. Футболка? Нет. Рубашка в цветную клетку и… Он обратил внимание на кардиган, висевший в конце шкафа, который раз за год надел. Пойдет. Вышел Влад рано, поэтому шел по длинной дороге и как можно медленней.

Он раскашлялся, думал, что завтра уже сляжет с болезнью. Еще одной причиной идти по длинной дороге, это не встретить Анну с грустью в глазах, в окне дома. Боже, какая же хорошая погода в этом месяце, так прохладно. Он пытался вспомнить из уроков по географии, почему в один месяц одна погода, в следующие другая; из-за ветреных потоков и чего еще. Не помню, это было "так давно".

Уже у порога Владу пришло озарение, что нужно было что-то взять, там гостинцы, что угодно. Он не стучал, а стоял как вкопанный и думал что делать: время есть, но дверь распахнулась, к которой уже направлялись гости, вылезли из такси.

– Владик, ты пришел все-таки, ну проходи. – Сказала миссис Телкер, – Алиса и Джордж Тейлоры, как похорошели с прошлой встречи…

– Пошли, поможешь расставить тарелки, ты так рано, как и они. – С улыбкой сказала Фредова.

Он молча переступает порог и видит у себя на левом плече нетающий снег – перхоть; и давай яростно стряхивать с одного плеча, с другого, всю одежду помял. И видимые недожемчуга легли на сверкающий ламинат. Голова чесалась, но перетерпел, чтобы не повторять процессию.

Он говорит:

– Извини, я забыл принести к чаю…

Она говорит и потирает нос:

– А я забыла тебе напомнить, – вновь улыбается, той улыбкой ради которой совершают подвиги, – ничего страшного, у нас и так много еды. Сядешь по правую сторону от меня.

Раскладывали тарелки, блюда ставили на овальный стол: запеченное белое мясо птицы, уха и вареный лосось рядом, кальмары, бутерброды с анчоусами, соки, шампанское.

– У вас много рыбы…

– Ой, я забыла сказать маме, блин. – Она поднесла руку ко рту, – где- то были таблетки от аллергии, я найду и дам тебе, если вдруг что.

– Угу.