Mayday

Я собрался выходить и прихватил с собой рюкзак, упаковав его в пакет.

День начался с чашки чая и свежей булочки с корицей. Вообще я равнодушен к выпечке, но сегодня что-то очень уж захотелось.

На работе меня снова ждали бесчисленное количество папок с бумагами, которые нужно срочно проверить, и шумящий прямо над ухом кулер. Что ж, я не жалуюсь. Этот сосед хотя бы не болтает по телефону весь рабочий день и не разбрасывает свои вещи.

День подходит к концу. Четыре часа дня. Я сижу и с трудом пытаюсь не заснуть прямо в кресле. В сон клонит ужасно. Что это со мной? По-моему, я спал не так уж мало. Да и чувствовал себя вполне бодрым и выспавшимся.

В конце концов, усталость стала невыносимой. Ладно, всего пару минут. Просто закрою глаза. Никто даже не заметит.

– Чарли? – мой голос звучит так неуверенно. – Чарли?

Никто не отвечает.

Где я вообще? Здесь темно. Пахнет свежестью. Второй запах практически неуловим, но очень уж знаком. Не могу его описать.

Где-то открыто окно. Я хорошо ощущаю сквозняк. По ногам очень дует. Почему я, собственно, в незнакомом месте, да ещё и без обуви? Как я сюда попал?

– Чарли? – снова позвал я. – Чарли!

Мне в очередной раз никто не ответил. И почему я ищу Чарли? Это та самая Чарли, которая рюкзак потеряла?

Я сделал несколько шагов вперёд и воткнулся лбом во что-то каменное и острое. Mo chreach! 1 Синяк останется. Я потёр ушибленное место и снова выругался. Да где я?! Возможно, стоит идти наощупь. Стена где-нибудь всё-таки закончится.

Не знаю, сколько я иду. Время течёт с непонятной скоростью. С другой стороны, мне кажется, оно не движется вообще. Будто самого понятия времени не существует. Я знаю, что это всего лишь сон, но никак не могу заставить себя проснуться.

Выходи! Томас! Выходи отсюда немедленно!

Я попытался представить дверь, как учила доктор Морган, чтобы выйти из темноты, но ничего не вышло. Пытался представить лампочку или другой источник света. Но и эта моя попытка не увенчалась успехом.

В какой-то момент я подумал, что мне снова снится космос. Но из предыдущих снов я с лёгкостью мог выйти и заставить себя проснуться. Не в этот раз. Что это за место? Что это за сон?

В воздухе появился запах воды. Чистой, свежей и ледяной. Будто где-то рядом находится настоящий горный родник. Я прислушался. Журчания воды не слышно. Странно. Иду дальше, аккуратно передвигаясь вдоль каменной стены.

Мелькнул свет! Прямо передо мной, буквально в паре шагов! Я поспешил туда, совершенно забыв, что брожу тут босиком, а также имею неплохие шансы снова расшибить лоб обо что-нибудь.

– Томас? – я знаю этот голос, и звучит он из реальности. – Мистер Ричардсон?

Я должен проснуться! Немедленно! Выйти из этого сна!

Свет привёл меня к стене. В ней небольшое отверстие, через которое внутрь и попадает лучик света. Стена совсем хрупкая и построена из округлых камешков размером с кулак. Я с лёгкостью убираю их один за другим. У меня получилось окно.

За стеной… Это опять космос! Я нахожусь в пещере. По крайней мере, помещение на неё очень похоже. Снаружи бушует целая Вселенная. Я в спешке разобрал оставшуюся стену и выбрался наружу. Пещера – это внутренняя часть огромного чёрного камня с блестящими вкраплениями.

Я всё это время был в метеорите?

– Томас? – меня пытается разбудить Джеймс Монтгомери, охранник. – Эй, Ричардсон!

Осматриваюсь. У входа в пещеру небольшая площадка. На балкон похоже. Вокруг только космос. Огромные туманности невиданной красоты, горящие звёзды и сотни других таких же метеоритов, как мой, но лишь на некоторых есть люди.

Мне казалось, цвета Вселенной – лишь выдумка художников и писателей-фантастов. Кто бы мог подумать, что она на самом деле такая яркая и красивая? Передо мной туманность всех оттенков фиолетового. Она бушует, бурлит, будто самое настоящее море.

У Вселенной странные звуки. Не то свист, не то это помехи, когда пытаешься поймать нужную частоту на радио. Я их слышу. Сначала кажется, будто они – просто набор звуков, но на самом деле у них есть чёткий ритм. Моё тело быстро подстраивается под него. Оно вибрирует в такт Вселенной. Это приятно.

– Привет! – голос женский и явно звучит во сне. – Томас?

Я обернулся. С вершины метеорита спустилась девушка с огненно-рыжими волосами. Подозреваю, именно её я здесь искал в самом начале.

Рыжая? У неё вьющиеся волосы. Прямо как на расчёске из рюкзака. Неужели это настоящая…

– Чарли? – робко произнёс я. – Ты Чарли?

Она солнечно улыбнулась и крепко меня обняла.

– Ричардсон, сколько можно?! – раздражённо сказал Монтгомери, нависая надо мной. – И какого чёрта ты здесь дрыхнешь? Дома спать надо!

Я протираю глаза. Хоть и проснулся, но всё равно вижу перед глазами бескрайнее космическое пространство и бушующую туманность. Звуки Вселенной отдалённо, но до сих пор звучат в ушах. К сожалению, с каждой минутой они становятся всё тише.

Джеймс хоть и рычит на меня, но он добрый парень. Охранник снова пихнул меня в плечо.

– Проснулся, наконец?

– Просунулся я, проснулся. – протянул я и встал, покачиваясь. – Который час?

Вопрос отчасти риторический.

За окном темень, в офисе никого нет. Сейчас явно больше, чем шесть вечера. Смартфон сдох, пока я спал, а часы на столе вдруг остановились. Никогда не останавливались, а тут решили остановиться! Я же только вчера поменял в них батарейку! Большие цифры замерли, показывая шестнадцать часов двадцать три минуты. Примерно, в это время я провалился в сон.

– Половина одиннадцатого. Давай, топай отсюда. – Монтгомери упёр руки в бока. – У меня пост! А я тут непонятно чем занимаюсь.

– Ухожу уже, – я побеждёно поднял перед собой ладони, – ухожу, ухожу.

Я быстро собрал личные вещи и чуть не забыл вытащить из-под стола рюкзак загадочной Чарли. Сегодня или никогда. Нужно найти эту Чарли.

Покинув стены здания, я сразу прикинул, сколько придётся добираться до Риверсайда. Около получаса. Что ж, это не так уж и много.

Ровно через тридцать минут я стоял под дверью единственной квартиры без номера. Идя от лестницы, я заметил дверь с номером двенадцать, следовательно, эта – тринадцатая. Та самая, из объявления. По-моему, дома всё равно никого нет. Чувствую себя идиотом.

Томас, с чего ты вообще решил, что Чарли будет здесь? Другого адреса не было… Почему просто не отнёс рюкзак в полицию?

Я хмыкнул и собрался уходить, как услышал, что из соседней квартиры кто-то вышел. Не раздумывая, я обернулся.

В паре метров от меня поливает цветы полностью седая женщина очень низкого роста. Она одета в ярко-красное платье с крупными розоватыми цветами сакуры. Волосы женщины затянуты в тугой пучок почти на самой макушке. Причёска украшена парой чёрных китайских палочек. Сомневаюсь, что это палочки для еды, скорее – заколка.

– Простите! – громко сказал я. – Не видели здесь рыжую девушку? Она потеряла рюкзак.

– А ты её знаешь? – с подозрением спросила женщина и сощурила глаза. – Как её зовут, знаешь?

– Чарли. – без доли сомнения ответил я. – Она называла себя Чарли. – добавил я и с ещё большей уверенностью продолжил: – Мы вчера познакомились.

Соседка вышеуказанной рыжей мисс сказала, что Шарлотта живёт здесь всего неделю, а вчера устроилась работать в «Дом на Утёсе». Чарли как раз вышла в ночную смену.

Я поблагодарил миссис Изабеллу Чен – именно так зовут эту соседку в красном платье, – и поспешил в «Дом».

В баре куча народа! Конечно, девушку с огненной копной волос в толпе найти куда проще, чем блондинку или брюнетку, но пока я не вижу ни одной головы с рыжими кудрями. Я обошёл зал дважды, но так и не встретил ни одной особы, подходящей под описание. Mo chreach! Неужели, всё зря?

В отчаянии я плюхнулся на стул за самый отдалённый от барной стойки стол. Склонился и обнял голову руками. Почему вместо невразумительного сна с каменной пещерой посреди открытого космоса мне не приснилась вполне земная встреча с Шарлоттой? В конце концов, не в космосе же мне её искать?

– Простите, – робко прозвенел приятный голос рядом, – Вам принести что-нибудь? Давайте, я протру стол и налью Вам чего-нибудь? У нас сегодня отличный эль!

Я устало поднял глаза на щебечущую официантку и едва не грохнулся со стула от удивления: рыжая! Её пушистые волосы огненного цвета – единственное, что можно хорошо рассмотреть в здешней темноте. Каждая завитушка будто светится!

– Чарли? – неуверенно спросил я и поднялся на ноги. – Тебя зовут Чарли?

– Возможно. – с подозрением произнесла она, внимательно разглядывая моё лицо.

На минуту мне показалось, что она меня узнала. Но как? Откуда Чарли может знать меня? Мы же первый раз видимся! Разве что… Нет, люди не могут видеть одни и те же сны. Так не бывает. Случается, конечно, но это случай один на миллиарды!

– Ты… – густо залившись краской, начала Чарли, – ты ведь Томас, верно? Ты мой рюкзак нашёл. Синий такой, с цветными буквами на переднем кармане.

Чувствую, как кровь резко отхлынула от щёк. По всей вероятности, я сейчас бледный как смерть стою. Руки сами потянулись к вещи, из-за которой я, собственно, здесь торчал столько времени.

Шарлотта первым делом проверила содержимое рюкзака. Затем она немного испуганно и в то же время с любопытством посмотрела на меня.

– Как ты меня нашёл?

– Тебя выдало объявление из газеты. И миссис Чен, твоя соседка, подсказала.

– Миссис Чен? – уточнила девушка. – Она обычно не общается с незнакомцами. Ты уверен, что это была она?

– Конечно!

– Хорошо. – с подозрением и опаской скосилась на меня Чарли. – Спасибо, что рюкзак вернул.

– Любой бы на моём месте так сделал! – улыбнулся я. – Не теряй больше.

Звезда на крыше

Шарлотта сидит у меня на кухне. В её чашке тёплое молоко, а на блюдце рядом лежит огромное печенье с кусочками шоколада и мягкой молочной карамели.

Я сижу напротив неё, завернувшись в плед, и рассказываю, как первый раз почувствовал себя не на своём месте. Это случилось совсем недавно, как раз в тот день, когда меня сбила машина по пути на работу.

Мне приснилось, что это произойдёт, и оно случилось наяву. В то утро, сразу после пробуждения, я ощутил себя будто в чужом теле. И лицо казалось не моим, и руки каким-то странными, незнакомыми. Впрочем, я ещё долго искал какую-то бордовую толстовку с капюшоном в шкафу, хотя я отродясь не носил одежду такого цвета.

– Знаешь, это неприятно. – сказал я. – Как будто тебя незаметно выселили из твоего же дома! – я сделал глоток молока и откусил печенье, даже обсыпавшись крошками. – Не жутко, но крайне неприятно.

Затем я проснулся. Меня словно кто-то толкнул в плечо и окликнул. На часах красные цифры показывают половину третьего ночи. Я огляделся, прошёл по дому, но так никого и не нашёл. Здесь только я.

Мысли мутные и такие несобранные. Ни о чём не могу думать, хоть и очень пытаюсь. Что это было? Ещё один сон, который сбудется? Понятия не имею! В любом случае, у меня завтра выходной, и всё, чего мне по-настоящему хочется – выспаться.

Без нереальных сюжетов с летальным исходом. Без блужданий в каменных пещерах посреди космоса. Без выдуманных чудищ из тумана и оставленных рюкзаков на скамейках. Почему эти вещие сны не могут быть милыми и пушистыми?

Куда приятнее, когда сбывается что-то хорошее, а не эта белиберда. Не горю желанием больше умирать под колёсами машин и выглядеть идиотом в глазах красивых девушек.

Я снова лёг в кровать и практически сразу отрубился.

В дверь кто-то звонит. Незваный гость хоть и робок, но отступать не собирается. Сначала я не придумал ничего лучше, чем просто спрятаться под одеялом и сделать вид, будто вообще не слышу звонка. Правда, совесть оказалась всё же сильнее беспробудной лени. Пришлось встать, замотаться в плед и пойти открывать.

Я дошёл до входной двери, нехотя протянул руку к замку и внезапно ощутил это странное чувство. Дежавю! Пусть я не помню такого момента во сне, но я точно знаю, что в сегодняшнем своём сне уже открывал незваному гостю. Более того, на мне был всё тот же плед!

Что за чёрт, Томас?

Мне стало немного не по себе. По всей вероятности, если я сейчас взгляну в глазок, то увижу на пороге новую знакомую с огненно-рыжими волосами. Молока у меня в холодильнике целых две бутылки, а печенья – большого и круглого, со множеством сладких кусочков шоколада и молочной карамели – нет. Похоже, его принесла Чарли.

Я невольно вздрогнул и с опаской посмотрел в глазок. Перед дверью, буквально в полутра шагах, стоит девушка. Большая часть её волос спрятана под вязанной шапкой с большим помпоном, но пара прядей всё равно свисают ровными завитками около лица.

У Шарлотты красные щёки и кончик носа. Она спрятала нижнюю часть лица в объёмном разноцветном шарфе. Кажется, замёрзла. Думается мне, Чарли у моего дома стоит далеко не пять минут.

Я поспешил открыть дверь и пустить нежданную гостью в тёплое помещение. Пока Шарлотта мыла руки, я поставил подогреваться молоко. Знаю, легче всего налить его в чашке и разогреть в микроволновке, но мне нравится вкус, когда молоко греется на плите в ковшике.

Шарлотта стеснительно зашла и села за стол.

– И давно ты здесь? – поинтересовался я.

– С четырёх утра. – робко призналась рыжая и покраснела, опустив глаза. – Вообще, ты сам позвал меня! – заявила девушка. – Просто я боялась, что ошиблась.

– В каком это смысле? – я налил молоко в кружки и сел напротив гостьи. – Не помню, чтобы звал тебя.

– Это было… – уверенно начала Шарлотта, но засмущалась. – Это было… во сне. Ты мне приснился. Я проснулась и попыталась снова уснуть, но ты снова был в моём сне и сказал, чтобы я шла сюда.

По спине пробежали мурашки. Неужели не я один здесь вижу такие странные сны?

– Во сколько ты проснулась?

– В два тридцать ровно. – ответила она. – Ещё сорок минут пыталась уснуть, но ты постоянно меня будил.

Девушка не смогла сдержать недовольство. Она сложила руки перед собой и на пару мгновений отвела взгляд в сторону. Вдруг Чарли подскочила и ушла с кухни. Конечно, рыжая быстро вернулась. С пакетом того самого печенья, которое тоже было во сне…

– Подумала, неприлично приходить с пустыми руками, да ещё и в такую рань. – неуверенно улыбнулась Шарлотта. – С кусочками шоколада и…

– Молочной карамели. – закончил я за неё. – Да, я видел его. Во сне.

– Тебе тот сон тоже снился? – девушка, таращась удивлёнными глазами, наклонилась ко мне через стол. – Что там было? Зачем мне нужно было приходить?

– Я не знаю. – пожал плечами я. – Мы говорили во сне. Пили молоко и ели это печенье. Я рассказывал… – мысли путаются, всё кажется ещё одним глупым сновидением. – Я говорил тебе, что недавно произошла кое-что.

– Тебя сбила машина. – кивнула Шарлотта. – Ты умер. – очень уверенно добавила она. – А потом встал и побежал на работу. Чуть не опоздал.