Не напрягая мозг

– Подожди, я не понял, – он подошел к ней вплотную и взглянул в ее глаза. – Ты сомневаешься во мне?

– Я просто… – она робко прижалась своей головой к его груди. – Переживала за тебя и подумала, что с тобой что-то случилось.

– Брось плакать, – он обнял ее. – Ничего со мной не могло и не может случиться. Просто искал работу. За кредит все-таки придется платить. Ну, так они мне сказали.

– Ну и как, ты нашел?

– Нет, пока в башку ничего не приходит. Но ты не переживай, я что-нибудь придумаю. Это я тебе обещаю.

– Ты есть будешь?

– Извини, сильно устал. Давай позже.

Он прошел в комнату и прилег. Потом снова прокручивал всю информацию, которую ему сообщил этот Виталий. Мысли в голову не лезли, сон, кстати, тоже. Верить всему, что рассказал ему Виталий, Дима не собирался. Много фальши, особенно в том месте, что по истечении тридцати дней его отпустят на все четыре стороны. Одно было правдой – ему вкололи что-то, и теперь придется с этим некоторое время жить.

Незаметно для себя он просто уснул, так и не решив, что делать дальше.

На следующий день он проснулся раньше обычного. Чтобы не будить дочку с женой, он тихонько прошел на кухню и, стараясь сильно не греметь посудой, очень хорошо позавтракал, чему сильно удивился. Никогда так он не ел по утрам, старался обходиться обычным чаем. Аппетит приходил к нему ближе к обеду, а тут хоть целого слона подавай. Закончив с пиршеством, он позвонил своему другу. Продолжительность гудков была довольно долгой. Дмитрий просто забыл, что часы показывали шесть утра. Хотел было бросить и позвонить позже, а потом передумал, что сделано, то сделано. Друг все-таки ему ответил.

– Алло!? – голос издавал звуки хрипа, а может и храпа. – Кто это?

– Здорово, Лобзик, это я.

– Слышь ты, Димон, ты понимаешь, сколько сейчас время? – слова теперь звучали лучше. – И потом, я тебе не Лобзик!

– А, извини, я забыл, что прогресс ушел далеко вперед. Ты теперь «Электролобзик».

Дело в том, что они вместе учились в одном классе. И как обычно на уроках труда учитель выдавал каждому в руки по лобзику. Тогда, еще в начале девяностых это был обычный ручной инструмент. Ученики с серьезным видом выпиливали из фанеры замысловатые детали.

Но у его друга на каждом занятии это получалось лучше всех. Учитель хвалили его перед всеми каждый раз на очередном уроке. Всем другим, естественно, было обидно. И в отместку так его и прозвали «Лобзиком», хотя Лобзик всегда был другом для Димки. Теперь прошло тридцать лет, но их дружба не угасла.

– Ты сейчас издеваешься надо мной? – Лобзик окончательно проснулся.

– Ладно, извини Витек, – Дмитрий перестал язвить. – Сам знаешь, что мы всегда были и остаемся друзьями, надеюсь, что это так. Прости, решил вспомнить наши школьные годы.

– А ты зачем мне звонишь в такую рань? – голос Витька стал на много мягче. – У тебя что-то случилось?

– Есть такая проблема.

– Тогда говори, я слушаю.

– Со мной произошло кое-что, но это не телефонный разговор, поэтому нам нужно встретиться. Короче, я сейчас к тебе подъеду. У тебя будет время?

– Через сколько тебя ждать?

– Давай через… – Дмитрий взглянул на часы. – Примерно через сорок минут я буду у тебя.

– Все, я тебя жду.

На этом их разговор закончился. Дима прошел в комнату и, удостоверившись, что сон его жены и дочки не потревожен, вышел на улицу.

Машины у него своей не было, так как пришлось ее продать в пользу ипотеки, конечно. Эта капля в море не внесла в бюджет семьи определенных изменений, но все же, ежемесячный платеж слегка изменился. Теперь Дмитрий шел пешком на автобусную остановку. Подойдя к месту и прождавши некоторое время, он сел в автобус и поехал.

Витек проживал в обычной пятиэтажке на четвертом этаже. Дмитрий нажал на кнопку звонка. Послышались шаги за дверью, повернулся ключ в замке, дверь открылась, и на пороге вырос Витек.

– Заходи.

Дмитрий зашел в квартиру и тихонько закрыл за собой дверь. Стоя в прихожей, они уставились друг на друга и молчали.

– Ты что так тихо ходишь? – спроси Витек. – За тобой как будто следят.

– Просто подумал…

– Что подумал?

– Может ты не один, – Дима перешел на шепот. – Я в комнату не пойду, давай останемся здесь, и я тебе все объясню.

– Ты же знаешь, что я давно развелся. Кто здесь может находиться кроме меня одного?

– Я знаю, что ты развелся. Просто…, ну, мало ли.

– Мало ли – это как? – Витек изумленными глазами смотрел на Диму.

– Короче, сейчас ты один?

– Да! Пойдем на кухню.

Дмитрий пошел за Витькой, и сделал для себя вывод в своем мозгу, что Лобзик по ходу еще не проснулся.

Витек усадил друга за кухонный стол, а сам подошел к холодильнику и достал оттуда тарелку, в которой лежали уже нарезанные ломтики колбасы.

– Кстати, Димон, ты водку будешь?

– Давай налей немного, в принципе не откажусь.

Он поставил на стол охлажденную бутылку водки, которая была наполовину пустой.

– Извини Димка, но из закуски у меня вот только это…, – усаживаясь на стул, он поставил тарелку на стол. – Сам понимаешь, ведь я холостой.

– Все нормально, наливай.

После двух рюмок водки Витек откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и закурил. Выпуская струю дыма в потолок, он спросил:

– Как Танька? Дочка?

– Хорошо.

– Это самое главное, – он стряхнул пепел с сигареты. – А теперь рассказывай! Что произошло с тобой?

Дмитрий помолчал некоторое время, а потом рассказал ему с самого начала, все как было. Все, что с ним произошло в банке, как ему вкололи что-то и закончил случаем на скамейке в парке. Витек засмеялся и спросил:

– Димон, ты вообще нормальный? Несешь всякую ерунду, видно вчера ты сильно набухался, да так, что глюк поймал. Тебе нужен психиатр, а для начала похмелиться.

– Похмелье Витек нужно тебе. Я вижу, что рожа твоя не один день в запое. А то, о чем я тебе поведал – истинная правда, и ты об этом узнаешь первый. И знаешь почему?

– Почему?

– Потому что тебя скоро завалят. Он меня предупредил, чтобы об этом никто не знал. Ты, видимо, меня слушал не внимательно.

Улыбка на лице Витька стала постепенно принимать вид человека, который хочет повеситься. Дмитрий увидел, что до его друга начало доходить и сказал:

– Нет, Витя, ты самое главное не волнуйся. Не думай, что тем самым я тебя решил так сильно подставить. Никто тебя не тронет, и даже если они решат это проверить, то я просто скажу, что у меня есть друг и мы решили встретиться и просто выпить. Ты сам теперь об этом не болтай и все будет хорошо. И если к тебе кто-то пожалует в гости, ты так и скажешь: «Сидели просто вот за этим столом и пили».

– А зачем было мне вообще об этом рассказывать? Для чего? Чтобы создать угрозу для моей жизни? Спасибо тебе друг.

– А у кого еще мне спросить совета? Может у своей жены или дочки? – Дмитрий закурил сигарету, и в воздухе повисла пауза, но потом продолжил. – Поэтому я обратился к своему другу. В конце концов, ты профи по ремонту электронной техники. Думал, ты знаешь об этом, или где-то слышал.

– Нет, я первый раз узнаю об этом от тебя. Конечно, новые технологии разрабатываются, но чтобы такое. Мне кажется это невозможно. Хотя подожди, кое-что я могу проверить.

Витек быстро вышел из кухни и направился в другую комнату.

– Ты куда? – крикнул ему в след Дима.

– Я сейчас.

Через минуту он зашел обратно на кухню. В руке он держал какой-то предмет.

– Что это? – спросил Дима.

– Это сканер.

– Зачем он тебе?

– Я тут подумал, если то, что ты мне говоришь, правда, то, несомненно, они должны как-то следить за твоим перемещением. Витек подошел вплотную к Диме и поднес прибор к его голове. Очертив несколько кругов, продолжал скользить сканером вокруг его тела, спускаясь все ниже. В районе пятой точке он остановился.

– Опа! Так я и думал.

– Ты что делаешь идиот? – недоумевал Дима.

– Короче, в тебе микрочип.

– Микрочип? И где он находиться?

– У тебя в заднице.

– Где?

– Ну, не прям в самой заднице, а в том месте, куда обычно врачи прицеливаются шприцом.

– И что теперь делать?

– Снимай штаны.

– Что?

– Будем вытаскивать эту дрянь, или ты хочешь оставаться чипированным? Значит так, иди в комнату и ложись на диван. А я пока приготовлю нож и… – он взял со стола бутылку водки и посмотрел на объем содержимого, – эту водку. Этого должно хватить.

– Я не понял, ты что, хочешь ножом вытащить из меня этот чип?

– Конечно, а как еще?

– А водка – это вроде как обезболивающее для меня?

– Нет, это обеззараживающее.

Дмитрий прошел в комнату и лег на диван животом вниз. Оголил задницу и стал ждать. Вскоре зашел Витек. Поставил на стол бутылку с остатками водки, рядом положил нож, пинцет и вату с лейкопластырем. Затем водкой обильно облил лезвие ножа. Также ею обработал место, где находился чип. Потом взял в руки нож и подошел к Дмитрию.

– Ну что, ты готов?

– А ты раньше делал операции?

– Никогда, это у меня впервые.

– Ты меня успокоил.

– Тогда приступим.

Вначале он сделал надрез в том месте, где находился чип. Дмитрий слегка вздрогнул.

– Терпи! – произнес Витек.

Сжимая зубы, Дмитрий простонал.

– Я тебя прибью Лобзик.

– Еще раз повторяю, я не Лобзик. Меня зовут Виктор Степанович. Тебе это ясно?

Затем, отложив нож в сторону, Витек взял пинцет и протер его ватой, пропитанной водкой. Двумя пальцами он раздвинул разрез и пинцетом проник в рану. Уцепившись за чип, вытащил его наружу. Потом подошел к окну и на свету стал разглядывать маленький предмет, зажатый в пинцете. Размером он был не больше рисового зерна. Убедившись в этом, он подошел к столу и аккуратно положил пинцет с чипом. После этого обработал Дмитрию рану, наложил вату и заклеил лейкопластырем.

– Все Димка, одевайся.

– Ты его вытащил?

– Да. Только одно не пойму, зачем нужно было прятать чип в пятую точку, если по идее он должен быть на правой или на левой руке.

Дмитрий в это время стоял возле стола и разглядывал чип.

– Потому что я бы это заметил.