Мирные Игры

– Сознание… – «Шива» тронул указательным пальцем висок. – Оно сможет беспрепятственно перенестись в реплику, чтобы ты без угроз для жизни и здоровья принял участие в играх. Все, как распорядился верховный инишиал Суммум.

– То есть, мой разум раздвоится?

– Нет. Это невозможно в полной мере. Им временно завладеет клон, пока ты будешь пребывать в состоянии похожем на сон.

– Это опасно? – я намеренно продолжал допрос.

– Нет. Все процессы как на ладони. Я полностью контролирую процесс.

– Тогда мне спокойно. – неожиданно заявил я.

– Все будет хорошо! – кивнул пришелец, протянув одну из ладоней для рукопожатия…

Время до начала игр тянулось как резиновое. Подготовительный процесс занял несколько недель. В ответ на все мои недовольства Кузнецов неустанно повторял, что играть мы будем не на щелбан, а за возможность управлять планетой.

– Спешка нужна при ловле блох… во всех остальных случаях она мешает! – улыбаясь, вручил мне очередное досье тренер. – Глянь еще вот этого! Вы не знакомы, но парень толковый, из него выйдет отличный напарник.

Я нехотя взял папку. Шестую за утро. Мне доверили важную миссию: набрать команду, что представит людскую расу в противостоянии. Такое нельзя откладывать в дальний ящик!

В дикой спешке минула еще неделя. Роль будущего капитана отнимала кучу сил и времени… А может быть, мне так казалось из-за постоянного прессинга. Груз ответственности давил на плечи со страшной силой, но, как любил повторять Кузнецов, каждое испытание – шанс вырасти. Я решил в это поверить.

День Х наступил внезапно. Будто чем ближе подбиралась заветная дата, тем стремительнее убегало время. Одним июльским утром мы впервые встретились. Пять лучших спортсменов. Пять защитников планеты. Три парня и две девушки. У каждого свой конек, неповторимая фишка, что могла пригодиться в испытаниях.

Разглядывая ребят, я мысленно повторял строки из их досье. «Никита – талантливый футболист, один из лучших бомбардиров в истории юношеской лиги УЕФА». «Тимур – кандидат в мастера спорта по легкой атлетике, обладатель трех золотых медалей чемпионатов Европы и мира». «Ульяна – выпускница школы олимпийского резерва, до вторжения готовилась представлять Россию на международны соревнованиях по гимнастике». «Кира – титулованная пловчиха и рекордсменка».

Возродив в памяти регалии коллег, я на секунду ощутил себя никчемным. В копилке моего опыта не сыскать побед в турнирах. Я не успел прославиться в качестве успешного спортсмена. Впрочем, одно преимущество у меня, все же, было! Как никто другой я искал возмездия…

– Привет всем! – небрежно начал я. – Так уж получилось, что нам с вами выпала честь представлять планету Земля на…

– Давай не так официально? – с улыбкой предложила Кира. – Представимся для начала?

– Да, ты права… Ну что же, меня зовут Лев Камнев. Мне 18 лет, я из Москвы. Дом моей семьи был разрушен до основания, последние три года мы живем на станции «Парк Победы», скрываясь от обстрелов. Отчим погиб недавно. Мама, слава богу, жива, хоть и слегка не в себе… Как вы поняли, я все потерял. Даже то, чего у меня никогда не было. Вот почему я полон решимости одолеть инишиалов. Ну, как-то так…

– Эх, думаю, мы все герои похожих историй. Я потерял маму и брата в первую же ночь атаки. Около трех дней пролежал под завалами без надежды на спасение. Каким-то чудом меня нашла бригада МЧС. Плохо помню случившееся. Оно и к лучшему… – грустно покачал головой Тимур.

– Все мои, по счастью, живы… но я страшно зол на захватчиков. У отца была художественная школа, дело всей жизни. Не могу передать, как важно ему было довести этот проект до ума. Много лет он обходил бюрократические препоны и собирал бумаги. Целый год совершенно бесплатно в этой школе отучились счастливые дети. И папа был абсолютно счастлив! Пока не грянул гром… – оборвал себя Никита, потупив взгляд.

– Жуть… – подхватила Кира. – Нам с бабушкой тоже пришлось несладко. Хотя, я с детства привыкла к лишениям. Родители погибли в пожаре. Задохнулись угарным газом. Я тогда ночевала у ба… Думала, что останусь у нее на выходные, а в итоге мы провели вместе десять лет. Не подумайте, я не жалуюсь, у меня было все, о чем мечтают дети. Кроме мамы и папы, разумеется.

– Что сейчас с бабушкой? – осмелился вопросить я.

– Скончалась на прошлой неделе. Не выдержало сердце.

– Соболезнуем! – первым воскликнул Тимур.

– Спасибо. Хочется думать, что там ей лучше… – вздохнула Кира. – Ульяна, а ты? Какая у тебя история?

– Никакой. – пресекла болтовню девушка. – Мы здесь по другому поводу собрались, давайте ближе к делу.

Холод, с которым гимнастка ответила нам, пробирал до костей. Все это не вязалось с нежной красотой ее лица. «Должно быть, там что-то серьезное…» – решил я – «А в прочем, какая мне разница? По большому счету, она права. Мы здесь не за этим. Выполним свою миссию и разойдемся!».

Внезапно прервавшаяся беседа уступила место сборам. Мы проверяли рюкзаки и сверялись со списками. Место, в котором пройдут игры все еще держали в секрете. Посему, мы готовились к любому развитию событий. Инишиалы гарантировали: в турнире примут участие лишь наши механические копии, но можно ли доверять их словам? Так или иначе, у пришельцев не должно быть шанса застать нас врасплох.

В шесть вечера по Москве за нами прислали микроавтобус. Погрузив сумки в багажное отделение, мы прошли в салон и заняли места. Я по привычке плюхнулся у окна и, упершись головой в бронированное стекло, прикрыл глаза. Бессонная ночь на кануне дала о себе знать. Практически сразу меня снесло тягучей волной дремоты. Я увидел первые кадры предстоящего сна, как вдруг подскочил. Меня разбудил женский голос:

– Тут занято? – вопросила Ульяна.

– Свободно. – лаконично отозвался я, накинув капюшон.

– Лев, послушай… Я хотела извиниться за грубость. – внезапно молвила девушка.

Удивленно приоткрыв лишь один глаз, я буркнул:

– Ничего. Это нервы.

– Не совсем… – возразила Ульяна. – Ваши истории, они разбудили много боли. Больше года я носила траур по возлюбленному. Рассказать об вот так сразу оказалось выше моих сил.

– Сурово! Хочешь об этом поговорить?

– Не знаю. Честно говоря, я даже не оплакала потерю толком. Слишком внезапно она приключилась…

– Он был в обороне? – осторожно уточнил я.

– Угу.

– Мой отчим погиб там же. Совсем недавно. Мы не всегда ладили, но знаешь, он полностью заменил мне отца… а с родителями тоже ссорятся. – грустно улыбнулся я, мельком осмотрев спутницу. – Я скучаю по нему.

– Это пройдет. – ухмыльнулась девушка. – Первые месяцы я думала, что с ума сойду. Но время, как бы пошло это ни звучало, лечит.

– Верю. Точнее, надеюсь в этом убедиться… Хочешь жвачку?

– Не откажусь! – девушка мягко улыбнулась, лишившись амплуа стервы в моих глазах.

Следующие сорок минуты мы болтали без умолку. А после – держались вместе, заходя на посадку в большой космический корабль. Ульяна редко замолкала, а я охотно поддерживал разговор, даже несмотря на то что глаза слипались, а язык стал неповоротливым…

Забавно, но беседы оказались столь увлекательными, что мы не заметили, как судно, едва вырвавшись за пределы земной атмосферы, нырнуло в раскрывшуюся кротовую нору. Об этом феномене поведали Кира, Тимур и Никита. Ребята, в отличие от нас, словно завороженные наблюдали за маршрутом путешествия и первыми узнали о перемещение в галактику, что находится в трех с половиной миллионах световых лет от Млечного Пути.

Так мы оказались на месте. На богом забытой планете. Если бы мы только знали, чем закончится эта авантюра…

Сознание утекало безудержно, точно гранулы в песочных часах. Я чувствовал, как пустеет мое тело. Не только голова, но и руки, ноги, торс… все становилось полым, лишалось воли и жизни. Ментальная трансгрессия – принципиально новый опыт для землянина. Вполне предсказуемо, моя психика давала отпор, защищалась попытками бить тревогу. Предвидя подобный сценарий, я старался дышать как можно глубже и реже, повторяя, словно мантру: «Все хорошо. Все под контролем». Нехитрая аффирмация работала какое-то время. До момента, когда последний диод в голове не погас, пока не осталась бесхозной моя стремительно ослабшая плоть.

И я бы пришел в ужас от осознания случившегося, будь у меня хотя бы миг в запасе, но глаза открылись автоматически, а пучина мрака, поглотившая меня целиком, вновь озарилась. Я ожил. Воскрес. Очнулся в новой форме. А может и не я вовсе… ?

– Как ты себя чувствуешь, Лев?

– Подозрительно хорошо. – молвил я, шевельнув указательным пальцем.

– Что же тут странного? – улыбнулся в ответ Примис.

Я не ответил. Лишь приподнялся и осмотрел руки. Удивительно похоже на то, чем приходилось управлять раньше. Быть может, с одной лишь разницей, новые кисти выглядели светлее моих, а кожа на них казалась идеально ровной.

– Не бойся! Воспринимай эту оболочку, как дополненную версию самого себя. Тебе даже понравится, обещаю! – «Шива» вознёс странный предмет, похожий на смесь теннисной ракетки и сачка. – К слову, ты знаешь, что это?

– Разумеется! Стик для игры в лакросс! – выдали мои губы, прежде чем я успел обдумать ответ.

– Чудесно! – кивнул Примис. – Полагаю, все необходимые воспоминания загрузились корректно.

– Откуда они? Чья память у меня в голове?

– Ничья. Это лишь информация, что пригодится в день турнира.

– Ах вот оно что… но почему лакросс?

– А почему нет? – поморщился Примис. – Этот вид спорта некогда считался олимпийским, а теперь забыт. На пороге грандиозного будущего самое время вспомнить о выдающемся прошлом. Да и потом, действо намечается зрелищное, просмотры обеспечены…

– Просмотры?! – изумлённо повторил я.

– Именно. Впрочем, я тебе ничего не говорил. Изобрази удивление, когда выйдешь на поле, ладно?

– Хорошо…

– А теперь – время отдыха. Андроидам не ведома усталость, но человеческому сознанию нужны перезагрузки.

Примис хлопнул меня по плечу, попутно нажав какую-то кнопку в районе шеи. Я вновь упал на подушку, забывшись неким подобием дрёмы, точно компьютер, перешедший в спящий режим. Не думаю, что мог тогда предсказать, сколько продлится забытие. День? Неделю? Месяц? Быть может, год? Словно безропотная заводная кукла, я ждал, когда рука хозяина провернёт ключик в механизме и я вновь смогу двигаться…

Когда же это случилось, я пришел в себя мгновенно. Первое, о чем подумал – едва знакомая мне девушка Ульяна. Интересно, как она перенесла трансгрессию? Хватило ли ей сил вынести это путешествие, или… «Так, стоп!» – возмутился я – «Откуда вообще эти мысли? Не уж то любовь? Ага, как же! Любовь не способна выжить в мире постапокалипсиса. Ее заботы слишком наивны и закономерно отходят на второй план, когда на повестке дня – физическое выживание… А впрочем, откуда мне знать? Проклятая война не дала мне шанса понять все опытным путём…».

– Бога ради, скажи, что не я одна сейчас проигрываю в голове странные схемы к еще более странной игре! – шутливо взмолилась реплика Киры, застыв на пороге комнаты.

– Не одна. – аккуратно ее сместив, вошел Никита. – Я в мыслях повторяю слова, о значении которых прежде и не догадывался.

– Это лакросс, детки! – улыбнулся Тимур, виртуозно крутанув клюшкой.

Последней явилась Ульяна. Все такая же красивая, с новым оттенком кожи она напоминала викторианскую фарфоровую куклу. Робко улыбнувшись, она опустилась на стул.

– А я не против таких технологий на Земле. Может быть, наконец, выучу испанский, как всегда мечтала… – игриво зажмурившись, произнесла девушка.

– Игроки! Пятиминутная готовность. – объявил Примис по громкой связи.

– Хм. Уже пора выспрашивать, каков план? Или растянем удовольствие? – нервно потирал ладони я.

– Одну секунду. – металлическим эхом донеслось в ответ. – Данные загружаются.

Будто сейсмической волной, наши колени подкосил неведомый импульс. Ощущалось это, как первая сигарета взатяг. Но, стоило помутнению сойти, мы уверенно переглянулись.

– Сверим данные? – на правах капитана начал я. – Играем ограниченным составом. Вратарь Кира, два защитника: Тимур и Никита, полузащитник Ульяна и ваш покорный слуга в роли нападающего, так?

Команда безмолвно закивала, а я продолжил:

– В небе над полем увидим два одинаковых олимпийских символа. Один на нашей стороне, другой на стороне противника… Каждый раз, забивая гол, игрок зажигает кольцо. Победят те, кому первыми удастся «оживить» все пять колец в своей сцепке. Другими словами, играем до пяти очков… Ну что, мы готовы?! – непривычно грозно выпалил я, ощутив прилив боевого азарта.

– Да! – синхронно отозвались мои товарищи.

Уже через пару мгновений мы вышли на игровое поле. Под звуки сирены зажглись софиты. В движение пришли установки с видеокамерами. Зажужжали поднявшиеся в небо беспилотники. Не сговариваясь, словно колония муравьев, мы двинулись вперёд. Каждый занял положенное место.

Стоило нам замереть на позициях, инишиалы маршем двинулись навстречу. Очень скоро их нападающий поравнялся со мной и, будто дикие звери, влекомые одной и той же добычей, мы припали к искусственной траве, над которой парил резиновый мяч размером с куриное яйцо. В его узоре различались очертания материков… Евразия, Африка, Северная Америка, Южная Америка, Австралия и Антарктида. В тот вечер мы боролись за мир. Во всех смыслах.

Время до начала игры тянулось абсурдно долго. Я безотрывно смотрел в глаза противника и, казалось, слышал неровный бой его сердца! Тут же пришлось напомнить себе о том, что в грудной клетке андроида нет ничего кроме плат и микросхем. А потому, игра предстоит беспощадная…

Оглушительный гудок дал старт состязанию. Разум из прошлой жизни сковало замешательство, в то время как новое тело пришло в движение. Я полностью отдался инстинктам. Мяч! Завладеть мячом! Тот, кто сделает это в начале, будет вести до самого конца.

Как и любой спорт, лакросс – не столько противостояние мускулов, сколько битва характеров и интеллектов. Кроме того, принципиальное значение имеет мотивация. Ее, к слову, хватало обеим командам. Одни защищали свой дом. Другие пытались в него проникнуть, спасаясь от внешних бедствий. Кто окажется сильнее? Вопрос удачи. А ещё – тактики…

Первая мысль – внушить инишиалам ложное чувство преимущества. Подарить мяч, сдать его без боя, чтобы успокоить бдительность, а после – обескуражить перехватом и нанести сокрушительный удар. Подобной возможности не выдалось. Ещё до того, как я ослабил давление на клюшку, нападающий соперника силой взял снаряд. Его толчок оказался таким мощным, что я едва удержался на ногах.

Мяч ушёл. Затерялся в бесконечных передачах, за которыми едва поспевал глаз. Бросок, пасс, бросок… трофей, словно пуля, рассек воздух и поразил цель, вопреки стараниям Киры. Первое кольцо противника зажглось холодным синим заревом. Грянули фанфары.

Отрезвляющая пощечина вынудила собраться. Опустить руки с первым пропущенным голом – все равно что упасть до выстрела. «Одно очко ничего не решает…» – убедил себя я, вновь сходясь с лидером соперников. Тот лишь ухмыльнулся, словно услышав мои наивные рассуждения. Я ждал нового сигнала с трепетом. Мой шанс. Моя ответственность. Моя возможность сравнять счёт…

Стик инишиала дёрнулся за миг до сигнала. Без какого-либо сопротивления, он забрал мяч и, пренебрежительно фыркнув, отправил его в сверхзвуковой полёт.

– Нарушение правил! – крикнул я, что было сил.

– Нарушений не зафиксировано. – холодно отозвался безликий рефери. – Игра продол… – новый звуковой сигнал оборвал вещание. Очередной мяч поразил наши ворота. В цепке противника зажглось черное кольцо. 2:0 в пользу пришельцев.

– Может просто сдадитесь и разойдёмся? – крикнула инишиалка, подбросив стик.

– Что будем делать?! – задыхаясь бросила Ульяна.

– Играть по новым правилам. – сипло протянул я. – Никаких правил…

Клюшки вышли на исходную позицию. Склонив головы, мы с капитаном соперников смотрели друг на друга исподлобья. С прошлого раза удалось запомнить, что за миг до сигнала раздаётся едва уловимый щёлок механизма, приводящим в действие сеть динамиков. Услышав его, я с каменным лицом навалился на стик. Как и мой противник.

Рот инишиала открылся, чтобы выдать очередную гадость и моя реакция оказалась мгновенной. Что было сил, я ударил лбом в его нижнюю челюсть. Металлический скрежет и звук заевшего механизма… Враг ослабил хватку и я не преминул этим воспользоваться. Точно бронепоезд, я сбил соперника, преграждавшего путь к воротам и вырвался вперед. Времени прицелиться не оставалось. Пришлось бросать на удачу…

Только увидев, как загорелось первое кольцо в нашей сцепке, я облегченно выдохнул. Следом меня накрыло небывалое ощущение. Сила тысячи воинов напитала мускулы, прогнав усталость. Будто переродившись, я ринулся в бой под оглушительный рёв миллионов землян, что зазвучал в голове. Ещё одно очко в пользу инишиалов не остудило мою прыть. Уже через пару минут я отыгрался, забив новый гол. А после – ещё два. «4:3 в нашу пользу… 4:3 в нашу пользу…» – повторял я как заведённый.

Команда пришельцев пребывала в замешательстве. Начав так уверено, они терпели поражение. По-крайней мере, не могли удержать лидирующих позиций. Окончательно рассвирепев, один из вражеских защитников оставил свою позицию и пошёл в атаку плечом к плечу с нападающим. Оказавшись на нашей стороне поля, двойка разделилась. У всех на глазах один из пришельцев протаранил Ульяну. Ее дубликат рухнул на землю, заискрив. Ослеплённый яростью, я бросился на выручку подруге, выронив клюшку их рук. Подлая тактика инишиалов работала. Но мне было плевать. 4:4.

– Ты – труп! – прошипел я, сжимая механические кулаки.

– Предупреждение землянам. Любая физическая агрессия вне игры приведёт к автоматической победе соперника. – известил голос и я ощутил, как кисти товарищей сжали мои предплечья.

– Лев, не стоит. Сначала мы должны одолеть их на игровом поле… – прошептал Тимур. – Последнее очко. Либо мы, либо они…

Только тогда я понял, что финал близок. Не время поддаваться эмоциям. Не место выяснять отношения. В конце концов, с настоящей Ульяной все хорошо, она крепко спала в лаборатории под присмотром специалистов.

– Покончим с этим! – подал я знак рукой.