Помоги проекту - поделись книгой:
— Выведи на экран весь список доступного для меня оборудования, возможно, мне что-то пригодиться. И объясни, почему у меня есть доступ к лаборатории, если она является секретной? — спросил я, разглядывая появившейся список.
— Это прихоть профессора, он считает, что знания, которые накопила лаборатория за две сотни лет работы, поистине бесценны, и они должны быть переданы любому представителю человеческой расы, в случае угрозы их утери, как и большая часть артефактов. Такая угроза существует, поэтому вы выбраны в качестве хранителя. Как только появится возможность, вам будет доступна вся база, которую вы должны будете передать главе рода Корсары. Если вы, конечно, согласитесь выполнить эту миссию.
— А если я откажусь? Или не выполню взятые на себя обязательства? — спросил я.
— Я буду вынуждена вас уничтожить, так как вы стали носителем секретов высшего приоритета. На всё вам даётся пять лет. Во время вашего сна я внедрила вам нанороботов, которые будут контролировать выполнения вами этого задания. Также вам запрещено внедрять нейросеть, это вас попросту убьёт, точнее, убьют вас нанороботы. Учтите, что цикл их существования всего пять лет и только глава рода Корсары знает, как вам помочь, а для этого вам необходимо передать ему все данные, которые будут внедрены вам под видом имплантата в ваш скелет. Поэтому чем раньше вы отремонтируете медицинскую капсулу и выберетесь отсюда, тем больше шансов у вас спастись, — сказал искин, и голограмма передо мной исчезла.
Вот как чувствовал, что не всё так просто с этим компьютером, теперь мне придётся выполнять его задание или помереть, а ведь, даже если я его выполню, где гарантии, что глава этого рода сможет избавить меня от этих нанороботов, и как я теперь буду доверять этой машине, фактически сделавшей меня своей марионеткой. Какие ещё неприятные сюрпризы меня ждут в этом мире?
Глава 4. Чокнутый профессор
Я слишком сумасшедший,
чтобы не быть гением.
Сидя в кресле, я размышлял над превратностями судьбы и думал, что бы случилось, не возьми я тогда свою находку, а оставь её на месте. Ведь ещё в детстве мне говорила мама — не брать чужое, даже если кто-то обронит деньги, нужно пройти мимо, иначе потеряешь больше. Вот зачем я тогда стал рыться в песке? Ну, нашёл шлем, и хватит на этом, нет, сокровищ захотелось или известности, ведь клад нашёл. Эх, теперь уже поздно локти кусать, нужно думать, что делать дальше. Выполнять условия искина я не хотел, но, если в меня действительно внедрили этих нанороботов, то, как я понимаю, вариантов у меня немного. Раз мне даётся такой большой срок, то, значит, добраться так быстро до поставленной цели будет не просто, поэтому нужно попробовать выжить максимум возможностей из возникшей ситуации. Для начала нужно изучить список артефактов и других возможностей, надеюсь, это поможет мне в будущем.
— Искин, — позвал я.
Передо мной материализовалась голограмма.
— Я слушаю.
— Как я понимаю, выполнить поставленную задачу будет не просто, поэтому мне потребуются все возможные знания, которые я смогу получить, и ещё я хочу по возможности использовать все доступные устройства, заменяющие нейросеть, чтобы не уступать ни в чём возможным противникам. Заодно я хочу узнать о гарантиях, которые я смогу получить. Подозреваю, что, когда я выполню поставленную задачу, меня просто убьют.
— Я представлю список того, что ты сможешь изучить, а также список устройств, с помощью которых ты увеличишь свои способности, но, в любом случае, они не будут превосходить людей с нейросетью.
А по поводу гарантий я могу только продемонстрировать серьёзность моих намерений, — сказал искин, и в ту же секунду меня парализовало, а неимоверная боль наполнила всё тело. Мои мышцы скрутило от невероятных усилий, а мой крик застрял в глотке. Сколько так продолжалось, не знаю, но когда всё закончилось, то я понял, что лежу на полу. Из глаз моих текли слёзы, съеденный час назад обед я уже вывалил на пол, а мой мочевой пузырь расслабился. Такого унижения я ещё не испытывал никогда в жизни. Минут через десять я немного пришёл в себя и, с трудом поднявшись, направился в ванную комнату. Когда я принимал душ, меня трясло как в лихорадке. Демонстрация, которую провёл искин, была очень наглядной, и повторения я не хотел, но, чтобы выжить, мне придётся выбить себе ещё бонусы, иначе чувствую, что не доберусь до своей цели. Чтобы сформировать свои требования, которые я собираюсь выдвинуть, мне нужно понимать, что просить, но вначале нужно наладить работу дроида, пусть включит дополнительный источник энергии, что снизит нагрузку на основной. Поэтому выйдя из душа, я занялся составлением технического плана работ для дроида. В первую очередь я отправил его на разведку, чтобы он нашёл путь к резервному реактору, который находится рядом с лабораторией и оценил его состояние. Заодно я дал задание вывести питание для подзарядки в коридоре, чтобы мне каждый раз не открывать двери в коридор. После постановки задачи и отправки дрона, я занялся составлением списка необходимого мне оборудования и различных знаний. Как я и ожидал, всё, что связано с вооружением и оружием, мне не предоставили, поэтому я составил примерный список требуемых мне знаний. Нейросети я всё-таки решил изучить в общих чертах, чтобы понимать, с чем мне придётся столкнуться. После часового изучения в ускоренном режиме я начал осознавать, чего мне не хватает для полноценного развития. В просмотренных файлах говориться, что для изучения знаний как правило прибегают к использованию нейросети и обучающей капсулы, похожей на медицинскую. С помощью нейросети в неё загружаются знания, которые потом с ускорением метаболизма изучают в некоем подобие гипнотического сна. Просмотрев список и назначение доступных мне имплантатов, я нашёл те из них, которые могли мне помочь. Устройство для загрузки информационных кристаллов, медицинский имплантат, разгоняющий все процессы в организме, увеличивающий реакцию, силу и скорость. Он работал по аналогии нейросети, только лекарства нужно снаряжать отдельно. Они идут в виде небольшой плоской таблетки, которая вживляется под кожу, при этом сам имплантат небольшой и в виде уплотнённой кожи, но его датчики и трубки, внедряются по всему телу, через них вводятся необходимые лекарства в микродозах, но в очень концентрированном виде. Два имплантата в сетчатку глаза позволят не только видеть в полной темноте, но и проецировать информацию с кристалла непосредственно в мозг. Так как мне в костную ткань вмонтируют кристалл-носитель с информацией, то можно установить их не один, а два или три, для того чтобы записывать и изучать информацию отдельно. Как я выяснил, все базы данных зашифрованы, и их можно использовать только один раз, поэтому мне потребуются деньги на их приобретение. Ещё я нашёл в особом разделе нестандартные имплантаты, предназначенные для очень специфических операций: взлома, дешифровки, подслушивания. Список получатся очень большой, и я решил, что изучу его отдельно. Слишком большое количество подобных устройств может привлечь к себе внимание правоохранительных служб, а мне это не нужно.
Определившись с основными устройствами, которые вживлю в своё тело, немного успокоился. Идти сейчас на конфронтацию с искином не стоит, пусть думает, что я смирился. Нужно сосредоточиться на том, чтобы отремонтировать станцию и понять, как мне выбраться отсюда. Ждать год или два мне не хотелось, поэтому нужно сосредоточиться на ремонте.
Когда вернулся дроид, подробно изучил его маршрут и пришёл к выводу, что станции досталось очень сильно. После ремонта нескольких распределительных щитов, точнее, подачи питания на них, я смог оценить её примерное состояние. Как минимум половина, а, возможно, и две трети станции, были просто уничтожены, но и та часть, которая осталась, была очень большой. Искин больше не появлялся, хотя я уверен, что он следит за мной и оценивает все мои действия. На всякий случай я сменил каналы управления дроидом и ввёл простейший код, а также запрограммировал его на отключение по нескольким видам сигналов, в том числе и голосовому. Надеюсь, это сможет меня обезопасить в случае попытки искина взять его под контроль. Информации относительно этого у меня мало, но изучить её я планировал.
Постепенно в моей голове складывался план действий. В первую очередь нужно подключить ещё один источник питания и найти рабочую медицинскую капсулу, с помощью которой я смогу установить себе имплантаты. Лучшим вариантом, конечно же, была бы установка нейросети, но в связи с нанороботами, которых мне вживили, от этой идеи придётся отказаться. Следующим этапом мне необходимо избавиться от искина любым путём, иначе он не даст мне возможность нормально подготовиться. Лучшим вариантом будет его отключение и изоляция, для чего мне придётся лишить его доступа к внешним системам. Как я узнал, искин представляет собой большую колбу, с плавающим в физрастворе мозгом, к которому подключены разные носители и системы контроля. Внешне это выглядит как цилиндр тридцать сантиметров в диаметре и полметра высотой. Что там за технологии используются, мне сейчас трудно судить, но явно здесь не обошлось без артефактов.
Для подготовки к своей относительной свободе, мне потребуется выйти из-под контроля, а сделать это можно, только выйдя из лаборатории. Лабораторный скафандр, не очень подходил для путешествия по разрушенной станции и поэтому я отправил дроида искать другой. Неудобство состояло в том, что связь на станции действовала очень ограниченно, и у меня создавалось ощущение, что её что-то глушило. Это не вязалось с тем, что рассказал мне искин. Программируя дроида, я дал задание вести разведку на предмет полезных находок, которые могут мне пригодиться. Два дня я занимался изучением технических программ для ремонта и использования нужного мне оборудования. Конечно, специалистом я не стал, но, к примеру, как провести диагностику и запустить различное оборудование уже знал. Использование обруча мне очень сильно помогало, та информация, которую я получил по нему, сообщала, что полностью всех функций обруча раскрыть до сих пор не удалось. Тут я обратил внимание, что давно его не ощущаю на своей голове, а когда посмотрел в зеркало, расположенное в ванной комнате, то с удивлением заметил, что он плотно облегает голову, повторяя все изгибы и даже частично вдавился внутрь, постепенно врастая в неё. Снять обруч я уже не смог и, конечно же, дико перепугался, поэтому, выйдя из комнаты, вызвал искин.
— Искин, что со мной происходит? Почему обруч прирос к моей голове? Что вообще происходит?
Появившаяся голограмма, ответила:
— Все эксперименты с обручем всегда заканчивались его отторжением через какое-то время. Я уже говорил, что у вас очень странное ДНК, возможно, в этом кроется ответ. По классификации опасности артефактов он считается одним из самых безопасных, так как за восемьсот лет с его обнаружения, не было зафиксировано ни одного отрицательного воздействия, а это поверьте очень много. Я бы с удовольствием занялся изучением этого явления, но вам нельзя отвлекаться. У вас важная миссия передать данные главе рода, они очень важны для всего человечества. Можете не переживать, данный артефакт выбрал вас в качестве носителя, и есть вероятность, что он откроет со временем ещё не изученные нами функции, но это не снимает с вас выполнение возложенной миссии.
Сейчас вам необходимо сосредоточится на подключении дополнительного источника энергии и нужно постараться запустить основной искин лаборатории. Он сможет помочь в выполнении вашей миссии и не пытайтесь избежать её, внедрённые вам наниты через пять лет просто уничтожат вас, разложив на молекулы. Ни одна технология неспособна избавить вас от этого без специального оборудования. Я вам сейчас продемонстрирую, что это на самом деле, чтобы вы не питали иллюзий на этот счёт.
На ближайшем экране появилось изображение этой лаборатории, где прикованный к столу лежал совершенно голый человек, с заклеенным ртом. Одетый в медицинский скафандр, человек подошёл к лежащему и произнёс.
— Демонстрационный опыт с нанороботами для подчинения человека. Испытание семнадцать дробь триста семьдесят четыре. Процедура ликвидации объекта. Демонстрацию проводит профессор Раевский. После выполнения задания или в случае провала операции с помощью специального сигнала нанороботы приводятся в действие, они расщепляют человеческое тело на составные молекулы. Ни одна из современных или перспективных медицинских капсул неспособна остановить данный процесс. Максимальный срок их службы составляет пять с половиной лет, поэтому в них заложена программа уничтожения носителя через пять лет даже без получения необходимого сигнала. Вот, как это выглядит, — сказал профессор, и в тот же миг лежащего человека выгнуло дугой. Он начал дико биться на привязанном столе и мычать. Так продолжалось около пяти минут, за которые его тело начало разлагаться прямо на глазах. Из ушей и глаз пошла кровь, в коже стали появляться гнойники, которые вытекали наружу, оголяя внутренности и кожу. То, что я видел на экране было ужасно и отвратительно. Меня чуть не вырвало от увиденного, но я внимательно смотрел на экран, так как меня заинтересовала не сама сцена, а то что было на самой границе экрана. В лаборатории находился не один подобный стол, и, судя по всему, опыты тут шли потоком. Все они делались на людях, и это был какой-то конвейер смерти, несколько столов, расположенных дальше, были с прикованными людьми, а люди в медицинских скафандрах проводили какие-то опыты, прямо на живых людях, которые также корчились и кричали, но звуков не было слышно по причине изоляции этого участка лаборатории.
Когда демонстрация закончилась, искин произнёс:
— Надеюсь, вы не решитесь на себе проверить эту процедуру и отбросите мысли сбежать и не выполнить возложенную на вас миссию. Предупреждаю сразу, что их нельзя уничтожить не одним из известных способов. Электромагнитный импульс на них не действует, других нанороборов они не потерпят в теле носителя, просто уничтожив их, поэтому установка нейросети вам и не подходит. В случае угрозы их гибели они запрограммированы на уничтожение носителя, поэтому вариантов избавиться от них у вас нет, только выполнить вашу миссию.
Сказав это, голограмма исчезла, а я задумался над увиденным. Благодаря обручу, я запомнил всю процедуру до мельчайших подробностей и мог воспроизвести её в своей голове, что и проделал. Меня беспокоил один факт, который меня пугал.
Я прокрутил несколько раз то, как говорил тот чокнутый профессор, а то, что он ненормальный, я уже не сомневался. Все его манеры двигаться, говорить, паузы в словах и интонации указывали на то, что голограмма, а точнее сам искин и профессор — это один человек. Точнее, один носитель разума. Возможно, этот профессор сохранил свой мозг в искине, а учитывая, что он ненормальный, такая идея могла прийти ему в голову. Ведь стандартные программы запрещают искинам причинять вред людям, а здесь видно, что он испытывает удовольствие от своей власти и от возможности подчинить себе других. Тут пришедшая мне мысль заставила меня задать вопрос вслух:
— Я могу не справиться один, ведь я ничего не знаю об окружающем мире. Как я выполню это задание?
Рядом опять появилась голограмма и, сделав вид, что размышляет, произнесла:
— Тогда мне придётся отправиться с тобой. Ты возьмёшь мой контейнер, подключив к нему голосовой процессор. Я буду направлять тебя, и шансов выжить у тебя будет намного больше, только ты должен будешь охранять меня как самую дорогую вещь. А раз так, то незачем брать с собой носители, я сохраню всю информацию в себе. Это, конечно, несколько усложнит твою миссию, но зато повысит твои шансы на её выполнение. Одному тебе не пробраться в Содружество, максимум, что ты сможешь, так это пробраться на окраинные планеты, но этого будет недостаточно. В центр Содружества можно попасть только из столицы империи Крит.
Решено, я еду с тобой, начни просчитывать новый вариант, как нам выбраться вместе, — сказал исикн и исчез.
Тут весь пазл сложился, и я понял, что был наивным дураком. Изначально одного меня никто отпускать не собирался. Это всё было сказано, чтобы отвлечь меня от истинной цели миссии. Этот чокнутый профессор просто хочет спасти себя с моей помощью, а значит, никто не будет меня отпускать после выполнения моей миссии. Это билет в один конец, и других вариантов для меня нет, а то, что со мной произойдёт в конце, мне уже продемонстрировали.
Глава 5. Убежище
Добиваться власти для спокойствия и безопасности,
значит взбираться на вулкан,
для того чтобы укрыться от бури.
Сразу после разговора я в одиночку отправился обследовать станцию, боюсь, что дроид может быть под контролем искина, скорее всего, так и есть, просто он не показывает мне все свои возможности. Пусть я лучше буду параноиком, чем меня разложат на атомы. Целью я себе поставил найти рабочую медицинскую капсулу и независимый источник энергии. Пока я пробирался по лабиринту станции, местами преодолевая завалы или обходя искорёженные модули, в моей голове рождался план, как обмануть профессора. Для начала мне нужно создать условия для своего спасения, а затем отключить системы в лаборатории. Подробного плана мне искин не предоставил, но и того, что у меня есть, вполне достаточно, чтобы постараться выжечь запущенный мною источник энергии и аварийные модули бесперебойного питания, которые в любом случае присутствуют в лаборатории и, наверное, уже заряжены на непредвиденный случай. Для этих целей подойдёт малый реактор вспомогательных систем, если его подсоединить параллельно к аварийному источнику, а потом поменять полярность, то это выжжет всю сеть и, возможно, отключит аварийный источник. В этом случае искин должен отключиться, буду надеяться, что так и произойдёт, но подстраховаться мне не помешает. Значит, мне нужно помещение с воздухом и со шлюзом, продукты питания и источник энергии. На первое время этого хватит, а остальным я разживусь на станции, конечно, ещё остаётся вопрос с нанороботами во мне, но для решения этого вопроса у меня есть пять лет. Во всяком случае, имея свободу, у меня появится шанс решить эту проблему, а вот выполнив условия доктора, я неминуемо погибну, да ещё такой ужасной смертью. Уж лучше пулю в голову, чем пережить такие мучения. Так как план станции мне передал искин, скинув его на технический тестер, я решил поискать другую схему станции. Следуя возникшей мысли, я развернулся и вернулся к аварийному шкафу, которые были раскиданы по всей станции и содержали комплект для выживания, включая одноразовые скафандры и прочие мелочи. Найдя на стене аварийный знак в виде треугольника с крестом внутри, я внимательно осмотрел поверхность, пытаясь определить контур двери и где скрываются ручки. Теоретически я всё знал, но на практике всегда существовали отличия, в том числе это ещё зависело от разных кораблей и станций.
Осторожно надавив ладонью на едва различимый контур ручки, отдёрнул руку от неожиданности, так как, щёлкнув, та выскочила мне навстречу. Следуя запомненной инструкции, я повернул её на сто восемьдесят градусов и надавил до щелчка. Большая панель легко отошла в сторону, открыв достаточно объёмную нишу, наполненную разным снаряжением. В глаза мне сразу бросилось то, что снаряжения было больше и оно было намного больше стандартного перечня. Я сразу, проверив, взял пару фонариков и разместил их на магнитном поясе, просто прислонив их к нему. Затем осматривая свои находки, я выбрал новый инженерный тестер, но, к сожалению, он был практически разряжен. Следом на мой пояс перекочевали несколько универсальных аварийных ключей для доступа в помещения свободного назначения. Скафандров там было двадцать штук, и один я взял для себя на всякий случай, просто положив пока на пол рядом с собой. По идее здесь должен быть небольшой источник питания, а его здесь не было, что, судя по увеличенному объёму аварийного шкафа, не вписывалось в логику, поэтому я начал внимательно осматривать стены ниши, выкладывая всё ненужное прямо в коридор. Как я и надеялся, едва заметная ручка аварийного люка нашлась за скафандрами, в отличие от ручки на самом шкафу она была практически невидима, и, не зная, что она здесь есть, её точно никто не заметит. Проделав те же манипуляции с ручкой, скрытая дверка открылась, и я увидел то, что мне было нужно. Три источника питания длительного хранения, которые могут пролежать сотню, а может, и две лет, не теряя при этом заряда. Их даже можно подключать к дроидам в качестве временного источника энергии, если обычного способа зарядки не будет под рукой. Они были тяжёлые, и каждый весил около пяти килограмм, но они имели множество универсальных разъёмов и специфическую форму, позволяющую объединять их в один блок и имевший ручку для переноски. Пока было время, я поставил тестер на зарядку и посмотрел, что ещё спрятано в нише и обрадованно вынул небольшую пластину, которая при включении на клавише в углу, высветила мне карту станции со значком того, где нахожусь я. Это было действительно отличной находкой, так как план станции на пластине и в инженерном тестере существенно отличался. Теперь я знал, где располагались нужные мне помещения, которые следовало обследовать в первую очередь. Пластина оказалась мини-планшетом, где можно было увеличивать и уменьшать изображения, перепрыгивая с уровня на уровень. Тут подробно описывались назначения помещений с указанием аварийных источников энергии, путей эвакуации, спасательных капсул и многого другого. Так как память у меня теперь была феноменальная, я прошёлся по всей станции, запоминая всё, что возможно охватить. Это дало ещё один поразительный результат, который я раньше не замечал. При желании я вызвал у себя в голове изображение станции с разными уровнями, и она развернулась в моём воображении. Когда я концентрировал внимание на каком-либо участке виртуальной станции, он увеличивался, и при желании появлялось пояснение с назначением помещений и другой доступной информацией. Это намного упрощало мою работу и подтолкнуло меня к мысли, что обруч сможет заменить мне нейросеть, нужно только стремиться разобраться с этим. Я, конечно, сразу же попробовал повлиять на тестер, как это делают носители нейросети, но у меня ничего не получилось, хотя уверенность, что я смогу это сделать в скором времени, у меня появилась. Откуда взялась эта уверенность, не знал, но теперь я буду пробовать каждый день. К сожалению, повреждённые сектора станции на карте показаны не были, и мне придётся самостоятельно изучать их и вносить в свою виртуальную карту. Первым делом я направился на склад в надежде, что он не пострадал, и, конечно же, моя попытка не увенчалась успехом. Хорошо, что перемещался я в разгерметизированных коридорах, иначе бы при открытии очередного шлюза, меня выкинуло в открытый космос. Передо мной раскинулось звёздное небо с миллионами ярких точек. Ухватившись за край двери, я выглянул наружу, стараясь соотнести разрушения с планом карты в моей голове, и сразу мне это не удалось, но, начав осмотр ещё более внимательно, я пытался представить, где может находиться тот или иной разрушенный модуль, и постепенно на виртуальном плане в голове у меня вырисовывалась картинка. На изучение и освоение нового плана у меня ушло около двадцати минут, но зато я теперь чётко представлял, куда я могу идти, а куда соваться не имеет смысла. Та часть, которую указал мне искин, была разрушена, поэтому я смогу смело сообщать ему, что мне не удалось пройти через завал. Следующей целью я себе выбрал отсек противометеоритной защиты, который мог использоваться и как противоракетный комплекс. Вообще на станции, да и на многом оборудовании, функции дублировались и имели несколько вариаций. До отсека я добрался полностью вымотавшись, так как пробираться приходилось через полуразрушенные помещения и протискиваться в узкие технические коридоры. К моей радости, противометеоритный комплекс не был повреждён, и самое важное… цел был реактор, который аварийно заглушила система безопасности. Теперь можно заняться его активацией, но вначале необходимо отключить от него все системы и запустить в холодном режиме. Я ещё раз вызвал перед глазами тот текст, где описывалось, как это произвести, и начал отключать от него все подсоединённые провода и силовые шины. Это заняло очень много времени, и я успел изрядно проголодаться, но работу не останавливал, пока не отсоединил всё, что только возможно. На всякий случай решил прозвонить все соединения, вдруг не всё отключил, а срабатывание какой-либо из систем безопасности мне было не нужно. Через десять минут я поблагодарил себя за предосторожность. Подключения к реактору были скрыты фальшпанелью, и, только убрав их, я убедился в его полной изоляции и автономии. Дальше я, следуя инструкции, включал последовательно тумблеры на панели управления. Сделав всё, как описано, запустил реактор, подав питание с тестера, хотя можно было запустить и механически, дёргая специальной ручкой с принципом динамо-машины, но тогда процесс занял бы приличное количество времени. Запуск на удивление прошёл плавно и без сбоев, несмотря на его аварийную остановку. Теперь осталось остальное по моему списку, а именно помещение со шлюзом и наличием системы жизнеобеспечения, к счастью, это всё я обнаружил буквально через сотню метров, и, что мне понравилось, оно имело выход на внешнюю обшивку с отдельным шлюзом и независимую систему питания, поэтому дальше я занимался тем, что протягивал кабели для временного подключения и запитывал это помещение. Следом за этим я запустил и наладил систему жизнеобеспечения, включил обогрев и расконсервацию всех систем, так как вода в трубах была заморожена. На это потребуется от двух до пяти часов, согласно инструкции, заученной мной, поэтому я решил возвращаться обратно. Предварительно оставив все найденные вещи, кроме нового тестера, его я оставлю неподалёку от входа. Не хочу показывать, что я нашёл для себя убежище, иначе искин может меня уничтожить.
Пройдя в лабораторию, я сразу отправился мыться и чистить скафандр, после чего, подойдя к панели управления, нашёл там карту, переданную мне искином, и отметил на ней те места, где я якобы был и пробовал пройти к предполагаемому складу. Одновременно с этим я поел и занялся вернувшимся дроидом, который расчищал завал к ближайшему аварийному источнику питания. Подключив тестер, я стал загружать новый план по работам на ближайшие сутки, заодно старался зафиксировать, что с дроидом не так, и заметил, что в логах списка предыдущих программ, помимо меня, были сторонние соединения. Это означает, что мои подозрения оправданны и искин контролирует работу найденного мною дроида. Мой противник далеко не так прост и переиграть его будет очень непросто, поэтому я решил продолжить свою игру.
— Искин, объясни мне, как мы будем выбираться от сюда и что нас ждёт впереди? Ведь я уже сейчас должен планировать, что мне изучать и какая у меня будет легенда. Ведь если я просто появлюсь на какой-либо станции, не имея документов, то меня сразу арестуют.
Рядом появилась голограмма девушки и ответила мне:
— В этом нет ничего сложного, скажешь, что вырос на одном из шахтёрских астероидов, а учила тебя пара шахтёров тому, что знали сами.
Что удивительно, играл девушку искин очень неплохо, но вот некоторые обороты речи, да и расстановка пауз в разговоревсё-таки выдавали в нём профессора. Не будь у меня моих новых способностей запоминать и анализировать, я бы не обратил на это внимание.
— Но при первой проверке, я сразу провалюсь, ведь наверняка они имеют специфический сленг и манеру общения. Нужна другая легенда, и ещё как я зарабатывал себе на жизнь? Ведь мне как-то придётся жить на станциях, если я не буду работать, то это вызовет вопросы, а привлекать внимание к себе нам не нужно.
— Тут ты прав, шахтёры не подойдут, да и управлять шаттлом без нейросети очень непросто. Тогда по легенде ты родился на удалённой станции в семье религиозных фанатиков, я скину тебе литературу, которую нужно изучить. Вы, по легенде, отвергали нейросети, и тебе сделали операцию при рождении, которая делает её установку невозможной. Именно поэтому ты не получил АйДи и живёшь без нейросети. Это объяснит наличие у тебя всевозможных имплантатов и незнание простых, житейских мелочей. Но с базами, ты прав. Тебе придётся многое изучить, вот тебе список и информация о том, что тебе нужно. Информацию я записал на съёмный носитель, и пока у тебя нет необходимых имплантатов, необходимо раздобыть наручный искин. Лучше всего подойдёт вот эта модель, но достать его отсюда я не могу, нет связи со складским комплексом. Тебе нужно будет отправиться прямо туда и запитать терминал склада, после чего ты введёшь вот этот код, который высветился на экране, — сказал искин. Помимо кода, на экране появились изображение и описание этого устройства. Небольшой наручный искин, в котором была предусмотрена система считывания информации и вывода её на небольшой экран, который по желанию можно развернуть в голографический. Вещь эта была явно последней модели, так как описания, которые я встречал до этого, касались только простых моделей и не таких технологичных.
— Это экспериментальная модель, которая позволит тебе всё свободное время изучать новые знания. Так ты быстрее освоишь необходимый минимум. В будущем он тебе пригодиться как платёжное средство, ведь нейросети у тебя нет, ещё я выдам тебе кристалл с твоей легендой, её нужно заучить. Не удивляйся, там специально допущены некоторые ошибки, чтобы рассказ выглядел правдоподобным, и учти, у нас не так много времени, через год мы должны быть в другой системе, а лететь туда на спасательном челноке шесть месяцев. Поэтому тебе необходимо поторопиться с поиском источника питания и подключением моей лаборатории.
— Могу я кристалл забрать с собой, хочу на месте проверить, как он работает, а то вдруг устройство нерабочее, всё-таки столько лет прошло с тех пор, как его включали последний раз, да и модель экспериментальная.
Голограмма девушки посмотрела на меня, после чего ответила:
— Хорошо, только долго там не засиживайся, его нужно ещё будет проверить и настроить, там много опасных для тебя функций, и его нужно обязательно перепрошить, чтобы он не заблокировался случайно.
— Хорошо, я займусь этим параллельно с поиском источника питания. Мне не нравится, как ведёт раскопки дроид, может, нужно поискать ему в помощь ещё один? — спросил я.
— Тебе повезло найти устаревшую модель, современные без кода доступа могут отказаться подчиняться тебе, для этого нужны коды.
— Ну так сделай мне код для технического доступа, а на складе у меня его не потребуют?
— Могут, если систему успели заблокировать изнутри. Обычный ключ в таком случае не подойдёт, а кодов доступа для сотрудников Службы Безопасности у меня нет. Но я тогда дам тебе ключ приоритета доступа первой категории, он позволит открыть очень многие двери, но не потеряй его. Я смогу сгенерировать его только один раз, это связано с системой генерации кодов безопасности. Одновременно два кода существовать не могут, а отменить сгенерированный ранее, может только офицер Службы Безопасности станции. Как понимаешь, нам его сейчас взять неоткуда, — произнесла голограмма и исчезла.
Буквально через пару минут из приёмного устройства на краю панели управления выскочил ключ личного пользования с фотографией безумного профессора. Моя теория полностью подтвердилась, и я, не показывая, что узнал фотографию, вынул карточку и, повертев для вида перед глазами, убрал в наружный карман скафандра.
Последние сутки я не спал и сильно вымотался, поэтому, расслабившись в кресле, заснул тревожным сном.
Глава 6. Новый девайс
Искусственный интеллект — фундаментальная угроза для всего человечества.
Проснувшись, я помылся и перекусил армейским пайком, они мне начали уже надоедать, но других возможностей получить питание сейчас не было. В лаборатории был автоматический изготовитель пищи, который назывался кухонный комбайн, но он не пережил длительной заморозки и работать отказывался. Возможно, потому, что он был очень дорогой и эксклюзивной моделью. Я попытался разобраться, в чём причина поломки, но там требовалось много деталей для замены, поэтому тратить время я на него не стал. Проще найти простую модель, а как пользоваться комбайном, я уже знал, пока изучал инструкцию по ремонту. Теперь мой пункт по поиску необходимых предметов, пополнился ещё одним. Собрав необходимые мне вещи, а проще говоря, проверив прикреплённый на поясе старый тестер, я отправился по новому маршруту. Дойдя до места, где спрятал тестер, я поменял его местами со своим старым, так как опасался, что искин сможет по нему отследить мои действия. Да, я стал параноиком, но мне хочется жить, а не превратиться в желе из клеток и молекул. Первым делом я отправился на склад, где собирался осмотреться и оценить фронт работ по получению ручного искина.
До склада я добрался примерно за полчаса и столкнулся с запертыми дверями, судя по толщине, ещё и бронированными. Когда я запитал их от своего тестера, то от меня потребовали ключ доступа, как и предположил искин, но, когда я ввёл его, с меня потребовали личный код. Тут мне пришлось задуматься. Кода мне не давали, и искин об этом знал, как знал и то, что с меня его потребуют, а значит, он сделал это специально, и когда я приду к нему и попрошу его мне предоставить, он точно будет знать, что я добрался до ручного искина и потребует его предъявить, а способ воздействия у него на меня есть, и мне придётся его отдать, после чего он запрограммирует его, как ему нужно. Тогда он сможет следить за мной, даже за пределами лаборатории. Логика в этом есть, а это означает, что знать о моей находке он не должен. Вопрос, как получить доступ у меня оставался, и я стал перебирать в голове всё общение с искином с момента моего появления. Я вспомнил, что уже вводил код доступа, который предоставил мне искин, когда получал первую посылку с обручем, но тогда обруча у меня на голове не было, а запомнить я его не успел. Всё же попытаться вспомнить можно попробовать. Я начал раз за разом, прокручивать в голове сцену ввода комбинации из цифр и букв, от чего у меня начала болеть голова. В какой-то момент обруч на мне очень сильно сдавил голову, и мне даже показалось, что меня ударило лёгким разрядом тока, но самое главное, я увидел, как в замедленной съёмке набираю продиктованный мне код. Я тут же ввёл его, и двери передо мной раскрылись.
Первую преграду я прошёл, надеюсь, дальше будет проще. Пройдя в помещение, я увидел торчащий прямо из пола терминал. Подсоединив тестер, я попробовал активировать его, но выскочило сообщение, что энергии недостаточно для полноценного функционирования. Это было ожидаемо, но проверить я должен был, поэтому направился к своему убежищу, где были спрятаны аварийные источники питания, но, отойдя шагов на сто, остановился и понял, что туплю. Вызвав в памяти аварийную схему станции, я определил, где нахожусь, после чего начал искать указания аварийных шкафов, в котором должны быть такие же источники аварийного питания. Найдя ближайший, я свернул в соседний коридор, и через пять минут у меня был новый комплект аварийных источников. Вернувшись к терминалу склада, я подключил к нему все три и дождался активации панели управления. Дальше всё проделал по отработанной схеме, ввёл карточку, код и номер ячейки. Буквально через минуту, передо мной предстал новый ручной искин в заводской упаковке. Забрав её, я задумался, что можно ещё получить с этого склада, хотя энергии хватит на пару заявок, я могу принести ещё источники питания и повторить процедуру.
Для начала, я вызвал меню настроек терминала, но для меня оно было ограничено по многим пунктам. Даже допуска профессора не хватало для этого, но тут оставалось много функций личного пользования. Выбрав историю запросов и операций, я стал просматривать список всего, что получал профессор. Тут была обширная история запросов, причём за последние восемьдесят лет, они приходили только из лаборатории, что подтверждало версию о том, что профессор мог сохранить себе жизнь, путём переноса своего мозга в искин. С учётом, что он работал в лаборатории, этому можно не удивляться. Скорее всего, этим и обусловлено его ограничение границами лаборатории. Из прочитанного мной я знал, что опыты со свободными искинами категорически запрещены. Они должны быть ограничены и не иметь своей воли, но, если разработки профессора были действительно важны, руководство станции могло пойти на этот запрет, тем более, что тут не гнушались опытами на людях.
Исследуя список, который был просто огромным, я понял, что могу узнавать о назначении заказанных предметов. Это, конечно, хорошо, но что мне сейчас нужно, я толком не знал, поэтому попробовал сформулировать свою цель поиска. И конечно, первая мысль, пришедшая мне, была знания. А получить я их могу с помощью кристаллов для ручного искина, не скрывая волнения, начал поиск необходимых мне баз знаний, их могло не быть в запросе, так как все знания изучают с помощью нейросети и специальных обучающих капсул, которые ускоряют метаболизм человека, что позволяет сжимать информацию и изучать её в ускоренном режиме. К счастью, я нашёл период, когда профессор запрашивал подобные базы, но в основном они касались медицины и были очень специфическими. Но и этому я был рад, сформировав запрос на сорок баз знаний, затребовал их, получил, конечно, не все, но часть была из непонятных мне областей, поэтому я не расстроился. На этом заряд источников питания, подошёл к концу, и мне нужно было найти новые или пока остановиться на достигнутом. Хомяк внутри меня требовал всего и много, но разум говорил, что нужно освоить хотя бы часть из того, что я нашёл.
Энергии в источниках хватило для закрытия дверей склада, так как я не хотел оставлять их открытыми, вдруг дроид по указке искина проверит, как обстоят дела со складом.
Дальше отправился в своё убежище, где планировал изучить свои находки. Путь был не близким, и зайти я решил с противоположной стороны, но своего я достиг, заодно изучив все окрестности по дороге. Небольшой ангар, а не обычное помещение, как мне казалось раньше, уже полностью отогрелся, и все системы работали исправно, поэтому, пройдя шлюзование, я смог снять шлем и насладится относительной свободой.
Первым делом я снял скафандр по пояс и, распаковав наручный искин, закрепил его на руке. Тут, следуя инструкции, я провёл его активизацию и привязку к носителю. Теперь активировать его смогу только я, хотя у меня остаётся подозрение, что искин сможет при желании получить к нему доступ. Дальше я развернул виртуальную панель управления и ввода совместно с виртуальным экраном, который работал в режиме голограммы. Это было очень удобно и напоминало работу с ноутбуком, поэтому процесс настройки и изучения особенностей использования ручного искина пошёл очень быстро. Как мне показалось, сам искин подстраивался под мои потребности и адаптировался к условиям работы со мной. Подтверждение своим мыслям я нашёл в инструкции, там действительно описывалось, что искин ищет, как улучшить взаимодействие с носителем, подстраивая алгоритм своей работы под него. Многие функции мне были не понятны, поэтому я запустил голографическую, ознакомительную программу, но, так как она была очень объёмной, я попробовал увеличить скорость и нашёл подходящий для себя режим, хотя от такой скорости у меня и заболела голова, а искин выдал предупреждение об угрозе здоровью. В нём оказывается есть функция мини доктора, поэтому я вызвал его меню и провёл максимально возможное обследование организма. Он выдал мне перечень моих болячек, многие из которых были со мной ещё с детства и рекомендовал посетить медицинскую капсулу и даже указал, какой режим работы рекомендуется выставить на ней. Новый девайс занял все мои мысли, о подобном в нашем мире можно было только мечтать. Это как первый денди, который мне подарили в детстве. Тогда я с приставкой не хотел расставаться даже на время сна, настолько яркими были мои впечатления. Торопиться с изучением кристаллов памяти, я не стал, а занялся изучением работы ручного искина, у которого, оказывается, было своё название — интерком, интерактивное коммуникационное устройство. Только за время развития человечества оно претерпело много изменений, и к нему добавилось очень много функций. Эта модель была экспериментальная и по внешним параметрам выглядела как устаревшая модель. Возможно, её планировалось использовать в шпионских целях, так как наличие мощного искина, допускало использование очень большого спектра нестандартных программ. Дойдя до момента активации Искусственного Интеллекта или, как здесь принято говорить, искина, я задумался, а не наступаю ли я на одни и те же грабли второй раз. Вдруг этот искин попытается воспользоваться моими пробелами в знании и возьмёт надо мной контроль. Я даже вызвал меню безопасности и долго изучал его вплоть до сертификата, выданного специальной организацией, где утверждалось, что это невозможно. В нём зашит отдельный модуль, который анализирует поведение искина и в случае выявления угроз просто отключит его. Тем более, этот искин не на живой материи, а на позитронном мозге полностью из микросхем и разных модулей. Там описывалось множество непонятных мне терминов, но, судя по огромному объёму информации, описывающей различные процессы и те шаги, которые предприняты по контролю над искином, о безопасности данного устройства можно не переживать. Для начала я задал искину имя, выбрав Кристина или Крис, если захочу сократить, потом ввёл параметры, включая пол, возраст и язык общения. Особенностью данного устройства была новая архитектура логики, что поднимало его работоспособность, по сравнению с аналогичными устройствами как минимум на порядок. Основная сложность состояла в безумной дороговизне этого устройства, созданного на базе особого кристалла, а точнее из артефакта Древних. Таких устройств было создано всего два, и один из них находится у меня. По тестам искин вышел очень мощным и обладающим собственным самосознанием, способным самостоятельно развиваться и с уже задатками личности. Кому предназначался он, сказать трудно, но, возможно, что и главе того рода, про который рассказал мне профессор. Собравшись с духом, я нажал кнопку запуска и активации самосознания искусственного интеллекта.
Когда искин активировался, то произнёс вслух:
— Рада приветствовать нового владельца устройства. Хотите привязать устройство только на вас и запретить доступ других людей и программ?
— Конечно, хочу, — ответил я и почувствовал небольшой укол в запястье, где был надет сам интерком. Выглядел он как небольшой продолговатый пенал, напоминающий калькулятор с эластичным ремешком. Я его совсем не ощущал на руке и не испытывал неудобства, как от ношения часов.
— Анализ ДНК носителя взят. Привязка сделана. Какой уровень безопасности вы хотите получить к данному устройству? — спросила Крис.
Тут я задумался, в своё время, пользуясь новым ноутбуком, мне в сети интернет подсадили Трояна, и я долго его вычищал, после чего попросил знакомого айтишника настроить максимальный уровень безопасности, что он не преминул сделать. Как я потом об этом пожалел, я просто замучился с этим. Постоянные ограничения в доступах на большинство сайтов, доступ к почте через двойную идентификацию и много других проблем. В результате мне пришлось обращаться к нему ещё раз и уже перенастраивать всё заново, поэтому, имея подобный опыт, я ответил:
— Уровень безопасности должен быть максимальным, но с условием нормального функционирования устройства и моего доступа к его функциям.
— Принято. Установлен уровень максимальный, жёлтый. Как мне к вам обращаться?
— Можно на ты и по имени Игорь, — ответил я, думая, о чём спросить ещё:
— А сможет другой человек или искин, получить доступ к тебе или к устройству, в том числе, если меня начнут, к примеру, пытать?
— Я могу поставить ограничение, а есть угроза этому? — спросил искин.
Я задумался, что мне отвечать, и можно ли рассказать всё, что я знаю, если интерком с моим искином взломает безумный профессор, то мне и так не жить. Он не позволит мне покинуть лабораторию, не подчинив меня, а сделать это, как оказалось, достаточно просто. В этом мире существует рабство, пусть и не легальное, но существует. В особенности на задворках империи. Я узнал об этом по списку запросов профессора, среди которых было множество разных видов рабских ошейников. Надеть на меня такой с помощью того же дроида, к примеру, во сне труда не составит, после чего я превращусь в безвольную куклу. Такой вариант был очень вероятен, и меня это совершенно не устраивало. Нужно как можно быстрее устранить угрозу в виде сумасшедшего профессора иначе, если он заподозрит неладное, моей свободе придёт полный конец, а дальше меня ждёт ужасная смерть. Пусть у меня всего пять лет впереди, но я надеюсь прожить их свободным, а не в качестве раба.
— Дело в том, что я очнулся на станции в результате научного эксперимента. Что было со мной прежде, я плохо помню, а в лаборатории правит взбесившийся искин, созданный с нарушением множества законов. Пока он ограничен стенами лаборатории, но он хочет из неё выбраться, для чего ввёл мне в тело нанороботов, которые могут меня убить или причинить безумную боль. Если он потребует от меня доступ к твоим системам, то я не смогу выбраться отсюда, а он может навесить на меня рабский ошейник. После того, как он достигнет желаемого результата, он убьёт меня.
Пару минут искин молчал, и я подумал, что связь с ним прервалась, собираясь проверить в настройках, что же произошло, но внезапно он ответил:
— Я проанализировала ваши слова и пришла к выводу, что нам нужно подготовить виртуальную копию меня на случай попытки взятия контроля над вами. Только в таком случае, я смогу вернуть контроль над этим устройством. Сейчас я займусь формированием новой виртуальной личности и перестройке каналов связи и влияния, создавая буферные зоны. Придумайте имя новой личности, чтобы я могла активировать её по вашей просьбе.
— Пусть будет Инга.
— Когда вы вызовете её, то общаться будете с виртуальным компьютером, и даже если в этот момент, кто-то возьмёт контроль над устройством и загрузит вредоносные программы, я смогу мгновенно вернуть контроль над устройством, достаточно вам позвать Кристину.
— А если это не поможет, и искин лаборатории возьмёт тебя под контроль? Ведь он, наверняка, участвовал в создании этого устройства, — спросил я.
— В таком случае введите вот этот двадцатизначный код, он произведёт сброс всех параметров к заводским настройкам, и моя личность будет полностью обнулена, как и все данные, загруженные в меня с момента активации.
Проблем с памятью у меня не было, поэтому, закончив с вопросом безопасности интеркома, я решил заняться изучением базы знаний по медицине и медицинским капсулам, которые находились на одном из кристаллов.
Глава 7. Игра на публику
Доверие, как зеркало, вы можете починить его,
если оно сломано, но вы всё равно видите трещину в отражении.
Вставив в считывающее устройство выбранный кристалл, представляющий из себя прозрачный цилиндр длиною четыре сантиметра и диаметром около шести миллиметров, я запустил программу обучения. Она представляла собой небольшую лекцию и последующую демонстрацию текста с пояснениями. В самом начале шёл разбор существующих в мире медицинских капсул и принцип их работы. Он основывался на специальном излучении, которое вступало в резонанс с клетками организма и могло менять их структуру. Этих излучений или, правильнее сказать, полей, в медицинской капсуле было множество видов для разных целей и для разных органов. Помимо лечебного эффекта и регенерации тканей, они могли менять структуру органов и стимулировать их работу. Во все капсулы был встроен хирургический робот, который мог проводить операции, но использовался он, как правило, для удаления инородных предметов и извлечения сломанных костей, хотя последние модели могли их растворять в организме, используя как строительный материал. Ещё капсулы могли омолаживать организм с использованием тех же полей. В среднем срок жизни человеческого организма продлевался до трёхсот-трёхсот пятидесяти лет. Предел в регенерации был, но его было практически не видно, и только со временем он накапливался, поэтому процедуру омоложения делали периодически через двадцать-тридцать лет, чаще не имело смысла, так как эффект был минимальным.
Информации было очень много, но вся она носила ознакомительный характер, а мне требовалась возможность самостоятельно устанавливать импланты. Доверять эту процедуру искину лаборатории я не хотел. Потратив шесть часов реального времени, я отложил обучение, так как нужно было заняться подготовкой к моему плану, на первое время я обеспечил себя всем, но мне нужна была полная свобода действий, а для этого необходимо нейтрализовать лабораторного искина.
Оставив все свои находки в своём убежище, я отправился к своему дроиду, используя возможность изучить неизвестную мне часть сектора станции. По пути я наткнулся на большую группу дроидов разного вида. Они все были парализованы и замерли в разных позах, перед участком коридора, искорёженного взрывом. Им почти удалось разобрать завал и даже успеть отогнуть часть перегородки, поэтому я постарался осторожно пробраться через завал и заглянуть внутрь. Это было довольно непросто сделать, так как нагромождений из разных труб и швеллеров, было достаточно много. Хорошо, что гравитация не работала и я осторожно протиснулся к образовавшемуся лазу. Включив один из найденных ранее фонарей, я посветил внутрь. Вначале я не смог разобрать, что там находится, но, когда я сумел осветить всю картину, от неожиданности отшатнулся и чуть не пропорол свой скафандр, об острую трубу. Внутри были сотни трупов людей, которые висели в пространстве, в разных позах. Это были люди в порванных скафандрах, некоторые из них сцепились с дроидами голыми руками, в то время как те пытались разорвать людей на части. При этом дроиды были ремонтные, а не боевые. Многие сжимали в руках куски труб и другие предметы. Картина, представшая передо мной, была настоящей бойней. Ни про какое нападение извне тут речи не идёт. Это было нападение изнутри, а учитывая, что профессор врёт мне, то, возможно, это его рук дело. Я внимательно осмотрел замерших рядом со мной дроидов и увидел у них аккуратные дырки от какого-то оружия. Первоначальная картина теперь выглядела по-другому. Роботы пытались пробраться внутрь ангара, где скрывались люди и им это удалось, только вот почему они все замерли, ведь судя по картине, виденной мною, они все были уничтожены одновременно. Возможно, это какой-то электромагнитный импульс, который вырубил всю электронику, а вот почему люди также умерли, оставалось вопросом. Возможно, из-за нейросетей, но это только предположение, и этот вопрос нужно изучить. Лезть в проделанную брешь не стал, но позже обязательно это сделаю, так решил я и отправился проверять своего дроида.
Как оказалось, моё решение проверить, как он работает, было правильным. Робот замер рядом с аварийным реактором, поэтому мне пришлось проводить его диагностику с помощью старого тестера, так как искин может проверить мои слова. Причина поломки была обнаружена очень быстро, износ аккумулятора и подгоревшие контакты. Чтобы его отремонтировать, потребуются новые детали, а где их взять я не знал. Склад, на котором профессор получал свои новинки, не подходил, так как для ремонта станции и дроидов использовался другой склад с более простым допуском, а вот получить доступ к нему, мне необходимо. Надолго не задерживаясь, мне пришлось направиться в лабораторию за новым допуском, хотя лишний раз там появляться я не хотел. Для проверки своей гипотезы я полностью разрядил старый тестер и повесил его на пояс.
Пройдя шлюзование в лабораторию, я сразу обратился к профессору.
— Искин, произошла поломка дроида, нужно найти запасные части для него, иначе мы не сможем подключить аварийный источник. Ты должен знать, где находится склад и как на него попасть.
Поделиться книгой: