Помоги проекту - поделись книгой:
Дмитрий Соколов
Страна сбывающихся надежд
Доктор IPSOberoi является одной из лучших заменителей коленного сустава, замены тазобедренного сустава и артроскопического хирурга в Индии, специализирующейся на всех артроскопических и совместных операциях по замене. Проделал большую замену 7000 с коэффициентами успеха 97%. Один из немногих хирургов, которые были обучены делать артроскопическую операцию для лабральной слезы бедра.
https://www.vaidam.com/ru/best-orthopedic-surgeons-in-india
Куала Лумпур – Дели
-1-
16.07 ICT (UTC+7) 05/10/18
Однажды по любезному приглашению сети индийских клиник «Морсби Лимитед» я посетил их очередное мероприятие – международную ортопедическую конференцию по эндопротезированию суставов "Orthoworld". Конференция состоялась 7 и 8 октября 2018 года в г. Чандигар. Это случилось благодаря активности моего коллеги и друга, д-ра Савитара Рананда, сеньор-хирурга «Морсби», с которым мы давно и плодотворно сотрудничали на ниве артропластики, или, по-русски, эндопротезирования (замены) суставов.
Я ни разу не был в Индии, поэтому с энтузиазмом ухватился за возможность побывать. Причём, не в Гоа (Гоа по аналогии с камбоджийским Сиануквилем я представлял себе достаточно хорошо), куда все едут «на море» – а в глубинке, где «риал Индия». К тому же, город Чандигар находился на 34-м градусе северной широты, что сулило мне, прежде всего, необычные климатические ощущения после 4 лет пребывания на 11-м её градусе – при стабильно minimum +28+30 по ночам, днём по 34-38 и среднегодовой влажности 93%.
Я тогда жил и работал ортопедистом в Королевстве Камбоджа, в Пном Пене или «Пне», «Пеньке»… (как русские его называют), в международном госпитале «Ах Куонг». И давно уже нигде не был, то есть, не летал уже полтора года, поэтому был рад и возможности снова ощутить себя на 10 тысячах метров при при скорости 900 км/час.
Камбоджа сравнительно труднодоступна, в смысле авиаперелётов. Хоть наш столичный аэропорт Почентонг не так давно капитально перестроили, превратив в полноценный международный, рейсы в него и из него есть только в относительно близлежащие города – Сингапур, Куала-Лумпур, Сеул, Ханой, Гуанчжоу, Тайбэй и т.п. Из Москвы и других российских городов прямых рейсов в Камбоджу нет – летал поначалу «Боинг 777» с остановкой в Сайгоне (Хошимине), но потом его отменили. Теперь, летя в столицу Королевства Камбоджа из Москвы, сперва вы долетаете только до Ханоя. Потом пересадка в «Боинг-737», а он уже летит по «тропе Хо Ши Мина» – сперва до Вьентьяна (Лаос), а уж оттуда до Пном Пеня, и дальше в Сайгон (Хошимин).
В этом смысле Таиланд и Вьетнам более «продвинуты» – из их огромных аэропортов осуществляются беспересадочные рейсы почти во все крупные аэропорты Азии, Африки, Европы и США. А наша Камбоджа традиционно располагается на задворках цивилизации… даже роман-боевик я когда-то читал под названием «Ад находится в Камбодже»…
Итак, чтобы попасть отсюда, из «ада», в Индию, мне сперва придётся добраться из Пня до Куала-Лумпура, (где находился ближайший к Камбодже авиахаб), рейсом компании "Angkor air", там пересесть в самолет компании "Mаlindo air", и через 5 часов полета совершить посадку в аэропорту г. Дели! А там совершить пересадку на рейс авиакомпании “Vistara" и им уже долететь до г. Чандигар – пойнта моей дестинации в этом трипе…
Как я уже сказал, все расходы по моей поездке любезно взяла на себя Сеть клиник «Морсби» – оплату авиабилетов туда и обратно эконом-классом и проживание в отеле. Кормёжка за свой счёт, но завтрак включён в оплату отеля, к тому же должен был состояться торжественный обед по окончании первого дня конференции, плюс к тому – бесплатный «шведский стол» для участников с 12 до 13, оба рабочих дня.
Очень приличные условия!
К тому же, в одном из писем Савитар Рананда написал, что ожидается русская делегация – 5 или 7 ортопедистов – эндопротезистов из Москвы,Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Хабаровска и Владивостока!
За визу, правда, пришлось платить в Посольстве Индии на 214-й улице. Это удовольствие обошлось мне в 43 доллара США. Очень обидно стало пробыть только 3 дня в Индии, когда виза выдана на целый месяц.... Поэтому я заранее обговорил с Жаном – CEO, главным исполнительным офицером госпиталя «Ах Куонг» (это должность такая, вроде начмеда в России), что, если мне уж очень там понравится, то я смогу задержаться.
– Не знаю, в Индии я не был ни разу, – сказал мне тогда Жан. – По идее, месяца на неё мало – это не Камбоджа… где есть только Сиануквиль – «жемчужина у моря», храмовый комплекс Анкгор… ну и сам Пном Пень – центр, Риверсвайд с его злачными переулками и бар-гёрлз, а больше и смотреть тут нечего. За неделю, ну, за две всё это объездишь и тошнить от тоски начнёт. А Индия, zyablikov… это субконтинент! На Индию тебе и года мало будет.
zyablikov – это я.
– Да понимаю, Жан. Я и не собираюсь там особо напрягаться. В отпуске просто я давно не был!
– Ты же не просишься! Отпущу в любое время на сколько хочешь…
– А когда было проситься-то? – усмехнулся zyablikov (я). – Ортопедист – профессия востребованная. И поток пациентов сейчас стабильный, оперирую каждую неделю. А только стоит уехать мне в Россию на неделю, как всё – поток прервался. Все больные мигом разбежались по другим клиникам. Возвращаешься вот так в Пень и месяц тут лапу сосёшь – нет пациентов, нет зарплаты. Но теперь всё, Жан, раз еду в Индию – спасибо Савитару Рананде, сделал мне приглашение – то там и зависну!
СЕО вздохнул, подперев голову ладонью, внимательно взглянул на меня.
– Поезжай, zyablikov. C тревогой я слежу, как ты пьёшь один по вечерам у себя в комнатах.
– Да ладно, Жан – что я там пью? – искренне обиделся я. – Нормально я пью, свои стандартные 0.7 за вечер…
– И куришь… думаешь, не чую, как из твоих окон «укроп» столбом валит? Ты совсем уже деградировал тут мне! – рявкнул СЕО. – Не потерплю!
– Ну, Жан, это только, чтобы спать крепче… – встревожился я. – Пара затяжек перед сном никому не навредила. Все же курят! Работаю, справляюсь, оперирую… что тебе ещё надо?
– Короче, zyablikov! Не могу я больше закрывать глаза на твою депрессию от переработки и однообразия! – Жан хлопнул по столу ладонью, встал, крупно заходил по кабинету взад-вперёд. – Деньги, это, конечно, хорошо, но здоровье важнее – особенно здесь, в тропиках! Ну, что с тобой происходит, zyablikov? – остановился он прямо передо мной, взглянул мне в глаза. – Раньше ты хоть на велике колесил по Пном Пню и окрестностям, в “Dream” ездил по четвергам… а теперь всё сиднем сидишь дома, на вилле, все вечера и воскресенья…
– Да неохота никуда, всё мне здесь надоело.
– О чём и речь! Нельзя одной работой жить. Тут психика у
– Туда, кстати, и русские должны приехать!
– Ну, это ты напьёшься с ними там, zyablikov… – безнадёжно ответил СЕО. – Знаю я, как русские хирурги пьют. Пусти козла в огород…
– Разок только если! – клятвенно заверил я. – Ты же меня знаешь, Жан. Я никогда не пьянею…
– И не теряй потом время, zyablikov, не мотайся там по храмам да пещерам – едь сразу в Гоа. Правда, кто был там, говорят, что наш Сиануквиль лучше…
– Всё-таки Гоа, Жан? – хмыкнул я. – А что, в самом деле… Море, пальмы и песок… что ещё надо пожилому человеку, чтобы отсрочить старость? Ленин вот не ездил к морю и умер – как раз в моём возрасте…
Мне недавно стукнуло 54.
– Ну вот, отдохни там, как следует и возвращайся без депрессии, полный сил… ты мне здесь здоровым и без вредных привычек нужен, zyablikov… машину за тобой прислать, или на такси в аэропорт поедешь?
«Хрена лысого я попрусь в это Гоа один! – думал я про себя, выходя от CEO. – Тоже мне, отдых в одно рыло… лучше уж не ехать никуда, работать. Поеду только с девушкой. Найду себе индийку-эскорт в Чандигаре, или в Дели, в крайнем случае – и только с ней поеду…»
Мысль эта необыкновенно меня окрылила. Даже представилась эта индийка – 22 года, изобильная, полноватая, но не толстая, с огромными чёрными глазами, большой грудью и широкими бёдрами. Конечно, Индия – не Вьетнам и не Камбоджа, где я ездил на море с девушками… но и здесь, в ЮВА – вот просто так, за здорово живёшь, не найдёшь под ногами согласную поехать с тобой к морю. Разумеется, за деньги – minimum 100 долларов в день, плюс расходы по её содержанию. Но далеко не каждая согласится. Надо знать места… Девушку себе, как сказал бы герой фильма «Берегись автомобиля», здесь «надо изыскивать».
До сих пор я изыскивал их успешно.
Насколько я представлял себе Индию, читая форумы туристов и экспатов, там с этим делом было намного сложнее, в силу религиозных и национальных особенностей этой древней и великой страны… Если на вьетнамских и камбоджийских форумах ещё попадались темы о «морковках» или, пренебрежительнее – «моркве», то на индийских ничего подобного мне не встретилось. Кажется, для секс-туризма это была весьма неподходящая страна. Но потом я просто посмотрел статистику – в Индии проживает 650 000 000 миллионов женщин!!!
Это в несколько раз больше всего населения России, не говоря уже у Вьетнаме и, в особенности, Камбодже…
«Не может быть, чтобы из этих 650 000 000 миллионов не нашлось симпатичной девушки, которая согласится… тем более, не бесплатно же…», – сразу согрелся я утешительной мыслью.
Таким образом, я ехал на международную конференцию с тлеющим угольком надежды в измученной душе.
Перспектива встречи с соотечественниками меня тоже приятно будоражила. Конечно, у нас в Камбодже большая русская диаспора, но с ней я общался мало – каждый русский в перспективе мог попасть ко мне в качестве больного (напомню, по специальности zyablikov – ортопед-травматолог с 30-летним стажем)… тем более – платно, ибо «Ах Куонг» – частный госпиталь… и любое «вась-вась» с соотечественниками могло мигом обернуться «а можно по полису ОМС» или «вы же давали Клятву Гиппократа»… и очень сильно осложнить мой бизнес… так что специфика работы не позволяла мне сливаться с массами.
Это, кстати, было одной из причин, почему я просиживал дома вечера и воскресенья (суббота у нас была рабочая).
А с коллегами можно было, не таясь, расслабиться! И, как сейчас говорят, «зажечь не по-детски»… и где – в Индии! к тому же, узнать, какая сейчас ситуация в Стране Огромной в частности, в медицине!
Со времени моего последнего посещения России прошло уже полтора года.
Итак, моя поездка в Индию грозила начаться многообещающе!
И я должен сделать всё, чтобы она многообещающе и закончилась…
–
-2-
Итак, рано утром 5 октября 2018 года я сел в госпитальную машину, которую заботливо прислал за мной Жан, и поехал в аэропорт «Почентонг». Со мной был жёсткий чемодан с цифровым замком, двумя ручками и колёсами – он, как нельзя лучше подходил для того, чтобы возить в нём мои выходные костюмы. Ортопедическая конференция носила статус международной, поэтому не хотелось ударить в грязь лицом не только перед соотечественниками, но и перед коллегами из Индии и других стран! Помимо костюмов, с дальним прицелом я уложил пляжные шорты, шлёпанцы и прочее тропическое одеяние – моё решение после конференции поехать в Гоа (как только найду девушку) крепло с каждой минутой.
По своему обыкновению, я все пять часов полёта пил виски марки "Jim Beam". Плоскарь 0.5 этого волшебного напитка, неизменного моего спутника в длительных перелётах, я дальновидно (?) купил в «Дьюти-фри» аэропорта Пном Пня. Выпив там за успешную поездку в баре четыре шота и закусив их волшебно прожареной мраморной говядиной со стручками фасоли, я пошёл на посадку. Первый мой перелёт – из Камбоджи в Малайзию – занял всего 2 часа на каком-то мелком джете класса «кукурузник» – диаметром всего 4 кресла, по два на каждый ряд, поэтому я не стал нарушать целостность фирменного пакета с дьюти-фри запечаткой, предвкушая более длительный перелёт из Малайзии в Индию.
Почему же «дальновидно»? В огромном международном аэропорту Куала-Лумпура (+1 час к времени в Пном Пне) спиртное вообще не «отпускали»! во всяком случае, я не нашёл… в глаза нигде не бросилось, хотя магазинчики «Дьюти-фри» постоянно попадались мне на глаза, пока я искал свои ворота на Дели. Межрейсовая стыковка была слишком короткой, чтобы как следует порыскать по авиахабу, да и шансов, я чувствовал, нет. Малайзия, в отличие от Камбоджи – строго мусульманская страна… а их там просто «колбасит» от соседства с зелёным змием.
Я купил только две бутылки «Севн Апа», чтобы в полёте запивать виски содовой – как того требует Устав…
Но просчитался, ибо при посадке в самолёт состоялся «шмон», проводимый бдительными малайскими пограничницами в берцах, длинных юбках, кителях с погонами и строгих чёрных платках, которые максимально закрывали личико. Впрочем, личики у пограничниц были как раз такими, что их лучше максимально закрыть. Зато кобуры на поясах с воронёными рукоятками выглядели очень внушительно, а две из них вообще были с автоматическими винтовками М16. Угрюмое выражение личик не оставляло сомнения, что полоснут длинной очередью не задумываясь. На мой плоскарь «Джим Бима», упакованный в дьюти-фри пакет, запечатанный по всем правилам, они пошипели, но нехотя пропустили, зато бутылочки с содовой безжалостно изъяли, овчарки.
Пронос напитков в самолёт не допускался!
А выпить уже хотелось адски, но как пить виски без содовой? Как говорил М.С. Горбачёв, «Я вам тут что?!» Я вам не алкаш подзаборный, чёрт побери, я – доктор, ортопед, хирург, лечу на международную конференцию по эндопротезированию суставов! Оставалось рассчитывать на снисходительность стюардесс авиакомпании "Mаlindo". Если бы я летел бизнес-классом, то не беспокоился бы ни грамма – там любая прихоть авиапассажира мгновенно исполняется… но, поскольку за дорогу платила «Морсби Лимитед», лететь пришлось в «эконом».
Впрочем, чего пенять – как травматолог-ортопед, я занимался всем, кроме эндопротезирования суставов и был, получается, просто рядовым участником, не докладчиком.
Сев в самолёт, пусть в эконом-класс, своё пить можно без ограничений – это правило действовало на всех, без исключения, индокитайских и катарских авиалиниях. Там иногда даже сами наливали, обнося виски всех желающих. Но после унылого малазийского аэропорта и шмона, устроенного этими бездушными биороботами-пограничницами, возникло такое чувство, что выпить и тут мне нормально не дадут… а то и вообще не дадут – отберут плоскарь без разговоров! Это чувство укрепилось, когда я рассмотрел сополётников по салону – кажется, я был вообще единственным европейцем на этом рейсе, все остальные являлись представителями многочисленных народов юга Азии, которые к выпивке в целом относятся отрицательно, и даже пиво пьют не иначе, как сперва положив в стакан большой кусок льда. Хотя русского трудно назвать европейцем в полном смысле этого слова… тем более, что и я, и мои непосредственные предки до четвёртого колена родились и жили в Азии. Но Азия – большая, а из желающих «немедленно выпить» в этом самолёте был точно, только я один.
Самолёт этот был средний широкофезюляжный, по 9 кресел в ряд, стюардессы – индомалайки, и не то, что приятны глазу – они были просто бешено красивыми – не старше 25, все с каре, в белых рубашках и фиолетовых юбках. Эти юбки были не сплошными, пропуская в разрез довольно волнительные коленки девушек в светло-коричневом нейлоне. Гурии «Малиндо» были прекрасны томной южной красотой и настроены очень благожелательно.
«Вот с такими ты, zyablikov, мог бы поехать в Гоа», – оценил я.
Как и везде, я сразу заметил подчёркнутое внимание к своей персоне. Никак не являясь европейцем по факту рождения, я, тем не менее, обладаю абсолютно европейской внешностью, холёным сытым лицом и солидным пузом. Наверное, именно так выглядели голландские, английские и французские колонизаторы, долгое время господствуя в этих местах. И, хотя их вот уже полвека и больше, как и «туанов», и «саибов», и «барангов» с позором изгнали, к белым у местных осталось всё же чувство какого-то безусловного почтения, смешанное с традиционно азиатской вежливостью и гостеприимством.
– Не дадут, однако, выпить, – тем не менее, решил я.
Я доверял только индокитайкам.
Улучив момент, когда стюардесс в пределах прямой видимости не было, я разорвал пакет, вынул плоскарь, укутал его в носовой платок, открутил и снова закрутил пробку и спрятал в карман впереди стоящего сиденья, где лежали инструкции по поведению пассажиров в полёте и иллюстрированные журналы. Моё место было как раз у прохода. Посередине и у окна сидела пожилая, очень благообразная вьетнамская пара, с истинно буддийским безразличием взирающая на всё, происходящее вокруг. Мои проблемы их совершенно не волновали.
«Ты что, не видишь – человек без стаканА? – вспомнилось мне неизвестно откуда. – Блин, и тут никого не волнует чужое горе… неужели же мне придётся пить виски как одеколон- из горлА и без содовой?!»
Салон практически заполнился пассажирами, и, казалось, что до взлёта выпить мне так и не удастся. Запустили турбины.
Я усилием воли поборол нарастающее раздражение и перешёл к дипломатическим приёмам.
– Ой, девушка, так пить хочется! – воскликнул я, заметив пробегающую мимо стюардессу.
– Сэр, по инструкции не положено до тэйк-оффа…
«Immada» было написано на её бейджике.
– Дорогая Иммада! Я испытываю большую жажду… трубы горят… май пайпс ар бёрнинг…
– Какие трубы, сэр? Вам плохо? – участливо спросила девушка.
«Какие кроткие глаза! Как у лани в зоопарке…»
– Трубы внутри… в моей душе… бадли нид сам уотер ту дринк…
– Окей, сэр, – и эта резвая красавица мигом принесла мне пластиковый стаканчик, на 2/3 наполненный содовой – то ли «Спрайтом», то ли «Севн апом». Я поблагодарил, осушил и «притырил» драгоценный стаканчик.
Начали задраивать двери, на табло загорелась команда «пристегнуть ремни».
– Ой, девушка, так прям пить хочется! – остановил я следующую стюардессу.
Та (Anisa) молча кивнула и быстренько принесла мне ещё стаканчик содовой. Пользуясь предполётной суматохой, я, демонстрируя своим бесстрастным соседям необыкновенную ловкость рук, левой открыл и до половины налил «Джим Бима» в первый, немедленно выпил, и тут же отпил из второго стаканчика, который держал в правой. Ура! кайф!! полость рта и глотка наполнились, наконец, вкусом сочнейших кукурузных зёрен с бескрайних полей штата Кентукки, и ароматом бочки из столетнего американского дуба!!
Жить стало лучше, господа! Жить стало веселей!!
Я блаженно откинулся на спинку кресла, наблюдая, как пышнотелая Иммада, стоя в проходе, демонстрирует, как правильно использовать кислородную маску и надевать спасательный жилет. В том, что в ближайшие 5,5 часов мне не понадобится ни то, ни другое, я был абсолютно уверен, но грациозные движения девушки не позволяли оторвать глаз.
Наконец, наш самолёт вырулил на взлётку и пошёл разгоняться. Пользуясь тем, что стюардессы тоже сидели и ничего не видели, я снова тем же макаром налил бурбона, выпил и запил остатками содовой. Сам по себе «Кентаки страйт» порядком обжигал слизистую, но выпитая вдогонку шипучка мгновенно ослабляла ожог, и, смешиваясь с остатками виски, приобретала невыразимую вкусовую палитру и продолжительное послевкусие.
Взлёт прошёл как обычно, мои равнодушные соседи так и сидели, откинувшись назад и закрыв глаза, и я наблюдал в иллюминатор уходящую вниз коричневого цвета землю Малаккского полуострова и вытесняющий ее аквамарин Бенгальского залива Индийского океана!
Я впервые в жизни летел над океаном.
Но это счастье недолго продолжалось, скоро пошли многослойные облака, которые скрыли океан совершенно. Аэробус лёг на курс, стюардессы вновь появились в салоне, все оживились, задвигались, отстёгивая ремни. А я бесконечно наслаждался первой соточкой бурбона и полётом со скоростью 453 мили в час на высоте 30 тысяч футов над уровнем моря, косо пересекая с юга на север Бенгальский залив…
«Джим Бим» я любил давно, предпочитая его теннесийскому «Джек Дэниэльсу» – первый был как-то суше и менее приторен, хотя у второго, несомненно были свои достоинства. Именно из Джим Бима» состояли мои ежевечерние попойки на вилле, которые так не нравились Жану. А что, 0.7 этого напитка стоило в супермаркете «Тай Хуот» на 568 улице 9 долларов США – где-то 500 российских рублей по курсу 2018 года. А литруха 10-ку! Причём, виски было оригинальным, произведено и розлито в Кеntucky и прямо в бутылках доставлено в Камбоджу. Я не знал, во сколько сейчас «Джим Бим» обходится российскому потребителю, но твёрдо помнил, что ещё в 2013 году бутылка 0.5 стоила 1200 рублей – 40 долларов по тогдашнему курсу…
Кстати, через неделю исполнялось ровно 4 года, как я уехал из России.
Это произошло 14 октября 2014 года. Я надеялся найти работу по специальности, натурализоваться в этом маленьком тропическом королевстве и не возвращаться в Россию как можно дольше – так долго, насколько это возможно. Мне как раз исполнилось 50, как герою толкиеновского эпоса, когда тот отправился за сокровищами и моя первая попытка уехать жить в другую страну.
Что получится из моей затеи, я не знал. В нормальных странах врачи-иностранцы сперва учат язык, потом сдают кучу экзаменов, чтобы получить лицензию на право заниматься врачебной деятельностью. Это было слишком для меня сложно, а по возрасту и неприемлемо. Но мне казалось, что в Камбодже можно «проскочить» – я дважды посещал эту прекрасную страну как русо туристо и удивлялся какой-то прямо безграничной свободе, царившей там. Я встречал многих иностранцев, державших бары, рестораны и прочие заведения, кто-то занимался бизнесом. И все мне говорили, что эмиграционное и трудовое законодательство там очень лояльное, в крайнем случае помогает взятка – берут все, и это нормально. Я зарегистрировался на форуме «Баранг.ру» и, регулярно его читая, сделал вывод – найти работу в Камбодже реально.
Правда, было непонятно, как дело обстояло с медициной. В соседних Вьетнаме и Таиланде обстояло очень хорошо, в смысле, нечего было и пытаться приехать туда и пробовать. Сведения в Интернете были самые противоречивые. Я, конечно, писал письма на сайты клиник – мол, русский траматолог-ортопед с 27-летним стажем, лечу любые травмы, делаю любые операции… есть специализация по нейрохирургии и немалый опыт работы нейрохирургом… английский свободно, готов к переезду… но никто мне не ответил.
Поэтому я просто перевёл свои документы на английский, заверил у нотариуса и поехал.
Поделиться книгой: