Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну, как тебя зовут? Меня зовут Эли… Лиза.
– Мэтью. Можно просто Мэт.
– Приятно познакомиться, – с широкой улыбкой ответила Эли, протягивая руку. Рукопожатие вскоре состоялось, и девушка почувствовала всю мощь этого парня. Он вроде бы и не зажимал сильно её ладонь, но сила в его руках чувствовалась очень отчётливо.
– Скажи мне лучше, как ты здесь оказалась? И почему связана?
Эли ничего не оставалось, как поделиться всей этой ужасной историей. История оказалась и в правду ужасной, ведь предательство со стороны своих же – самый страшный кошмар любого живого существа. Парень, судя по всему, был немного шокирован. Его выдали глаза, которые резко изменились и увеличились, даже казалось, что они поменяли свой цвет – с ярких и запоминающихся голубых глаз в карие.
«Но ведь такого не может быть? – задавалась девушка вопросом, стараясь поймать взгляд парня снова, – наверное, это просто так тень упала. Да, точно! Тень».
Наконец, успокоившись и переубедив себя, что эта была игра света, девушка, прибавив шагу, направилась в обратную сторону.
– Стой! Ты куда? – поинтересовался парень, потеряв спутницу из виду.
– В укрытие.
– К ним что ли? – на его лице возникли не совсем понятные черты выражения, но скорее всего, как посчитала Эли, это было удивление.
– Да.
– Но они же предали тебя! Они оставили тебя на смерть в ужасных муках! И после этого ты идёшь к ним?!
– Да, я это прекрасно знаю, но всё же я не могу оставить Тому с ними. Мало ли что ещё можно от них ожидать?
– Тогда я с тобой, – ответил Мэт, натягивая какой-то непонятный портфель.
– Не надо. Я и сама справлюсь.
Но Мэтью, схватив за руку, идущую впереди, Элизабет, с полной серьёзностью сказал:
– Я не твой подчинённый. Я иду с тобой только потому, как это опасно. Ты не знаешь, что они могут опять вытворить. Так что показывай куда идти.
Элизабет ещё больше понравился Мэт, который не покидал её даже тогда, когда она показывала свои капризы. Ей показалось, что это принц. Тот самый, о котором мечтают все девушки, но, к сожалению, ни в такой ситуации. Из разговоров, длившихся всю дорогу до укрытия, Эли узнала, что он не здешний. Что переехал сюда с семьёй около шести лет назад на свадьбу его двоюродной сестры. Но свадьба так и не состоялась. Произошла трагедия и его сестра отправилась на другой свет, как и его дедушка с дядей и братом. Сейчас остались только он, его бабушка и сестра Карли, которая была младше его на семь лет. Они живут недалеко, за небольшим холмом в домике лесника. Их приютила к себе добрая женщина по имени – Даша. Но сейчас никто не знает где она. Как говорили, Даша ушла искать пищу, но так и не вернулась.
«Хотя в это время это уже и не так странно, но всё же жалко человека», – отзывалась про себя Эли.
– Мы пришли, – смело произнесла Эли, останавливаясь у небольшого подножия к пещере.
– Разве это здесь? Ты же говорила что оно в каком-то здании?
– Да, оно в здании. Просто это потайной ход. Его знают не все – знают только лидеры и я, потому что считалась в их числе, – с уст Мэтью ничего не сорвалось, кроме как слегка кривоватой улыбки. То ли он так ухмыльнулся, то ли он и в правду так улыбался. Этого Эли не знала, но ей стало всё же до жути интересно. Пока она вспоминала контуры его губ, парень шёл по узкой и очень скользкой дороге из камней, которая, казалось, терялась в жуткой темноте.
– Чёрт! – прошипел он сквозь зубы, споткнувшись об какую-то кость.
– Что это? – с любопытством спросила Эли, заглядывая за плечо парня, освещающего факелом причину его падения.
– Это человеческая нога. Она здесь раньше была?
Эли снова показалось, будто его глаза стали карими, но и опять она убедила себя в том, что это свет. «Ведь в пещере очень темно…»
– Нет, я не видела этого прежде здесь.
Мэт направил факел в сторону тупика, где обнаружил ещё человеческие кости.
– Не может быть! – услышал он за ухом, поднимая с земли какой-то непонятный талисман, который он прежде не видел.
– Ты чего?
– Это медальон Даниэла. Он был одним их моих лучших друзей, – со слезами на глазах, шептала Лиза, стараясь тут же подловить непослушную слезинку.
– Если ты его так хорошо знала и он тебя, то почему не заступился за тебя?
– Его не было тогда с нами. Похоже, он потом вернулся, но что с ним тогда произошло? Даже, если это и не вчера было, а две недели назад, когда он уехал, то, как он мог так быстро стать скелетом?
– Он им не стал… это обглоданные кости. Его съел новичок.
– С чего ты это взял?
– Кости отсырели и покрыты какой-то противной слизью. Вот, видишь? – спросил он, указывая на тянущуюся жидкость в основании кости. – Я слышал, что уже приученные псы поедают человека целиком, практически не оставляя никаких останков, а если же остаются кости, то это ещё неопытный, недавно перевоплощённый человек.
Эли жутко напугали эти слова и она, схватив на этот раз факел в свои руки, направилась быстрее к укрытию. Через метров девять, когда они дошли до двери в само убежище, послышался небольшой шорох и гавканье. Мэтью насторожился, достав из кармана клинок, но Эли опустила его, упокоив, что это её пёс Джоржик, которого она подарила Томе. Как ни странно, Эли была права, и через некоторое время щенок уже тешился в руках улыбчивой девушки. Прикормив немного испуганного щенка, Эли засунула его к себе в рюкзачок и направилась дальше.
Дверь была сильно замусолена, но никаких признаков бойни не было. Это успокоило Эли, но выражение лица Мэта давало понять, что это не так. Она не знала, почему так легко и быстро доверилась незнакомцу; почему слушала каждое его слово, но ничего с собой поделать не могла.
«Не могла же я влюбиться? – задавалась она немного странным вопросом. – Да нет… я ведь его даже и не знаю, но я и чувство влюблённости тоже не знаю».
Она очень тщательно рассматривала претендента, словно подбирала какую-то книгу, но отвлеклась, услыхав в тёмном углу тихие всхлипывания. Мэтью направил факел в сторону звука, но увидеть что-то всё равно было невозможной задачей, а подходить ближе не стоило. Тут Эли полезла к себе в рюкзачок, где долго что-то искала. Как только она нашла, то, что ей было нужно, комната озарилась тусклым, но более ярким светом, нежели от факела.
– У тебя всё это время был фонарик? – полюбопытствовал парень, рассматривая немного суровым, но в тоже время каким-то обиженным детским взглядом тёмный предмет в руках Элизабет.
– Извини, забыла, – опустив глаза, виновато ответила Эли. Их обиды снова прервали всхлипывания. И, тут же всё позабыв, она направила свет в сторону тёмного угла. Как оказалось, эти звуки издавал ребёнок, посаженный в углу возле какого-то черепа.
– Это Тома. Поддержи! – вскрикнула от радости Лиза, перекидывая фонарик напарнику.
– Я осмотрюсь.
Но Эли ничего не ответила, словно и не слышала, что он говорил. Она была настолько взволнована от того, что увидела Тому, что позабыла об опасности, поджидающей на каждом углу. Тома сидела спиной к Эли, но даже это не помешало ей быть узнаваемой. Девушка присела рядом с девочкой и, еле справляясь со слезами, начала разговор:
– Томочка, это я Лиза. Ты меня не узнала? Не бойся! Я снова с тобой. Я больше никогда тебя не оставлю. Обещаю! – все слова Эли отбивались об стену и исчезали, девочка не поворачивалась и продолжала тихо всхлипывать. Эли показалось это странным, но перешагнув линию неуверенности, она повернула к себе лицом Тому. Её откинуло назад. Это была уже не Тома. Это был то самый монстр, с которым она сражается день за днём. По когда-то миленькому детскому личику текла кровь, а в её ещё молочных зубках, в которых прежде застревали кусочки шоколада или булочек, свисали куски человеческой плоти. Её глаза стали до жути страшными, а ведь ещё недавно в них царила и надежда в жизнь. Не успела Эли очнуться, как перевоплощённая Тома накинулась на родного ей когда-то человека. Она оказалась очень сильной, и давать отпор было тяжело. Эли не знала что делать. Она не хотела убивать её, но прекрасно понимала, если не девочка, тогда она. Не соглашаясь на данный вывод, она смогла отбиться от неопытного, и при первой возможности ударила её тростником, валявшегося на столе. Когда Лиза подошла к лежащей Томе, её оковала жалость, стоило только увидеть ей то детское и милое личико, которое она ещё недавно знала.
– Не надо! – закричало дитя и расплакалось. Эли опустила трость и уже собиралась поднять плачущего ребёнка, как её окликнул Мэтью:
– Не делай этого! Это уже не она!
Если бы он не появился во время, то конец, пожалуй, нам был бы известен. Но новобранец не растерялся и воспользовался этим моментом. Не успела девушка прийти в себя, как почувствовала на себе объятие детских рук, стремившихся прокусить шею Лизы. Но она, во время сообразив, смогла скинуть с себя этого монстра, а, словив, в воздухе, кинжал Мэта, воспользовалась им по назначению. Уже через мгновение Эли стояла с окровавленным кинжалом в руке над трупом девочки.
– Я…я убила её, – заикаясь, сквозь слёзы, шептала с каждым разом Элизабет. Она откинула орудие убийства в сторону и наклонилась к Томе. Девушка не могла поверить, что сделала это. Всё вокруг перевернулось для неё верх дном. Она только и твердила, что это её вина и себя она не простит никогда, плача над ребёнком. Вдалеке послышались какие-то звуки и они становились всё громче, но этого Эли не замечала. Она замкнулась в себе. Теперь мир для неё закрыт. Она не видела больше никакого смысла, кроме как мести, но собраться с силами она не могла. Её ноги напухли, словно вата и не давали ей подняться.
– Эли, уходим! Тут кто-то есть!
На выходе никого не было, но парень никак не мог найти себе места. Он поторапливал ещё не пришедшую в себя от горя Эли, предсказывая, что скоро здесь будут гости. Девушка только слушала и добавляла газу. Она не желала спорить или хотя бы поинтересоваться такой предположительностью. Ей было всё неприятно. Перед ней до сих пор лежала маленькая Тома с раной в сердце. Она повторяла рукой всё тот же жест, когда лишала жизни беззащитного ребёнка. Вся ненависть и злоба переполняли её. Эли не знала, как отвлечь себя. Куда она не переводила взгляд – везде одна и та же сцена: бездыханное тело дитя и окровавленный нож в её руках. Всё вмиг смешалось и расплылось: круглое и яркое солнце стало блеклым, а затем и полностью тёмным. Эли потеряла сознание. По всей видимости, к этому привела жажда и голод, но ещё отыгралась и судьба.
Мэтью аккуратно облокотил спящую красавицу на небольшой приступок и пошёл искать пищу, оставив девушке всё необходимое для защиты.
Эли вскоре пришла в себя, но Мэта ещё не было, впрочем, как и сил. Как девушка ни старалась подвестись, тело не слушалось её. Оно, как оббитое ватой, падало на землю. Оставив все попытки в стороне, девушка достала из рюкзачка Джоржика и, не торопясь поглаживала его по крохотной голове.
– Джоржик! – вырвался из неё крик страха. – Как же это? Как мы не смогли уберечь нашу Томочку? Почему? Почему на её месте была не я? Я уже хоть что-то, но в этом мире повидала, а она ведь…
Эли не смогла договорить, с её красных глаз покатились большие и отчаянные слёзы. Боль не утихала ни на минуту. Всё вокруг начинало раздражать: пенье птиц, дуновение ветра, шелест листьев и… хруст.
«Хруст?» – подумала про себя Лиза, схватившись за меч, которую ей оставил Мэтью. Хруст вскоре исчез и только девушка расслабилась, как из кустов донёсся дикий рёв, от которого вставали волосы дыбом. Но даже сейчас девушка не могла подняться. Её организм был настолько истощён, что даже при опасности – не сопротивлялся. Тогда она решила, что встретит смерть лицом к лицу и, если уж ей суждено умереть, так тому и быть. Ей больше было нечего здесь делать.
Ещё через минуту зашевелились кусты необычайно красивых роз. Эли снова взяла в руки оружие и направила его в сторону кустов. Откуда вскоре показалась голова Мэта.
– О, очнулась. Да опусти его, – прошипел парень, располагаясь поудобнее рядом с девушкой.
– Где ты так долго был?
– Как где? Есть искал. Вот, держи, кстати. Это всё, что пока удалось найти. За всё это время мне не встретилась ни одна дичь. Аж странно.
– Спасибо, – еле выдавив из себя, уплетала ягоды одну за другой, – но про дичь – ты не удивляйся. У нас давно тут так. Эти монстры всё съели и не подавились.
– Да нет… всё, да не всё. В этих лесах ещё очень много живности бродит. Остаётся её только найти. Чуток позже я опять пойду. Думаю, на этот раз поймаю. А пока, пожалуйста, познакомь нас, – с широкой улыбкой предложил Мэтью, указывая на поедающего ягоды щенка. За всё это время, как Мэт познакомился с девушкой, он впервые увидел её лучезарную улыбку, которая спокойно может похитить сердце любого мужчины. Она аккуратно приподняла щенка повыше и, незаметно почёсывая его за ухом, представила:
– Это Джоржик. Пережил многое и защитник с него неплохой. Если бы не он, то сейчас бы я не сидела с тобой. Думаю, он вырастит настоящим охотником.
– Милаха, – тоже, не скрывая своей улыбки, произнёс, поглаживая по крохотной голове, Мэтью. – А это овчарка? Или я ошибаюсь.
– Нет, не ошибаешься. Да, это овчарка.
– Слышал, что они очень добрые по своей натуре.
– Все псы добрые, если их не изменить. А этот ещё и прирождённый охотник.
– Почему ты так уверена?
– Я это знаю и всё. А что? Ты так не считаешь?
– Да нет, я полностью согласен. Думаю даже, он будет весь в тебя.
Было видно, как Эли покраснела и постаралась запрятаться за свои волосы, что ещё более привлекло юношу, но что-либо говорить ещё он не решался.
«А то подумает ещё мало ли что», – промелькнуло, словно молния, в голове парня. Наступило минутное молчание и наконец, собравшись с духом, Мэт пошёл снова на охоту, попросив с собой Джоржа, который так и рвался за юношей.
Ещё через пару минут Эли осталась совсем одна. Она осматривалась кругом и вслушивалась в пение птиц, которое так давно не слышала. Силы понемногу начали появляться, только ноги всё равно отказывались стоять. Со стороны это было очень похоже на маленькое дитя, которое только училось ходить: первый и небольшой шажок, пошатнулся и снова он уже сидит. Все пробы оказались бездарными. Эта беспомощность пугала Эли и понемногу снова напоминала о Томе. Вскоре у неё ужасно заболела голова, отдавая сильными ударами по вискам, что ещё сильнее наводило бессилие. Через минуту боль прошла также быстро, как и нахлынула. За кустами послышался шорох и хруст веток.
Лиза, облокотившись на камень, с усталым, но немного озорным взглядом, спросила:
– Мэтью, это ты?
Ответа не последовало. Слышалось только приближение. Эли забеспокоилась и постаралась дотянуться до оружия, лежащего в двух метрах от неё…
– Эли, я тут нашёл кое-что. Не знаешь, что это может значить? – исследуя странную вещицу в руке, интересовался парень, выходя из кустов. Не услышав ответа, он поднял глаза. Из его рук выпала неизвестная вещица и пара заколотых зайцев. На том самом камне, на который ещё недавно облокачивалась Эли, лежал труп девушки. Её когда-то яркие и полные энергии глаза были тусклыми, как туман с утра. Из её белой майки кровоточила кровь и катилась по камню, как капельки воды небольшого родника по горе. Возле неё лежал тот же меч, до которого она так и не смогла дотянуться. Всё это ужаснуло парня. Он не мог понять, как её нашли и почему он не заметил? Почему, если это была та псина, она её не съела, а только ранила? А если не она, то кто? Поблизости никого не было. Мэтью поднял на руки прекрасную спящую девушку и понёс в ближайшую лачугу, которую только что нашёл. Неся милое создание на руках, казалось, словно сейчас она проснётся, откроет свои милые карие глазки и озарит этот мрачный день своей лучезарной улыбкой. Всё, что выдавало этот сон ложным – красное пятно на её майке.
Донеся её до небольшой лачужки под старым дубом, аккуратно осмотрев девушку в надежде, что сейчас она всё-таки проснётся, с тоской пошёл копать яму, чтобы похоронить её, как следует.
Выкопав половину ямы, силы его немного иссякли. Мэтью присел на выпирающий корень столетнего дуба и, сделав тяжёлый выдох, выпил глоток уже почти кипячённой воды. Солнце тогда жарило сильнее, чем обычно, вода только и успевала закипать. Откинувшись слегка на ствол дерева, и откинув голову назад, он внимательно всматривался в облака, словно что-то там искал. Жара и духота наводили сон на парня. Он уже позабыл обо всём. Сила куда-то пропала, голова потяжелела, а глаза опускались, как ворота в гараж.
– Мэтью, где мы?
Услышанное заставило юношу тут же проснуться. Он не понимал: реальность это была или нет. На входе в лачужку стояла совсем здоровая и полная энергии Эли. Она была совсем не той, которую ещё недавно клал на койку парень. Теперь ошеломительная кареглазая брюнетка стала изящной голубоглазой блондинкой.
«Как такое может быть?» – крутился, словно вихрь, вполне разумный вопрос. В воздухе повисла тишина. Эли смотрела на парня, не понимая его изумления, а Мэтью не мог поверить своим глазам. Наконец парень, сделав хороший вдох, словно собирался нырять, приблизился к ещё недавно спящей брюнетке:
– Как ты… тут… ты же…, – не в силах сложить вопрос, заикался юноша.
– Что с тобой?
– Ты себя ещё не видела в зеркало?
– Нет. А что?
Парень ничего не ответив, дал ей небольшое зеркальце ещё с времён бабушек и дедушек, которое лежало там в куче старых книг. Не догадываясь о произошедшем, Эли спокойно поднесла зеркало на уровень своего лица, и нежно перевела свой небесный взгляд с парня на зеркальце. Её руки охладели, сама она побледнела, зрачки увеличились, а с её прекрасных губ пытались слететь слова, повисшие долго на этих лепестках роз:
– Что…
Мэтью был поражён не меньше девушки, и собраться с мыслями никак не мог. Они разлетались в разные стороны, создавая ужасный кавардак. Слегка успокоившись, и разобравшись с небольшой частью неудачных предположений, предложил девушке переодеться, а затем отправиться к его семейству:
– Моя бабушка очень мудрая и знает ответы на все вопросы. Предлагаю сходить к ней. Она точно сможет объяснить нам всё это. Поверь, я удивлён не меньше тебя.
Похоже, у Лизы началась истерика и она, чуть не выронив старинное зеркальце, сквозь слёзы и прерывистый смех высказала:
– Не меньше? Ну, это же не ты был с рождения брюнетом, при чём с огненными карими глазами, а теперь ни с того, ни с сего блондинка с голубыми глазами!
– Да? А ничего что я твой труп нёс на своих руках. Вот копал тебе могилу, а ты тут вдруг: «Мэт, где мы?». Наверное, мне тоже в это трудно поверить!
Поделиться книгой: