Сила способная изменить мир. Предназначение

– Понимаешь, кокомо, мы же ничего плохого не хотели, просто собирали ракушки. Это всё Пэна идея: его вечно к морю тянет, как будто собственное дело не по нраву, а ведь он вон какой важный! Мы же не знали, что тут пираты будут. Никого мы не трогали, а они как налетят из кустов. Ужас, что началось! Я до сих пор дрожу. Хватали всех, кидали в клетку. Меня чуть не затоптали в этой суматохе. Один и меня схватил, но Пэн его за палец укусил. Сбежать смогла только я, а ребят туда унесли. Я и найти их не могу, не знаю, что с ними, а вернуться страшно. Вот что я бургомистру скажу? Он нам строго-настрого запрещает на пляж выходить.

Из всей этой болтовни, льющейся из Полли бесконечным потоком, Анью уловила суть – некие пираты схватили малышей и явно не с целью культурного знакомства. Что могло понадобиться разбойникам морских просторов от мелких человечков оставалась загадкой. Полли лишь пожала плечами, объяснив поведение пиратов только тем, что они злющие, не то, что её неожиданная спасительница. Анью на это заявление лишь пожала плечами, отчего маленькая болтушка чуть не полетела вниз.

Шорох волн успокаивал. Ветер играл вокруг, подкидывая песчинки, вился позёмкой у девушки под ногами. Теплые лучи солнца приятно согревали кожу. Голос в голове медленно убаюкивал, лишал бдительности. Именно поэтому, вылезший из воды на пляж, дух стал для колдуньи полной неожиданностью. Аньюриэль замерла на месте, внимательно смотря, как существо выползает на берег и обессиленно падает на песок. Полли испуганно прижалась к ней, спрятавшись в волосах.

– Бежим, кокомо, это пират! – причитала малышка.

– Нет, это даже не человек, – Анью медленно направилась к духу.

Такого она видела впервые. Крупный, массивный, как у каменных элементалей, торс, голубовато-серая чешуйчатая кожа, покрытая ракушками и странной формы наростами. Большая лобастая голова с ярко-желтым гребнем повернулась к колдунье, стоило ей подойти вплотную. Дух смотрел на девушку. В его небольших, выпуклых, как у жабреля, глазах была бездонная тоска.

– Кокомо, надо бежать! – паниковала на плече Полли, – Он же сейчас набросится на нас!

– Он ранен, – Анью присела рядом с духом, осматривая покрытые рубцами мощные руки и спину существа. – Что с тобой стряслось?

– Уф! – печально вздохнул дух, едва заметно поднимая руку над песком и пытаясь дотянуться до колдуньи.

Анью протянула руку в ответ, позволяя создать ментальную связь. Образы хлынули в сознание, меняясь, словно в калейдоскопе. Стайки разноцветных рыбок кружат вокруг кельпового леса, прячутся в кораллах и среди камней. Одни маленькие и суетливые, любят держаться группами, другие же, крупные, плавают вальяжно, неторопливо. Поворачиваются к нему то одним ярким боком, то другим, словно хвастаются яркими чешуйками и ажурными плавниками. Солнечные лучи пробиваются через толщу воды полосами, бликами искрят на небольших пузырьках. Кораллы, всевозможных цветов, колышутся, движимые волнами. Жизнь в подводном лесу идёт своим чередом, а бережет его покой он – Страж рифа.

Вот к кельповому лесу подходит корабль. Дно его покрыто ракушковыми рачками. Этот не такой, как другие – странный, пугающий и идёт напролом, насаживаясь брюхом на вершину леса, губя кораллы и распугивая рыбок. В море прыгают люди, и они не похожи на тех, кого Страж видел прежде. Не такие, ненормальные: с серой кожей, покрытые ракушками, не нуждающиеся в дыхании. Они крушат, уничтожают, а он, сколько не убивая, не добивался нужного – люди всё равно возвращаются снова, словно и нельзя их убить. Страж продолжает свою неистовую борьбу, но тут с корабля посыпались стеклянные шары, что разрываются в воде огнем, уничтожая всё вокруг. Ведьма, идет по дну, уродливая, утратившая человеческие черты, больше похожая на морское чудовище. Она улыбается, обнажая тонкие, словно иглы, мелкие зубы. Ведьма ищет, ищет среди обломков рифа источник силы и забирает сердце этого леса – жемчужину Гивэны. Страж же, израненный и лишенный своей силы, остается оплакивать свой уничтоженный дом посреди обломков кельпового леса и медленно умирать.

Связь распалась, прерывая поток видений. Анью смахнула со щеки влажную дорожку от слезы. Духа было жаль. Лишенный источника своей силы он и так продержался необычайно долго и теперь с затаенной надеждой смотрел на неё, не в силах просить о спасении. Он чувствовал, что у мага перед ним уже есть контракты с другими духами. Даже один такой компаньон постоянно тянул из мага силу, а у неё уже было четыре контракта. Да и Страж, до того, как лишился источника магии, был силён. Такая связь потребует немало сил, но и просто уйти Анью уже не могла…

– Ты согласен пойти со мной? – вопрос, ответа на который не требовалось.

Страж прикрыл глаза, медленно поднимаясь и становясь перед ней в полный рост, склонил голову.

– Пред лицом Солнца, что дарует жизнь; под светом Луны, разгоняющим тьму ночи; следуя путём, что указывают Звёзды. Я та, кто несет в себе силу стихий, стану твоим ядром. Имя мне Ан’ю Риэл. Имя тебе – Кармакул.

Страж ярко засиял, принимая договор, а тело его рассыпалось, оседая на песке морской пеной. Браслет из ракушек на запястье Аньюриэль нагрелся, становясь вместилищем духа. На самой крупной раковине появилась руна с именем. «Кармакул» – «страж» на древнем языке. Колдунья прикрыла глаза, сосредотачиваясь на ощущении того, как формируется связь между ее магическим источником и духом.

– Кокомо, – Полли дергала её за прядь волос. – Что с ним случилось? Он что, умер?

– Нет, лишь сменил физическую форму на артефакт. Так духу не надо тратить силу на поддержание тела. Он скоро восстановится. Теперь этот браслет стал его домом, – Анью показала пальцем на украшение из ракушек, которое не так давно, совершенно не задумываясь, купила в Форт Роял. – Полли, а что такое «кокомо»?

– Ты – кокомо. И пираты – кокомо. И даже этот странный синий великан – тоже кокомо. Понимаешь? А я – мококо. Мы, мококо, живём здесь, а кокомо – это те, кто намного выше нас и добирается сюда на кораблях. Раньше-то проблем с кокомо у нас не было. Ваш народ часто приплывает на наш остров. Приплывут, паруса починят, воды наберут – и уплывают. Прежде такого безобразия не было…

– Вот как… – Анью пнула носком сапога небольшой камушек, не зная, как реагировать на то, что она оказалась в одной категории с пиратами.

Глава 2. Спасательная миссия и таинственное зелье

Были у меня волосы, словно мёд.

Руки были отнимающими боль,

Стали они отнимающими жизнь.

Сталью налился сердца комок в груди.

Правда ли ты говорил со мной, Господи?

Ты ли в руки мои клинок вложил?

Немного Нервно – Жанна

Анью наблюдала за импровизированным лагерем пиратов из зарослей невысокого кустарника, практически распластавшись на траве. Полли уселась у неё на макушке, изредка дёргая пряди волос. Колдунья не обращала на эту возню особого внимания – в малышке сил с трудом хватит разве что волосок вырвать, не велика потеря, а вот расположившиеся в бухте пираты были в разы интереснее. Таких существ Аньюриэль видела впервые в жизни и даже в книгах не встречала ничего подобного. В целом пираты напоминали людей, но с элементами рыб или других морских гадов. У кого-то нога или рука выглядела как клешня у краба, у другого всё лицо заросло ракушками, третий красовался головой мурены. Около двух десятков особей. Разнообразие уродств было, что называется, на любой вкус.

Это что, цирк уродов на гастролях?

Анью пристально смотрела на человекоподобных существ, пытаясь понять, это люди так изменились, или морские гады массово решили очеловечиться? Мококо тоже нигде не было видно. Вламываться и крушить всё подряд было не разумно – всё же она здесь с целью спасти малышей, а не угробить их. Да и нападать на непонятных рыболюдей не разведав обстановку было бы глупостью.

Вот только ситуация понятнее не становилась. Пираты рубили деревья, собирали из брёвен подъемные механизмы и стремянки, складывали заготовленные доски и жерди в штабеля и ничего больше. Не отдыхали, не препирались между собой, практически не разговаривали. Это тоже выглядело подозрительно. Сброд на её корабле постоянно искал возможность увильнуть от обязанностей и приобщиться к бочке с алкоголем, которую они умудрились тайно от Эйши протащить в трюм, а здесь даже надзирателя никакого не было. Либо рыболюди были организованнее и ответственнее, чем обычные люди, либо она чего-то не понимает в этой ситуации.

– Как-то всё это подозрительно, — согласилась с её внутренними сомнениями Энвиса. – Ты же не станешь лезть в бой с неизвестным противником?

– Когда меня это останавливало? – ответила вопросом на вопрос Анью. – Так, Полли, слезай и спрячься. И не высовывайся, что бы ни случилось.

Мококо засуетилась у неё на голове и шустро начала спускаться, держась за прядь волос, как за канат. Колдунья скрипнула зубами, получив пинок в ухо от малышки, но стерпела. Дети…

– Всё поняла? – она глянула на притаившуюся среди травы девочку.

– Прятаться и не показываться на глаза, – мококо так активно закивала, что венчик колокольчика сполз ей на лоб.

Колдунья медленно поднялась, бесшумно перепрыгнула через кусты и побежала в сторону лагеря пиратов. Рыболюди заметили её, но остались при этом подозрительно спокойными. Никто не закричал, не поднял суету. Просто молча похвастались за оружие. Урод, у которого была морда краба вместо лица, поднял руку. Раздался оглушительный грохот. Анью метнулась за дерево.

Магия?

Она аккуратно выглянула из-за ствола. Грохот повторился. Что-то небольшое с треском вонзилось в дерево, пробив кору и раскидав в стороны пригоршню щепок.

Не магия, но лучше не попадать под это…

Анью телепортировалась за другое дерево и тут же выскочила, сокращая расстояние между собой и лагерем рыболюдей. Один из пиратов поднял перед собой сжатую руку, а в следующий миг он выкинул странный предмет. Анью интуитивно метнулась в сторону. Резкий грохот и песок в том месте, где она недавно пробегала взметнулся, отчётливо показывая, куда прилетел миниатюрный снаряд. В воздухе едко запахло порохом. Анью оттолкнулась от импровизированного ограждения, подпрыгнула, ударяя ногой с разворота ближайшего противника в голову. Хруст сломанной шеи потонул в общем гомоне – пираты заметно занервничали. На кончиках пальцев заискрили молнии. Колдунья вскинула руку, направляя во врагов стаю грозовых птиц, расправляясь сразу с тремя. Уклонилась от вражеской атаки. Лезвие сабли со свистом разрезало воздух в паре сантиметров от её плеча. Анью крутанула посох в руках, впечатывая основание врагу в глазницу. Древко вдавило выпуклый рыбий глаз в череп с отвратительным чавкающий звуком. Чародейка выдернула посох из поверженного врага. От грязно-бурой слизи, налипшей на оружие, стало тошно. Впрочем, времени на эмоции не было. Она откинула волной магии подбежавшего врага и отправила ему вдогонку пульсар.

Позади послышался подозрительный хруст. Анью телепортировалась на ближайший штабель досок и замерла, непонимающе смотря на происходящее. А посмотреть было на что. Урод, которому она совсем недавно сломала шею, уже поднялся и теперь крутился на месте, размахивая саблей. Пугающе неправдоподобно болталась его рыбья голова, будто привязанная к туловищу. Тот, которому она пробила голову посохом, тоже поднимался с песка, хотя и была в его движениях странная дерганность. Шевелились даже оторванные магическим взрывом ноги, хотя большую часть туловища разметало по лагерю.

– Да вы издеваетесь…

– Помогите! – едва слышно донеслось откуда-то справа.

Анью бегло искала глазами место, откуда прозвучал писк. Где-то сбоку раздался грохот и смерть просвистела прямо у неё над ухом.

– Не стой столбом! Ты не на увеселительной прогулке! – возмутилась секундному промедлению даро, вполне обоснованно опасаясь за их общую жизнь.

– Нашла!

Анью метнулась вниз, уклоняясь от размашистой атаки саблей, и проскользнула между ящиками. Грохот и треск дерева позади возвестили о том, что стрелок в очередной раз в неё не попал.

Девушка схватила плетенную клетку, стоящую на одном из ящиков, и метнулась в сторону, прячась за коробками. Из клетки донеслись писклявые возмущения и крики. Анью заглянула внутрь. Там один на другом валялись малыши-мококо. Куча мала забавно копошилась – малявки пытались подняться.

– Здесь все, кого поймали пираты, или в лагере есть ещё пленники?

– Ты кто такая? – одна из девочек смогла подняться и теперь, держась за прутья, недовольно смотрела на неё.

– Ваш шанс на спасение. На вопрос отвечай!

Судя по звуку шагов и перешептыванию пиратов, их окружали. Традиционные методы борьбы с разного рода разбойниками, к огромному сожалению Аньюриэль, оказались неэффективными. Рыболюди вполне спокойно игнорировали переломанные хребет и даже потерю частей тела. И, если вслушаться, то среди звуков ходьбы, разговоров, шума ветра и прибоя не было слышно сердцебиений, а к ней подбиралось порядка двух десятков противников.

– Только одной Полли нет и мы не знаем где она, – к прутьям клетки подбежал мальчишка, явно единственный из компании, сохранивший способность адекватно мыслить. – Убегай! Они неживые, их нельзя убить.

– Да неужели?!

Анью поставила клетку на песок, отчего маленькие узники снова повалились на дно. Колдунья крутанула посох в руках, сплетая нити магии между собой. Первый огненный жеребец снёс кучу коробок, за которой они прятались. Следом галопом с места сорвался целый табун, круша лагерь, сжигая пиратов, оставляя на песке лишь почерневшие кости. Ветер разносил по округе лишь вопли ужаса сгорающих существ, умирающих в этот раз окончательно.

***

Не найдя на пепелище ключа от замка, Анью просто вырвала дверцу из клетки, освобождая пленных. Вот только на свободу почему-то никто не торопился. Малышня забылась в противоположный угол и недоверчиво смотрела на неё.

– И что не так? – она приподняла одну бровь. – Вылезать будете? Или я зря тут всё разнесла, спасая вас?

– Ну ты и сильная, кокомо! – мальчонка-мококо выскочил самый первый, восторженно глядя на неё. – Как ты их ловко! А как ногой тому уроду врезала! Если бы я был такой большой, как ты, я бы им показал. Я, вообще-то, неплохо дерусь.

Мальчишка изобразил какие-то махи руками и ногами, крайне отдаленно напоминающие удары. Анью, едва сдерживая смех, смотрела на эту пародию боя. Следом за мальчонкой вылезли из клетки пять девочек, одетые в сшитые из цветов и травы костюмчики и платьица.

Надо же, целый цветник вокруг себя собрал этот грозный воин.

– Ладно, – она протянула ладонь. – Забирайтесь. Отнесу вас к Полли.

– Ты знаешь где Полли? – одна из девочек робко смотрела на неё из-за плеча паренька.

– Она попросила меня спасти вас от пиратов. Должна сидеть в тех кустах. По крайней мере, я её там оставила.

– Хорошо, – паренёк первым запрыгнул к ней на ладонь и галантно помог забраться своим спутницам. Рассадив мококо на плечах, Анью направилась в сторону кустов. Полли нашлась быстро. Она радостно махала товарищам, стоя на небольшом валуне.

– Ребята! Я так волновалась! – Полли едва ли не рыдала. – Пэн, ты в порядке? Я боялась, что тебя покалечат…

– Ещё чего! – возмутился мальчонка. – Я этим пиратам не по зубам.

Анью аккуратно сгрузила шумную малышню на камень, наблюдая, как они дружно обнимаются и шушукаются между собой. Всё же дружеские связи много значат, даже для таких маленьких существ.

– Спасибо тебе, кокомо. Твоя помощь оказалась очень кстати. Я – Пэн. Будем знакомы, – представился мальчик.

– Аньюриэль, – она кивнула в ответ.

– У нас к тебе просьба: можешь отнести нас в город? Наши божьи коровки разлетелись, а пешком идти долго. Старшие тревогу поднимут, если к вечеру не вернёмся.

Анью на несколько мгновений задумалась, пытаясь понять, как могли разлететься коровы и при чем тут боги. Решив оставить странности на потом, она уцепилась за другую часть фразы.

– Город? Разве на этом острове есть город?

– Конечно на Тортоике есть город, – Пэн смотрел на неё как на блаженную. Мы что, по-твоему, в норах живём, как грызуны?! Просто обычно кокомо в наш город ходу нет, слишком вы огромные.

– На Тортоике?

– Ну да. Так остров называется, – пояснил мальчишка-мококо. – А ты разве не знала?

– Дело не в этом. Вот.

Она достала листок, что дала ей Джана Чернозубка. На пожелтевшей от времени бумаге было всего одно слово – «Тортоик».

***

– Значит смотри, – командовал Пэн, пока девчушки-мококо, махая ей на прощание, скрывались между корней огромного дерева. – Это – Неясень, тут мы живём. Ты слишком большая, чтобы я мог провести тебя в Моки-Токи, поэтому сначала надо приготовить зелье-уменьшитель. К счастью для тебя, рецепт я знаю. Нужно лишь собрать нужные ингредиенты. Я всё тебе расскажу и покажу где это собрать.

– Ты так и не объяснил, зачем мне в ваш город, – Анью скептически окинула дерево взглядом.

Огромный ствол, шириной в пару десятков обхватов, поднимался высоко вверх, словно колонна. Могучие ветви формировали раскидистую густую крону, создавшую плотную тень под деревом. Ветер шелестел в листве, принося с луга неподалёку запах лаванды и ещё каких-то трав. Рядом журчал ручей, даря приятную прохладу в не по-осеннему жаркий полдень.

– Во-первых, чтобы отблагодарить тебя за спасение. А во-вторых, чтобы бургомистр глянул на ту карту, что ты принесла, – пояснил мококо.

– Это не карта, а лист бумаги с одним единственным словом, – покачала головой девушка.

– Ну как тебе сказать, – Пэн посмотрел на неё так, словно искренне сомневался в её умственных способностях. – Ты про невидимые чернила слышала? Мой наставник – бургомистр Моки-Токи. Он в этом разбирается и у него полно проявителя.

– Ладно. Уговорил, – Анью протянула ладонь, пересаживая Пэна себе на плечо. – И где мне искать ингредиенты для твоего зелья?

– Значит так. Сначала нам нужно в ореховую рощу. Надо собрать немного орешков кешью. Это туда.

Анью пошла в указанном направлении. Стоило немного расслабиться, как тут же в голове снова появилось пение. Неизвестная женщина выводила голосом приятный мотив. Тихий, незатейливый, убаюкивающий. Колдунья искоса поглядывала на Пэна, но не было заметно, что малыш-мококо слышит что-либо помимо переливчатого пения птиц. Лёгкий ветерок приносил ароматы трав и цветов с ближайших лугов. Пэн на её плече нетерпеливо ёрзал, не зная чем себя занять. Его окрестные виды мало впечатляли.

– Поторопись, кокомо, – он не выдержал и начал тянуть её за прядь волос, словно рассчитывал таким образом придать ускорения.

– Мне больше нравится, когда меня называют по имени, – Анью заправила локон за ухо.

– У вас, кокомо, принято обращаться друг к другу по имени?

– Или по титулу, если он есть, – она кивнула.

– А у тебя есть титул?

– Нет, – после недолгой заминки ответила колдунья.

Она ступила под сень высоких кряжистых деревьев с широкими овальными листьями. Яркими пятнами на фоне зелени выделялись плоды: желтые, оранжевые и ярко красные. Мощные ветви переплетались между собой, практически полностью закрывая небо плотным покровом листвы. Запах цветов в роще уступил место странному запаху чего-то сладковато-кислого. В кронах сидели странного вида звери: некрупные, размером с детей, покрытые густым серым мехом и с лысой мордой, напоминающей собачью. У особо крупных морда отличалась ярким красным носом и белыми пятнами. Существа заметили её и принялись издавать отвратительные крики.

– Что за твари? – чародейка поморщилась, дернув кончиками ушей в безнадежном стремлении отгородиться от отвратительной какофонии.

– Павианы, – пояснил Пэн, – Не обращай на них внимания. Они сейчас успокоятся. Кокомо редко заходят так глубоко. Павианы тебя испугались, вот и подняли шум. Нам нужно штук десять орешков.