Краб. Начало

Ну и славно, вот найду их, и поковыряю в них клешнёй, хмыкнул я, следуя за «санитарами» для сломанного тощего. Как-то не было у меня иных ориентиров.

Конечно, некоторые опасения пауки вселяли, но никаких активных действий в мой адрес не предпринимали. А четвёртый вообще исправно топал в десятке шагов за мной, отходя при приближении, держа дистанцию, я проверил.

Очевидно, нацелился на мою клешню, не понимая, что она уже моя. И не менее очевидно, что пауки — чистые ремонтники, ни на какие иные цели не заточенные.

Первое время нашего пути я поглядывал в «клетки», ну мало ли, может найду «коллегу», а вместе пинать хозяев зоопарка веселее. Однако, за прозрачным полем пребывали пакости столь отвратные и непонятные, что на клетки я забил. И вообще старался на них внимание не обращать — от этих сбежавших с картин Дали чудищ и свихнуться недолго, от одного вида!

И готовился к появлению тощего, за номером два. Два — это если повезёт, а так и десять и сто этих роботов может быть, хрен знает, сколько их у хозяев зоопарка.

Готовился я не зря, впрочем, опасения о многочисленных тощих таковыми и оказались. Навстречу, довольно забавно переступая и держа спину и башку идеально прямой, семенил ещё один тощий.

Досеменил, протянул в мою сторону клешню, выстрелил щупальцем с шипом, который со звоном ударился о мою собственную клешню. Я, несколько успокоенный количеством тощих гадов, решил проверить догадки: клешня была не полностью металлическая, а частично покрыта пластиком, типа кости. Теоретически — диэлектрическим, в чём я сейчас убедился и на практике.

Тощий начал «втягивать» щупальце, гораздо медленее, нежели стрелял им. Гудел противно и стоял на месте.

Какие-то тут роботы туповатые, хоть и медицина у них продвинутая, не мог не отметить я и несколько всполошился: «мои» пауки оттягали уже разломанного тощего довольно далеко. И всё так же бодро чесали вдаль. А когда, как и вообще — придут ли следующие, я ни черта не знал.

По логике, конечно, придут, вот только что-то меня напрягает «безроботность» округи. Небось хозяева зоопарка «на всём экономят», сидят на центральном бюджете, хмыкнул я. А, в таком раскладе, ждать мне следующих паучков чёрт знает сколько. Быть-то, конечно, будут, вот только когда? Может и час, а может и сутки их ждать придётся.

Так что, откинув мою клешню, рванул я к втягивающемуся щупальцу (тощий в это время отрадно тупил), ухватил за него и с натугой метнул робота в удаляющуюся процессию. Чуть не надорвался, но докинул: робот разметал паучков и загрохотал по полу.

Так, это хорошо, довольно заключил я, возвращаясь к своей клешне и искренне возмущаясь.

Четвёртый паук, клептоман роботизированный, ухватил моё честно-трофейное имущество и тягал его, как своё! Вот сволочь какая, вороватая, осудил клептомана я и стал примериваться, как бы мне клешню вернуть.

Закономерно, осторожно: так-то уже вроде и ясно, что пауки только на ремонт заточены, но вот чёрт знает, как отреагируют на непосредственное изъятие.

В общем, ухватился я за край клешни, готовый, если что, откинуть её подальше. Но «если что» не случилось: паук вместе с клешнёй поднялся, оказавшись довольно лёгким, посучил в воздухе лапками, отцепился от клешни и отбежал всё на те же десять шагов.

Так, а теперь второй тощий, довольно заключил я, помахивая орудием похищенного лунатиками. Роботы, раскиданные моим броском копошились, привольно покрывая пол коридора, я чесал к раскоряченому тощему, как вдруг…

— Охренела, скотина извращенская!!! — с бешено бьющимся сердцем, волосами дыбом и втянутыми яйцами заорал я.

Дело в том, что копошащийся тощий, не вставая, наставил на меня свой манипулятор и стрельнул щупальцем. И если бы не моя замечательная реакция, этот гад засадил мне шип во втянутое! Реально, пассивы, а не роботы, поёжился я, ухватившись за втягивающееся щупальце и подтягивая тощего к себе.

Свою клешню я положил на пол, наступив ногой, чтобы паук мой трофей опять не спёр.

Подтянул вяло копошащегося тощего, намотал шупальце вокруг его шеи, ну и начал ему откручивать башку. И ни черта. Взмок от натуги — башка проворачивалась с трудом, но именно «проворачивалась» — шесть оборотов, давшихся мне немалыми усилиями, не только башку не отломали, но даже не вывели тощего из строя.

Ну, значит по старинке, заключил я, отбрасывая клешню без щупальца и начав выдёргивать клешню с щупальцем.

Вообще, какие-то они… дурацкие, эти тощие, рассуждал я, откидывая отломанную клешню и наблюдая за подёргиваниеми сломанного робота. Само щупальце — да, неприятно быстрое и током с шипа бьётся. А вот сам робот… ну не сказать, чтоб уж совсем неловкий, но и не делает то толком ничего. Схватить пытался, но так, вяло, как жирдяй перекормленный, ничего тяжелее ложки в руках не державший лет десять. Да и двигается как-то неловко, скованно.

Хотя, чёрт знает, может это вершина инопланетной робототехники. А, возможно, хозяева зверинца экономят не только на количестве, но и на качестве роботов. Этакий «условно-достаточный» робот.

Но, с другой стороны, скорее всего должны быть, в случае «условно-достаточности», гораздо более опасные роботы. Зверюги-то в клетках встречаются весьма лютые на вид.

В общем, разберёмся, только одежды бы какой раздобыть, огляделся я. Одежды вокруг прискорбно не наблюдалось, что было не радостно. Нет, стеснятся мне некого, да и было бы кого — так и нечего. Но трясти голыми мудями банально опасно, когда в них щупальцами с шипами тычут! Оторвут ещё, гандоны металлические, поёжился я.

Тем временем, вокруг меня происходила фигня, самая натуральная: два паука валялись на «спинках», бодро размахивая конечностями и позицию не меняли. Один был на лапах, но просто замер рядом с первым сломанным тощим. А чётвёртый всё так же караулил мою клешню, проигнорировав брошенную ему «на бедность» клешню второго тощего.

Ну охренеть теперь: это выходит МНЕ придётся этих козлов металлических на лапы ставить, чтобы за ними следить, так что ли?

Подумал я и решил подождать. Сколь бы не «просратыми» были «полимеры» у владельцев зоопарка, но не может же быть, что всего два комплекта ремонтников. А если и так — то надо ждать. Конечно, есть шанс, что чешущий жопу (или её эквивалент инопланетянский) охранник-наблюдатель перестанет её чесать, обратит на меня внимание, ну и будет мне «цирк с роботами».

Вот только не факт, а, судя по уровню «забивания», «мониторы слежения» вообще под сантиметровым слоем пыли, если не сломаны. А вот «отзывчивость роботизированной системы» мне проверить не помешает.

В общем, решил я подождать, пока не надоест. Присел, благо пол хоть металлический, но не сильно холодный. С некоторым злорадством понаблюдал за сучащими лапами пауками. Попереглядывался с небесно-синим глазом на бордовой, морщинистой ножке, сантиметров в тридцать диаметром, с минуту где-то, и решил перестать на него смотреть: реально свихнуться недолго.

И вот, наверное, через полчаса, застучали металлические ноги, и из-за поворота выперлись четыре паука. Без худых или ещё какой гадости, подтверждая «просратые полимеры» хозяев зоопарка и «засранный монитор». Засранцы инопланетные, констатировал я, впрочем таковыми они были и так и так.

Четвёрка пауков подсеменила к завалам роботов вокруг меня, пара из них перевернула на ноги паучков, разобрали «по двум командам» сломанных тощих. И потащили их по коридору. Причём, на клешню «второго» тощего нацелился паук «второй» команды. А нацеленный на мою клешню так и ошивался в округе, явно ожидая когда я её ему отдам.

Соответственно, в паре метров от двух «похоронно-ремонтных команд» зашагал и я. По пути решая техническую задачу: очень уж клешня робота была неудобная. Но, сложив её в два раза (с отчётливым хрустом, бракоделы инопланетные!), зафиксировав «петлёй» щупальца, в итоге, получил вполне пристойный и ухватистый кистень. Полуцеп, скорее, рассуждал я, разглядывая орудие справедливости, но всё равно кистень.

Тем временем, обоих сломанных тощих дотащили до здоровенного дверного проёма. Лезть дуром в него я, закономерно, опасался, заглянул, и тут же с матом отпрыгнул.

Упал, мать его, чуть кистень не потерял, да ещё оказался полупарализован!

Напротив ворот торчала какая-то мерзкая робото-сволочь, здоровая, похожая на шкаф. И стрельнула в меня каким-то полупрозрачным лучом. И даже касательное попадание в левую руку заставило отняться почти полтела, даже ногу «покалывало»!

Вот же гадство, не мог не признать я, прыгая к дверному проёму. Сейчас эта сволочь войдёт…

Ну, буду лупить кистенём, по «докуда достану», вынужденно решил я, поскольку иных перспектив не наблюдалось.

Однако, прошла минута, другая, десять минут, блин! А в проём никто не просачивался. Сломанных тощих давно утащили, один паук, нацеленный на мою клешню, потерянно топтался неподалёку. Да даже рука от «заморозки» отходить потихоньку начала, добавляляя «покалывание отсиженной руки» к гамме не самых приятных ощущений.

А в проём никто не лез. И это странно, но, возможно, перспективно.

И начал я проверять как ведёт себя здоровый, гадкий, стреляющий парализатором шкаф. По итогам часа проверок я злобно матерился, но имел «статистическую информацию».

Итак, для начала, это именно «парализатор», а не какой-нибудь мерзкий «нейродеструктор», читал о таких где-то и, признаться, опасался.

Далее, ждёт этот шкаф именно меня, но стреляет на движение: полупрозрачный, туманный луч парализатора появлялся на взмах кистеня, хотя ни кусочка меня в проёме не было.

Кстати, даже «промахи», ощущались и были неприятны.

И, наконец, стопроцентно ясно, что у роботов есть «зоны ответственности» и очень ограниченные программы действия. «Шкаф» не лез в коридор с клетками, хотя в здоровенный проём мог пролезть без проблем. Именно ждал и стрелял, не более и не менее.

Всё это здорово, вот только что мне делать-то? Эта пакость своим парализатором высунуться не даёт, а как парализует — небось набегут тощие, или просто пауки, и оттягают меня в клетку. Ну, по логике так выходит.

Посмотрел я на паука, топчащегося в десяти шагах от меня, призадумался и порадовался. Кажется был план, конечно, не очень… но у меня, блин, варианты все «не очень», такое уж положение расчудесное.

Подбежал к паучидзе (убегать думал, гад такой, но они медленные, к счастью), перевернул лёгким ударом кистеня. Ну и отволок копошашегося к дверному проёму, заодно убедившись, что и одной рукой на несколько метров докину — не тяжёлый, да и на хватания его за лапы гадостей никаких не предпринимает.

И, максимально отдалившись, стал раскручивать кистень у проёма. Шкаф, ожидаемо, стал стрелять, руку закололо «заморозкой», но я терпел с полминуты. И, когда рука еле чувствовалась, подхватил паука и кинул его в дальний угол проёма.

Полупрозрачный луч, к счастью, начал стрелять в паука, а я, со всем возможной скоростью, щеманулся в проём, сходу обрушивая на шкаф кистень и пиная его.

—…больно то как, сволочь металлическая! — подытожил я через минуту всё, что я думал о гадском роботе.

Ногу отбил о паразита такого! Впрочем, шкаф, а точнее — тумбочка, метра полтора на метр, округлая и поблескивающая, лежала на боку и признаков робожизни не подавала. А скруглённый гладкий купол тумбы рассекала трещина от удара кистенём.

— И откуда ты, скотина такая, стреляла? — вслух полюбопытствовал я, разглядывая поверженную технику.

И, выходило что из «башки» — не было у тумбочки ничего, кроме гладкого, скруглённого прямоугольника «верха» и шероховатого, металлического «низа». Летала она что ли, хмыкнул я, отметив отсутствие каких бы то ни было колёс или ног.

Впрочем, пофиг. И начал я лупить по трещине, увеличивая её. Желчно завидуя всяким счастливчикам из игр, у которых даже с куска слизи выпадает что-то «сподручное». А мне, мать его, какой-то хернёй маятся приходится, посетовал я.

И доломал «верх», обнажив совершенно невнятную, но запредельно сложную машинерию. Впрочем, до неё мне дело не было — всё равно не разберусь. А вот кривовато обломанный «овал» обшивки тумбочки мне пригодится. Надеюсь, парализатор тумбочки его не «прошивает», если такая мне ещё встретится. А на крайний случай — будет на что щупальца тощих принимать.

С этими мыслями, я, как правильный парень, пошёл, с кистенём и щитом, налево по коридору.

Глава 3

Коридор выглядел очень «техничным» — ничего лишнего, гладкие стены и пол, светящийся потолок, изредка встречающиеся у пола прямоугольные проёмы. Видимо, лазы для пауков, судя по размерам. И пошире он был коридора «клеточного», метра в три с лишним шириной.

А в остальном — ничего примечательного, разве что резкие повороты, меня несколько замедляющие: помня тумбочку-парализатор, я метал из-за угла «щит», на всякий случай.

Но тумбочек на моём пути не появлялось, да и вообще никаких роботов мне за четверть часа пути не встретилось. Не сказать, чтобы это сильно расстраивало, но становилось несколько скучно. Точнее, если быть честным, не так — ожидание неприятностей медленно перетекало, из-за их отсутствия, почти в параноидальный психоз.

Но как роботам, так и роботовладельцам на мои психологические проблемы было, очевидно, похер. Редкостные сволочи, найду — жестоко покараю, посулил нечутким сволочам я, да и замер.

После очередного поворота, в конце десятиметрового отрезка коридора, я наблюдал закрытый то ли люк, то ли врата. Двухстворчатые, соединенные молниеобразной кривой линией стыка. Собственно, это были вообще первые из виденных мной на инопланетном зоопарке ворота. Не считая «дверного» поля клеток, конечно.

— Если есть дверь — значит за ней что-то закрыто, — вслух пробормотал я, передёрнувшись: очень уж пугающим в тишине, с эхом, отражённым от металлических стен, вышел мой голос.

Так, надо проверять, а не клювом щёлкать. А вот как не откроется эта воротина ни черта — что буду делать? Хотя… есть варианты с ремонтными роботами и беготнёй туда-сюда. Но этот вариант мы отложим, до необходимости в нём.

И пошёл я проверять, а дверь взяла, да и, с отчётливым лязгом, открылась. Не отъехала, или ещё что, а как нож-выкидушка со щелчком исчезла в проёме.

Ну а я, с закономерным опасением, заглянул в помещение за дверью. И принялся заниматься изрядно меня доставшим занятием, а имеенно: фигением.

Дело вот в чём: за дверью был круглый зал, метров в пять, наверное, диаметром. Стены зала на высоте метров двух, на всём обозримом пространстве залы, покрывали мониторы, наподобие виденных мной в операционной, только расположенных вертикально и вплотную друг к другу.

При этом, центр зала, круг, метра в три диаметром, сходился этакой вдавленной воронкой к центру, упираясь в матово-чёрный, блестящий шар.

Вот этот шар, видимо, и создавал изумившую меня фиговину: здоровенную, занимающую всё пространство, наверное… голограмму. Точно голограмму, оценил я, несколько сместившись из стороны в сторону. Видимо, нашей галактики: куча разноцветных точек-звёзд, туманности, всё огромное и очень «наглядное».

Планетарий, что ли, в зоопарке, хмыкнул я. Или, всё таки, какая-то хрень навигационная?

Непонятно, но любопытно. Сам зал кроме мониторов и голограммы был пуст: ни роботов, ни ещё какой пакости. Правда, аккуратно зайдя в него, я обнаружил, на противоположной от входа стороне зала, аналогичные пройденным мной ворота.

Но в них никто не лез, были они закрыты, так что я решил осмотреться. Для начала — рассмотреть мониторы, хотя, голограмма весьма привлекала своей необычностью.

На мониторах были некие схемы, графики и куча какого-то невнятного текста, набранного незнакомыми закорючками. Несомненно, гадкий язык неправильно ориентированных хозяев зоопарка. А вот схемы, как я прикинул после осмотра, похоже корабля-зоопарка. И здоровый он какой выходит, если я правильно соотношу коридор с клетками и схему! Километра полтора, а то и два, диаметром овал. Не тарелка, толстовата для тарелки, целая супница выходит.

Впрочем, кроме примерных размеров и понимания, что хозяева зоопарка — не только гадкие пассивы, но и редкостные долбоклюи (ну реально, на ТАКИХ площадях иметь дефицит роботов — совсем выходят дураки) мониторы мне ни черта не дали.

А вот голограмма, на которую я завороженно уставился следующей, была весьма интересна. Ни черта она мне «знакомого» не показала, но оторвать от неё взгляд было сложно. Наверное миллионы звёзд, туманностей, какие-то воронки из звёзд, с чернотой внутри — то ли чёрные дыры, то ли ещё что-то подобное. Всё это просматриволось со всех сторон, более того, приблизив физиономию к краю «голопроекционного круга» я увидел «наплыв» картинки на меня, увеличение ближайшего участка.

А значит, рассчитана эта голограмма на двуглазых стереовидцев, логично предположил я. Ну, вроде бы так, хотя точно не уверен. И, в любом случае — точно не на роботов, им голограммы на хрен не сдались, факт.

А ещё меня довольно сильно заинтересовали несколько «отмеченных точек» на голограмме. Над несколькими звёздами (или скоплениями звёзд, чёрт знает, слишком мелко выходило), висела рельефная золотая буква «Т», с заострённой «бородкой» по краям перекладины, как на рыболовном крючке. Висели, при этом медленно и синхронно друг с другом поворачивались вокруг своей оси.

Хотя, вроде бы, даже крест такой есть, «тау-крест», или что-то такое. Впрочем, пофиг на название, но, наверное, в отмеченных местах есть что-то ценное и интересное.

На этом моменте я заржал в голос — блин, нашёл чем заниматься: разглядываю «карту сокровищ». Голый, с каким-то недоразумением вместо оружия, могущий оказаться в звериной клетке, в любой момент. А то и просто дохлым, если железные сволочи пожелают. С другой стороны, мне интресно, потому что я человек. А это, по слухам, даже звучит гордо.

Погордился я немного, попробовал «приблизить» метки сокровищ… И судорожно отпрыгнул в сторону: сбоку, там где была дверь, послышался щелчок. Резко дёрнул в сторону двери, ещё в прыжке, свой импровизированный щит. Что сделал, как оказалось, весьма вовремя. Из проёма, от некой человекообразной сволочи, на первый взгляд похожей на тощего робота, в мою сторону полетел бело-голубоватый луч.

К счастью, обшивка тумбочки до ценного меня луч не допустила, а кистень «в обратку» ударил в вытянутую руку гадкого робота. В клешне что-то треснуло, хрустнуло, поискрило и луч пропал.

А вот дальше для меня начались огорчения: напротив меня был робот, почти как тощий внешне, но явно «покруче» тощего. И первым огорчением было то, что кистень, похоже, не просто сломал стреляло, а вплавился в лапу робота замыканием и не доставался обратно.

Вторым огорчением было то, что робот весил кило двести, а, скорее всего, больше — рванув изо всех сил за щупальце-«верёвку» кистеня, я почти не сдвинул эту пакость с места.

Третьим огорчением было то, что был этот робот явно «поумнее» тощих. И намного «ловчее» их — этот паразит, помедлив секунду, рванул ко мне и треснул по вовремя подставленному щиту. Откинув меня метра на два, сволочь такая!

Блин, он тяжёлый, сильный, железный, быстрый, сетовал я, увернувшись от второго броска робота. Ну, не слишком поворотливый, но он меня банально загоняет и прибьёт, а я ему, учитывая массу, хрен что сделаю.

Естественно, я всем своим умом стараться придумать, что с этой пакостью можно сделать. Мало того, что помирать не хотелось категорически, так ещё была важная цель: нанести справедливость в тело хозяевам зоопарка!

И, после чётвёртого «броска» робота, я «что-то» придумал. Попробовав поставить роботу «подсечку».

Робот споткнулся и башкой своей гадкой полетел в один из мониторов, а я с матом — полетел в другую сторону. Чуть ногу не сломал, мудак железный! Хотя и я хорош, признал я, наблюдая как подёргивается в разбитом мониторе осыпаемый искрами замыканий робот.

Ну, повезло, порадовался я, как вдруг понял: эта сволочь не подёргивается! Она выбирается! Так, времени ни хрена нет, судорожно огляделся я. Надо бы комнату, откуда он прибыл, проверить. Может там есть хоть что-то, что за оружие сойдёт.

Заскочил в комнатушку, оказавшейся совсем небольшой: метра два с половиной на столько же. У стены стояло чертовски удобное на вид, широкое кресло из серебристого материала, вокруг которого мерцали «плоские», похожие на экраны голограммы. А в середине комнаты, в этаких «объятьях» трёх коленчатых держателей, находилась… водяная сфера. Висела, понимаешь, в воздухе, метрового диаметра, сфера из воды, но или ещё какой прозрачной жидкости. И полметра «пространства» между ней и держателями.

И ничего, что могло бы сойти за оружие! Да чтож за невезуха-то, посетовал я, наблюдая как слегка подкопчёный и оплавленый робот появляется в дверном проёме. Терминатор херов, посетовал я, поудобнее перехватывая свой «щит».

Ставить подножку этой сволочи — слуга покорный, и так нога не «отошла». Как и бить её, только себя калечить. Уворачиваться, хоть место немного, ну и попробовать его… да хоть в кресло кинуть, паразита такого. Монитор не помог, но кресло, судя по голограммам, явно техничная приблудина, может и шибанёт эту сволочь разрядом почувствительнее.

И начали мы этакую «корриду» в комнате-закутке. И ни черта это было ни просто и приятно: на плечах у меня появились весьма болезненные синяки, ребро печально ныло — как бы не трещина от удара вскользь. Но, я выжидал «нужный ракурс и момент», чтоб швырнуть эту сволочь в кресло.

И дождался: почти упав на пол, прикрытыми щитом ногами, врезал по ногам несущемуся на меня роботу. Тот равновесие потерял, ну и со всей дури влетел в кресло. Заискрило, замигал свет, и тут меня, непонятно что, рывком, швырнуло на водяную сферу!

Не понял, констатировал я, вися в «пространстве» между этой гигантской каплей и держателями. Невесомость, судя по ощущению падения. И, как-то, мне в эту «каплю» не очень хочется: всё же не зря её, наверное, в воздухе держат.

А корабль, в отличие от пребывающего в покое невесомости меня, ощутимо трясло, дёргало, освещение мигало. Из кресла, как определил я, чусть не свернув шею, вырывались потоки искр, чуть ли не языки пламени.

Это я что-то совсем важное, похоже сломал, озадаченно почесал я затылок. А повишу-ка я пока тут, где весится, пока всё не успокоится. А то реально страшновато.

Одно радует — сверхтяжёлому тощему — точно пиздец, старался я найти хоть что-то положительное в окружающем меня хаосе. И как бы сломал я что-то, не просто важное, а как бы не корабль, уже через минуту понял я. Свет мигнул и исчез четверть минуты назад, из кресла били потоки искр а, временами, языки полноценного пламени. В их дёрганных отсветах было видно, как трясёт и колбасит корабль.

Меня это, к счастью, не задевало, но если я его сломал нахрен, а он в космосе — так мне выходит скоро хана. Ну а, с другой стороны, а сделаю я сейчас что? Да и раньше всё делал правильно, не хрен Андрюху в зоопарки пихать и неправильно ориентированных роботов натравливать!