Созвездие Весов

– Вера, на корабле безопасно, насколько это можно утверждать об инопланетной посудине, которая непонятно зачем прилетела и непонятно когда улетит.

– Слабое утешение, – усмехнулась Вера.

– Да, слабое, – согласился Алексей. – Но я не могу упустить такой шанс. Я шёл к этому всю жизнь.

Вера молчала, глядя сквозь мужа. Алексей подошёл к жене и обнял её.

– А ты? Если бы решение зависело от тебя. Смогла бы простить себе, что не отпустила меня?

Слёзы брызнули из глаз Веры. Они оба знали ответ.

***

Из иллюминатора транспортного корабля Алексею Байчурину открывался просто ошеломительный вид на земной шар. Внизу проплывали страны, материки и океаны, а сверху не было ничего, кроме бескрайнего космоса.

Он летел туда, куда был открыт доступ только избранным.

Алексей ощутил, как волна восторга захлестнула его с головы до кончиков пальцев. Каждая частичка тела по очереди замирала, чтобы передать это чувство следующей, словно по цепочке. У него перехватило дыхание, к горлу подкатил ком. Алексей не мог поверить в происходящее. Думать о том, что этот благоговейный трепет – всего лишь результат перегрузок, ему не хотелось. Он летел навстречу Мечте.

Транспортный корабль пересёк отметку в четыреста километров над землёй – где-то на этой высоте сейчас облетает планету Международная Космическая Станция. Однако новый экипаж поднимался всё выше, в черноту космоса, где висело неподвижно гигантское космическое судно. Инопланетный корабль так и не отключил маскировку, и лишь габаритные огни – Алексей сам дал им такое обозначение – указывали на место его стоянки. Учёные могли только гадать в общих чертах, как на самом деле он выглядел, но размеры его были поистине огромны: несколько десятков километров в диаметре и почти столько же в высоту.

Алексей оглянулся на коллег. Он летел в составе экипажа из трёх человек, лучших космонавтов по результатам отбора для столь необычного задания. Американец Джош Миллер и австриец Феликс Бауэр сосредоточенно смотрели перед собой, мысленно настраиваясь на предстоящую высадку. Без сомнения, для каждого из участников миссии это было самым ответственным и невероятным событием всей жизни.

Прозвучала команда приготовиться к стыковке. Корабль ощутимо стал терять скорость – они приближались к цели. Вот уже виден в иллюминатор рой небольших военных разведывательных аппаратов, которые кружили около пришельца, словно пчёлы вокруг цветочного куста.

Алексей не мог не согласиться с тем, что техника маскировки у инопланетян поистине заслуживала восхищения. Не зря на Земле была озвучена официальная версия о метеоритном дожде: снизу неопытный наблюдатель вполне мог принять огни корабля за созвездие или поток метеоров. Профессионалов, разумеется, провести не удалось, и любители сенсаций с радостью растиражировали в интернете версию о захвате Земли пришельцами.

Роботы засуетились, приводя в действие открывающие механизмы, и перед космонавтами, словно зев космического чудовища, плавно распахнулся люк инопланетного космического судна. Алексей ожидал увидеть яркий свет, как это обычно показывают в фантастических фильмах. Но в условиях маскировки, когда летающая громадина полностью сливалась со звёздным небом, это больше было похоже на черную дыру или портал в другой мир. Хотя, что это еще могло быть, если не врата в мир иной цивилизации? Пусть даже заглянуть в них получится лишь мельком.

Пережив несколько долгих минут тряски и успешно пристыковавшись, космонавты высадились на борт космического судна. Транспортный корабль отлетел от люка и повернул в сторону Земли.

Стыковочный шлюз внутри ничем особенным не напоминал о своём инопланетном происхождении и больше был похож на обычный земной железнодорожный контейнер. Стены, пол и потолок были обшиты толстым слоем серого металла, а вдоль стыков с лёгким голубым свечением пробегала пунктирами сигнальная дорожка.

– Говорит капитан отряда, Алексей Байчурин. Высадка прошла успешно, мы на борту, – отрапортовал по системе связи Алексей.

– Отлично, – прозвучал в динамиках голос диспетчера. – Напоминаю. До стыковки со следующим транспортным кораблём у вас есть шесть часов. Продвигайтесь дальше по шлюзу до гермодвери. Справа на приборной панели синяя светящаяся кнопка – открыть дверь. В следующем отсеке дождитесь, пока выровняется давление. И держитесь за ручки в стенках отсека – корабль включает гравитацию. Как поняли?

– Вас поняли, – ответил Байчурин.

Экипаж проплыл до конца стыковочного шлюза. Все трое с сожалением дружно согласились, что насладиться реальной невесомостью в этой миссии у них не выйдет. Миллер нажал на кнопку. Тяжёлая гермодверь беззвучно открылась, пропуская космонавтов в промежуточный отсек, а затем закрылась за ними. Зашипели насосы, нагнетая кислород, запищал датчик давления, и вторая дверь щёлкнула затворами. Земляне осторожно шагнули внутрь корабля.

Здесь начинался длинный прямой коридор, ничем не отличающийся от того, что они уже видели ранее. Пунктирная сигнальная дорожка обрывалась в нескольких местах, указывая на боковые ответвления.

Они проверили датчики, встроенные в скафандры.

– Кислород пригоден для дыхания, давление в норме, – сообщил Миллер.

– Интересно, – произнес Бауэр. – Либо корабль сам подстраивает показатели под нас, либо он изначально рассчитан на воспроизведение земных условий для пассажиров.

– Координатор, на связи Байчурин, – проговорил Алексей в микрофон. – Мы внутри корабля.

Из динамиков прозвучал голос диспетчера:

– Идите прямо по коридору в общий зал. Справа и слева от него выходы в жилые отсеки, налево за вами спуск в технические помещения. Справа от вас лифт в командный отсек. Ориентируйтесь согласно плану помещений, встроенному в ваши передатчики. Основная задача: исследовать корабль и разобраться, какова цель его прибытия. Как поняли меня?

– Вас поняли, координатор. Идём в общий отсек, – ответил Алексей.

Они прошли до конца коридора, вышли в общий отсек и замерли, оглядывая помещение. Камеры на скафандрах записывали все, что видели космонавты.

Это был колоссальных размеров светлый зал с потолком высотой с девятиэтажное здание. Четыре овальных иллюминатора занимали собой всю площадь внешней стены отсека, открывая взору потрясающий вид на звёзды. Стены были украшены едва заметными замысловатыми узорами, излучающими мягкий свет. В центре тихо шелестел высокий изящный фонтан, напоминающий по форме диковинный изогнутый цветок, а вокруг него были хаотично разбросаны диваны, похожие на земные пуфы-груши. По периметру отсек опоясывали в несколько ярусов балконы, поддерживаемые резными опорами, пышно увитыми плющевидными растениями. С каждого балкона вглубь корабля вела едва заметная дверь.

– Ничего себе размеры! – присвистнул Миллер.

– Да уж. Хорошо, что коллеги с Эм-Ка-Эс этого не видят, – пошутил Бауэр.

Космонавты неспешно прошли в центр зала, обошли фонтан, оглядываясь и рассматривая архитектуру помещения.

– Кто вообще мог подумать, что когда-нибудь окажется в таком месте? – задумчиво проговорил Байчурин.

Они решили обследовать корабль, начиная с первых этажей. Сначала осмотреть жилые помещения, потом вернуться в коридор, из которого только что вышли. Оттуда подняться в командный отсек и в самом конце спуститься на технический уровень.

В жилом отсеке космонавты сразу определили зал для приема пищи и «кинотеатр». Сбоку к нему примыкал спортивный модуль с панорамными окнами, уставленный различными видами спортивных тренажёров. С каждого балкона десятки дверей вели в длинные коридоры, а оттуда – в сотни пассажирских кают на два, четыре или восемь мест. Везде в глаза бросалась удивительная стерильность, аккуратность оформления и невероятные объёмы помещений.

– Такое впечатление, что корабль рассчитан на перевозку населения какого-нибудь небольшого городка, – поделился с коллегами своими мыслями Бауэр.

– И, похоже, полностью готов к отбытию, – подтвердил Миллер.

На каждом этаже отсека имелась медицинская капсула. Космонавты предположили это, увидев в центре комнат столы, оборудованные приборами, похожими на земные аппараты вентиляции лёгких, датчиками и различными трубками.

Здесь были даже детские игровые комнаты с мягким полом, горками, лестницами и утопленными в пол бассейнами, наполненными материалом, похожим на радужный пух. Стены в этих комнатах были разрисованы яркими картинками с изображением животных с шестью лапами и большими круглыми глазами.

– В общем, здесь всё ясно. Идём в командный отсек, пора разобраться, что к чему, – скомандовал Байчурин.

Они пересекли зал с фонтаном и направились к лифту. Устройство напоминало капсулу, мягко движущуюся по пневматической трубе. Лифт за секунду доставил космонавтов на верхний этаж в командное помещение.

Здесь тоже всё было тихо. В зале горел приглушённый свет. Приборные панели беззвучно мигали белыми, жёлтыми, зелёными и голубыми огоньками. Мониторы чернели безжизненными пятнами на фоне этого весёлого разноцветья.

Космонавты обошли комнату, вглядываясь в датчики и схемы. Они отметили, что в командном отсеке не было ни кнопок, ни сенсорных панелей, ни даже кресел для пилотов. Ничего, что хотя бы отдалённо напоминало привычные средства управления кораблём.

– Возможно, всё управляется автопилотом либо удалённо, – предположил Миллер. – Странно, что ручной контроль здесь не предусмотрен. Хотя, с такими технологиями всё возможно.

– Может быть, есть ручное управление из технического отсека, – ответил Байчурин.

– Не поверю, что здесь нет ничего, что помогло бы нам выяснить, зачем они сюда прилетели, – возразил Миллер.

– Согласен, – отозвался из другого конца помещения Бауэр, – продолжаем искать, парни. Что-нибудь, что разблокирует панель управления. Только аккуратно, не взорвите эту штуку.

– А улететь к марсианам не боишься, значит? – насмешливо отозвался Миллер.

Космонавты хохотнули и вновь разбрелись по командной рубке. Феликс Бауэр остановился у одной из стен, рассматривая два расположенных друг над другом монитора. В углу одного из них он давно заприметил ряд объёмных символов, похожих на шрифт Брайля. Оглянулся на коллег. Те ходили вдоль панелей с мигающими лампочками, погрузившись в свои мысли. Феликс протянул руку в перчатке и прикоснулся к одному из символов. Ничего. Помедлил в нерешительности, а затем снял перчатку и снова осторожно дотронулся до символа.

Вдруг загорелся яркий свет. Тут же загудели сильнее датчики и запищали, включаясь, экраны. Из люков в потолке опустились на длинных кронштейнах кресла и с громким щелчком зафиксировались напротив приборных панелей.

Байчурин и Миллер от неожиданности пригнулись и моментально развернулись, выхватывая оружие. Поняв, что опасности нет, огляделись, увидели растерянного Бауэра без одной перчатки и разразились ругательствами.

– Феликс, твою мать! Кто разрешил снимать скафандр? – Байчурин одним прыжком оказался рядом с Бауэром. – Обработать дезинфицирующим раствором, быстро! И перчатку обратно на руку!

Он помог обработать ему кисть, а затем надеть скафандр. Тем временем Миллер уже сел в одно из кресел и теперь рассматривал символы на его подлокотниках. Некоторые из них были нанесены отдельно и подсвечивались синим и зелёным светом.

– В скафандре сложновато оценить, но, по-моему, вполне удобное кресло, – улыбнулся он коллегам, попрыгав на месте. – Здесь ещё кнопки. На наши перчатки они не реагируют, хотя мне очень хочется попробовать нажать вот этот символ.

– Давай попробуем герметиком, может, сработает, – предложил Байчурин.

Он распылил на указательный палец своей перчатки герметизирующий спрей, подождал немного и прикоснулся им к зелёному символу на подлокотнике кресла.

Напротив засветился монитор. Три испуганные пары глаз с жадностью одновременно впились в экран. Там, на голубом фоне на них смотрела огромными чёрными миндалевидными глазами голова инопланетянина.

Сердца землян ушли в пятки, моментально забылось всё на свете. Миллер вжался глубже в кресло, стиснув пальцами подлокотники до побеления костяшек. Бауэр и Байчурин схватились за оружие и замерли, не сводя глаз с монитора.

Им показалось, или голова и вправду сама с не меньшим удивлением разглядывала космонавтов? Инопланетянин что-то проговорил на своём языке и, судя по всему, подождал ответа. Люди не издали ни звука. Он снова что-то произнёс, помолчал, затем повернул голову в сторону и что-то нажал у себя на пульте.

Из динамиков послышались звуки, похожие на то, как настраивают радио на нужную волну. Затем инопланетянин спросил что-то на арабском языке и притих, выжидая. Космонавты переглянулись, их лица выражали удивление и полнейшее недоумение. К тому же, никто из них не понимал арабский. Снова прозвучал вопрос, на этот раз на китайском. Молчание, и через мгновение люди услышали:

– Вы меня понимаете?

– Да, – немного помедлив, ответил капитан отряда.

– Я очень рад, – произнес инопланетянин. – Ну что ж. Добро пожаловать на корабль, земляне. Уверен, у вас много вопросов ко мне. Готов ответить на все.

– Кто вы? – спросил Байчурин.

– Выражаясь вашим языком, я представляю гуманоидную расу, – глядя немигающими глазами, ответил инопланетянин. – Наша планета находится на расстоянии двадцати световых лет от Земли, в созвездии Весов.

– Зачем вы прилетели на Землю?

– А вот здесь уже несколькими предложениями не обойдёшься, – в голосе из динамиков, кажется, послышалась горечь. – Присядьте. И опустите оружие, оно вам не понадобится.

Два соседних кресла подъехали к месту, где стояли космонавты, приглашая занять их. Байчурин и Бауэр сели, всё так же не сводя глаз с монитора и не подумав убрать оружие.

– Начну с того, что мы несказанно счастливы обнаружить, что ваше развитие достигло того уровня возможностей, чтобы суметь проникнуть в наш корабль. Честно говоря, мы опасались агрессии с вашей стороны. Поэтому, когда вы прислали свои летательные аппараты, мы приняли решение выйти за пределы земной атмосферы. Насколько нам было известно, ваши корабли обычно не летают на такую высоту.

Космонавты еле слышно хмыкнули.

– Кто управляет кораблём? – задал вопрос Байчурин.

– Наш звездолёт управляется дистанционно. Вдоль всего пути до вашей планеты раскинута сеть спутников для связи с искусственным интеллектом судна. Поэтому сигнал приходит с небольшим опозданием. Хотя, вероятно, вы этого не заметили. Все системы на звездолёте полностью автономны. По большей части, он управляется автопилотом, но в экстренных случаях нам приходится брать на себя контроль удалённо.

– Присутствует ли кто-то ещё на корабле, кроме нас?

– Нет.

– С какой целью вы посетили нашу планету и почему не улетели до сих пор? Чего вы ждёте? – последовал новый вопрос капитана.

– Мы прилетели узнать, достаточно ли вы шагнули в своем развитии как вид. Мы готовы предложить вам выгодный обмен. Для этого нам нужно поговорить с вашими лидерами.

– Вы можете говорить с нами. Мы уполномочены действовать от лица Организации Объединенных Наций. Всё, что здесь происходит, записывается и будет передано на Землю, – Байчурин кивнул на камеру на скафандре. – Можете быть уверены в этом.

Инопланетянин помолчал, затем заговорил:

– Хорошо. Итак, насколько мы можем судить, вы уже знакомы с понятием «виртуальная реальность»? Сначала наша цивилизация использовала это величайшее изобретение так же, как вы: для обучения, а ещё для возможности ощутить себя в местах, до которых не осуществимо добраться физически. Используя симуляторы для тренировки специалистов в различных сферах деятельности, мы получали гениальных учёных, блестящих профессионалов в своём деле. Это позволило нашим технологиям развиться до невероятных высот. Мы строили роботов, совершенствовали искусственный разум, запускали в космос звездолёты.

– Постепенно машины вытеснили ручной труд, – продолжал он, – а искусственный интеллект полностью заменил собой гениальные умы. Мы столкнулись с парадоксом, когда обществу стали не нужны живые индивидуумы. От скуки мы начали всё больше уходить из настоящей реальности в виртуальную. Вместо того чтобы изучать многообразие планет в нашей Вселенной, мы застряли в придуманных мирах, где общались, работали, путешествовали, создавали семьи и даже рожали детей. Больше не было комплексов, не было недовольства жизнью. Мы оказались вольны делать что угодно, понимая, что это всего лишь виртуальная реальность. Мы могли менять внешность столько раз, сколько хотели. Мы получили такую желанную вечную молодость! Зачем нужна пластическая хирургия, если достаточно просто выбрать нужного персонажа – и вот ты уже совершенно другая личность?

Космонавты сидели неподвижно, внимательно слушая инопланетянина. Лица их выражали абсолютную серьёзность и сосредоточенность.

– Кстати, образ, который вы видите на экране, тоже всего лишь аватар, – вдруг добавил инопланетянин. – Сейчас я переключу изображение на свой реальный облик.

Экран на мгновение потух, а затем на нём появилось лицо старика. Абсолютно привычное человеческое лицо мужчины лет восьмидесяти, усеянное лёгкими морщинками в уголках тёмных глаз.

Космонавты уставились на старика, не скрывая удивления, чуть слышно что-то промычав себе под нос. Мужчина на экране улыбнулся и сказал:

– Да, мы такие же люди, как и вы. Но, в отличие от вас, мы забыли, как может двигаться наше тело, забыли вкус настоящей пищи, ощущение объятий родных людей. Пока мы лежали, обездвиженные, подключённые к аппарату виртуальной реальности, в настоящем мире наши потребности обслуживали роботы. Медицина тоже шагнула далеко вперёд. Мы стали жить до двух сотен лет, если судить по вашим земным срокам. Но, к сожалению, у такого образа жизни оказался свой недостаток: спустя всего несколько веков выяснилось, что мы утратили способность к репродукции.

Инопланетянин вздохнул и замолчал.

– Если вы такие же, как мы, разве у вас нет технологий искусственного оплодотворения? – удивился Бауэр.

– Всё это было, конечно же, – уныло ответил мужчина. – Но кто будет задумываться о реальных детях, если ты живёшь в виртуальном мире? Кому нужно годами заботиться, растить, воспитывать, если в искусственном мире можно в одно мгновение стать многодетной матерью, а в следующее уже наслаждаться жизнью в новом облике и без каких-либо обременений?

Он задумался, вспоминая.

– Поначалу законодательно запрещалось реальным родителям слишком погружаться в виртуальную жизнь. Но со временем и сами законы были перенесены в виртуальный мир, а потом и вовсе переписаны. И теперь мы доживаем свой век, забыв, как это – жить настоящей жизнью. Вот уже несколько поколений у нас не рождаются дети. Мы – последние, кто ещё может что-то сделать перед тем, как наша цивилизация окончательно исчезнет.

Наступила тишина. Космонавты обдумывали услышанное. Инопланетянин тоже молчал, погрузившись в свои мысли.

– И что же вы хотите от нас? – нарушил тишину Байчурин.

– Мы предлагаем вам справедливый обмен. Мы вам даём все технологии, которые у нас есть на сегодняшний день. А вы отправляете на этом корабле две с половиной тысячи молодых человек, готовых рискнуть провести двадцать лет в космосе, чтобы заселить нашу планету. Возможно, вы назовёте это колонизацией, но мы видим в этом шанс не дать погибнуть под пылью и песками всему тому, что мы столько тысячелетий достигали ценой тяжёлого труда наших предков и их веры в прекрасное будущее.

Земляне молчали.

– Подумайте над этим, – продолжил инопланетянин. – Корабль полностью оснащён всем необходимым для полёта. От вас мы ждём лишь осмысления ситуации и готовности к самой большой авантюре за весь период существования человечества.

– Это так быстро не решается, вы ведь понимаете? – ответил Байчурин. – Человечеству нужно время.