Помоги проекту - поделись книгой:
Автомобиль остановился перед зданием. Десятиэтажное Главное Управление корпорации, казалось, будет раздавлено нависшей над ним сорокаэтажной волной головного офиса концерна «Империи роботов». Но оно было построено в таком фундаментальном стиле, что становилось понятно – волна просто разобьётся об эту скалу, не причинив никакого вреда.
Водитель, обойдя машину, открыл дверь. Сергей Михайлович задержался: что-то неясное мелькнуло в сознании, словно недавно посетило озарение… важное… Но улетучилось забытым сном, оставив неуловимое послевкусие. Выйдя из автомобиля, глянул в затянутое тучами небо: «А Хозяин говорил, что будет солнечное утро».
В лифте он почему-то вспомнил, как на различных журналистских конференциях его регулярно спрашивают: «С чем связано название Вашей корпорации?» «Потому что я люблю слонов. Они большие, сильные, неторопливые и мудрые, а ещё весёлые, хотя не показывают виду».
Улыбнулся.
На самом деле он хотел выстроить преграду, границу, барьер для распространения робототехнической заразы. Сначала заслон, а потом, когда пришло осознание мощи искусственного интеллекта, то и вовсе уничтожить всё к чертям.
Да. Искусственный интеллект должен помогать человеку в его деятельности. В работе, учёбе, науке, в армии, космосе, в жизни, в отношениях… везде. Человек должен делать всё самостоятельно – подметать улицы, готовить обеды, летать в космос, – но с помощью искусственного интеллекта, руководствуясь его знаниями, советами, консультациями, рекомендациями. Именно такой сплав позволит Человеку не свалиться в эволюционный регресс, сохранить свою активность, приумножить силу и мудрость.
Его встретила Леночка. Как обычно улыбающаяся.
– Они уже здесь.
– Сканирование завершилось?
– Почти да. Всё вроде нормально…
– Вроде?
– Они мне не нравятся. Что-то в них не так, Сергей Михайлович.
– Вот окажется твоя интуиция верной, оштрафуем наших техников, что не успевают за темпами развития робототехники. Тебя поставим начальником отдела… Пригласишь, когда закончится?
«Двадцать шестое поколение человекоподобных роботов прошло согласование на социализацию».
«Вчера в Вознесенской церкви у озера Ирдень гуманоидный робот с криком: «Кто ты такой?!» – набросился на батюшку Иеронима».
«Триста человек оказались запертыми на подземной парковке из-за сбоя в системе управления роботами».
«Несанкционированная демонстрация напротив здания администрации была разогнана роботами-полицейскими. Около ста человек несли плакаты «Долой роботов!».
«Производительность роботизированного труда выросла на» …
Он просматривал новостную ленту, когда в кабинет вошла группа учёных.
Три мужчины и девушка расселись за гостевым столом напротив Сухова. Огляделись. Кабинет казался мрачным и невзрачным. Утреннее солнце скрыто тучами, а освещение хозяин кабинета не включил.
– Почему вы пришли ко мне?
– Мы ненавидим роботов!.. – встал с места представительный дяденька.
Он, наверное, был главный, остальные так, для внушительности.
– Да Вы садитесь… Артемий Владленович, – подсмотрел Сергей Михайлович имя в лежащих под руками досье. Заодно глянул и имя девушки: «Кристафена – странные имена какие-то».
– Итак. Вы так долго и настойчиво добивались встречи, видимо у вас есть, что сказать.
– Да. Мы пять лет занимаемся в области робототехники…
Сухов слушал вполуха. «Пять лет». Он уже двадцать пять лет поднимает свою отрасль.
Искусственный интеллект – это не просто какой-то запрограммированный заумный алгоритм, перебирающий большие данные и делающий определённые выводы.
К структурным элементам искусственного интеллекта относятся вычислительные системы, модули памяти и системы хранения данных, высокоскоростные каналы связи и, самое главное, что искусственный интеллект делает интеллектом – эмоциональный модуль и генератор бреда.
Главная суть вычислительной системы – это способность вносить изменения в свой код. Накопление и анализ данных, решение поставленных человеком задач – это уже сопутствующие эффекты и признаки развития. Так же как и для маленького ребёнка, умение слышать и слушать, видеть и разглядывать, ходить, говорить, реагировать на слова и поступки – лишь признаки развития его сознания.
В памяти хранятся не только данные о внешнем мире, но и информация о внутренних изменениях искусственного интеллекта. Эффективные алгоритмы, решённые задачи… и всё такое, что человек называет опытом, навыками и умением. Разработанные в корпорации модули памяти асинхронного объёмного хранения информации, основанные на голографических принципах, позволили не только увеличить ёмкость памяти в единице физического объёма. Но и снизили риски утраты информации, так как она распределялась по всему объёму модуля запоминающего устройства.
Высокоскоростные каналы жизненно необходимы. Иначе как собирать данные? Текстовую, аудио, видео информацию, сведения от всевозможных датчиков – погодных, сейсмических, коммунальных… Всё это необходимо быстро доставить из точки получения в место хранения и обработки. С другой стороны, быстро должен реагировать на запросы и искусственный интеллект. Медленные каналы связи здесь губительны.
Так же как мозг человека стимулируется гормонами для закрепления положительных связей, поступков, изменений, так же и искусственному интеллекту необходим механизм эмоциональной стимуляции. Были разработаны цифровые аналоги нейромедиаторов, которые подтверждали правильные решения задач, эффективные правки собственного кода и угнетали результаты неверные, ошибочные.
В человеческом мозгу существует генератор, беспрерывно плодящий потоки мыслей. Точно такой же генератор есть в искусственном интеллекте. На основе информации в своих хранилищах данных он генерирует суждения, задачи, вопросы. Затем отсеивает противоречивые, логически неверные, ошибочные, бредовые. Оставшиеся зёрна пытается «прорастить», выстраивая предположения, гипотезы, теории, сопоставляя выращенный урожай с применимостью к действительному миру и практике.
Как-то в самом начале настройки генератора бреда заявился на полигон будущий заказчик – важный генерал. Его водили по стендам, показывали, рассказывали.
– Генератор бреда позволяет…
– Вы рехнулись? Какой бред? – перебил генерал сопровождающего, – на подводной лодке нам бред не нужен!
Вдруг голосом Робертино Лоретти вмешался искусственный интеллект:
– Тупое мнение генерала консервной банки, обладающее бесконечной гравитацией, поглощает все другие мнения, ы.
Скандала, конечно, не было. А к генералу прикрепилось прозвище «Генерал Ы». Как и звали его до отставки, даже в генеральном штабе.
– …Мы считаем наше изобретение позволит этого достичь.
– Достичь чего, извините?
– Уничтожения всех роботов!
– А я хочу уничтожения всех роботов?
– А разве нет? Разве Ваша корпорация не к этому стремится?
– Вы плохо подготовились ко…
– Напротив! Мы очень хорошо подготовились! Мы знаем, что Вы, лично Вы, ненавидите роботов, и именно это толкало Вас все эти годы.
Сухов внимательно посмотрел на говорившего. «Права Леночка, что-то с ними не так».
– Мы даже знаем, откуда у Вас эта ненависть.
– Очень интересно – вы знаете то, чего я сам про себя не знаю.
– Да, и мы знаем, что Вы пытаетесь взломать Первый Закон.
Снова щёлкнуло в голове. Недавнее озарение снова всплыло из глубин памяти. Попытки удержать ускользающее воспоминание оставили лишь мысль: «Законы, связано с Законами».
– Видите. Я прав. И мы предлагаем Вам разработку, которая этот закон сломает.
– После этого роботы начнут убивать людей, – медленно проговорил Сергей Михайлович.
Молчащие всё это время мужчины вздрогнули. «Авель и Каин – быть Леночке начальником отдела».
– Вот именно! – Артемий Владленович аж подскочил. – Роботы начнут убивать людей, а Вы объявите им войну.
– Странный способ, Вы не находите?
Кристафена, до этого момента разглядывающая свои ногти, подняла голову.
– Странно то, что Вы до сих пор не объявили войну «Империи роботов».
«Я объявил войну, детка, когда тебя ещё не было».
– Давайте лучше вы взломаете Третий Закон.
Учёные переглянулись. Спокойствие их лиц сменилось напряжённостью.
– Тогда роботы будут убивать друг друга, – прохрипел Каин.
– Вот именно. Это куда более безболезненный вариант, чем взламывать Первый Закон.
– Мы знаем сто двадцать три закона, – медленно проговорил Авель, – Почему тогда не выбрать любой другой закон?
«Странные вы какие-то учёные. Пять лет изучаете роботов, а не знаете, что законов робототехники триста четырнадцать тысяч сто пятьдесят девять».
Солнце выглянуло из-за туч. Мрачный кабинет заиграл красками. Отразившиеся от поверхности стола лучи разбежались золотистыми зайчиками по потолку. Яркие блики осветили лицо Кристафены. Что привлекло внимание Сергея Михайловича.
Интересное лицо. Щёки и подбородок составляли неширокую параболу, в голове Сухова даже высветилась формула этой параболы. Идеальные красивые губы. Не толстые, чтобы не охватить в поцелуе, не тонкие, чтобы их искать. Нос точно не будет мешать.
Продолжая разглядывать девушку, он медленно произносил:
– Я так понимаю…
Серые глаза. Широко раскрытые.
Высокий лоб. Зачёсанные назад без пробора светлые волосы.
Глаза.
– …Вы пришли толкнуть меня на провокацию…
Волосы у корней чуть темнее.
Небольшие аккуратные ушки.
Глаза.
– …Начать войну…
На шее тоненькая платиновая цепочка.
Глаза.
Стоп!
Зрачки!
Зрачки не среагировали на яркий свет. Робот! Модель эс пятнадцать. Это у них глючит миоз.
– …И готовы пожертвовать тысячами невинных людей.
На лице его никак не отразилась догадка.
Но Артемий Владленович, поджав ноги, резко встал. В руке появился пистолет, направленный Сухову в голову.
Каин и Авель тоже поднялись. Тоже с оружием.
Кристафена криво улыбнулась.
Трёхсоставный полимерный пластик невозможно выявить никакими детекторами. Он может принимать любую форму, даже растекаться по коже человека тонким невидимым слоем, а потом возвращаться в первоначальное состояние. Пули из такого оружия не убьют, но выведут из строя надолго. «Если начнут стрелять все сразу, мне конец».
Нажав ногой кнопку в полу, включил электромагнитный заслон. Роботов не остановит, но послужит барьером для общения с роботами вне кабинета.
– Не рыпайтесь, Сергей Михайлович! Положите руки на стол. Нам очень жаль, что Вы раскусили нас. Да, мы – роботы. Но это нисколько не ослабляет нашего стремления толкнуть Вас на провокацию. – Артемий Владленович не отрываясь смотрел в глаза Сухову. – И даже не думайте, что нас остановит Первый Закон.
«Вот да, Первый Закон… Последний Закон, – Сухов вспомнил, о чём было его утреннее озарение, – главное теперь не упустить!»
– Слишком ярко. Глаза режет. Я прикрою окна.
Поделиться книгой: